Глава 9

Утром я проснулась рано. Очень. Только-только начало светать. Учитывая, что спать мы отправились в полночь, а я потом еще долго лежала, уставившись в потолок, то предполагалось, что проснусь только к завтраку. Но нет. Стоило запеть первым птицам, как мои глаза сами открылись и все, сна как не бывало.

На соседней кровати мирно спала Эль, сладко посапывая во сне, даже завидно. Я же пребывала в таком эмоциональном состоянии, что не то что спать,  лежать спокойно не могла. Крутилась, вертелась, едва не запуталась в одеяле и едва не упала на пол, чудом успев ухватиться за изголовье кровати.

Наконец, устав отлеживать бока, решила встать и переодеться в платье для завтрака. Но едва только спустила ноги в тапки, как подруга широко зевнула и открыла глаза.

— О! Ты уже проснулась? Рано как-то, — Эль села на кровати и мечтательно посмотрела перед собой, а потом перевела взгляд на меня и нахмурилась. — Так, а ну давай рассказывай, что у тебя вчера с герцогом было, что ты сияешь, как начищенная золотая монета. Даже глазам больно на тебя смотреть!

— Сначала ты рассказывай, — заупрямилась я, не уверенная, что хочу делиться таким сокровенным. — Я видела, как тебя Марис куда-то увел. И потом весь вечер вы где-то пропадали.

— Там же, где и вы с герцогом, — рассмеялась Эль. — Сначала мы танцевали. Марис очень приятный партнер. Даже когда я не знала какие-то фигуры, он умел так вести, что было незаметно мою неловкость. Мне нравится эта его… деликатность.

— У Мариса деликатность? Ты его ни с кем не путаешь? — переспросила шутливо, заслужив укоризненный взгляд подруги.

— Слушай, я не знаю, каким он кажется тебе и остальным, но со мной Марис… другой. Да, иногда раздражает до ужаса и хочется его чем-то стукнуть. Но последние наши встречи… с него словно слетела шелуха, если ты понимаешь, о чем я. И он становится совсем другим. И таким он мне нравится. По-настоящему, понимаешь?

— Конечно, понимаю, — села к подруге на кровать и обняла ее

Так мы и сидели вместе какое-то время без разговоров, а потом Эль продолжила.

— Я его поблагодарила за то, что он выручил нас с морепродуктами. А он ответил, что услышал о нашем затруднении и решил немного помочь. Понимаешь?

То есть, он не просто прислал цветы и дежурную записку, а потрудился озаботиться нашими проблемами. Причем сделал это быстро и роскошно. И при этом назвал свой поступок «немного помочь». Вот это я понимаю… ухаживание, — произнесла подруга мечтательно. — Когда доказывают свои чувства поступками, а не глупыми комплиментами.

— Угу, — подтвердила я задумчиво, подумав, а были ли от герцога поступки.

Были, но гадкие, не считая того момента, когда он съел все блюда на конкурсе, которые я приготовила, невзирая на свою аллергию. Он только на словах добр. И то… последние несколько дней. И отчего-то мне взгрустнулось.

— А еще, представляешь, я поделилась с ним воспоминаниями о своей сестре и о том, как она исчезла. Вообще не знаю, что на меня нашло, разоткровенничалась зачем-то. Но он так внимательно слушал…. Что ты там притихла? — спросила Эль, переводя на меня внимательный взгляд.

— Да вот, размышляю.

— О чем? Или вернее спросить, о ком?

— О герцоге, конечно же. Мы с ним вчера… провели весь вечер. И… целовались.

— Надеюсь, больше ничего? — подруга даже в лице переменилась.

— За кого ты меня держишь? — возмутилась я.

— За влюбленную и доверчивую девушку, — тут же ответила Эль с явным облегчением от моего возмущения.

— Больше ничего! Но…

— Но очень хотелось, да? — подруга спросила с таким пониманием, что я растерялась и ответила:

— Да.

