Глава 12 «Неожиданности королевского масштаба»

К тому моменту как церемониймейстер отправил к ним лакея, девушка уже вся издёргалась. Волнение то и дело накрывало её с головой, необходимость держать улыбку на лице вызывала нервозный тик в пальцах.

— Успокойтесь и возьмите себя в руки. Сейчас нас объявят, и нужно будет достойно показать себя.

— Я спокойна. — буркнула в ответ Талина.

— По вам так и заметно.

— А вы сами не испытываете волнения?

— Никак нет. Я скорее опасаюсь того, что вы споткнётесь или скажете что-то не то. — усмехнулся он, окинув девушку снисходительным взглядом.

— Это я то?! — едва сдержавшись что бы не вскрикнуть, Талина шикнула на него, легонько ткнув локтем в бок.

— Дорогая супруга, неужто вы хотите побороться?

— Я хочу что бы вы наконец поняли, что упрёками и оскорблениями ничего не добьётесь!

— Услышал и понял, а теперь сосредоточьтесь на достойном появлении. У нас будет совсем немного времени.

— Да поняла я всё, не глупая. — огрызнулась в ответ Графиня, снова тихо, что бы не побеспокоить никого из приглашённых.

Сейчас была самая ненавистная Талиной часть, которую она называла не иначе как «Бездумное Пастбище». Потому что гости кочевали он одного стола с закусками и напитками, к другому. Переговаривались, представляли своих протеже друг другу, обсуждали последние новости. Всё в ожидании главного, официального объявления. Только после этого можно приступать к танцам, более серьёзным разговорам и конечно же к флирту, о котором так много читала девушка.

«Так, вдох, выдох. Это всего лишь несколько мгновений. Их надо перетерпеть и выглядеть достойно.» — попыталась приободрить себя Талина, приказывая телу унять дрожь.

Роберт мягко подтолкнул её к золотым дверям, за которыми скрывалось очередное испытание в её жизни. Почувствовав как пальцы супруга прикоснулись к её собственным. Несмотря на шёлковые перчатки, она мгновенно почувствовала ободряющее тепло. Бросив взгляд на рядом стоящего мужчину, она впервые видела его таким.

Граф Одилет смотрел прямо, губы были сжаты в тонкую линию, а грудь вздымалась под размеренным, тяжёлым дыханием. Пусть он и не признался, но Талина видела его волнение. Этот выход был для него тоже первым, оставалось только гадать, по какой причине он раньше не был представлен Королю.

Отведя взгляд, девушка сделала ещё один вдох, перед тем как за золотой дверью не провозгласили их имена. Дверь открылась брызнув тёплым, золотистым светом. Следуя за ведущей рукой супруга, она сделала первый шаг, за ним второй. На лицо, сама по себе выплыла милая улыбка. Зал был заполнен наполовину, а в самом конце, возвышались два трона.

Глаза разбегались от обилия лиц и блеска драгоценных камней и дорогих тканей. Пусть не такой длинный по сути, показался девушке вечностью и лишь оказавшись прямо перед монаршей четой, она посмотрела на Короля и его избранницу.

Удивление тут же отразилось на лице молодой Графини. Почувствовав, как пальцы Роберта сжали её руку, она опомнилась и присела в реверансе. Прямо перед ней, по левую руку от Короля была её недавняя знакомая из дамской комнаты. Будучи полностью погружённой в собственные переживания, она так и не спросила имени своей собеседницы, но даже в самой отчаянной фантазии не могла вообразить, что так просто встретила будущую Королеву.

Полностью повинуясь супругу, она поднялась и следуя за ним, стала частью разряженной толпы. Позади голос церемониймейстера уже объявил другое имя.

— Вы превосходно держались, я даже удивлён. Лёгкая медлительность в самом конце выглядела немного странно, но думаю никто не придерётся к этому, учитывая что это первое явление при дворе.

— А у вас, разве не первое? — не удержалась от колкости девушка, тем самым сбрасывая напряжение.

— Конечно же нет. Я уже не раз бывал тут, однако Королю меня официально представили впервые.

— И ради этих нескольких мгновений был весь сыр-бор? — возмутилась она, припоминая как нечто подобное говорила Матильда. — А разговоров то было, я уже думала что придётся отвечать на вопросы или что-то говорить.

