9. Чёрный замок
Мои подруги уже сидели за столом и оживлённо разговаривали, уплетая кашу с мясом. Я взяла на раздаче порцию и присоединилась к ним. Задумчивость помешала сразу почувствовать неладное. За столом стало тихо. Фрося и Домна быстренько доели и понесли посуду в мойку. Тарелка Прилучной тоже опустела, но Алина не двигалась, гипнотическим взглядом провожая каждую ложку, отправляемую мной в рот.
— Что? — спросила я, прежде чем откусить хлеб.
— С кем встречалась? — Она схватила мою руку и повернула кисть так, чтобы увидеть перстенёк. — Откуда у тебя это?
Я не успела ответить — надо было хотя бы прожевать и проглотить пищу. Прилучная стащила с моего пальца колечко и поцокала языком:
— Обалденный камушек! Где взяла? — Она попыталась надеть кольцо, но оно не лезло ни на один палец, что было удивительно. Алина остановила проходившую мимо Домну: — Примерь-ка!
С тонких её пальчиков кольцо спадало. Домна засмеялась, подмигнула Прилучной и протянула колечко мне:
— Знает хозяйку!
Я уткнулась в тарелку, выскребая остатки еды. Алина облокотилась на стол и сверлила меня взглядом. Вот ничем не провинилась перед подругой, а вынуждена оправдываться. Это раздражало. На сердце и так неспокойно, а тут ещё укоряющий взгляд Алины:
— Александр? Он подарил? Почему такое?
— У него спроси, — отрезала я.
Честно говоря, хотелось послать её. Жаль, бабушки-дедушки не привили таких навыков. Я поспешно собрала посуду, чтобы отнести в мойку. Прилучная тащилась за мной и горячо шептала прямо в ухо:
— И спрошу! Не думай его заполучить!
— Ничего такого я не думаю, успокойся ты, наконец! — сказала я довольно громко.
Кухарка и мойщица посуды синхронно вскинули головы, посмотрев в нашу сторону.
— Т-с-щ-щ… — зашипела подруга.
Я кивнула и, когда мы вышли из трапезной, как могла спокойно объяснила:
— Алекс подарил мне кольцо на прощанье. Он знает, что я иномирянка.
— Знает? А про меня знает?
— О тебе мы не говорили. Всё. Достала ты меня со своей ревностью. Идём на урок, а то опоздаем.
Я припустила в учебный корпус, Алина не отставала, продолжая убеждать меня в том, что она всегда готова мне помочь.
— Что бы ни потребовалось, только попроси — в лепёшку расшибусь, но сделаю.
Моей фантазии не хватало, чтобы представить, как Прилучная могла бы мне пригодиться, и я засмеялась:
— Не боишься, что принц откажется жениться на лепёшке?
Она тоже засмеялась и, подхватив меня под руку, прижалась щекой к моему плечу:
— Ты не думай, мне жалко с тобой расставаться, но ведь ты сама хочешь домой! Алекс удивился? Как отреагировал?
— Никак. Спросил, есть ли у меня там парень.
— А ты?
Я отмахнулась от вопроса. Что ей за дело, в конце концов?! К счастью, мы пришли в класс и стали готовиться к уроку Технологии.
Права была Домна, сказав, что это самый интересный и нужный предмет в школе. Действительно, если и получится у меня когда-нибудь составить заклинание для перехода в Большой мир, только благодаря Харитону Харитоновичу. Объяснял он доступно, не ленился повторять, когда кто-то из девушек переспрашивал. Задания всё ещё оставались примитивными, но радовало, что почти у каждой студентки появились первые достижения. Не у меня. Взяла сложную задачу и пока не достигла результата, но размениваться на мелочёвку не хотела.
На технологии я садилась с Домной — надеялась на помощь. У неё уже три заклинания вышли вполне работоспособными. Доминошка, как Фрося прозвала подругу в отместку за «Синичку», с любопытством вникала в мои рассуждения и давала вполне разумные советы. Вот и теперь мы увлечённо шептались и не заметили, как к нашей парте подрулил Харитон Харитонович.
— Позвольте взглянуть, леди, — он наклонился так низко, что едва не коснулся длинными патлами моей щеки, — пытаетесь создать заклинание перемещения? Дайте-ка!
Вытянув из-под моего локтя тетрадку, он распрямился и нахмурил брови.
— Просто… — лихорадочно искала я оправдания, — попасть куда-нибудь быстрее, чем…
Учитель не дослушал. Захлопнул тетрадь и потряс ей перед моим носом:
— Это недопустимо! Такого рода заклятья испытывают исключительно на полигоне! Не вздумайте подобно леди Давыдовой экспериментировать на подругах!
— Что вы, Харитон Харитонович! — Я пыталась поймать уголок тетради, мелькавший туда-сюда. — Не буду, конечно!
Препод спрятал руки за спину и отступил от меня со словами:
— На втором курсе обсудим эти ваши догадки… весьма недурные догадки, смею заметить. На втором или даже на третьем! Если, конечно, вы не выйдите замуж следующим летом.
— Почему не сейчас? — вступилась за меня Домна.
— Да! — подала голос Прилучная. — Можно всё что угодно придумывать, если не экспериментировать на подругах!