— Он предложил тебе вступить в брак? — Эль сразу взяла быка за рога.

— Нет, но мы еще только…

— Значит так, Милада, давай без вот этих твоих только и еще! Все поцелуи и прочие радости — после свадьбы и точка! На том и стой. У твоего герцога та еще репутация. Я не хочу верить сплетням, но еще больше не хочу потом слышать твое отчаяние и видеть слезы.

— И что же мне делать? Я же совсем… видишь ли… едва он подходит… я, — совсем запутавшись в попытках описать свои чувства замолчала.

Но, хвала Небесам, мы с Эль уже не первый месяц знакомы, и она поняла, что я хотела сказать.

— Значит так. Постарайся сама с ним не встречаться. Только со мной. Или хотя бы, чтобы я была где-то недалеко. Как только я замечу, что ты опять расплылась на радостях, я буду… петь.

— Ой, — скривилась я, представив подобный ужас.

Представляю, стоим я и герцог, разговариваем, и тут Эль начинает петь что-нибудь. Кошмар.

— Не нравится? Ладно… — подруга на секунду задумалась, а потом рассмеялась. — Я придумала! Когда ты будешь уж слишком теряться  в обществе известного нам дамского угодника, я буду чихать! Как тебе идея?

— Чихать? А ты умеешь натурально?

— А-а-апчхи! — очень даже хорошо чихнула подруга.

— Идеально, — улыбнулась я и тут мы заметили, что часы показывают время завтрака, а мы еще сидим неприбранные и не одетые.

— Бегом! — скомандовала Эль, и мы бросились собираться.

Быстро приведя себя в порядок, побежали в столовую. Перед дверью остановились, чтобы немного отдышаться, и подруга напомнила:

— Запомни. Я буду чихать!

Я кивнула, и мы зашли в столовую, где уже все сидели за столами, в том числе и герцог. Наши глаза встретились и между нами пробежала искра.

— А-а-а-апчхи!! — раздалось просто возле моего уха.

— Спасибо, — шепнула я Эль, когда мы уселись за стол и герцог объявил завтрак, немного растерянно поглядывая в мою сторону.

Завтрак прошел для меня очень напряженно. Я постоянно ловила на себе озадаченные взгляды герцога, но стоило мне попытаться улыбнуться ему или как-то по-другому посмотреть, как меня тут же щипала за бедро Эль. 

Под конец трапезы я даже разозлилась и пропустила вступительное слово распорядительницы отбора, маменьки герцога.

— Эль, хватит уже! — прошипела подруге. — У меня синяк там от твоих пальцев.

— А ты хоть иногда выплывай из розового тумана, Милада, — зашептала подруга.

— И если некоторые леди все-таки соизволят перестать говорить вместе со мной, — повысила голос герцогиня, посмотрев на нас убийственным взглядом и заставив замолчать, — то все смогут услышать правила нового конкурса. 

Это будет испытание на вашу наблюдательность и склонность к кропотливой работе. Вначале я хотела усадить вас за вышивку, но потом решила, что это будет очень скучно и неэффективно. 

Поэтому, приняв во внимание новое развлечение при дворе, сделала конкурс проще и в то же время сложнее. Итак, леди, очень вас всех прошу явиться в малый бальный зал ровно через тридцать минут. Кто опоздает, будет исключен из отбора.

И бросила на нас с Эль та-а-акой взгляд, что подруга не удержалась и спросила у меня шепотом:

— Нам уже начинать бояться, или можно подождать?

— Не знаю, — пожала плечами. — Мы с тобой явно не вписываемся в общую группу соискательниц руки и сердца герцога.

— Да, я уже обратила внимание, что остались девушки, в своем большинстве богатые. Ну и мы с тобой. Как бельмо на глазу. Два бельма.

— Думаешь, нам стоит сразу идти в малый бальный зал, дабы избежать какой-то «случайной» неприятности, которая выведет нас с отбора? — уточняю у подруги.

— Думаю, да. Не будем помогать нашим недругам.