— Дайте время, будет и не такое. Но даже такое, как вам показалось, незначительное действие, требует огромных усилий для свершения. Не все аристократы удостаиваются личного представления. Сейчас нам повезло, но нам обязательно надо закрепить этот успех.

— Нам?

— Вы моя супруга. А как сказано в заветах Светлого Святого: «И да будут супруг со своей супружницей единым целым, как светило небесное и его лучи.» — менторским тоном прошептал мужчина, наклонившись к уху девушки.

— Да поняла я всё, поняла. — немного отстранившись, шикнула на него Талина. По заметной ухмылке сразу стало понятно, что всё сказанное было не более чем провокацией. Очередная шутка для того, что бы вывести её на эмоции. — Не могли бы вы хотя бы сейчас сохранять серьёзный настрой? Сами говорили о том, что нельзя терять лицо.

— Готов спорить на что угодно, что прямо сейчас родилась сплетня о том, как достопочтимый Граф Одилет, безумно влюблён в свою супругу. — ответил он, указав едва заметным движением руки на двух женщин возраста её матушки. Заметив на себе взгляд молодой Графини, они тут же отвернулись, продолжая говорить о чём-то своём.

— Прям влюблён?

— А почему бы и нет. Вы красивы, я не дурён собой, чего время терять?

— Ну а если серьёзно? — повернувшись к мужчине, серьёзно спросила она, не до конца понимая, насколько важен ответ. Ожидая очередной усмешки, девушка боялась услышать возможно самые желанные, для любой дамы слова. Сердце её хотело любви, но прежняя любовь была разрушена жестокими реалиями мира, а брак, так и не принёс обещанного покоя. Сейчас, они были с Робертом на равных, в своих чувствах и эмоциях. Но в любой момент это могло измениться. Она боялась полюбить и вместе с этим, боялась что Роберт полюбит её раньше. Но прозвучавшее однажды, нельзя вернуть.

Взгляд серых глаз был преисполнен тягучего холода, такого, от которого во время утренней прогулки стучат зубы. Но вместе с этим, в его глазах было и тепло, лёгкая улыбка, только уголками губ, тоже вызывала расположение. Но Талина приказала себе не обманываться, внешней мягкостью супруга.

Вокруг звучали голоса. Люди предавались сплетничеству и обсуждению планов прямо сейчас, на разных уровнях громкости, из-за чего в ушах звенело от этой трескотни. Но она с замиранием сердца ждала, что же скажет только один человек.

— А если серьёзно, я начинаю испытывать к вам искреннюю симпатию.

Этот ответ прозвучал достаточно вежливо и вместе с этим, будто бы отрепетировано. Не было в этом признании того пыла, о котором так часто девушка читала. В груди неприятно кольнуло, это уязвлённое самолюбие напомнило о себе. Но прежде чем она успела придумать достаточно колкий ответ, Его Величество Иолас привлёк к себе внимание гостей.

— Долгие месяцы в пути, стали настоящим испытанием для моей невесты. Как бы я хотел разделить с ней все эти тяготы, но уповаю на то, что это было самое сложное испытание для нашего союза, из уготованных Светлым.

По залу тут же пронеслись одобрительные смешки, что в свою очередь вызвало улыбку на лице монарха. Испещрённая множеством мелких шрамов кожа выглядела даже с этого расстояния сухой и болезненной. Возможно из-за этого, мужчина выглядел намного старше своего реального возраста. Он был напоминанием об ужасной трагедии, унёсшей жизни многих жителей Милгора, и вместе с этим, именно он был олицетворением надежды.

Погрузившись в размышления, молодая Графиня предалась рассуждением о своей возможной судьбе. Ведь ей в мужья мог достаться мужчина, внешне похожий на Короля Иоласа, или более старый. Менее терпеливый или совсем больной на голову и душой. Но даже с этими аргументами, девушка так и не смогла найти в своём сердце любви к супругу.

Тем временем, мужчина уже закончил свою речь и взяв под руку свою невесту, направился к центру зала, дабы первым танцем открыть этот бал.

— Не хотите ли потанцевать, дорогая супруга? — склонившись перед ней произнёс Роберт, явно желая выглядеть как тот самый благородных господин из дамских романов.

— Раз уж вы просите. — с улыбкой ответила Талина, позволяя увести себя в сторону танцующих подле королевской четы пар.