— Цыц! — прикрикнул Харитон Харитонович и царственной походкой прошёлся до кафедры. — К вашему сведению, дорогуши, формулы к таким заклятьям нужно сопровождать хитрыми кодами, чтобы непосвящённый не сумел подбором или случайной догадкой их раскрыть. Эдак кто угодно начнёт скакать туда-сюда! — Он развернулся, оперся на столешницу и пронзительно взглянул на меня: — Зачем, леди Морковина, скажите на милость, вам понадобилось заклинание перехода?
Я встала:
— Пожалуйста, верните тетрадь, тогда скажу зачем. — Я пыталась наспех придумать хоть сколько-нибудь достоверное объяснение, но ничего путного в голову не пришло.
— Ректору будете рассказывать! — строго заявил Харитон Харитонович. — Он и решит, что делать с вашими изобретениями. — Ещё разок пролистав мою тетрадь, учитель спрятал её в карман сюртука, окончательно убив надежду получить мои алгоритмы обратно, и пробормотал: — Откуда такая нестереотипная логика? Удивляюсь!
Я обречённо опустилась на стул и обхватила голову руками. Чтобы восстановить записи, понадобится не меньше недели! И это лишь наброски. Сколько же я буду корпеть над окончательной формулировкой? А тут ещё очередной визит к ректору нарисовался, мало мне двух предыдущих!
Ничего лучше не придумала, как обратиться за помощью к Алексу. На перемене «позвонила» ему. Судя по картинке, показанной зеркальцем, принц опять прогуливался в лесу. Теперь это был осинник. За грибами, что ли, отправился? Спрашивать я постеснялась, лишь объяснила свою проблему, стараясь не подпускать эмоции. Внимательно выслушав меня, великий князь уточнил:
— С какой целью вы готовили заклятье?
— Хочу вернуться в Большой мир.
Немного помолчав, Алекс предложил:
— Скажите, что это я вас попросил.
— Вы?
— Только ни слова о других мирах. Настаивайте на простой телепортации и не стесняйтесь ссылаться на меня.
— Вам-то зачем такое заклинание? — мне вспомнилось, как принц гоняет на своём байке — телепортация ему без надобности.
— Скажем, я решил таким образом пробраться в Чёрный замок. Я, кстати, неподалёку от него…
Изображение пошло помехами, сколько я ни пыталась, восстановить связь не смогла. Что ж, и так неплохо поговорили. Во всяком случае, мандраж прошёл, и я вполне уверенным шагом отправилась в ректорат.
Не могу сказать, что я зашла в кабинет ректора, как к себе домой. Разумеется, опасения получить нагоняй никуда не делись, но всё-таки поддержка великого князя здорово помогла. Во всяком случае, мне хватило мужества, чтобы довольно громко поздороваться и после неглубокого реверанса замереть с гордо поднятой головой. Всеволод Мартынович и Харитон Харитонович стояли за ректорским столом, где лежала моя тетрадь. Моё появление лишь слегка их отвлекло от изучения записей.
— …Так оставлять нельзя, соглашусь с вами, — размышлял ректор. — Откат будет весьма ощутимым.
— По крайней мере, простейшее укрепление сил необходимо, — кивал наш технолог.
— Почему же простейшее? Думаю, можно и полное восстановление добавить. Смотрите-ка…
Всеволод Мартынович взялся за карандаш и стал вносить правки в мою тетрадь. Любопытство победило страх, я подошла ближе. Не владей я компьютером, удивилась бы происходящим на листе изменениям: там, где грифель касался строки, тут же возникало свободное место, а ранее написанный текст перепрыгивал вниз. Мой алгоритм уже здорово изменился, добавилось четыре абзаца неизвестных мне символов. Ой, нескоро я до этого сама додумалась бы! Вот только ту ли задачу решают профессора? Вряд ли они догадываются, что я собралась проклятый мир покидать.
— Нужно предусмотреть возможность возвращения, — предложил Харитон Харитонович, — если что-то пойдёт не так.
— Вы правы, — ректор перелистал записи в конец и записал туда первый абзац с небольшими изменениями. — Путнику достаточно будет произнести слово «анемто», чтобы отменить перемещение.
— Зачем отменять? — вмешалась я.
— Представьте, дорогуша, что вы отправились в горы, а там сходит лавина, — с укором посмотрел на меня технолог. — Будет у вас время на сложные заклинания?
Пришлось согласно кивнуть, хотя вздох разочарования у меня вырвался. Переиначили моё заклятье до неузнаваемости. Куда оно теперь меня занесёт? Уже в следующую секунду мне пришлось пожалеть о том, что обратила на себя внимание. Отложив карандаш, ректор сердито посмотрел на меня. Густые брови съехались к переносице, а необыкновенно синие глаза, казалось, просвечивали меня насквозь, читая самые потаённые мысли.
— Жду ваших объяснений, леди Морковина, — загрохотал его голос, напомнив моё первое впечатление о ректоре как о громовержце.
— Э-э-э… По поводу чего? — состроила я невинную физиономию. Надеюсь, именно так она выглядела со стороны.
— Зачем вам понадобилось скакать с места на место? Вы скрываетесь? Нарушили закон или только намереваетесь?
— Даже не думала! — совершенно искренне сказала я. — Над заклинанием работала по просьбе Его Высочества.
— Вот как? — Всеволод Мартынович покосился на склонившегося над тетрадкой профессора технологии. Тот увлечённо правил мои записи. Слегка понизив голос, ректор спросил: — А великому князю для чего нужны мгновенные перемещения?
— Он надеется попасть в Чёрный за… — Я запнулась под взглядом синих глаз, он показался мне испуганным.
