Глава 22

Я места себе не находила, бродила по пустым покоям из угла в угол, пока разгневанный, но подчинившийся воле отца Феррон находился под арестом в другой комнате. Кто бы мог подумать, что всегда молчаливый мужчина с добродушной улыбкой может так лихо укротить стального дракона! Вот что значит строгий и справедливый отец! В моей же прежней жизни всем заправляла мать, а папа делал все, что она скажет.

И все-таки муж пострадал за дело! Перегнул палку! Какой бы дрянью не была Эрмина… Хотя… рассказ Феррона о смерти всех этих невинных людей поразил до глубины души. Я даже представить не могла, что прежняя хозяйка тела настолько жестока! Кошмар! Убийца! Жуть просто!

Но эти события остались в прошлом и мне никак их не исправить, а вот будущее все еще зависело от меня, поэтому я вызвала сколопендру, заранее готовясь к тому, что она обрушится на меня сарказмом.

— Я же говорила! — ну вот! Я ничуть и не сомневалась, что с этих слов мокрица начнет свой диалог! Закатив глаза, я глубоко вздохнула. — Получила? И это еще цветочки! Скажи спасибо папочке-дракону, если бы не он, муженек потрепал бы тебя знатно! — снова этот противный смех!

— Все сказала? Может, теперь меня послушаешь? — продолжая расхаживать по комнате со скрещенными на груди руками, спросила я.

— Догадываюсь, о чем будет разговор, — повела усиками Молли.

— Кто б сомневался! — ухмыльнулась я и остановилась посреди круглого ковра. — Меня терзает один вопрос. Ответь, если такая умная и все знаешь.

— Валяй, — махнула лапкой довольная собой сколопендра.

— Может ли быть так, что вовсе не Эрмина истинная пара Феррона, а я? Может, я не просто так оказалась в этом теле? Какой ритуал провела Эрмина и что пошло не так? Ведь она явно не хотела лишаться тела, значит, цель была другая?

— Слушай, надо чтобы дракон почаще тебя трепал! — расхохоталась противная гадость. — Впервые за все время слышу от тебя правильные вопросы!

Снова живность вывела меня из себя, но пришлось терпеть и покорно ждать, пока она отсмеется вдоволь.

— То, что ты влюбилась в красавца дракона и млела под ним, как кошка — я давно заметила, но это еще не значит, что ты его истинная пара. Как говорила Гвиана, это можно точно проверить, если предстать перед «Драконьим Око», но Феррон в жизни не поведет тебя на проверку, потому что не уверен в собственных суждениях и рисковать не станет. Если Око покажет, что Эрмина не его истинная пара, то он ее потеряет. Она будет вправе расторгнуть брак и уйти, а он одержим ею настолько, что никогда не пойдет по законному пути. Что же касается ритуала, то из соображения поскорее отделаться от мужа, Эрмина пошла на риск. К самым опасным и темным ритуалам как раз и относится призыв демона, который в силах исполнить любое желание ведьмы взамен на жертву. Ты же понимаешь, что кроликом тут не отделаться, — хмыкнула Молли и посмотрела на меня своими крохотными глазками. Намек я поняла, но разве это оправдание убийствам? — В тот день у Эрмины почти получилось призвать настоящего демона, а не ту шушеру, что являлась раньше и зазря пожирала невинные души прислуг, но в последний момент что-то пошло не так и ты переселилась в ее тело.

— Тогда где сейчас настоящая Эрмина? — я уже задавала ей этот вопрос, но решила попробовать вновь.

— Понятия не имею. Возможно, в твоем теле.

— Но я умерла в своем мире.

— Я не знаю, где Эрмина. Я привязана лишь к ее телу, а не к душе. И помогать буду ему, даже если внутри ты, — сказала, как отрезала, а я пожала плечами и задумалась.

— Как мне заставить Феррона предстать перед Оком?

— С ума сошла! — тут же заверещала сколопендра. — Никак! Не станет он этого делать. Так и будет терзать тебя! А тут еще принц добавился до кучи! Что тоже не выход. Ну, перекочуешь от одного дракона к другому! Сути не поменяет. И скорее всего так и будет, поэтому лучше тебе не ходить на бал.

— Но как?

— Так не зря же мы готовили обряд перемещения, — заулыбалась мокрица и повернула головку в сторону кабинета без двери. Прежнюю вынес Феррон, а новую поставить не успели. — И лучше не затягивать, мой тебе совет. Запри дверь в покои и насыпь порошка, чтобы никто нас не потревожил. На счет средств к существованию можешь не беспокоиться. Ты перенесешься в королевство Лардан прямо в тайное поместье Эрмины. О нем никто не знает, и найти тебя будет крайне сложно. Ты готова обрести свободу, Надежда?