Это был новый для Милгора танец. Не одобряемый храмом и вместе с этим желанный. Плавные движения, возможность быть совсем близко к партнёру. Волей случая девушка знала все движения. Отгоняя все мысли о том, как и с кем, она разучивала этот танец, Талина увидела в толпе знакомое лицо, но тут же потеряла его из вида. Постаравшись полностью отдаться музыке, она позволяла Роберту вести её.

«Всё как и должно быть в браке. Он ведущий, я ведомая. Но почему так грустно?» — подумала она, едва не оступившись.

Несмотря на то, что родители дали ей неплохое образование, позволить учителя танцев на постоянной основе, они не могли. Поэтому хоть она и знала все схемы и движения, из-за отсутствия практики, ей не хватало изящества, что бросалось в глаза.

— Нам обязательно надо восполнить этот пробел в вашем образовании. — тихо произнёс Граф.

— Думаете ещё об одном слухе, что мог родиться прямо сейчас?

— Скорее хочу что бы вы чувствовали себя свободной в танце. Даже сейчас, вы слишком напряжены, стараетесь контролировать каждое движение.

— Но слухи вас тоже беспокоят?

— Вас они тоже начнут беспокоить, когда станете предметом обсуждений.

— Предметом, как это мило. Но как мне кажется, что бы я не делала, так и останусь нищенкой с милым личиком, которую из жалости решил взять в жёны самый выгодный жених. — не удержалась от колкости Талина, припоминая обрывок услышанной фразы двух сплетниц. Даже при всём желании, она не могла вмешаться, в столь оскорбительный разговор и поэтому, ей пришлось сглотнуть обиду и идти дальше. Даже Леди Виренольд, сделала вид, что ничего не слышала.

— Никто не может вас оскорбить, пока вы не чувствуете себя оскорблённой.

— Сложно не чувствовать себя оскорблённой, в таких обстоятельствах. Я бы хотела говорить что меня не волнует чужое мнение, но мне неприятно.

— Однако в этом есть кое-что приятное для меня. — с лукавой улыбкой сообщил Роберт.

— И что же?

— Вы честно говорите об этом, говорите мне, а не какой-то подружке или матушке.

— Наверное, потому что подруг у меня нет.

— А если бы была?

Вопрос был с подвохом и заставил Талину задуматься. Танец позволял делать длительные паузы, но взгляд мужчины был заинтересованным в получении ответа.

— Я бы всё равно сказала вам, так как вы мой муж и репутация у нас в некотором роде общая.

— Ожидаете от меня действий по защите вашей чести?

— Вам обязательно каждый раз подтрунивать над мной? Конечно же нет! Да и что вы можете сделать со словами?

— В любом случае я рад. Кажется, между нами начинает формироваться доверие.

Музыка стихла, перед тем, как зазвучать снова. Более оживлённая и вызывающая радость в душе. Ответив на красноречивый взгляд супруга кивком, Талина позволила увлечь себя в новый танец.

Спустя несколько танцев, заметив что дыхание девушки стало учащённым, Роберт проводил её к столику с напитками и взяв бокалы с вином, стал напротив. Несколько девушек чуть поодаль, откровенно стреляли глазами в их сторону. Ощущать на себе такое внимание было непривычно и даже немного приятно.

До глубокой ночи, Граф почти всё своё время проводил рядом с супругой, лишь изредка покидая её, что бы переговорить с отдельными лицами. Подходила Леди Виренольд, что бы представить некоторых дам, знакомство с которыми могло бы быть полезно.

Талина даже привыкла к обилию людей вокруг, ровно до того момента, пока Роберт не сказал что им уже пора. Полный облегчения выдох раздался уже внутри кареты, стоило сдвинуться с места.

— Как вам первый выход в свет?

— Сложно. Держать лицо, улыбаться, быть милой. Не знаю, как некоторые умудряют сочетать с этим яд.

— Вы слишком предвзяты. Но мне это даже нравится.

— Пока не могу сказать, что хотела бы быть придворной дамой. Это требует слишком много сил.

— Быть смиренной женой в окружении кучи детишек вы не хотите, придворной дамой тоже быть не желаете. Так чего же жаждет ваше сердце?

— Свободы. — посмотрев супругу прямо в глаза, ответила девушка. Усталость всей своей тяжестью навалилась на неё, лишая эмоций.

— Мы все хотим свободы, но правда заключается в том, что никто в этом мире не свободен. Мы рабы обстоятельств, своих желаний или любых других, неподвластных нам явлений.

— Звучит мрачно.