Всеволод Мартынович приложил палец к губам и выразительно кивнул на лишнего свидетеля разговора. Затем опёрся ладонями на стол и с преувеличенным вниманием поинтересовался:
— Что тут у вас, Харитон Харитонович?
Мне пришлось ещё минут десять переминаться с ноги на ногу, ожидая, когда же эти двое отвлекутся от моей тетради. Наконец, они с гордым видом обменялись рукопожатием и весьма довольные результатом посмотрели на меня.
— Поздравляю, леди, — улыбнулся Харитон Харитонович, — вы способная студентка. Буду ходатайствовать об оставлении вас на второй курс! Только не вздумайте экспериментировать в одиночку! Займёмся вашим заклинанием на полигоне не раньше чем через год!
Я испугалась, что тетрадки больше не увижу. Целый год ждать, когда у меня в руках могла оказаться такая замечательная заготовка для возвращения домой?! Мой растерянный вид повеселил профессоров.
— Не переживайте, леди Елена, — басил ректор, — наказывать вас никто не собирается.
— Спасибо, — пискнула я, соображая, как бы всё-таки выпросить тетрадь. К счастью, Харитон Харитонович ушёл без неё, поэтому я набралась смелости и обратилась к ректору: — Вы позволите показать результат великому князю Александру?
Всеволод Мартынович пробежался пальцами по начертанным на листе символам и кивнул, закрывая тетрадь и протягивая её мне: — Хорошо. Вы заслужили это. Хотя, признаться, я сам хотел.
— Благодарю за помощь, — я прижала тетрадь к груди. — Скажу Его Высочеству, что основную работу проделали вы с Харитоном Харитоновичем.
— Нет-нет! — ректор показал мне раскрытые ладони, отказываясь от такой чести. — Идея ваша, и оригинальные ходы придуманы вами. Мы лишь добавили стандартную защиту и подстраховку. Надеюсь, всё сработает. — Он опустился в кресло, показывая, что разговор закончен, и, когда я присела в реверансе, прощаясь, добавил: — Великого князя посетила гениальная мысль телепортироваться в зачарованный замок. Уверен, что у него всё получится.
Я выскочила из кабинета и только в приёмной издала победный клич:
— Йес! Мы сделали это!
Прекрасно понимала, что, не прикройся я именем Алекса, тетрадь не выпросила бы.
Девочки ждали меня около ректората.
— Цела! — воскликнула Прилучная, словно меня должны были распилить на кусочки и пустить на все четыре стороны.
— Что с заклятьем? — Домна потянулась за тетрадью.
— Доработали общими усилиями, обещали через год устроить испытания, — ответила я весело.
Наша заучка так и шла, уткнувшись в записи, только хмыкала и порой издавала восторженные междометия. Чтобы леди Давыдова не навернулась на лестнице, её поддерживали Мотя и Сима, в меня же вцепились с двух сторон Алина и Фрося и так и вели до самой общаги как под конвоем. Пришлось в лицах пересказывать весь разговор с профессорами.
— Ну, Ленка, — восторгалась Прилучная, — тебе теперь открыта дорога в науку!
Я лишь покачала головой в ответ, будто не знает, что меня здешняя наука ни капли не волнует. Если что-то меня и тревожило сейчас, так это почему Алекс не ответил на звонок. Я пыталась из приёмной поговорить с ним, но зеркальце по-прежнему показывало лишь полосатый шум.
В общежитии подруги разбежались по своим закуткам переодеваться к ужину, только Домна осталась со мной, продолжая анализировать готовое заклятье. Я с удовольствием избавилась от надоевшего сарафана, влезла в комбинезон и футболку и подсела к подруге.
— Что скажешь?
— Всё готово, хоть сейчас перемещайся, — ответила она с некоторым разочарованием — ей хотелось самой довести алгоритм до нужной кондиции.
— Не всё, — постаралась успокоить я Доминошку, — мне нужно покидать пределы этого мира, придётся доработать.
Домна взглянула на меня с удивлением:
— Хочешь в другой мир? — Когда я кивнула, она с пониманием покачала головой: — Я бы тоже с удовольствием путешествовала по мирам. Только это заклятье завершено, его уже не изменить.
— Как? Почему? — Это был удар.
— Они присвоили фразу. Видишь?
В самом конце отдельной строкой стояло многословное предложение, подчёркнутое волнистой линией, завершающееся словосочетанием «пункт назначения».
— Разве нельзя вместо пункта назначения назвать Большой мир?
Домна отрицательно покачала головой:
— Придётся всё делать заново. Не огорчайся, я тебе помогу.
Я начала благодарить подругу за поддержку, но услышала щелчки и бросилась к шкафу, где висел сарафан с забытой в кармане пудреницей. На экране я увидела только траву — заячью капусту — и ползущую по стебельку божью коровку.
— Саша! — крикнула я. Кто ещё мог звонить мне из леса?
— Леди Елена, — хрипло отозвался Алекс, — мне нужна ваша помощь.
— Где вы? — вскочила я, готовая нестись куда угодно с немыслимой скоростью.
— У Чёрного замка.
Снова появились помехи, попытки перезвонить ни к чему не привели.
— Что делать? — повернулась я к Домне, с трудом сдерживая всхипывания, — придай мне скорости, Доминошка, умоляю!
Дороги к замку я не знала, только общее направление, но в ту секунду мне казалось, что главное бежать, а ноги сами выведут.
— Зачем тебе моя подделка? — искренне удивилась подруга. — У тебя есть полноценное заклинание.