— Ваша Светлость, я прошу прощения, — раздался уже знакомый нам голос Люмбапии, — так что за конкурс будет? О каком развлечении при королевском дворе вы говорите?

— Вам, уважаемая леди, я отвечу тогда же, когда и всем. Через полчаса. Не опаздывайте, — отшила герцогиня претендентку в невестки, и вышла из столовой, гордо расправив плечи.

Мы с Эль переглянулись. Надо же! Что это с герцогиней, съела что-то несвежее? Усмехнулись и стали ждать, пока все выйдут, решили не рисковать и не идти первыми. Еще сметут и затопчут. Когда почти все вышли, Эль двинулась вперед, а я — за ней. Но едва сделала пару шагов, как меня кто-то схватил под руку и пихнул за штору, к окну.

Удивительное дело, но тут пыли не было, а вот кто был, так это довольно улыбающийся герцог. Не дав мне опомнится, он обнял меня за талию и прижав к своему телу, прошептал куда-то в макушку.

— Милада, я всю ночь думал о тебе. Не мог спать, вспоминал вкус твоих сладких губ, твою нежную кожу. Милая моя девочка. Нежная моя.

И так мне было приятно слышать от него нежные слова, что я, как та глупышка, разомлела и доверчиво подставила губы под его жгучие поцелуи. И сама целовала его в ответ, и ерошила густые волосы на затылке, и цеплялась дрожащими пальцами за его шею в надежде найти точку опоры в стремительно вращающемся мире.

Я задыхалась от собственных чувств и всего того, что рождали его горячие губы в моем теле и душе.

— Моя… — слышался где-то далеко его шепот. — Моя…

С губ рвались стоны и хотелось подтвердить: — «Да, только твоя»,-  но, к счастью что-то удерживало от этих опрометчивых слов. Как будто какая-то часть меня еще помнила все недоброе, что сделал мне герцог и о чем я, под жаром его поцелуев забыла напрочь.

— А-а-апчхи! — раздалось где-то рядом, но этого было недостаточно, чтобы привести меня в чувство и вырвать из мира оглушающей страсти.

— А-а-апчхи! — и вот этот второй раз таки достиг моих ушей и заставил слегка выплыть из дурмана, прислушаться.

— А-апчхи!!

Я дернулась в руках герцога, приходя в себя. И каким-то резко трезвым взглядом осмотрелась вокруг.

Герман был слегка взлохмачен, глаза горели углями, губы раскраснелись от наших жгучих поцелуев. Вспыхнув от осознания, что я выглядела не лучше, пихнула лорда в грудь.

— Отпустите, герцог!

— Милада, душа моя, что случилось?

— Отпустите говорю!

Вырвалась из рук герцога, удивленно наблюдавшего за моими движениями.

— Что такое? Что происходит? — Герман сделал вид, словно не понял мою реакцию.

— Что происходит? Что? Происходит?? Ты правда, не понимаешь? Или прикидываешься? Ты меня, порядочную девушку из благородной семьи нагло обжимаешь в углу, спрятавшись за шторой! По-твоему, это нормально? Это прилично? По-твоему, я заслуживаю только такого к себе отношения?! Как к падшей девке?? Этого ты хочешь? Испортить мне всю жизнь? Навеки лишить меня возможности иметь семью? За что ты так ко мне? Что я такого сделала?!

Мой голос сорвался, и я резко замолчала, испугавшись расплакаться.

— Я не хотел тебя обидеть, Милада… Послушай…

— Я достаточно слышала, Ваша Светлость! Вы говорите одно, но ваши действия дают понять совсем другое! Сделайте одолжение нам обоим, не тревожьте меня более своим близким присутствием!

И гордо вздернув подбородок, я откинула штору, попытавшись выйти.

— Милада, подожди, ты неправильно… — герцог попытался было схватить меня за руку. Но я так испугалась, что опять попаду под влияние его сладких речей, что кинулась сломя голову вперед. Едва не запуталась в шторе и буквально выпала на руки подруге, стоявшей неподалеку.