Сглотнув ком в горле, я на миг зажмурилась, а потом распахнула глаза и кивнула. Подбежала к двери и заперла комнату на ключ. Под чутким руководством Молли, насыпала порошок, чтобы активировать пересмешника и зажгла лампу, чтобы спуститься в подземелье. Тут уже не спешила, медленно ступая по каменным ступеням. Сколопендра петляла своей тушкой впереди, а я поежилась от могильного холода. Сердце стучало от страха, но я продолжала идти. Феррон не оставил мне выбора. Я не хотела страдать до конца жизни и расплачиваться за чужие злодеяния. Хватит с меня и того, что уже море слез пролила! Значит, не судьба!

— Аккуратнее, — предостерегла Молли, когда я едва не споткнулась об один из магических предметов, разложенных по кругу.

Поставив лампу на выступ в стене, посмотрела на ширму, скрывающую животных в клетках. С мольбой во взгляде обратилась к сколопендре, но та безжалостно фыркнула.

— Придется принести жертву, — мокрица была непреклонна. — Выбирай, кого не жалко, — хохотнула и уселась на гримуар, наблюдая за моими действиями.

— Ладно, ничуть не страшно, — бормотала себе под нос, заходя за ширму.

Подошла к клеткам и начала выбирать самое противное животное из всех, что тут содержались.

Погрузилась в выбор с головой и не сразу обратила внимание на странный скрежет. Звук несколько выбивался из общего гомона копошащегося и пищащего зверья. Бедолаги боялись Эрмину, как огня.

Как же я ошибалась! — прямо на моих глазах ряд клеток сдвинулся в сторону и открылся темный проход, вроде того, по которому мы спустились в подвал из кабинета. И из этого прохода появились двое — Вэрлим и Рояна.

В голове полыхнуло от предчувствия опасности — вряд ли они сюда чаи распивать явились, и я бросилась к выходу. Да только через пару шагов замерла, будто с размаху впечаталась в невидимую стену.

— Не так быстро, дорогая, — хмыкнул позади ведьмак, — не так быстро.

Я дернулась изо всех сил, и поняла, что даже моргнуть не в состоянии.

— Молли! — и голос пропал, хотя молчаливый крик так и душил изнутри. — Что происходит? — стояла, застывшая, как муха в янтаре, и смотрела, как Вэрлим обходит меня по кругу и рассматривает, будто проверяя, не попортила ли одолженное на время тело. — Но теперь я — это Эрмина, и ничего ведьмак с этим не поделает. Если у него и были отношения с бывшей владелицей, то они закончились. Это я точно знаю. У меня вид лощеного красавца с мерзкой приклеенной улыбочкой вызывал отвращение.

— Что, хочешь о чем-то спросить? — мужчина замер прямо перед моим лицом и приблизился так, что ощущала его дыхание на коже. — Если бы пришла на встречу, когда я тебя просил, могла бы и получить некоторые ответы. А сейчас будет так, как я хочу. Хм, надо же! — искривился в ухмылке, — взгляд затравленной лани. Ты не стоишь и мизинца Эрмины! Настоящей Эрмины, имею в виду!

А вот тут меня мороз продрал по коже! Откуда он узнал? И что он сказал, не стою мизинца? Да ни в жизнь не хотела бы походить на эту черную дрянь!

— О, злишься! — расхохотался Вэрлим, — уже лучше. Но все равно не то! Хотя, кое-что я бы проверил… — нахал присосался поцелуем и принялся терзать мои бедные губы. Так отвратительно себя давно не чувствовала. И этот слюнявый рот, и жадные пальцы, что прошлись по выпуклостям вызвали волну гадливости и отвращения. Все равно, что с той же мокрицей целоваться. Ну, наверное, также противно, должно быть.

— Хм, бревно! То ли дело моя горячая ведьмочка, — подытожил ведьмак результаты своего эксперимента. — Ну, ничего! Скоро мы все исправим. Рояна, у нас все готово для ритуала?

Ох! — как только мужчина сместился в сторону, я увидела, что «подружка» не бездействовала. В той пентаграмме, что мы создали вместе с Молли, добавились лишние рисунки. По помещению потянулся тягучий запах свечей, что разом вспыхнули, стоило ведьмаку щелкнуть пальцами. Эффектно, ничего не скажешь. И очень страшно. Меня заколотило мелкой дрожью, которую не сумели сдержать даже невидимые путы.

— Ну-ну, тут нечего бояться, — «успокоил» Вэрлим, — поделишься капелькой крови и на время побудешь Рояной. Тебе ведь не привыкать уже быть кем-то другим, не правда ли?