Она указала на подчёркнутую волной строку, я возликовала:
— Точно! Спасибо!
— Выйди на крыльцо, — посоветовала Домна, — будет не так болезненно.
Я рванула прочь из общежития. Какая разница болезненно или не болезненно, лишь бы поскорее! Всё-таки хватило благоразумия послушать умную подругу. На лестнице растолкала возвращавшихся из душа подруг и чуть не опрокинула Алину. Та что-то кричала мне вслед, я даже не притормозила, пронеслась через комнату свиданий, до смерти напугав чью-то толстую мамашу, в дверях сшиблась с Клавдией Семёновной, не извинившись, выскочила на площадь и только тут, перейдя на шаг, раскрыла тетрадь. Нужно было сообразить, как назначить место, куда я должна телепортироваться. Принц говорил о Чёрном замке. Судя по картинке, которую я успела разглядеть, он не внутри, но насколько далеко? Решила сказать «дорога к Чёрному замку». На месте разберусь. Так и зачитала заклинание на ходу, так по инерции и топала по плитам, вздыбленным упрямо пробивавшейся между ними травой уже в пяти километрах от школы. Времени на удивление и восторги не было. Огляделась, крикнула:
— Са-а-а-ша-а-а!
Справа от меня тянулась высоченная стена из тёмных камней, не имевшая ни окон, ни бойниц, слева шелестел листвой нехоженый лес, мои крики тонули в нём, как в обитой ватином и бархатом комнате. Я вглядывалась в узкие просветы между стволами вековых осин в надежде заметить полянку, откуда Алекс разговаривал со мной.
Добрела до высоких кованых дверей в самом центре стены. Здесь была небольшая площадка, мощённая булыжником, в центе её рос взломавший кладку дуб. Великий князь прислонился спиной к стволу и полусидел, завалившись на бок. Голова его была запрокинута, глаза закрыты, а дыхание едва улавливалось.
Я опустилась рядом с ним на колени:
— Саша, любимый, очнись, умоляю! — теребила его, пытаясь привести в чувства.
Усилия мои были бесполезны. Произнесла заклинание укрепления сил, следом заклинание бодрости. Приготовилась к заклинанию оживления, но оно не пригодилось — Алекс пошевелился, открыл глаза и, увидев меня перед собой, печально улыбнулся:
— Опять ты меня спасаешь, Лена Зайцева.
Как же мне стало тепло от его слов! Захотелось обнять Алекса, передать ему часть энергии, вызванной во мне стрессом и хлеставшей чуть ли не в космос. Принц попытался встать, я обхватила его, чтобы помочь, мы как-то неловко обнялись и замерли на минуту. Он шевельнулся и отстранился, потом, опираясь на землю, рывком поднялся.
— Всё хорошо? — спросила я, когда мы оба оказались на ногах.
— Благодарю, леди Елена. Вы подоспели вовремя.
А так хорошо начиналось: «ты… Лена Зайцева». Я вздохнула:
— Всё благодаря Пелагее Бенедиктовне. После того случая она заставила нас вызубрить все до одного заклинания помощи пострадавшему. А ещё… — я вытащила из-за пазухи тетрадь, — ректор и профессор довели моё заклятье перемещения до ума. Я телепортировалась сюда с его помощью.
— Вот как? Рад, что всё обошлось. Правда, я ещё не совсем оправился… посидим у ручья?
— С удовольствием!
Мы обогнули замок и поднялись на холм вдоль русла прятавшегося в траве ручейка. Достигли его истока: вода довольно сильной прозрачной струёй била из укреплённого каменной кладкой склона, собиралась в рукотворной чаше, переливалась через её край и текла вниз. Вокруг довольно плотно росли кусты орешника, чуть выше по склону в молодом ельнике весело пели дрозды.
Увидев воду, я почувствовала сильную жажду, словно год ничего не пила. Присела на корточки, зачерпнула студёной, прозрачной, как хрусталь, воды и стала пить малюсенькими глоточками, боясь застудить горло. Принц сел на большой камень и наблюдал за мной. Напившись, я опустилась на траву. Тетрадь всё ещё была в руках Алекса, и я потянулась за ней:
— Всеволод Мартынович сказал, что с помощью этого заклинания можно попасть в зачарованный замок. Он назвал эту идею гениальной.
— Так и есть, — кивнул принц.
— Жаль, что нам не добраться до Верочки. Я хочу сказать, до избранной, ведь для этого нужно попасть в мой мир. — Таким хитрым ходом я задумала предварить просьбу помочь мне с составлением заклятья для преодоления границы миров.
Алекс вернул мне тетрадь, я сунула её за пазуху, собираясь заговорить о заклятье, но не смогла. Вдумчивый взгляд принца показался мне таким грустным, что слова так и не прорвались наружу. Я чувствовала, что великий князь хочет спросить меня о чём-то и не решается, словно предвидя ответ, который его разочарует. Помогла бы с удовольствием, только не представляла как. Он отвернулся и начал рассказ о своих попытках открыть дверь Чёрного замка. Удивительно, но те заклятья, что они тщательно проверили с Всеволодом Мартыновичем, натыкались на мощную блокировку. Стараясь обойти запреты, принц получил такой мощный откат, что едва не лишился жизни. Хорошо ещё, что под рукой оказалось зеркальце, Алекс успел отправить просьбу о помощи.
Вот упрямец! Говорили же ему не соваться одному!