— Бежим, — шепнула она мне. — И быстро! Назначенные тридцать минут уже почти прошли, если опоздаем — нас выгонят!

Потянула меня за руку, почти волоча по коридору.

— Вот и пусть! Надоело! Видеть его не могу!

— Не горячись! Потом все расскажешь!

И мы помчались в сторону малого бального зала. Счет шел на секунды.

В малый бальный зал мы вбежали за секунду до того, как лакеи начали закрывать двери. Запыхавшиеся, встали в последний ряд, затерявшись среди других невест. И тут меня осенила ужасная догадка, которой я поспешила поделиться с подругой:

— Эль, послушай, а не мог герцог… специально меня отвлечь, чтобы мы опоздали на конкурс?

Подруга не спешила с ответом. Внимательно на меня посмотрела, потом задумалась и только через несколько секунд, показавшимися мне часами, ответила:

— Нет, не думаю.

Я облегченно выдохнула, а подруга продолжила:

— О герцоге можно рассказать много чего. Но вот того, что он способен на откровенную подлость, или вот такие мелкие закулисные интрижки — такого я о нем не слышала. Он даже романы заводил, уж извини, что напоминаю, исключительно с замужними дамами. Невинных девушек, не считая тебя, обходил стороной.

— А что же тогда со мной не так? — спросила и закручинилась. Неужели я какая-то не такая, порченная?

— А почему сразу не так, Мила? — Эль посмотрела на меня удивленно. — Как мне кажется, все так, как и должно быть.

— Я не понимаю… — хотела спросить у подруги, что она имела в виду, но тут раздался голос распорядительницы отбора, по совместительству герцогини и матери Германа:

— Рада видеть, что вы здесь почти в полном составе. Отсутствующие две девушки уже исключены и отправлены собирать вещи. А теперь о конкурсе.  Представляю вам последнее модное развлечение королевского двора — пазлы!

По кивку герцогини слуги занесли какие-то коробочки и поставили по одной на все столы, судя по их количеству, приготовленные под каждую конкурсантку. 

В этот момент зашли герцог и господин Марис. Они удобно устроились в широких креслах и с интересом стали следить за дальнейшими событиями. 

Его Светлость как вошел и устроился поудобнее, так сразу уставился на меня. Так и не сводил глаз, вынуждая все время смотреть в пол!

Марис же не спускал сверкающего взгляда с Эль. Та, в свою очередь, была этим довольна, улыбалась в ответ и даже, как мне кажется, успела ему подмигнуть.

Похоже, у подруги все налаживается с нашим морским гостем. Интересно, она задумывалась о перспективах такого союза? Хотя… зная Эль, думаю, она все хорошо обдумала. А вот мои перспективы, мягко говоря, не очень. Я подняла взгляд от пола, наткнулась на горящие глаза герцога и опять уставилась в пол. Дырки на мне скоро прожжет!

— Прошу всех конкурсанток подойти к столам. Выбирайте любой, пазлы везде одинаковые, нет сложнее или проще, — раздался голос герцогини, о которой я за своими мыслями совсем забыла.

Мы с Эль переглянулись и подошли к последнему ряду, став за двумя самыми крайними столами. За первым рядом организовалась толчея. Девушки пихались, возмущенно сопели и каждая пыталась занять место поближе к герцогу. Надеюсь, они хоть драку не начнут? Впрочем, досмотреть как далеко зайдут красотки в своем желании быть возле герцога, нам не дала герцогиня. Дама, нахмурив брови, громко отчеканила:

— Или вы сейчас же занимаете места, или все, кто не за столами — выбывают!

Ух! Не зря на леди Версенею Туманную засматривался на балу их сосед, отставной генерал. Вот это командный голос! Потенциальные невесты в одно мгновение стали за столы, как по волшебству.

— Открывайте коробки, леди, — отдала приказ распорядительница.