— Не спорю, но что для вас является свободой?

— Возможность жить так как я хочу. Иметь возможность читать, гулять, проводить время с семьёй, иногда путешествовать, воспитывать детей, любить и быть любимой.

Слова девушки звучали настолько вдохновенно, что Роберт невольно залюбовался ей. В свете небольшого свечного фонаря, что покачивался от размеренного движения кареты, она выглядела такой простой, уютной. Хотелось прикоснуться к ней, хотя бы на мгновение ощутить этот свет, которым она светится изнутри.

— Я сказала что-то не то? — осторожно поинтересовалась молодая Графиня, смутившись. Неловкое молчание, подтолкнуло её к действиям. Поддавшись вперёд, она поймала взгляд мужчины. — Всё в порядке?

— Да, моя дорогая, всё хорошо. Когда я был немного моложе, думал почти так же.

— Думаете это невозможно?

— Это утопия. Всё и сразу невозможно. Вы хотите совместить две роли, роль заботливой матери и непокорной дочери. Вам придётся выбрать что-то одно, рано или поздно. Нельзя получать одни только позитивные стороны от жизни.

— Вы словно пытаетесь меня в этом убедить. А в какой роли вы видите меня? — откинувшись на бархатную спинку сиденья, с улыбкой спросила Талина.

— Я думаю, что вы в состоянии справиться с любой ролью. Моя задача предоставить вам выбор, но мне бы хотелось видеть в вас партнёра, это если возвращаться к недавнему разговору.

— Если судить по первому выходу в свет, то у меня это не сильно получилось.

— Судить об успехе дела по первым попыткам, прямой путь к разочарованию. Вижу что этот разговор вас утомил, можете подремать немного, я разбужу вас как только приедем.

Талина и правда чувствовала себя разбитой и была благодарна супругу за возможность отдохнуть. До дома им было ещё далеко, поэтому прикрыв глаза, молодая Графиня прислушалась к скрипу колёс и стуку копыт по мостовой. Это нельзя было назвать полноценным сном, особенно учитывая что на пересечении улиц карету знатно потряхивало, вырывая девушку из объятий сна. Но она продолжала сидеть с закрытыми глазами, отчасти, потому что боялась смотреть на Роберта.

Сегодня он показал себя совсем с другой стороны. Он уделял ей внимание, заботился о напитках, не давал заскучать в обществе дам, время от времени приглашая на танец. Ни один из мужчин присутствующих в зале, так и не решился украсть девушку из под надзора Графа, даже на один танец. Раньше, её бы это возмутило, но сейчас, Талина не имела ничего против такой заботы.

С его стороны чувствовалась власть. Возможно она была завязана на спокойствии, а быть может, крылась в самой глубине его стальных глаз. Но девушке хотелось противиться этому и подчиняться одновременно. Разрывающее душу чувство было обнаружено совсем недавно и что с этим делать, молодая Графиня не знала. Единственное, в чём она была уверенна, так это в том, что является частью неизвестной ей игры.

— Просыпайтесь, мы приехали. — тихо произнёс Роберт, дотронувшись до её руки.

Открыв глаза, Талина снова оказалась в холодном плену, который из-за освещения обратился Тьмой.

«Наверное не стоило думать о нём.» — промелькнуло в голове, и эта мысль помогла собраться.

— Хорошо. — ответила она опустив взгляд на руки в изящных, шёлковых перчатках.

Первым вышел мужчина что бы помочь ей спуститься. Его рука была горячей, а в пальцах ощущалась сила, ведь он плотно обхватил её тонкие пальчики, что бы уже не отпускать. Вплоть до её покоев они шли молча. Даже управляющий прикусил язык при виде пары, поспешив исчезнуть за дверью парадной столовой.

— Вы прекрасно справились, моя дорогая.

— Как видите, я держу своё слово. Не опозорила вас. — не удержалась от шпильки девушка, чувствуя как щёки покрыл предательский румянец. Похвала была приятна, ведь слова звучали искренне.

— Надеюсь что так будет и дальше, хотя есть кое-что, в чём я бы не хотел видеть верность слову. — поцеловав руку супруги, он задержал взгляд на её лице, вызывая сердечный трепет. — Доброй ночи и приятных снов.

***

Поведение Талины на протяжении всего вечера, несмотря на препирательства, было достойным её положения. Сегодня она выглядела и вела себя как настоящая аристократка. После выхода в свет, Роберт уже не сомневался в правильности своего выбора.