Принц сидел на камне, мял в пальцах сорванную травинку и смотрел на видневшийся в просвете между стволами замок. Отсюда можно было разглядеть возвышавшуюся над глухой стеной прямоугольную башню с двухскатной крышей и окружавшие её круглые башенки с похожими на перевёрнутые воронки колпачками. Вблизи замок не казался чёрным и выглядел не весело, но и не хмуро, и я всё-таки чувствовала исходящую с той стороны тревожную мощь, словно предостерегавшую смельчаков от рискованного шага. Алекс не скрывал своего огорчения от постигшей его неудачи, но и не распространялся об этом, переживая молча. Я могла только посочувствовать и ему, и остальным жителям проклятого мира. Придётся им и дальше обходиться без искренности в отношениях. Почему-то представила рядом с великим князем Прилучную. Именно так, как она мечтала: в белом восхитительном платье, с фатой, закреплённой на каштановых локонах, с букетом нежных роз в руках. Даже не зная, проводят ли тут свадебные церемонии, не сомневалась, что Алина настоит на пышных торжествах с катанием в лимузине, полётом на дирижабле, ночным фейерверки и ещё чем-нибудь, на что у меня не хватает фантазии. Дальше дня их бракосочетания заглядывать не хотелось. Не зря большинство сказочных историй заканчиваются формальной фразой: и жили они долго и счастливо. Насколько счастливо и как долго — лучше не думать.
Как-то во время прогулки у нас случился откровенный разговор. Мы с Алиной сидели у фонтана, любуясь бьющими в небо струями, я спрашивала, почему она не хочет возвращаться домой. Ладно я надумала бросить прежнюю жизнь! Двушка с платежами по ипотеке ещё на год как минимум, скучная сидячая работа, бабушки и дедушки, требующие к себе внимания и почтения — всё что у меня имеется. То ли дело Алина: элитное жильё и автомобиль, эксклюзивные наряды, большие деньги, перспективы, исполнение любых прихотей по щелчку пальцев. Неужели ей не жалко с этим прощаться? Ответила она не сразу. Возможно, не задумывалась прежде и только после моего вопроса стала анализировать свои ощущения, а может быть, просто не верила, что я пойму.
— Стонешь, что у тебя никого нет, — заговорила подруга после недолгого молчания. — Бабушки и дедушки, вложившие в тебя всё, что могли, не в счёт? А подруга, поделившаяся магией ради спасения твоей жизни? Поверь, у меня нет этого. Отец хоть и обожает меня, вечно занят. Он готов оплатить любые запросы, но не выделит ни минуты на общение. Мать ненавидит меня, ревнует к мужу. Брат не может простить отцу развода с его мамашей, а презирает почему-то меня, как будто я виновата в том, что папочка решил жениться на залетевшей от него молоденькой секретарше. Мир без любви не нов для меня, Лена. Тут хотя бы всё честно.
— Погоди, — пыталась осознать я признание подруги, — ты построишь жизнь иначе! Никто не заставит тебя жить по правилам родителей…
— Да? Ты серьёзно? — печально улыбнулась Алина. — Я расскажу, что меня ждёт. Сначала какой-нибудь папочкин прихвостень окрутит меня ради места в его империи. Возможно, мы даже родим ребёнка. Потом мой супруг встанет на крыло и пойдёт по бабам в поисках острых плотских ощущений…
— Нет! — воскликнула я. — Ты красивая, умная, весёлая. Он не будет изменять!
— Глупенькая, — снисходительно посмотрела Прилучная, и мне показалось, что это она — старшая и мудрая и нашей паре. — Красивым изменяют с гораздо большим удовольствием даже с дурнушками. Я не осуждаю, не думай. Просто человек, женившись ради выгоды, всегда будет считать себя свободным от обязательств перед супругой. А что, ты думаешь, буду делать я?
— Не хочу и думать.
— Найду альфонса, потом другого, третьего… Они будут тянуть с меня деньги, покупать квартиры и машины, содержать любовниц…
— Прекрати!
Мне стало горько от её холодного, казавшегося равнодушным тона. Подруга, повеселев, толкнула меня в бок:
— В проклятом мире никто никому не изменяет. Это ли ни причина остаться? — засмеялась, вскочив со скамейки, и потянула меня за собой. — Не бойся, я тебя не уговариваю! Помню-помню: тебе нужна взаимность!
Она затеяла беготню вокруг фонтана, вовлекая в игру новых и новых девушек, и отвлекла меня от философских размышлений.
Теперь, вспомнив ту беседу, я смотрела на принца и размышляла: права ли я, ожидая ответных чувств? Так ли они обязательны? Разные авторитетные люди бесчисленно повторяют банальность о том, что в паре один любит, а другой позволяет себя любить. Не так уж и ошибается в этом случае Алина, считая, что никто никому не изменяет — уже хорошо.
Алекс вздрогнул, словно его толкнули, отбросил измочаленную травинку и обернулся ко мне:
— Скажите, леди Елена, ваши родители любили друг друга?
Опять у меня возникло стойкое ощущение, что принц читает мои мысли. Скрывать мне было нечего, я подробно рассказала историю влюблённых школьников, задумавших пожениться сразу после получения аттестата. Разумеется, обе семьи препятствовали этому браку. Принц слушал внимательно, не отводя взгляда от моего лица, и оживился, когда я упомянула о Ромео и Джульетте, спросив, кто это такие.
— Я же рассказывала, — напомнила я, — в нашем мире много стихов, романов и пьес о любви. «Ромэо и Джульетта» — известная каждому история о юных влюблённых.
