Глава 17 «Искренность»

День в обществе друга плавно перетекал в не менее приятный вечер. Однако, ожидание то и дело подбивало его подойти к окну в ожидании кареты.

— Клянусь Светлым, да ты и правда влюбился!

— Так заметно?

— Более чем. Ты светишься, когда говоришь о ней, постоянно высматриваешь её. Я тебя ещё никогда таким не видел.

— Талина, она особенная. Может быть не сама по себе или для мира, но для меня. Конечно её упрямство часто выводит меня из себя, но даже это я нахожу очаровательным.

— А раньше ты так не говорил. — покачал головой Франций.

— Думаю нам помогло время. Привыкаешь к человеку и общий язык как-то сам по себе находится. — ответил Роберт, снова посмотрев в окно. Закат, окрасил небо в ярко-оранжевый и лиловый цвета. Лицо мужчины озарила улыбка, — Она вернулась!

— Отлично, уже не терпится увидеть твою особенную.

Едва сдержавшись что бы не бросится к входу, дабы встретить супругу, Граф поставил свой кубок на стол. Но слуги были предупреждены и она вот-вот должна была войти в комнату. Он даже и не подозревал что может соскучиться так сильно.

Уловив стук шагов в коридоре, Роберт невольно выпрямился.

— У нас гости? — удивилась она, войдя в комнату. — Вы не предупреждали.

Целая гамма чувств отразилась на её лице, от печальной отстранённости, до удивления и милого выражения с лёгкой улыбкой. Подойдя ближе, Роберт взял её за руку и поцеловал.

— Это мой друг, Франций Белтон.

— А вот и прекрасная Талина, о которой я так много слышал. — поклонился он, окинув девушку взглядом.

— Интересно, что же обо мне говорят?

— Только хорошее и теперь я вижу, что слова не способны передать даже части вашего очарования.

— Франций настоящий льстец. — усмехнулся Роберт.

— Куда мне до тебя? — махнул рукой мужчина, — Не хотелось бы выглядеть бестактным, но мне кажется, молодая Госпожа устала с дороги.

— О нет, нисколько. — покачала головой Талина.

— Я уже отдал распоряжения касательно ужина, поэтому предлагаю пройти в столовую.

Роберт всё ещё держал супругу за руку и не хотел разрывать прикосновения. Заметив как напряглась девушка, он мягко подтолкнул её к выходу. Пусть его и снедало любопытство, говорить о делах, лучше в более комфортной обстановке и явно не в присутствии посторонних.

Когда они зашли в комнату, стол уже был накрыт. Приятный полумрак располагал к беседе, но от его взгляда не укрылось, что Талина так и не прикоснулась к еде. Лениво ковыряя сочное мясное рагу с овощами, она медленно цедила вино, отпуская лишь редкие комментарии, дабы не показаться невежливой. Её явно что-то беспокоило, и когда ужин был завершён, а Франций поднялся в выделенные ему покои, Роберт подошёл к супруге сзади и сомкнув руки на её талии, спросил:

— Что-то произошло? Во время ужина вы были так немногословны, моя дорогая.

— Ничего особо важного. — тихо ответила она, сделав шаг в сторону.

— Плохие новости? Мы попали в немилость перед Её Величеством?

— Нет! Как раз наоборот. Королева предложила мне должность фрейлины.

— Так это же отлично! — обняв девушку, Роберт заставил её повернуться к нему лицом и наткнулся на взгляд полный злости. — Только не говорите, что ответили отказом.

— Нет. Я попросила время на обдумывание.

— Почему? Я же просил проявить благоразумие. — процедил мужчина чувствуя что вот-вот потеряет терпение.

— Это оно и было! — воскликнула Талина, ударив кулаком по груди супруга, тем самым вырвавшись из его объятий. Вскинувшись, она продолжила выплёскивать свою ярость, — Признайтесь, это ваших рук дело?

— Я не понимаю о чём вы говорите.

— О нет, я думаю вы прекрасно всё понимаете. Вы же так умны. Не знаю, только своими связями или при поддержке моей семьи, но клянусь Светлым Святым, я уверенна что вы в этом замешаны.

