Глава 8

Прошёл почти месяц, как Нина открыла Садху. Все, пришедшие порталами, нашли в городе своё место и для проживания, и для работы. Нина воспринимала проблемы людей, как свои личные. Помогала всем, кто нуждался в помощи, и всем, кто просил о ней. Во-первых, потому что чувствовала дикую ответственность. Ведь это она сорвала людей с места. Они поверили ей и пошли за лучшей жизнью. Так надо эту лучшую им обеспечить. Во-вторых, потому что здесь все воспринимали её, как настоящую правительницу и её слово в решении всех споров было последним. Так надо было соответствовать своему положению.

Для себя и Дина Нина сразу определила те же покои, которые занимала в первый раз. Но теперь выход из их коридора в общий холл велела отгородить дверьми, чтобы посторонние свободно не проходили. Рей, глядя на это, поставил здесь постоянный пост стражи и связи. В общем, обустраивались помаленьку.

Однажды к ней обратилась молоденькая служанка из дворца. Родители её шли с обозом, а она пришла с ними порталом. У неё возник вопрос с домом. Вернее, она не обратилась, а Нина заметила её плачущую в одной из ниш коридора и спросила в чём дело. Оказалось, дело в доме. Вообще, в магистрате висела карта города, на которой были указаны все свободные для заселения дома. А у служащих были списки тех, кто хотел вернуться именно в свои дома. Такие дома были окрашены на карте в зелёный цвет, а свободные — в серый. Девушка выбрала из свободных и хотела зарегистрировать его в магистрате. Но этот же дом захотел занять стражник, который начал угрожать ей и требовал отказаться от этого дома. Стражник был в возрасте, вдовец, дети жили отдельно. А он хотел здесь начать всё сначала. Ясно, что девчонке с ним не тягаться.

Нина прослушала всю эту историю сквозь всхлипы и причитания и подумала: а действительно, получается, кто смел — тот два съел? И решила подробнее вникнуть в проблему.

— Пойдём! — обратилась она к девушке.

В магистрате (благо он находился через площадь от дворца) потребовала показать на карте, где находится выбранный дом и вызвала мужчину, который тоже на него претендовал. Поскольку обижать Нине не хотелось ни того, ни другого, то она сама подобрала им подходящие дома. А этот, стоящий недалеко от площади на границе с верхним городом решила использовать под городской лазарет. Здесь вообще такой практики организации лечебного дела не было. Спорщики ушли, а Нина обратилась к служащим:

— Впредь дома распределяйте сами по принципу нужды: больше семья — больше дом. Если попадутся дома в плохом состоянии, делать ремонт за счёт города. А то так и до вражды недалеко. Понятно, что на всех не угодишь, но основной принцип соблюсти можно. Крестьянам же сразу предлагайте перебраться в деревни. Назначьте в каждую деревню своего человека. В первое время он будет выполнять все административные функции.

И Нина вернулась во дворец, думая, что хорошо, что таких проблем нет в верхнем городе. Здесь почти все дома имели владельцев, которые если не сами переезжали сюда, то присылали своих представителей.

На входе во дворец, Нина столкнулась с Лэридеем. Встреча произошла на той самой террасе, где они любили сидеть вечерами. Оба замерли от неожиданности, но Нина сориентировалась первой:

— Дей, — вырвалось у неё, и она смутилась, но продолжила, — я бы хотела один дом в среднем городе занять под лечебницу. Как ты на это смотришь?

После почти месячного пребывания в Садхе и тесного ежедневного общения, «ты» стало естественным и закономерным. Но, вот, короткое — Дей, она позволила себе впервые и неожиданно это оказалось очень волнительно.

— Не совсем понимаю, что такое лечебница? Объяснишь?

— Лечебница — место, где излечивают больных и раненых. Согласись, что в домах ремесленников и слуг не всегда есть условия для лечения. И целителю удобней: не он будет бегать и ездить по больным, а больных привезут к нему. Бесплатно. У нас это — распространённая практика.