— Получается, — кивнул Алекс, — вы родились в любви.
— Да, — я вздохнула, получилось очень жалобно. — Увы, вскоре они решили разойтись. Мама говорила, что ребёнок забрал всю любовь.
— Итак, — принц встал и подал руку мне. Голос его потерял мягкость и стал необъяснимо торжественным: — Вы обладаете даром, вас растил не отец и… — Он взял вторую мою руку, а я затаила дыхание, ожидая, что ещё он скажет. — Вы — плод любви. Настоящей, живой любви, а не той, что пытался стимулировать Мартынович с помощью препаратов.
— И-и? — спросила я и облизала пересохшие от волнения губы.
— Вы — избранная. Вот что. О вас говорится в пророчестве, леди Елена.
— Не-е-ет… — покачала я головой, отняла руки и шагнула назад, неловко покачнувшись на склоне.
Принц метнулся, чтобы подхватить меня и не дать упасть. Я поблагодарила кивком и уже спокойно освободилась и отошла в сторону. Всё вокруг смолкло. Больше не пели птицы, не жужжали шмели и комары, даже ветер прекратил играть листвой. Я слышала только дыхание стоявшего рядом мужчины и настойчивый стук собственного пульса в висках.
— …Понимаю ваше желание любой ценой достигнуть цели, Ваше Высочество, но уверяю — я в этом смысле совершенно бесполезна. Прогонять драконов не умею. Могу предложить вот что, — посмотрев в полные надежды глаза принца, я малодушно отвернулась и договорила, потупившись: — Мы с вами телепортируемся в Чёрный замок, попросим дракона отправить меня в Большой мир, там я найду настоящую избранную и уговорю её выполнить пророчество.
Мне казалось, что это логично. Услышав, что великий князь согласен следовать моему плану, приободрилась. Конечно, я не рассчитывала, что исчезну из этого мира так скоропалительно, не попрощаюсь с подругами и не поблагодарю учителей и вообще не успею морально подготовиться. Но, с другой стороны, я итак слишком долго отсутствовала дома, меня совсем потеряли, надо поскорее успокоить родных.
Что я ожидала увидеть в замке? Прикованного цепями отощавшего ящера с кожистыми крыльями? Груду костей, источавших аромат смерти? Заледеневшее существо типа кощея Бессмертного из «Последнего богатыря»?
Зачарованный замок простоял, по слухам, две или три сотни лет, мог ли заточённый в нём дракон остаться в живых? Я всё-таки надеялась, что магическое животное не погибло и достаточно разумно, чтобы выполнить просьбу: подарить мне драконье пламя и возможность вернуться домой.
Увиденное мной в центральном зале замка превзошло все самые безумные предположения. Едва мы с великим князем, взявшись за руки, хором прочитали заклинание, как я присела от обрушившегося на меня шума: барабанный бой, резкие выкрики труб, рёв валторн и рыдание флейт прорывались сквозь смех и выкрики многих голосов. Музыка и гомон, отражённые высокими сводами, усиливались десятикратно. Первым моим желанием было зажать уши, что я и сделала. Мы оказались на пиру. Длинные столы ломились от яств, хмельные люди в ярких непривычных одеждах, похожих на стилизованные под восток карнавальные костюмы, разливали вино по кубкам, кричали здравицы хозяину и не замечали двух непрошенных гостей. За отдельным столом сидел могучий черноволосый мужчина, смуглый и черноглазый. На вид ему было не больше сорока лет.
— Где же дракон? — удивлённо озиралась я. — И как сюда попала вся эта толпа?
Алекс из-за грохота не расслышал вопроса и ничего не ответил. Сориентировался он быстрее меня. Взял за руку и повёл мимо пирующих к богатырю, казавшемуся главным на этом празднике. Тёмные глаза незнакомца в очередной раз равнодушно скользнули по головам гостей и зацепились за нас. Он резко встал и крикнул, легко покрыв общий гвалт:
— Убирайтесь все немедленно!
Затем он сделал жест, словно совершал подачу в волейболе, от его ладони отделился пылающий шар и, перелетев через столы, на свободной от них площадке раскрылся в окаймлённую огнём арку.
Повеление было исполнено с нечеловеческой поспешностью. Музыканты со своими инструментами первыми побежали к открывшемуся порталу, за ними потянулись пирующие, прихватывая с собой кубки и блюда. Хотя какофония прекратилась, шум стоял большой: топот многочисленных ног, прощальные крики, стук опрокидываемых лавок… Спустя две-три минуты всё стихло, за последней обтянутой ватным халатом спиной пылающая арка стянулась в яркую искру и погасла.
Пока творилась сутолока, я успела рассмотреть мужчину и предположила, что это страж пленённого дракона, хотя нигде и не читала о том, что за узником присматривает тюремщик. Впечатление он производил жутковатое: крепкое натренированное тело, горящий взгляд, необычная одежда. Жилет типа черепашьего панциря составляли плотно подогнанные пластинки толстой, будто ороговевшей кожи; из-под него виднелись рукава рубахи — такие же ячеистые, но более тонкие; штаны вообще, как мне показалось, были сшиты из кожи молодого крокодила, они плотно облегали длинные ноги незнакомца, обрисовывая его сильные икры и бёдра. Не удивилась бы, узнав, что охранник прикончил своего подопечного, мясо пустил на блюда, а шкуру на одежду.