Все девушки дружно повиновались. Почти одномоментно достали бумажный пакет и положили его на стол.

— Перед вами разные кусочки одного полотна. Ваша задача: ровно за шестьдесят минут успеть сложить из них портрет уважаемого жениха — герцога Германа Туманного, моего сына. Это будет вам испытание на внимательность: так ли хорошо вы знаете внешность Его Светлости. И на сообразительность: сможете ли вы быстро собрать что-то целое из разрозненных кусков. Готовы? Впрочем, даже если не готовы, приступайте. Время пошло!

Не сильно обратив внимание, что там делают остальные, я высыпала кусочки портрета на стол и стала рассматривать. Итак, что у нас тут? Есть какая-то зелень, вроде листики. Есть еще что-то серое и зеленое. Я знала, что это любимые цвета герцога, значит это, скорее всего, что-то из его одежды. Отложила в сторону эти кусочки мозаики, или как их назвала герцогиня — пазла. Коричневые и странно пятнистые части сгребла в другую сторону.

Ладно, приступим. Первым делом — лицо герцога. С этим я управилась быстро. Потом сложила зелень — это лес. Деревья, кусты. Так увлеклась, что не заметила, как ко мне со спины подошел Герман Туманный.

— Получается? — спросил он.

— Да, — ответила коротко, почувствовав, как бешено заколотилось сердце и мгновенно вспотели ладони.

— Я рад, — кивнул, не спеша уходить.

— Вы мне мешаете, — сказала тихо, заметив, что к нам начали поворачиваться другие конкурсантки.

— Милада, что произошло недавно? Я хотел тебе все объяснить, но ты рассердилась и убежала…

— Ваша Светлость, сейчас совсем неподходящее время для подобных разговоров.

— А когда подходящее? Ты же избегаешь меня постоянно. Как мне еще с тобой поговорить? Записываться через секретаря?

— А почему бы и нет? — вспылила я, сказав громче, чем хотелось и вызвав волну повернутых голов в нашу сторону. — Уходите сейчас же!

Герцог злобно заскрипел зубами и отошел. Но перед этим провел пальцами по моей спине от лопаток вниз, почти коснувшись поясницы и заставив меня покраснеть.

Я проследила, как он пошел прохаживаться между конкурсантками, заговоривая то с одной, то с другой. Вот и славно! Быть может, никто и не заметит, что он стоял слишком долго возле меня?

И только теперь я обратила внимание на то, что сложили за это время мои пальцы. Кхм… весьма…необычно.

— У вас осталась последняя минута! — огласила герцогиня, заставив меня вздрогнуть и беспомощно посмотреть на Эль.

Подруга вопросительно изогнула брови. А я круглыми глазами показала на свою картину. Переставить пазлы в ней я не успевала совсем. И что теперь делать? Так и оставлять? А если герцог сочтет это оскорблением?? Мамочки!! Что делать-то?!

— Время вышло! — объявила леди Версенея Туманная. — Сейчас вам покажут, какую именно картину вы должны были собрать, а потом Его Светлость со своим другом оценят ваши работы. Прошу не пытаться как-то схитрить и поправить пазлы, любая попытка вести нечестную игру закончится для вас, уважаемые леди, отправкой домой.

— И давно она стала ратовать за честность? — спросила у меня шепотом Эль, в ответ я только пожала плечами. Похоже, настроение герцогини меняется чаще, чем погода ранней весной.

Двое слуг занесли в бальный зал тот самый портрет, миниатюру которого нам было предложено сложить из пазлов. На нем был изображен зеленый летний лес, солнце пробивалось редкими лучами сквозь густую листву. Герцог с луком и стрелами, одетый в шитые серебром одежды, стоял над поверженным оленем с огромными, ветвистыми рогами.  По бальному залу разнесся дружный восхищенный вздох отборных невест. 

Я же фыркнула. И почему-то получилось так, что сделала это в резко наступившей тишине. Глаза всех присутствующих моментально уставились на меня. Ой!