— Допустим. Как это отменяет ваши обязанности?

— Ах, это мои обязанности?! Вы подлец! Мерзавец! Человек без чести! Я обещала вам свою поддержку, печать, связи моей семьи, но вам этого оказалось мало. Зачем вы меня так настойчиво тянете в чуждый мне мир? Зачем всё это? — лицо Графини раскраснелось от злости, а грудь вздымалась от частого дыхания. Волнение завладело её телом, подчинив своей воле и заставив потерять осторожность. Не в силах выдержать напряжения она сделала шаг вперёд и отвесила Роберту пощёчину.

Опешив от такой наглости, он поднял голову и глядя на супругу сверху вниз, с шумом выдохнул. На скулах играли желваки, губы стянуло в тонкую линию и злость на мгновение вытеснил страх, заставив сделать шаг назад.

— Вы моя супруга и нравится вам это или нет, должны делать то, что я вам говорю.

— Выходит ничего не изменилось. — горько усмехнувшись произнесла она, глядя прямо в его стальные глаза.

— А что должно было измениться? Вы моя супруга и должны действовать в наших общих интересах.

— Не надо прикрывать свои собственные желания и стремление к власти, громким «МЫ». Вы уже показали, что в этом браке нет никаких нас, есть только вы, а все остальные лишь средство для достижения цели!

— Вы забываетесь! — процедил он, подойдя ближе.

— Да, вы правы. Я забылась, забылась в тот момент, когда подумала что в вашем сердце может быть что-то кроме жажды власти.

— Вы уже забыли, из какой дыры я вас достал? Именно богатство и власть позволили мне дать вам лучшую жизнь. Но всё что я получаю в ответ, это упрёки и чёрную неблагодарность.

— Если бы вы хотели мне дать лучшую жизнь, вы бы прислушались хоть раз к моим желаниям. Я много раз говорила, что мне неприятно общество великосветских дам. Мне претит эта фальшь и погоня за бОльшим влиянием.

— Хватит вести себя как ребёнок!

— Для вас все кто не соответствуют вашим желаниям — дети? — скрестив руки на груди, обиженно выпалила девушка. Голос дрожал от волнения.

— Я говорю что вижу и сейчас вы ведёте себя как ребёнок. Почему вы так боитесь выйти из своей скорлупы и повзрослеть?

— Потому что вы на меня с этим давите!

Слова больно резанули по сердцу Роберта, исказив его лицо гримасой осознания. Несмотря на всё что между ними было, Талина всё ещё винила его.

— Значит я причина всех ваших горестей?

— Вы заставляете меня делать то, чего я не хочу. Я столько раз вам говорила, что мне претит Высший Свет, а вы решили меня сделать его частью. Зачем? — едва не плача, спросила она.

— Потому что только так можно получить больше. Власть в этом мире, одна из величайших ценностей…

— А как же любовь?

— Любовь это тоже разновидность власти. Только не стройте из себя святую. Талина, вы такое же тщеславное создание как и все вокруг. Но считаете себя лучше других, чище и…

— Я так не считаю! — воскликнула она, перебив речь мужчины.

— О нет, вы именно так и считаете! — всё больше распаляясь, Граф наступал заставляя девушку отступать. — Только посмотрите, посланница Светлого. Все вокруг отравлены грехом и только она одна не подвержена его влиянию. Не завидует, не испытывает ярости, не жаждет возвышения и богатства. Будь вы и вправду такой, уже давно ушли бы в монастырь или умоляли бы меня возлечь с вами как можно скорее. Но вы не хотите быть тихой жёнушкой, не хотите придворной жизни, так чего вы хотите? — продолжая наступать, он припёр её к стене и дальше бежать уже было некуда.

— Я… я уже говорила. — стараясь подавить волнение, прошептала она.

— Я уже слышал этот бред. Но правда в том, что вы самая обычная девушка, которая просто не знает чего хочет и от этого изводит близких. Проблема выбора, люди от этого так часто страдают и я знаю как решить эту проблему.

Сказав это, мужчина схватил её за руку и потащил прочь из комнаты, по коридору и вверх по лестницы. Открыв дверь кабинета он толкнул супругу в объятия мрака и зашёл следом.