На языке вертелся закономерный вопрос: где дракон? Задать его я не успела — одетый в кожные латы мужчина стремительно прошёлся вдоль увешанной холодным оружием стены и шагнул мне навстречу, распахнув объятья:
— Избранная! Слава драконьему пламени! Я дождался тебя!
— Э-э-э… я не… — только и смогла промямлить, оказавшись в кольце рук и повиснув в воздухе.
Мужчина приподнял меня, ведь, стоя на полу, я едва доставала макушкой до его подбородка, и попытался поцеловать. Упираясь в его каменный торс кулаками, я вертела головой, поцелуй пришёлся в мочку уха. Борьба была не на равных. Ни вырваться, ни уклониться у меня не получилось, сопротивление лишь распалило его страсть: жаркие губы нашли мой рот, настойчивый язык проник внутрь властно и требовательно. Незнакомец издал сладостный стон, от которого у меня по всему телу рысью помчались мурашки. Хотя в моём небогатом любовном опыте не случалось таких обжигающих ласк, я не потеряла сознание и не опустила веки, напротив, вытаращив глаза, пыталась подать знак Алексу. Боковым зрением увидела его. Принц застыл, словно под гипнозом, на его лице крупными буквами была написана расхожая фраза — а что, так можно было?
К счастью, безмолвная мольба о помощи достигла сознания принца, он в два гигантских шага преодолел расстояние до стены, выхватил из ножен кинжал и спустя миг приставил его лезвие к шее целовавшего меня громилы:
— Немедленно отпусти леди, чудовище!
Я успела представить, как сталь вспарывает кожу, повреждая артерию, и на меня хлещет неудержимый поток алой крови…
Но до этого не дошло. Хватка ослабла, и я смогла встать на ноги. Едва получив опору, оттолкнула незнакомца, не сдвинув его ни на сантиметр, зато сама отскочила назад.
— Что вы себе позволяете?! Кто вы такой?! Где дракон? — закричала я немного истерично.
Грудь мужчины вздымалась от шумного дыхания, желваки играли на высоких скулах, пальцы сжались в кулаки. Было заметно, что он борется с охватившим его желанием. Не отвечая на мои вопросы, он скосил глаза на принца:
— Человече, ты привёл избранную, так почему мешаешь нашему соединению?
Алекс убрал от его горла кинжал, подошёл ко мне, встал рядом и ответил ровным холодным тоном:
— Не для того привёл я её, чтобы ты насиловал.
Чувствуя напряжение, возникшее между мужчинами, я притихла. Воздух едва не искрил от исходящих от них обоих волн раздражения. Возможно, тут шла магическая потасовка, а до меня докатывались лишь её отголоски? Длилась эта безмолвная битва секунд пять. Спустя это время оба мужчины выдохнули, расслабились и дружно посмотрели на меня.
— Я никакая не избранная! Вы ошибаетесь, э-эм… — начала я, надеясь выяснить всё-таки, кто же встретил нас в зачарованном замке и куда подевался дракон, но договорить мне не дали.
Мужчина церемониально поклонился:
— Уирисс перед вами. Второй из семи сыновей правителя прекрасной земли Ксардиндосс. Прошу отобедать со мной. — Он указал широким жестом на стол, за которым сидел ранее, взял меня под руку в намерении проводить и наклонился, заглядывая в лицо: — Как зовут вас, сударыня?
Я успела только набрать воздуха, чтобы ответить, но Алекс перебил:
— Не говори! — взяв меня под другую руку, шепнул: — Узнает твоё настоящее имя, наречёт иначе, и ты станешь частью его мира.
Знать бы еще, какого-такого мира… Я кивнула, поблагодарив принца, и покосилась на Уирисса, тот улыбнулся одними губами и бросил недовольный взгляд на соперника:
— Не думал, что на Руси так осведомлены о секретных уловках драконьей волшбы.
— Иначе я бы сюда не сунулся, — отпарировал Алекс, хотя мне в его голосе послышалось сожаление о том, что всё-таки сунулся, да ещё и девушку приволок.
Чувствуя себя непроходимой тупицей, я сделала робкое предположение, что встретил нас никакой не тюремщик, а самый нестоящий дракон. Я даже повернулась к нему, пытаясь разглядеть истинное чудовище под обманувшей меня иллюзией. Уирисс по-своему истолковал мой интерес, пустился в объяснения. Помогая мне расположиться за столом, убеждал, что ни одну девушку не уводил из этого мира против её воли. Все так называемые похищенные драконом красавицы счастливы в Ксардиндоссе. Девушки выбрали себе мужей из самых достойных драконьих родов, родили детей, у некоторых уже появились внуки и правнуки. И все они, безусловно, счастливы. Мне показалось, или он надеялся меня охмурить?
Мы расселись: хозяин — во главе стола, принц — по левую руку, я — по правую. Два прибора остались свободными. Мне стало любопытно, почему ужин сервирован на пятерых. Спрашивать не пришлось, Алекс высказал предположение:
— Ждёте гостей?
— Давно жду. Каждую минуту нужно быть готовым к приходу избранной и её спутников.
Уирисс легонько свистнул, тут же открылась дверь в боковой стене, впуская в зал вереницу слуг с подносами. Мой желудок предательски заурчал, а рот наполнился слюной. Восхитительный аромат жареного мяса и специй я уловила до того, как блюда попали на стол. Не смогла удержаться, набросилась на запечённый окорок, как будто неделю сидела на диете. Попутно отправляла в рот кусочки незнакомых мне фруктов. От вина отказалась, поймав красноречивый взгляд принца. Он ел мало, неторопливо отрывал от кисти виноградины и отправлял их в рот. Хозяин тоже на еду не налегал, предпочитая беседу. Похоже, голодной здесь была только я. «Васька слушает да ест» — мой выбор на этот вечер.