Вспоминая разговор о ролях, мужчина и сам задался подобным вопросом. Раньше всё было легко и понятно, но с появлением Талины, пришлось многое переработать в своих взглядах. Подумать только, совсем недавно он считал что женившись, обретёт покой и закроет определённые пробелы. Но сегодня он предложил женщине роль партнёра.

Вернувшись к себе в покои, он скинул камзол и упав на кровать направил взгляд на стол. Прошлой ночью она сама пришла к нему. Пусть и вынуждено, но пришла. Мечтательная улыбка озарила лицо, стоило вспомнить о том, как она извивалась под ним, при этом не желая уходить.

Больше всего на свете, мужчине хотелось плюнуть на всё и провести эту ночь в покоях Талины. Вдыхать запах её волос, кожи, ощущать податливость нежность тела, прижимать к себе. Он уже начал жалеть о словах, сказанных в эмоциональном порыве. Разводиться с девушкой Граф уже и не думал, но и признаться в этом прямо не мог.

Осторожный стук в дверь заставил его вздрогнуть от неожиданности. Управляющий к нему не пришёл бы так поздно. Поднявшись, Роберт направился к двери. В сердце мужчины зажглась надежда, вдруг это Талина решила повторить попытку соблазнить его. Но открыв, испытал разочарование. Перед ним стояла Арина.

— Простите что так поздно. — опустив глаза, произнесла она.

— Входи.

Несмотря на поникшее настроение, он всё же решил выслушать девушку. Закрыв за ней дверь, Граф скрестил руки на груди и окинув служанку взглядом спросил.

— Что-то с Талиной?

— Нет, с Госпожой всё в порядке.

— Тогда зачем пришла?

— Я хотела узнать не нужно ли что-то. — так же скромно ответила она, так и не решаясь поднять глаза.

— С каких это пор ты прислуживаешь мне? Ты прикреплена к Графине и служишь ей. Ко мне обращаться ты должна только с сообщениями о состоянии моей супруги. Кстати, как она?

— Всё в порядке. Уже отдыхает в своих покоях.

— Что-то говорила обо мне?

— Нет. Госпожа на редкость молчалива и степенна.

— А до этого? Как она ко мне относится, что говорит, как себя ведёт.

— Я бы не сказала что настолько близка к Госпоже, что бы она делилась со мной своими мыслями.

— Но ты же женщина, должна видеть такое. Начинаю думать, что ты не справляешься.

— Мне показалось что утром Госпожа была несколько взволнована. Она часто на вас смотрит и много времени проводит за чтением… кхм… весьма откровенных книг.

— А вот это уже интересно. Продолжай наблюдать и больше не приходи ко мне сама, особенно ночью. Не хочу, что бы Талина волновалась. Я сам тебя вызову если понадобишься. — холодно произнёс Роберт и уже открыв дверь, добавил, — Можешь идти.

***

Сердце охватила самая настоящая ярость. Обжигающая, сильная, больше похожая на шторм. Все усилия были напрасны. Он не заметил тонкий запах жасминовой эссенции, исходящий от неё, не заметил идеально выглаженного платья без этого ужасного белого фартука, уложенные волосы и слегка подкрашенные губы.

Арина столько времени провела в общей купальне, что бы отмыть запах пота и отбелить кожу. Все старания были насмарку, он даже не посмотрел на неё. Даже намёка на интерес, все его мысли занимала Талина. Наглая маленькая дрянь, которую хотелось уничтожить. Каждый раз, помогая ей принять ванну, служанка боролась с диким желанием утопить её. Положить руки на шею и удерживать под водой сжимая до хруста, пока силы не покинут девушку.

Эта картинка, возникающая каждый раз перед глазами, была такой живой, будто уже является реальностью. Столько возможностей было упущено. Как просто было бы толкнуть нахалку с лестницы или ослабить седельные ремни, отравить, задушить подушкой. Но каждый раз, она себя отговаривала от этого. Не давала себе даже на мгновение потерять контроль и совершить непоправимое.

Ревность билась внутри, будто раненный зверь в клетке. Будь у неё хоть один маленький шанс занять место Талины, Арина не раздумывала бы ни минуты. Но этого шанса не было. А после сегодняшнего акта равнодуший со стороны Роберта, у неё не было шанса и стать любовницей.