«Гад, сволочь! Что это значит? Молли? — бешено вращая глазами, уставилась на сколопендру, которая уже спелась с ведьмой и помогала той советами, как мне недавно. — У, мерзость продажная! Так и знала, что она себе на уме!».

— Ух, как искрит от злости! — восхитился бывший Эрмины и хлопнул меня по заднице. Не знаю, что послужило спусковым крючком, этот удар или внутреннее напряжение достигло пика, но я вдруг резко обрела контроль над телом. Первым же порывом залепила Вэрлиму смачную пощечину.

— Не смей ко мне прикасаться, тварь! — томившийся внутри крик вырвался, наконец, наружу. — Фер, на помощь! Феррон! Помо…

Острая боль в затылке и резко накатившая темнота оборвали на полуслове.

Сознание возвращалось медленно. Сначала пульсирующей в висках болью и тяжелым восковым запахом, к которому примешивалось что-то неприятное, металлическое. Затем соленым привкусом во рту и скованностью затекших от неподвижности мышц. Следом пришло понимание, что лежу на холодном полу, крепко связанная по рукам и ногам. Ну и последним включился слух, донесший монотонный бубнеж на непонятном языке. Я глухо застонала, не в силах молча выносить подобное издевательство. Однако услышала противный голосок Молли и затихла в надежде, что узнаю что-нибудь полезное.

— Ты что-то напутал, точно тебе говорю!

— И вовсе нет, хватит меня поучать, Эрмина! — огрызнулся Вэрлим, и у меня в голове, будто набатом ударили!

Эрмина — это и есть Молли! Противный голосок и я с закрытыми глазами узнаю. Когда я попала в тело ведьмы, та не умерла и не исчезла, а попала в сколопендру. Отсюда все ее знания о прошлом, о магии и об отношениях с мужем. Отсюда ее стремление уничтожить дракона или сбежать от него подальше. Господи, да ведь она же подговорила ударить Фера ножом! Из-за мерзкой ведьмы я чуть не превратилась в убийцу! Где были мои глаза? Ну, почему я без сомнений приняла помощь мокрицы и поверила, что та мне помогает лишь из добрых побуждений? Какая же я дура!

— Здесь дело не в нас и не в ритуале, — под мои мысленные стенания продолжил мужчина. —  Эта переселенка во всем виновата! Кровь-то мы берем у твоего тела, но основу слепка составляет бестелесный образ. Фу, ну и уродина! Немудрено, что ее прибили в том мире. Я бы сам таких уничтожал, чтобы не отравляли мое чувство прекрасного.

Это он обо мне? Вот, скотина лживая! — вызверилась на ведьмака, оскорбившись до глубины души. — Да, с Эрминой меня не сравнить, конечно. Но я не уродина! И… как он сумел увидеть? — из-под чуть приоткрытых ресниц попыталась рассмотреть, что происходит вокруг. И увиденное совсем не порадовало.

Я лежала внутри той пентаграммы, что чертила недавно. А рядышком, рука к руке лежала Рояна, над которой и склонился Вэрлим на пару с многоножкой. И вот… то ли у меня расплывалось все перед глазами, то ли это на самом деле происходило, но внешность Рояны мерцала и менялась, будто податливая глина в руках мастера. Ведьма то становилась самой собой, какой я ее запомнила на балу, то округлялась и походила на ту пухлую блондинку, которую видела в зеркале на протяжении восемнадцати лет, то превращалась в Эрмину. Но последний образ существовал пару секунд и вновь возвращался к облику настоящей хозяйки тела.

Это что они задумали такое?

— Ритуал не рассчитан на трех участниц! — в привычной манере фыркнула Молли. — Значит, одну надо исключить. И так, чтобы наверняка! Вышвырни уже эту поганую девку из моего тела!

— Нет, нет, только не это! Пожалуйста! — взмолилась мысленно. Я бы и закричала, только тело меня совсем не слушалось. Гады подстраховались на все случаи жизни. И веревками скрутили, чтобы не дергалась, и заклинанием обездвижили. — Пожалуйста, я не хочу умирать! Снова! Фер, пожалуйста! Услышь меня, ты мне так нужен! Мамочки!

Наверное, Вэрлим что-то сделал, потому что от боли меня выгнуло дугой. Такое чувство, будто меня разрывало на части, изнутри. Это очень-очень больно. Настолько, что я перестала соображать и зашлась в диком безмолвном крике.

— Стой, стой, что ты творишь? Эта дрянь сейчас угробит мое тело! — противно заверещала Молли, — вот же прицепилась! Как пиявка, не выгонишь! Вэр, что хочешь делай, но… верни! Мне! Мое! Тело! — мокрица перешла на ультразвук, а у меня из ушей полилось что-то теплое.