— Попробуй, — задумчиво произнёс Лэридей. — У нас нет такого опыта. Целителя обычно вызывают на дом, но ты права: к горожанам их вызывают редко. Но бесплатное лечение? А кто будет платить целителю?

— Я думаю — город. Из тех налогов, что будет собирать. А пока — я. Это — мой город, мои люди и я заинтересована в том, чтобы они были здоровы. Лечите же вы своих слуг за свой счёт?

— Ну-ну! Не заводись! Никто ведь не против. Просто непривычно. Попробуй, — повторил ещё раз принц. — Я же понимаю: ты — целитель и на Земле была им. Так что — пробуй. И если что-то нужно — обращайся.

— Нужны ещё целители и травы. А к травам — зельевар. Двух целителей я уже нашла, остальных надеюсь найти в обозе. Кстати, когда он прибудет?

— Первый обоз подойдёт завтра к обеду. А второй — через два-три дня. Там много домашнего скота и он идёт медленнее.

— Понятно. Может нам их как-то празднично встретить? Чтобы сразу поняли, что они пришли домой и их тут ждут.

— Хорошая мысль.

Лэридей неосознанно подошёл ближе, почти вплотную, и взял Нину за руку.

— Нини, я так редко вижу тебя. Ещё реже говорю с тобой. Я скучаю, девочка, и часто вспоминаю наше время здесь.

А Нина… ей нечего было ответить ему. Она тоже скучала и очень сильно. Любовалась им издали, но понимала: у него есть невеста. Ладно, будущая невеста. Которая совсем не собирается отказываться от Дея добровольно. А вступать в борьбу за мужчину Нина всегда считала ниже своего достоинства. Если ты мужчине нужна, он найдёт способ быть с тобой, если нет — будет искать отговорки. Нина была в этом твёрдо уверена.

А на завтра пришёл обоз. И это была уже не жалкая сотня, а тысячи две шумного, закалённого переходом народа. Огромное число повозок, кибиток, телег, даже карет. Если первые из них стояли недалеко от ворот, то конец обоза даже не просматривался на тракте: казалось, его живая лента тянется по тракту бесконечно.

По предложению Нины городские ворота были украшены цветами и большим транспарантом «Добро пожаловать». Как оказалось, такого вида уличных приветствий и информаций здесь ещё не было. Самой Нине пришлось сказать короткую приветственную речь. Она не противилась, потому что поняла, как это правильно: ведь это она — хозяйка города, и это она должна встречать его жителей и своих подданных.

— Приветствую вас, новые жители Садхи!

Усиленный магией голос Нины разнёсся над трактом и его услышали все прибывшие.

— Мы с вами начнём новую историю этого древнего и красивого города. Пусть он станет родным для вас и ваших семей. Добро пожаловать в Садху!

В толпе зашумели, закричали ответные приветствия и эта, гудящая лента, начала медленно втягиваться в ворота. Нина с сопровождающими поднялась на привратную башню и некоторое время наблюдала за происходящим. За воротами приезжих встречали служащие магистрата, записывали имена и выдавали адрес дома. Можно было попросить сопровождающего, а можно было доехать самим, ориентируясь по указателям на перекрёстках. Толкучки не было, но и быстрым это дело не назовёшь. Так что, вновь прибывших принимали до самого вечера. Нина же, понаблюдав некоторое время, вернулась во дворец.

Здесь после обеда заметно прибавилось служащих и многих Нина совсем не знала. Как и свою новую горничную. Ведь Мэд теперь была экономкой, и Нина с того времени обходилась без служанки.

— Как зовут тебя, милая?

— Силь, госпожа. Меня прислала старшая горничная, Лестра.

— А ты уже устроилась?

— Я с родителями, госпожа. Они устроятся. А мне сказали, что у вас давно нет служанки и надо сразу начинать работать.

— А ты хотела служить именно во дворце?

— Да, госпожа. Меня учили в школе магии.

А ты ещё и маг?

— Слабый, госпожа. Бытовая магия.