— Что вы собираетесь делать? — испуганно залепетала она, пытаясь осмотреться.

Грубо взяв её за локоть он потащил Графиню к столу и усадив в кресло зажёг свечу. В кабинете, как и в своих покоях, он знал каждый предмет и поэтому прекрасно ориентировался. Выдвинув верхний ящик, достал чистый лист. Положив его перед девушкой, он взял из стаканчика с перьями одно и обмакнув его в чернильницу, сунул Талине в руку.

— Пишите.

— Что писать?

— То, что я вам буду диктовать. — склонившись к уху супруги, процедил он.

Опершись одной рукой о столешницу, второй он вцепился в спинку кресла, тем самым нависнув над Графиней и лишая её даже самой мысли о побеге. Не дожидаясь ответа, Роберт принялся диктовать ответное послание и чувствовал удовлетворение от того, как послушно Талина следовала его приказу. Несмотря на лёгкую дрожь в руке, на качестве текста это не отразилось. Закончив писать, она всхлипнула.

— Вы получили что хотели, я могу идти?

— Вы мне ещё спасибо за это скажете. — спрятав лист в другом ящике, ответил он.

— Сомневаюсь.

Взял супругу пальцами за подбородок, Роберт снова заставил её посмотреть на себя. Лицо было заплаканным. Белки глаз покраснели, губы немного припухли от постоянного покусывания, а на щеках всё ещё были видны влажные дорожки слёз.

— Вы находились в плену выбора, а я помог вам с этим. Решил за вас и теперь, можете вздохнуть спокойно.

— Я ненавижу вас!

— Моя дорогая, я это как-нибудь переживу. Как и вы переживёте своё пребывание в качестве фрейлины.

— Что б вас Искушающий забрал! Ненавижу!

Стоило ослабить хватку, как девушка кинулась на него подобно одержимой. Талина, что есть сил била кулаками в грудь Роберта, выплёскивая ярость, она плакала и продолжала кричать. Позволив ей выплеснуть первую волну гнева и почувствовав как удары стали менее сильными, он взял её за руки, сжав пальцы на запястьях завёл ей за спину тем самым прижимая к себе.

Эта ярость была такой отчаянной и соблазнительной, что он просто не смог сдержаться от поцелуя. Властно сминая губы он показывал свою власть и стремился пробудить в ней такую же страсть, что пылала внутри него.

Неожиданный стук в дверь заставил его отвлечься.

— Кто? — прорычал он, недовольный тем, что их прервали.

— Господин, произошёл один очень неприятный инцидент, я посчитал нужным поставить вас в известность.

— Не сейчас!

— Но одним из участников является ваш гость.

— Я сейчас подойду! — крикнул Роберт, и переведя взгляд на Талину, — Наш разговор окончен. Можете возвращаться в свои покои. Советую подумать над своим поведением.

— Как прикажете, Господин Граф. Но не надейтесь что после ваших действий я смогу испытывать к вам что-то кроме ненависти. — полным презрения голосом ответила она.

— Это вы сейчас так говорите.

— Я лучше умру, чем позволю ещё хотя бы раз прикоснуться ко мне!

***

В покоях было прохладно, сквозь открытую дверь от окна гулял ветер. Франций сидел на кровати, мрачно обводя взглядом всех присутствующих, он тихо ругался. Бровь была рассечена, а половину лица окрасило в алый. Сплюнув кровь на пол, мужчина потёр рукой челюсть и поморщился от боли.

В углу два крепких охранника держали не менее крепкого парня. Уже не предпринимая попыток вырываться, он обмяк у них в руках и покорно ждал своей участи, опустив голову. На рыдания и жалостливые всхлипы в углу никто не обращал внимания.

Другие слуги привлечённые шумом и криками, стягивались к месту происшествия пытаясь заглянуть и в числе первых всё разузнать.

— Расступитесь! — прикрикнул на толпу управляющий.

Завидев графа, слуги мгновенно освободили дорогу, не желая попасть под горячую руку. Ведь его выражение лица не сулило ничего хорошего. Переступив порог и увидев друга, Роберт помрачнел ещё больше.