Тут даже самые крепкие не выдержат, так и Вэрлим выхватил ритуальный кинжал и со всего маха всадил его в грудь… Рояне. Я почувствовала, как брызнула теплая кровь, как резко оборвался крик, и в воцарившейся тишине ведьма забулькала, задергалась и… затихла. В следующий миг меня вдруг потянуло куда-то, закружило в очередную темноту, и я отключилась, чтобы прийти в себя от саднящей боли в районе сердца. Миг, на то, чтобы моргнуть, попробовать пошевелиться, и меня накрыло ворохом цветных картинок из чужих воспоминаний. Какие-то витиеватые знаки, магические символы, чужие лица и голоса. Я потонула в образах, совершенно не понимая, откуда они свалились на мою бедную голову.

— Другое дело! — раздался до ужаса знакомый голос. Настолько знакомый, что мурашки по телу побежали. Это ведь я, ну, то есть, та я, которая Эрмина! — Как же хорошо вновь стать собой!

Распахнув глаза, увидела, как Эрмина сладко потягивается, пока Вэрлим торопливо освобождает ее от веревок. Впрочем, он не успел закончить, как ведьма щелкнула пальцами, и путы осыпались серым пеплом. А потом она схватила мужчину за отворот одежды, притянула к себе и впилась долгим смачным поцелуем.

— Что это значит? — я подскочила на месте, больше всего опасаясь, что оказалась внутри мокрицы. Но нет, мерзкой сколопендры рядом не наблюдалось, за то я вполне себе живая и относительно здоровая, если не считать след крови от затянувшейся на груди раны, сидела все в той же пентаграмме. Я посмотрела на руки — не мои! Ощупала лицо, волосы — дважды не мое. Неужели я снова поменяла тело?

— Да уж! Ты чрезвычайно везучая, тварь! — раздался ехидный голос Эрмины. Кажется, я рассуждала вслух, а эти «голубки», наконец, оторвались друг от друга. — Я уж было испугалась, что не смогу вернуться! — отвесила мне такую оплеуху, что у меня голова едва не оторвалась. А она у меня и так не в порядке, до сих пор внутри такая мешанина, что с трудом соображаю, где мои воспоминания, а где прежней хозяйки.

—  Так, что, я теперь Рояна? — ухватившись за скулу, на которой уже наливался синяк, поинтересовалась у парочки. — А как же… Феррон?

От осознания, что дракон для меня навсегда потерян, из глаз брызнули слезы. Он до безумия любил Эрмину, и теперь, когда она вернулась, будет с ней, а в мою сторону даже не посмотрит. А она… она же снова начнет издеваться над ним! За что мне это? За что?

— Надо избавляться от этой размазни! — брезгливо сказал ведьмак.

— Согласна, любимый. Черт! — мои слезы и переживания ведьму не интересовали, но она дернулась, прислушиваясь к чему-то. — Вот привязались словечки! — фыркнула в мою сторону. — Вэр, нам надо поторопиться! Этот… бла-го-вер-ный наверху бушует. Там вроде старый дракон его под арест посадил. Хоть какая-то польза, что не сдох вместе со своей женушкой! Но как он вырвался? Ве-эр! Я точно не хочу встречаться с этим больным уродом! Придумай что-нибудь!

И как-то странно взгляды парочки скрестились на мне.

— Может, и не надо второй раз марать руки об ЭТО! — мужчина недобро усмехнулся. — Пустим ее! Глядишь, дракон сам ее прибьет в порыве ревности.

— Это смешает нам все планы, — пробурчала Эрмина, — но ты прав. Уж лучше пусть она сдохнет, чем я или ты.

— Ритуал подобия! — воскликнули они в один голос.

— Может сработать, — ведьма уверенно кивнула, — я до сих пор чувствую ее след в своем теле. Давай же, не тяни, — подставила ладонь мужчине, и тот полоснул по ней ножом. Затем бесцеремонно схватил меня за руку и резанул, отчего я дернулась и вскрикнула от боли. Но кто бы обратил внимание?

Ведьмак соединил наши порезанные ладони и зашептал заклинание. Удивительно, но я не только поняла незнакомый язык, но и суть того, что сейчас происходило. Видимо, память бывшей владелицы тела сработала. До конца не понимая, что делаю, забормотала свое заклинание.

— Ты что творишь?! — зашипела Эрмина, когда до нее дошло, что я делаю. Вэрлим сверкнул глазами и ткнул двумя пальцами в мой лоб.

Я мгновенно отключилась и пропустила завершение ритуала.