— Ну, что ж. Если тебе всё подходит — работай.

Девушка быстро собрала Нину к ужину, выбрав именно то платье, которое надо, и сделав именно ту причёску, которая не раздражала Нину. Девушка Нине понравилась, и она решила её оставить себе.

— Арвид, а где у нас Рей? — спросила она уже за столом, не найдя на обычном месте напротив себя этого неуловимого.

— К нему с обозом приехала Фелиция. Устраиваются.

— О! Я рада. У него ведь нет в городе дома? Его семья здесь никогда не жила?

— У него — нет. Он выбрал покои в гостевом крыле.

— Хорошо! Это правильно. Он должен быть всегда рядом. Да и дамы во дворце нужны тоже. Я всё равно сама за всем не услежу, а у Мэд против аристократов нет защиты.

— Правильно мыслишь, Нина. Фелиция — то, что тебе нужно для порядка. Сама увидишь, когда познакомишься. У неё Рей сам по струнке ходит.

— Может, он на ней жениться? — с надеждой спросила Нина, — а то я уже устала девушкам намекать, что он занят.

— Может, — рассмеялся Арвид, — честно говоря, я мало знаю Фелицию, но уже понял, что эта дама своего всегда добивается.

— Да, дай Станна, чтобы это было так, — воскликнула Нина. — Может и вы с принцем высмотрите кого, — шутливо подмигнула она.

Но Арвид шутку не поддержал, а вздохнув ответил:

— Из необходимости я жениться не хочу. И пока мне не встретился никто, чтобы я потерял голову. Так что похожу ещё свободным. А Инбер… Он только одну девушку видит, да только она на него не смотрит, — и Арвид выразительно посмотрел на Нину.

Неожиданная откровенность Арвида и смутила Нину, и вызвала какое-то волнение. Инбер был очень красив. Высокий (хотя, здесь все высокие), светловолосый, с почти фиолетовыми глазами (память Иссы говорила, что из-за крови древних), сильный, физически развитый. Он ни в чём не уступал Лэридею. Но Нина никогда не рассматривала его в качестве возможного увлечения. Скорее она относилась к нему, как к родственнику. И этот месяц в Садхе, когда они вместе налаживали международные связи (до дипломатов дело не дошло: это прерогатива королевства, но представителей своих Нина разослала во все соседние страны, подобрав для этого младших сыновей известных родов.) — этот месяц сблизил их. Они по-свойски общались, часто сидели плечом к плечу, выбирая нужные кандидатуры из списка, потом Инбер приводил человека порталом, и они с ним разговаривали. В общем, сработались. Но ни разу никакого намёка на чувства Нина не заметила. И то, о чём Арвид сейчас сказал, как об обыденном, для Нины стало настоящим откровением. Она и предположить не могла, что может настолько нравиться этому красавчику. Или она не так поняла Арвида?

Инбер, как почувствовал, что разговор идёт о нём. Поймав её взгляд, он вопросительно поднял бровь. Но Нина покраснела и отрицательно мотнула головой. Лэридей на эти переглядывания нахмурился, но ничего не сказал.

После ужина Нина хотела поскорее покинуть обеденный зал, но Инбер, перехватив её, попросил о прогулке, и Нина не смогла отказать ему. Мысленно позвала Дина и вышла с принцем в сад.

— Нина (принц называл её по земному), — время нашего пребывания в королевстве подходит к концу. И мы должны вернуться.

Он замолчал. Но затем, коротко взглянув на неё и вновь отведя взгляд, сказал:

— Я мог бы остаться здесь в качестве личного гостя, если получу приглашение.