— Что здесь произошло? — процедил он, глядя на управляющего так, будто бы это он был виновен.

— Давай я объясню. — встав с кровати отозвался Франций, — Только я собрался почитать перед сном, в комнату зашла она, — указав в сторону девушки он снова поморщился, — Крутилась рядом, спросила не подать ли чего. Я попросил вина, а потом открыть окно. Она не смогла до него дотянуться из-за стола, тогда я подошёл сам. Тут уже ворвался этот урод и накинулся на меня. Я даже ничего понять не успел, как он уже повалил меня на пол и пару раз ударил по лицу.

— Да тут больше чем пару раз. — окинув взглядом друга, скептично отозвался Роберт.

— Всё так, я его тоже нехило так отделал.

— Понятно, потом на крики сбежались слуги и растащили вас.

— Ага.

— Господин, я ни в чём не виновата! — с криком, служанка кинулась мужчине в ноги. — Кёрт словно с ума сошёл, увидел меня рядом с господином и кинулся на него, всё так и было!

— Поднимись! — прорычал Роберт, теряя терпение. Стычка с Талиной всё ещё была жива в памяти, а при условии, что сейчас нужно сохранять хладнокровие, визги и причитания этому никак не способствовали. Несмотря на приказ, девушка продолжала жаться к его ногам, не замолкая даже на мгновение. — Да отцепите её уже! — прикрикнул он на одного из стражников у входа.

Подойдя к служанке он резко завёл ей руки за спину и грубо оттащил от Графа. Извиваясь в крепком захвате, она плакала и умоляла не выгонять её. Устав от её причитаний, управляющий подошёл ближе и со всего маха отвесил пощёчину. От удара, голову несчастной мотнуло в сторону, но рыдания прекратились.

— Я полагал, что в такой простой ситуации вы способны были разобраться самостоятельно. — сверля взглядом мужчину, процедил Граф. — Не стоило сюда вызывать меня, достаточно было сообщить обо всём утром.

— Но господин, учитывая действующие лица конфликта, моих полномочий недостаточно для решения.

— Вы разве не знаете что делать с непослушными слугами?

— Если бы я выгнал Горинку и отправил Кёрта в тюрьму, возможно вы могли бы посчитать это недостаточным наказанием.

От этой фразы девушка побледнела ещё сильнее, а парень, до этого не подававший голоса резко вскинул голову и дёрнулся. Если бы не бдительность удерживающих его мужчин, быть может ему бы и удалось вырваться, но удача явно отвернулась от Кёрта. Поняв что пощады ему не видать, парень посмотрел в глаза Графу.

— Светлый завещал что чужая женщина священна и не пристало никакому иному мужу, кроме её собственного посягать на её честь! Горинка моя невеста! Моя! Перед людьми и Светлым. А этот подлец хотел забрать её честь!

Подойдя ближе, Роберт окинул парня взглядом. Несмотря на свою силу, боевого умения тому явно не доставало. Франций получил лишь несколько ударов и то, потому что не ожидал нападения. Но Кёрту досталось куда как больше.

— Ты кто такой что бы решать кто достоин твоей ярости, а кто нет? — холодно произнёс Граф, глядя на него. — Ты возомнил себя хозяином поместья, Королём или быть может самим Светлым Святым?

— Н-нет. — подняв глаза на Графа, пролепетал он, опешив от такого тона.

— Здесь я власть и как скажу, так и будет!

— Светлый Святой покарает любого кто пойдёт против него. — собравшись с духом, твёрдо произнёс Кёрт, бросив ободряющий взгляд на свою невесту.

В чём-то этот наглец был прав. Можно его отправить его в тюрьму или сразу на рудники, но это всё время, деньги и связи. Не самое разумное распределение ресурсов, учитывая виновника происшествия. После язвенного поветрия и прихода к власти Короля Иоласа, возросла и власть храма. Графу Одилет то ничего не будет, а вот Франций мог пострадать. Ведь всем известно, как неравнодушны храмовники к обычным людям и их бедам, дабы показать всем вокруг, что нет ничего сильнее веры. Кёрт мог обратиться за правосудием к храмовникам, а такой скандал может сильно подпортить репутацию.