Вернувшись к общую спальню, она окинула взглядом ряды одинаковых коек. Небольшие сундуки в изножье, серые покрывала из грубой шерсти, такое же сероватое постельное бельё, голые каменные стены, вот и всё нехитрое убранство. Тут жили горничные и пространства было ровно столько, что бы отдыхать в конце дня. В этой комнате не было даже окна.

То, в каких условиях жила Графиня, нельзя было даже сравнивать с этой убогостью. И обиднее всего, полное обесценивание этих благ. Арина просто не понимала, как можно не ценить мягкую и большую кровать, несколько комнат, огромный гардероб с дорогими нарядами, собственную купальню. Не понимала и сгорала от зависти.

Сев на жёсткий матрас, девушка опустила голову всеми силами стараясь удержать слёзы. Несколько девушек в конце комнаты о чём-то весело переговаривались и это вызвало новую волну ярости.

«Ну уж нет! Я так просто не сдамся!» — подумала служанка. Решительно поднявшись, она достала потрёпанный плащ. Сложив все свои сбережения, дорогие сердцу вещи в небольшой узелок она покинула эту обитель уныния. Как то иначе, женскую спальню она просто не могла назвать.

Пылающая в сердце обида, злость и зависть подгоняли её по тихим улочкам столицы, всё дальше от богатых кварталов. От кухонных девок, она слышала что в городе есть ведьма, предлагающая свои услуги обычным людям. От них же и знала где её искать.

Чем дальше она продвигалась в глубь рабочих кварталов, тем сильнее билось сердце. Волнение и страх, тревожными звоночками били по взбудораженному разуму. Но отчаяние было сильнее. Будучи не местной, Арина достаточно долго плутала по улочкам, вглядываясь в таблички на указателях. Когда небо уже приобрело сизые тона, она вышла к нужному дому.

С виду обычный, всего в два этажа, с почти чёрными ставнями. Традиционный фонарь над входной дверью уже почти не светил, но внутри явно кто-то был, учитывая мелькнувший в окне второго этажа мужской силуэт.

Выдохнув и приказав себе собраться, Арина подошла к двери и решительно постучала. Спустя мгновение ей открыла женщина преклонных лет, с копной растрёпанных седых волос. Её маленькие глазки буравили гостью, а на лице был отпечаток недовольства. Плотнее запахнувшись в огромную цветастую шаль, она пробасила:

— Кто такая и чего надобно?

— Арина я, пришла за помощью. — испуганно ответила она, почувствовав себя словно на допросе.

— Ну так заходи коль пришла. Сейчас скажу хозяйке.

Сделав шаг внутрь, Арина едва сдержалась что бы не вздрогнуть от объявшего её тепла. Внутри пахло травами, щёлоком и свежим хлебом. Вцепившись побелевшими от холода пальцами в узел своей поклажи, она с замиранием сердца ожидала приёма. По наивности, она подумала что та старуха была ведьмой, но теперь была заинтригована.

Никогда до этого, девушка не встречала ведьм. В их деревне была травница-повитуха, но она и близко не походила на прислужницу Искушающего, или скрывающуюся от Храма чародейку. Хотя как бы не выглядела Норна Сантил, Арина готова была и к Искушающему примкнуть, что бы получить желаемое.

— Проходи наверх, хозяйка примет тебя. — пробурчала старуха, медленно спускаясь вниз.

Поблагодарив женщину, Арина поспешила навстречу к единственной, в ком видела для себя спасение. Второй этаж оказался небольшой комнатой, с проходящим через неё коридором. Окинув взглядом пространство, девушка заметила что одна из дверец приоткрыта, а сквозь небольшой зазор льётся золотистый свет.

Осторожно толкнув дверь, она шагнула внутрь и тут же зажмурилась. Прямо перед ней был совершенно голый мужчина. Высокий, атлетического телосложения, весьма красивой наружности, но не его она ждала увидеть тут.

— Хью, выйди пожалуйста, не смущай человека. — насмешливо произнёс молодой женский голос.

Дождавшись, когда мужчине покинет комнату, Арина открыла глаза и увидела не слишком приглядную даму. Пышные формы, большой нос с горбинкой, пухлые губы, огромные раскосые глаза, густые русые волосы. Всё в её образе было «слишком». Назвать её красивой, у девушки язык бы не повернулся, да и выглядела она совсем не юной девицей. В таком возрасте уже дочь впору замуж выдавать, а не мужчину у себя принимать. Видимо все эти эмоции отразились на её лице, так как женщина ответила:

— Понравился мой мальчик? — улыбка тронула губы в издевательском изгибе.