Вначале Нина растерялась: как вернуться? Куда вернуться? А как же Садха? Их дела? Потом её вверг в краску подтекст — личный гость. А потом она разозлилась на себя: да, что особенного то?! Да, личный гость! И она, если надо, даст ему сто таких приглашений! Главное, чтобы остался. А кто там и что скажет — их дело. Пусть говорят, насколько фантазии хватит. И она, помолчав ещё немного и окончательно успокоившись, взяла Инбера за руку и глядя ему в глаза сказала:

— Дорогой принц Инбер! Я приглашаю вас и ваших людей стать гостями Садхи. И оставаться здесь столько, сколько сами пожелаете. Сделав пасс, Нина подхватила лист плотной бумаги с только что озвученным приглашением. Мимолётно похвалила себя за правильное заклинание и приложила к листу перстень с печатью. Торжественно вручила свиток опешившему Инберу и спросила:

— Всё правильно сделала?

— Правильно, — выдохнул тот и ласково пожал её пальцы. — Я восхищён вами, Нина. Как быстро вы всё схватываете, и принимаете решения.

— Может, потому что плохо представляю последствия? — самокритично заметила Нина. — Но я не отказываюсь от своих решений. И почему на «вы», Инбер? Мы же договорились

— Договорились, — улыбнулся принц, — просто у нас на «ты» только близкие родственники. И я ещё не привык.

— Привыкай скорее! Ты мне очень дорог, Инбер. Практически родственник, — засмеялась Нина и, откликнувшись на чей-то зов, вернулась во дворец.

Дин, который во время разговора крутился рядом и тыкался носом в руки, то Нине, то Инберу с последней фразой поднялся на задние лапы и лизнул принца в щёку. Нина успела заметить этот манёвр и уже уходя громко рассмеялась.

*

Город наполнился людьми. Пришёл второй обоз, который встретили так же тепло. Проблем с домами больше не возникало, тем более, что Нина разрешила обмен, если оба хозяина были не против. Кому-то нужна была пристроенная мастерская, кому-то лавочка на первом этаже, а кому-то только огородик. Но держать в городе скот Нина не разрешила сразу, издав соответствующий указ. Кто хотел этим заниматься должны были селиться в деревнях. Единственно, что было доступно горожанам — содержание домашней птицы и коз. И то пасти их требовалось за городской стеной. И, пожалуй, это было единственное ограничение для жителей города.

— Дорогу! Дорогу! Зычный голос Рея раздался со стороны городских ворот.

Пока они были единственными, но Нина уже видела место в стене, где прежде тоже были ворота и хотела восстановить их со временем. Сейчас она видела, как Рей, пробираясь сквозь утреннюю толпу крестьян, спешащих на рынок, пытается выбраться из города. «Надо разделить выход и вход, для конных и для пеших, подумала она.

— Фелиция, — спросила она у стоящей рядом женщины, — ты уже заключила договора на поставку свежих продуктов на кухню?

— Конечно, Нинимэль! У нас уже есть постоянные поставщики из Быстрянки. Она самая близкая к городу деревня.

Фелиция — женщина Рея очень быстро вошла в ритм жизни дворца. Согласилась стать управляющей (первый случай в королевстве: женщина — управляющий) и вполне справлялась с задачами. А её деятельная натура не давала ни малейшего шанса залениться её подчинённым. Сейчас она с тревогой следила за удаляющимся Реем, который направился с отрядом на разведку. Необходимо было найти недалеко от города каменный карьер, чтобы начать добывать строительный камень. Многие переселенцы хотели построить свои дома.

Но вот отряд Рея выехал за ворота и Филиция вздохнув обратилась к Нине:

— Тора Нинимэль, во дворце стало много народа, надо бы проверить охранные плетения. А это можете сделать только вы.

— Хорошо, Лиция, завтра постараюсь выкроить время. — и Нина, попрощавшись с управляющей, вернулась в кабинет.

Редкое обстоятельство, но сейчас она оказалась одна. Дин где-то на кухне тестирует свежие пирожки. У них с Дорой негласный договор: она ему свежие пирожки и плюшки, он ей — свежей рыбки, которую ему вылавливает ребятня в Быстрой.

Нина присела в кресло рядом с маленьким столиком и потянулась за кувшином с травяным отваром (чаёв здесь не было). Отвар оказался приятным с лёгкой кислинкой. «Наверное, с ягодой мрицы», — и это была последняя мысль, которая мелькнула в затухающем сознании.