— Горинка, а теперь ты скажи, как всё было на самом деле? — приказал Роберт, видя в этом решение.

— Я-я… — испуганно глядя то на парня, то на Графа, служанка застыла в нерешительности.

— Я не хочу потратить всю ночь на выяснение обстоятельств дела. У меня уже есть одна версия, я и так проявляю милость, давая возможность высказаться всем. — глядя девушке прямо в глаза вкрадчиво и вместе с этим твёрдо произнёс мужчина. — Но я начинаю терять терпение. Я готов судить справедливо, но только при условии что и ты будешь честна.

Словно заворожённая, девушка медленно кивнула и бросив ещё один взгляд на своего жениха заговорила:

— Я не знаю что нашло на Кёрта. Я выполняла свои обязанности и правда не смогла открыть окно. Ваш гость решил мне любезно помочь, а потом вы уже знаете что было.

— Стало быть никто не посягал на твою честь?

— Н-нет.

— Что?! — взревел парень, кинувшись вперёд. — Почему ты так говоришь?

— Прости Кёрт, я не знаю что ты видел, но это явно какое-то недоразумение. — сквозь слёзы, ответила она дрожащим голосом.

— Думаю ситуация вполне ясна. Олькерт, составьте документ и что бы уже к утру, этого человека не было в моём доме. А так же вызовете лекаря для Франция.

— Обойдусь. — махнул рукой мужчина. — Дело пары царапин и нескольких синяков, мне и похлеще доставалось.

— Как знаешь, но осмотреть и промыть раны всё равно стоит.

— А что вы решили с Горинкой? — сухо поинтересовался управляющий.

— Ничего. Девушка ни в чём не виновата, пусть работает и дальше. Но ещё один подобный промах и поступайте как того требует устав. — даже не удостоив служанку взглядом, ответил Граф после чего направился к себе.

Больше всего его заботили отношения с супругой. Его несдержанность и высокомерие стоили отката на несколько шагов назад. Но поступить иначе, значило бы отказаться от цели. Близость к монарху, равно место в палате Лордов, а ради такого, можно и потерпеть.

«Жаль что Талина меня совсем не понимает.» — подумал он, закрывая за собой дверь кабинета.

***

— Да как он смеет! — хлопнув что есть сил дверью прорычала Талина.

В душе была уже не ярость, а нечто большее. Всё плохое что только может испытывать человек овладело всем её существом и не желало размыкать губительных объятий. Но главным было отчаяние. То что было между ними, то восхитительное чувство что так долго росло, было растоптано.

Взгляд упал на изящную вазу. Она была не такой как в Элейн-Ивенарри, но не менее красивой. Букет алых роз уже начал терять свою красоту, что было видно по лепесткам. Проведя пальцами по алому бархату соцветий, девушка на мгновение задумалась. Слегка наклонив голову она любовалась цветами, а спустя мгновение резко схватила узкое горлышко сосуда и с криком кинула его.

Горячие слёзы с новой силой покатились по щекам. За вазой последовал графин с водой и бокалы. Гнев, с каждым мгновением становился всё сильнее.

— Госпожа? — испуганно раздалось за дверью. — С вами всё в порядке?

Вместо ответа, Талина взяла несколько флаконов с духами и подойдя к двери принялась их швырять в стену, рядом с дверным косяком.

«Пусть разорится на демонстрации власти! Пусть испытает такую же боль как и я.» — думала она, радуясь тому, с каким звуком билось стекло.

Комнату резко заполнил цветочный аромат, но это только раззадорило Графиню. Стоило служанке подать голос, и ответом на это, была симфония разрушения. Когда закончились духи и баночки с притираниями, девушка закрыла ладонями уши, что бы больше не слышать стука.

Больше всего хотелось остаться в одиночестве.

— Пусть это будет сон. Только сон. — шептала она стараясь успокоиться, но сердце всё так же сильно билось, отдавая ноющей болью в груди.

От сильного спиртового запаха и цветочных эссенций разболелась голова, а сознание помутнелось. В желании избавиться от этого омерзительного чувства, Талина подошла к окну и распахнув ставни впустила прохладный ночной воздух.