— Вы Норна Сантил?

— Я, а что это ты так удивилась. Того и гляди брови на затылок уползут. — поджигая табак в изящной курительной трубке, ответила женщина.

— Извините, не ожидала просто. — смутилась Арина, потупив взор.

— Ожидала увидеть почтенную старицу? Можешь не отвечать, и так знаю. — махнула рукой ведьма, после чего принялась раскуривать трубку. — Ты садись, в ногах правды нет. В гузне её тоже не найти, но хоть удобнее будет. Рассказывай, зачем явилась? — занимая место в одном из кресел, спросила она, не сводя оценивающего взгляда с лица девушки.

— Хочу счастливой быть. Мой господин на меня совсем не смотрит, только на свою жену, Искушающий её побрал бы.

— Интересно. А теперь начни с самого начала и не вздумай хоть что-то от меня утаить.

Заинтересованность в голосе ведьмы, только подстегнула собственное желание Арины излить душу. Слова были подобны бурному течению реки. Не замечая времени, она рассказывала о своих чувствах и мыслях, не стеснялась в выражениях и закончив свой рассказ, чувствовала себя опустошённой.

— Вы мне поможете? — с надеждой спросила она, всем сердцем надеясь на положительный ответ.

— Я то могу, но тебе самой надобно решить, чего хочешь и чем готова заплатить. Я не Светлый Святой, чудеса просто так не делаю.

— Это всё что у меня есть. — дрожащими руками она принялась развязывать узел, что бы высыпать на всё на небольшой столик сбоку.

Поддавшись вперёд и потягивая тягучий дым, ведьма окинула взглядом рассыпанные по столу монеты, украшения, ароматные эссенции в пузырьках цветного стекла и несколько серебряных ножей.

— Видно, что подготовилась. А теперь скажи честно, чего жаждет твоё сердце.

— Я хочу что бы сучка Талина сдохла, а Роберт меня полюбил и ни на кого больше не смотрел. Если тут не хватит, я потом ещё заплачу.

— Видно что ты вся во власти эмоции. Но включи разум. Граф никогда не женится на служанке. Это похоронит и его и тебя. Если графиня умрёт, то он найдёт себе другую жену. Тут магия может помочь, но привлечёт много ненужного внимания от Храмовников.

— Тогда что делать? Неужели совсем ничего не сделать?

— Ну почему же, можно. Только тут по-умному надо. Не всё сразу, а последовательно.

— Это как?

— А вот так. Сначала сделать так, что бы Граф без тебя жить не мог, потом жену его бесплодной сделать, а там ребёночка ему родишь.

— И как мне это поможет?

— Коль сильно любить будет, да супруга пустоцветом станет, обозлится на неё и твоего ребёнка в род возьмёт. Для всех она его матерью будет, а на самом деле ты. Пусть она выходит с ним, будет ему женой для всех, но реальной женой ему будешь ты и твой ребёночек станет его наследником.

— Но он на меня даже не смотрит. Я всё для него делала, старалась понравиться, а он к ней тянется. Я же его люблю.

— Ой, ну хотя бы мне не ври! — откинувшись на спинку кресла воскликнула Норна, — Будь он конюхом, али стражником, не посмотрела бы на него. Девка ты ладная, вижу что вниманием не обделена, но не нужен тебе никто. Ты любишь себя, свой комфорт и власть. Это великое искушение, которому ты поддалась, так признайся в этом.

— Да! Я хочу то, что имеет эта сучка Талина. Она даже не ценит этого. Почему я должна гнуть спину и пробивать себе путь своими силами, терпеть унижения и терять силы в борьбе? Её единственное преимущество — это то, что родилась с титулом, а я всё сама! Всегда сама! Да пропади она пропадом! Ей и муж достался ладный, молодой, красивый, статный, деньгами не обделённый, а мне что?

— Тише-тише. Я всё понимаю и помогу тебе. Раз готова идти до конца, приходи ко мне через десятину, дам тебе средство. Но вот этого… — указав пальцем на стол, — точно не хватит. Запомни кто тебе руку помощи подал и будь готова отвечать на мой зов, каждый раз как позову.

— Я умею ценить добро и быть благодарной.

— Значит по рукам?

— По рукам.