*

— Дин! — Инбер метнулся за несущимся по коридору псом, вид которого был настолько грозен, что стало ясно: с Ниной что-то случилось. Теперь они бежали вместе, хотя человек немного отставал. На ходу принц передал сообщение Рею, и к кабинету Нины они подбежали одновременно. Дверь была распахнута. Нина лежала на полу. Её волосы разметались вокруг, лицо было мертвенно бледным. Синие губы плотно сомкнуты. Казалось, она не дышала. Рядом валялся кувшин с каким-то напитком.

Моментально у дверей столпились люди: слуги, стража, гости. Но появилась Фелиция и отправила всех по местам.

— Рей, целитель сейчас подойдёт.

— Спасибо, Лици. Проследи, чтобы здесь не было лишних.

Все были серьёзны. И все не знали, что делать. Дин стоял возле Нины, расставив ноги и глухо рычал на любого, кто хотел к ней приблизиться. Не подпустил даже Рея и Инбера и уступил дорогу только подоспевшему мэтру Кертеру.

— Ну, что мэтр? — тревожно спросил рей почему-то шёпотом.

— Магическое отравление. Развивается быстро. Уничтожает собственную магию человека. Выпивает жизненные силы. Прогноз: смерть. Помощь: немедленное вливание родственной магии и вливание чистой крови. Если это сделать быстро, можно спасти правительницу.

— Сколько у нас есть времени, — решительно спросил Инбер. — И вы можете определить родственность магии? Я готов делиться столько, сколько надо.

— Мне нужна помощь архимага, а времени у нас не больше суток.

В кабинете повисла напряжённая пауза. Затем Рей достал переговорник:

— Лэридэй! Покушение на Нину. Она без сознания. Магическое отравление. Нужна родственная магия.

— Что-о-о?!?! — раздался рык принца, который в это время был в столице.

Рей отключил переговорник и тут же нажал вновь:

— Магистр! Срочно в кабинет правительницы. Ты нужен!

— Давайте, мэтр, определите хотя бы примерно, подойдёт ли наша магия? Сейчас спуститься архимаг Симон Фест и думаю, что принц придёт порталом.

Инбер подошёл к Нине и обращаясь к Дину сказал:

— Ты же понимаешь, что её надо перенести в покои, — наклонился и под пристальным взглядом пса поднял девушку на руки.

— Пойдём, — обратился он к нему, — будешь её охранять. — И направился к покоям правительницы.

Хмурая и угнетённая процессия двинулась следом за ними. Но Рей остался и начал внимательно и методично осматривать кабинет. Затем сплёл заклинание проявления и теперь наблюдал картинку недавних событий. «Хорошо, что никто не заходил и не сбил настрой следящих артефактов». Нина ещё смеялась, когда их устанавливали, что теперь её жизнь под прицелом. Они показывали не больше двух — трёх слоёв событий, произошедших в одном месте. Но в обратном порядке: вот Нина выпивает напиток и падает, вот она входит одна, а вот и та, кто совершил это чудовищное дело: новая служанка, постоянно оглядываясь, торопливо выливает в кувшин какое-то зелье. Так, исполнитель известен. Теперь его не упустить бы.

— Дарк, — включил Рей переговорник, — быстро арестовать Силь — новую служанку правительницы и доставить в её кабинет.

Затем он сел к столу и набросал все известные по делу факты, а также схему дальнейших действий. Спускать дело с рук он не собирался. Задета была не только его честь, но и его личное отношение к Нине. Рей воспринимал её, как младшую родственницу и готов был встать за неё стеной. Ему нравилась эта девчушка, которая не умела строить глазки и капризничать, но умела брать на себя ответственность, заботиться о людях, помогать и словом, и делом. И при этом отличалась лёгким незлобным характером и умением дружить. Покончив с делами, Рей заторопился в покои Нины, надеясь, что его магия пригодится. Но путь ему преградил портал, открывшийся прямо в холле дворца. Из него быстро вышел Дей и увидев друга торопливо направился к нему.