Первый порыв лёгкого ветерка прошёлся холодом, по мокрым от слёз щекам. Прикрыв глаза, девушка просто дышала, позволяя свежему воздуху вытеснить всё то плохое, что овладело ей. Но легче не становилось. Жестокость Роберта, его поведение было доказательством, что ничего не изменилось.

Погрузившись в свои мысли, она и не заметила что в комнату кто-то вошёл.

— Госпожа, с вами всё в порядке? — до боли знакомый голос резанул по ушам, заставив скривиться.

— Арина, я не желаю сейчас говорить и терпеть чьё-то присутствие. Оставь меня! — стараясь говорить спокойно, она смотрела вдаль, где постепенно зажигали городские фонари, разгоняя Тьму.

— Но Госпожа Графиня, в таком состоянии вам не следует оставаться в одиночестве. Вам следует принять ванну, выпить горячего вина с пряностями и отдохнуть.

— Стало быть ещё ты будешь решать что мне следует, а что нет? — вскинулась девушка. Резко повернувшись, она подошла к служанке и продолжила, — Ты кто такая, что позволяешь себе такие рекомендации? Я выше тебя по статусу и не тебе решать, что мне делать. Знай своё место!

Последние слова прозвучали настолько властно, что на мгновение Арина даже опешила. Впервые, Талина говорила так серьёзно. Её слова, в данный момент по силе ничуть не уступали словам Графа. Опустив глаза в пол, она пролепетала:

— Никак нет. Приношу свои извинения, Госпожа.

— А теперь иди. Не хочу никого видеть.

— Как прикажете.

Проследив взглядом за служанкой, Графиня снова повернулась к окну. Ночь обещала быть долгой.

***

— Ну что скажешь? — обеспокоенно принялась расспрашивать Арину, одна из девушек.

За дверью собралось не так уж много слуг, остальные были заняты происшествием в другом крыле. Её саму позвали только потому что она была приставлена к Графине ещё в поместье. Потратив время на поиск ключа, девушка больше всего на свете жалела что окликнула эту гадину, а не толкнула. Такая прекрасная возможность избавиться от соперницы, но пожалела.

«Оставь эти мысли, Талина должна быть живой. Пусть страдает как можно больше.» — принялась себя успокаивать Арина, всё ещё оставаясь во власти эмоций.

— Ты что? Оглохла совсем? — больно дёрнув за руку, произнесла уже другая девушка.

— Просто задумалась. — помотав головой ответила Арина, — Госпожа Графиня в порядке, присматривайте за ней тайно, а как уснёт, надо будет потихоньку убраться.

— И что? Не входить к ней что ли?

— Нет. Таков приказ. — резко осадила, особо нахальную из всех.

— Мда уж. Что ни день, то какие-то новости. А я говорила, что до добра это затишье не доведёт. Не бывает так что бы всё было хорошо.

Оставив девушек обсуждать буйный нрав Госпожи Графини, Арина тихонько пробралась в другое крыло и принялась выжидать. Тот шанс, о котором она так долго молила Светлого Святого, это определённо был он. Всё сложилось как нельзя лучше. Притаившись в нише за статуей, она молилась, что бы всё получилось. Прислушиваясь к каждому шороху, нервно теребила пальцами край фартука и вскоре, показался Роберт. Пройдя по коридору, он ничего не заметил. Выглянув, Арина проследила за мужчиной взглядом и убедившись в том, что он точно зашёл в свои покои, вышла из своего укрытия.

Всё уже было готово. Только заслышав в столовой крики, она не теряла времени даром и всё подготовила. Сняв фартук и поправив платье, она расставила всё на подносе и взяв его, подошла к двери.

Благо в коридоре никого не было и девушка, словно тень проникла внутрь. Сейчас всё зависело от того, насколько убедительной она окажется. Роберт стоял у камина. Опершись одной рукой на полку, он смотрел прямо в недра алого пламени.

— Господин, не желаете ли вина?

— Нет. — мрачно отозвался он, не отрывая взгляда.