Пришлось срочно делать невозмутимое лицо, словно это вообще была не я, и все равно, что от стыда горят уши! Герцог почему-то усмехнулся, словно одобрил мою реакцию. И когда наши глаза встретились, самым наглым образом мне подмигнул.

И вот тогда я поняла, что совершенно правильно собрала картину-пазл. Именно так все и должно быть!

Между тем, по рядам между столов чинно прохаживались герцог и его друг. Где-то останавливались надолго, о чем-то переговариваясь, кого-то вообще проходили, даже не замедлив шаг. И вот остались только мы с Эль.

Сначала лорды подошли к моей подруге. Марис просиял и сказал:

— Я знал, что вы справитесь, леди Эльфирия, — и столько гордости было в его голосе, что на долю секунды я позавидовала подруге — ведь за ней ухаживает такой достойный мужчина.

А затем лорды подошли к моему столу. Остановились. Посмотрели на картину. Замерли. Брови у обоих совершенно синхронно полезли на лоб. Затем у герцога сползли к переносице, а Марис начал смеяться. Причем, сначала он пытался сдержаться, прыснув в кулак, а потом наплевал на все и принялся хохотать, откинув голову.

— Вам ничего не показалось странным, когда вы собирали этот пазл? — ядовито спросил Герман Туманный, посмотрев на меня сверкающими глазами.

— Показалось, — ответила я. — Но потом подумала, мало ли…

— Что “мало ли”?! — рыкнул герцог.

— Мало ли, где вы бывали и как проводили свой досуг, — ответила, гордо вздернув подбородок и смело встретив его яростный взгляд.

— Аха-ха-ха-ха-ха, — залился новым приступом смеха Марис, привлекая к нам всеобщее внимание.

Герцог же стиснул зубы и еще яростней засверкал глазами. Потом глубоко вдохнул и с шумом выдохнул — похоже, пытался так успокоиться. Хотя, вот вообще не понятно, что ему так не понравилось…

К моему столу подошла Эль и тоже уставилась расширенными глазами на картинку-пазл. Прижав кулак к губам, тихо посмеивалась, сияя темными глазами в мою сторону.

— Ну, подруга, ты даешь, — шепнула, похихикивая.

Привлеченные странной реакцией Мариса и Германа, в нашу сторону двинулись и остальные конкурсантки во главе с распорядительницей. 

Я внутренне сжалась — сейчас точно вылечу с отбора!

— Не нужно устраивать тут сборище, — пресек их попытки подойти герцог. — Расходитесь, результаты вам сообщат позже.

Наклонился ко мне и процедил так, что услышала только я:

— Не ожидал от вас такого, леди Миладария! — выпрямился и еще раз недовольно сверкнул глазами. 

Странный он какой-то, похоже совсем в искусстве не разбирается!

— Девушки, прежде чем вы разойдетесь, спешу обрадовать: сегодня вечером у нас снова будет бал, — влезла с хорошими новостями герцогиня. — Те, кто не уедет после конкурса, проведут интересный вечер в обществе самых знатных семей столицы.

Раздались восхищенные и радостные ахи-охи, конкурсантки двинулись на выход, а я выдохнула с облегчением. И снова попала в плен жгучего взгляда герцога:

— А картину я заберу. Будет висеть у меня в спальне, как напоминание о вашем возмутительном чувстве юмора.

Сказал и как-то нервно улыбнулся, взяв пазл в руки.

— Идите, готовьтесь к балу, леди, — недовольным голосом отдал распоряжение, рассматривая мою конкурсную работу.

Я тоже бросила последний взгляд на свое произведение искусства и победно улыбнулась. А что? Неплохо получилось. 

На моей картине-пазле среди солнечного зеленого леса стоял герцог, гордо поставив ногу на камень возле убитого оленя. В руках у лорда сияли лук и стрелы, а величественное чело украшали… горделиво устремленные вверх ветвистые оленьи рога.