— Что с Ниной?

— Жива, но без сознания. Знаю, кто подлил зелье, но кто заказал — ещё нет. Сейчас эту служанку должны привести. Я к Нине. Ей нужно вливание магии. Но подойдёт не всякая. Там Фест с мэтром готовятся.

Оставив у дверей кабинета стражу с наказом срочно сообщать новости, они направились в покои Нины.

*

Лорена зашла в малую гостиную их родового замка. Здесь она обычно принимала своих посетителей, не относящихся к её кругу. Сейчас её ждал агент из Садхи, которого она обеспечила порталом на случай необходимости.

— Ну? С чем пришёл?

— Госпожа, дело сделано, но Силь арестована. Тор Крейден Лествиц зверствует. Оставаться там агентам опасно.

— Она много знала?

— Кроме меня, никого и ничего. Но, кажется, догадывалась. Умненькая девица.

— Плохо. Надо, чтобы она молчала.

— Невозможно. Там сейчас все сильнейшие маги и менталисты. Вытянут из неё, всё что можно. Но о вас она не знает совсем. А я с вашего разрешения на время уеду в Веруну. Там искать не будут.

— Что ж, вот твоя награда. Когда будешь нужен — вызову. Можешь идти.

«Если эта иномирная дрянь уже поражена, то через несколько дней о ней можно будет забыть. И тогда Лэридей, мы вернёмся к нашему разговору. Четтерен не прощают таких оскорблений».

— Дочь! Твоих рук дело? С ума сошла, курица безмозглая?! Сорвала мне операцию! Мои люди чуть не попали под сеть дознавателя. — раздался от двери гневный голос советника.

— В чём дело, отец? Мой вариант гораздо лучше. Кардинальнее. Ты хотел украсть и шантажировать, я — просто убрать её с дороги совсем. Уверена, через некоторое время шум стихнет и всё вернётся в привычную колею.

— Дура! Да, если хоть одна ниточка поведёт к нам, ты до этой «привычной колеи» не доживёшь!

— А, если бы ты начал шантажировать ею, то тебя простили бы? Хватит ругаться. Сначала дождёмся результата.

*

— Ваше высочество! Допросы проведены, сведения получены.

— Не томи, Рей, излагай! Сам знаешь, мне надо быстрее вернуться в Садху. Пока сделали только два вливания магии. И Нина в прежнем состоянии.

— А кровь? Мэтр говорил о переливании крови?

— Уже делал с Инбером. Тот ни на шаг не отходит, — принц резко отбросил стилос и тот покатился по столу.

— Ревнуешь?

— Ревную, хоть и не имею права. Поэтому и молчу. Нина вправе сама выбрать. Да, и сам виноват: затянул тогда с Лореной. Ладно, хватит об этом. Что там с заговорщиками?

— Задачей было просто выкинуть тебя, принц, в безлюдные районы. Пока выбрался бы без магии и без средств, прошло бы время. За этот период они хотели совершить провокацию на границе и развязать полномасштабные военные действия.

— Вот, тронги болотные! — принц ударил кулаком по столу, но через мгновение усмехнулся. — А меня выкинуло в Садху, и Нина выходила из магической комы. Все их планы порушила. За месяц они не успели ничего сделать. А тут и Инбер прибыл с делегацией.

— Да, это всё вовремя, — задумчиво подтвердил Рей. — Но, кто за всем этим стоит пока неясно. У них у всех блок на памяти. Тронешь и они сойдут с ума или сдохнут. Но следы ведут к советнику. А это — не шутка. Он — богатейший человек королевства, и их род — старейший. Сравним с Бартонами. Я не могу работать в этом направлении без твоего разрешения, Лэридей.

— Да, Рей, Бартоны — первый королевский род наших земель, сейчас забытый и бедный. Мысль у меня мелькнула: а не «помогли» ли последней королеве уйти в изгнание? И кто «помог»? Как думаешь?