Оставив поднос на столе, она невзирая на приказ, наполнила бокал и подойдя к мужчине, протянула его.

— Я же сказал что не хочу пить.

— Господин, я знаю что могу вызвать ваш гнев, но эта ночь выдалась тяжёлой. Ваш друг…

— Да, Франций снова влип. Искушающий! — с шумом выдохнув, прорычал он.

— Выпейте, вино пусть не сильно поможет, но иначе, вы себя просто изведёте. — приблизившись так, как никогда ранее, девушка мягко вложила бокал ему в руку.

— Быть может ты и права. — посмотрев на девушку, произнёс Роберт. — Благодарю.

Опустив глаза, она отступила. Боясь отвести взгляд, Арина с нетерпением ждала. Казалось, что время замедлило свой ход. Добавленное мгновением ранее зелье, лежало в одном из карманов платья и надежда была только на него.

«Он должен выпить всё добровольно, принять этот дар из твоих рук и первой увидеть тебя!» — слова ведьмы будто бы вновь прозвучали в ушах девушки, напоминая о важности соблюдения ритуала.

В комнате было жарко, будто бы весь воздух исчез, обратившись напряжением. Боясь испортить момент, служанка застыла в нерешительности. Роберт поднёс бокал к носу, по своему обыкновению вдохнув аромат вина.

«Хоть бы ничего не почувствовал!» — взмолилась Арина, чувствуя как вспотели ладони.

— Странный запах. Это какое-то новое вино?

— Да. Его доставили сегодня утром.

— Не припомню что бы Олькерт подавал мне на подпись документы о тратах. — задумчиво произнёс мужчина, снова принюхиваясь к вину.

— Несколько бутылок привёз ваш поставщик на пробу. Не волнуйтесь, его уже продегустировали.

— Правда?

— Д-да. — пытаясь унять дрожь в голосе ответила она, однако запнулась. — Почему вы спрашиваете?

— Вину не присущ такой сладкий аромат полыни и фиалок.

— Возможно новый рецепт.

— Возможно. — протянул Граф. — Попробуешь?

Кивнув, Арина сделала шаг к столу. Приметив там поднос, с которым она пришла, мужчина покачал головой, добавив:

— Из моего бокала.

— Правильно ли это?

— Я настаиваю.

Взяв другой бокал, девушка подошла к нему и отлив немного рубиновой жидкости, выпила залпом. Не в силах отвести взгляд от лица возлюбленного, она боялась, что подозрение окажется сильнее.

«Светлый! Не отворачивайся от меня!» — подумала она, предчувствуя неудачу.

Улыбка тронула губы Роберта. Окинув служанку взглядом он выжидал.

— Господин, если бы внутри был яд, я бы уже упала замертво. — осторожно произнесла она. — Но если хотите, я принесу вам другое вино. Например то, что вы пили во время ужина.

— Не стоит, я попробую это.

Опустив взгляд, девушка прикусила язык, что бы и мускул не дрогнул на лице. Нельзя выдавать своё торжество. Увидев в опущенной руке бокал, она осторожно подняла глаза. Никакой сильной перемены не было заметно.

— Как вам вино?

— Необычный вкус. Сладкое, горькое, цветочное и так странно вяжет язык. — немного замедленно ответил он, растягивая гласные. Взгляд с каждым мгновением становился всё более осоловелым, будто не один бокал был тому виной, а как минимум сотня.

Не в силах пошевелиться, Арина просто наблюдала. Роберта качнуло в сторону, схватившись за голову он всё же удержался на ногах. Подняв голову, он снова натолкнулся на взгляд служанки. Мгновение и его собственный взор стал ясным.

Сделав шаг вперёд, он осторожно прикоснулся к её щеке, будто бы не узнавая. Его взгляд блуждал по лицу. Сердце билось всё сильнее, а пошевелиться просто было страшно, не говоря уже о том, что бы нарушить молчание. Остановившись на губах он слегка наклонил голову, после чего впился поцелуем.

Сердце пропустило удар, а потом забилось уже иначе. Не от боли или страха, а от радости. Это была победа. Здесь и сейчас, Роберт Одилет принадлежал ей одной.