— Уверяю вас, больше никто не сумеет попасть в замок, — говорил Алекс, — открыть входную дверь невозможно даже с помощью мощнейшего заклинания.
— Ты справишься, человече, — Уирисс кивнул в сторону, указывая на дальнюю стену, где среди огромных фресок, изображавших битву драконов, виднелся скучный прямоугольник двери.
Я замычала, протестуя: не хватало принцу ещё раз получить откат подобный тому, что случился вне стен замка.
Алекс не обратил внимания на мои знаки:
— Блок стоит снаружи? — когда дракон подтвердил догадку, принц удивился: — Чем же это объяснить?
— Капризом ведьмы, проклявшей ваш мир, — объяснял тот, — она хотела, чтобы замок стоял, даже если я вернусь домой.
— А вы можете вернуться домой? — вступила я в разговор, утолив первый голод.
— В любой момент, — громила подался ко мне, протянув руку, чтобы коснуться моего предплечья, и хотя я испуганно отдёрнулась, приветливо улыбнулся: — Ждал невесту, и ты пришла. — Он выпрямился и посмотрел на Алекса: — Я уж думал, у вас совсем красавиц не осталось. Рад, что ошибся.
— Эта красавица не для тебя, Уирисс, — мрачно заявил принц и забросил в рот очередную ягоду винограда.
Дракон не удостоил его ответом. Он швырнул огненный шар в центр зала, освобождённый слугами от столов и лавок, там пламя превратилось в потрясающую голограмму. Нашим взорам открылся горный хребет с яркими снежными вершинами на фоне чистейшего синего неба. Мимо красных скал величаво летел сверкающий серебристой чешуёй дракон. Достигнув замка, высеченного прямо в горе, он сделал круг и опустился на круглую, вымощенную брусчаткой площадь. Из надвратной башни навстречу ему вышла красивая блондинка с младенцем на руках. Женщина с улыбкой глядела на серебряного гигантского ящера, тот же окутал себя дымом, выдув из пасти струю пламени, и через мгновенье из-за дымовой завесы, рассеиваемой ветерком, вышел крупный мужчина с белозубой улыбкой.
— Мой отец, моя мать и младший брат, — сказал Уирисс с едва уловимой печалью в голосе и обратился ко мне: — Ксардиндосс — лучшая земля прекраснейшего из миров. Тебе там понравится, избранная.
Я звякнула вилкой, бросив её на тарелку и, стараясь говорить уверенно, заявила:
— Я никакая не избранная. Просто составила заклинание телепортации, мы его испытали, вот и оказались здесь. Понятно? А вы, уважаемый, если так любите свою страну, отправляйтесь туда поскорее!
Уирисс тоже отодвинул тарелку и, запрокинув голову, засмеялся. Пока приступ смеха не прошёл, мы с принцем переглянулись, и я заметила одобрение во взгляде Алекса, мол, так держать. Вероятно, он решил, что я «прогоняю» дракона таким образом. Я бы тоже, пожалуй, посмеялась над такой неумелой гонительницей, если бы не перспектива вместо дома отправиться в какой-то там Ксардиндосс. Вытерев тыльной стороной ладони выступившие от смеха слёзы, дракон снова потянулся, чтобы коснуться меня. Я, как и в прошлый раз, отпрянула. Уирисс не смутился, лишь хмыкнул, а потом заговорил, глядя на меня:
— Комизм ситуации в том, что я прибыл за невестой. Тысячу девушек переправил в наш мир, а когда мне, наконец, позволили жениться самому, люди устроили западню. Не попался бы, случись такое раньше, но на этот раз был настроен слишком романтично и не заметил подвоха.
Я настаивала:
— Почему бы вам не поискать невесту среди драконих? Зачем вам девушки из другого мира?
Лицо Уирисса посуровело. Он отклонился на высокую спинку стула и перевёл взгляд на голограмму, где над горными вершинами кружили пять драконов.
— Здесь нечего обсуждать. Без невесты я не вернусь. Меня просто засмеют!
— Кто? — удивилась я. — Столько времени прошло! За триста лет все забыли, зачем вы отправлялись. Обрадуются, что вернулись, да и всё!
— Нет, сударыня, время в наших мирах течёт по-разному. Здесь почти в десять раз быстрее. Там и трёх лет не минуло. Не забыли.
Он уже не называл меня избранной, въехал-таки, что не заманит в драконий мир. Я любовалась демонстрируемыми голограммой видами и прикидывала, как бы повернуть разговор к драконьему пламени. Сумеет ли Уирисс смириться с тем, что я не пойду с ним, и отправить меня туда, куда я хочу?
А хотела я домой. И даже залитый солнцем песчаный пляж на морском берегу, где веселились обернувшиеся юношами драконы, не манил меня своей глянцевой красотой.
Земля драконов, если верить картинке, действительно была восхитительной. Мне, как человеку, не бывавшему ни в горах, ни на морском побережье, это виртуальное путешествие доставило массу удовольствия. Уирисс оказался неплохим комментатором, он успевал сообщать названия вершин, ущелий, каньонов и лагун, появлявшихся перед нашими глазами, перечислял животных и птиц, обитающих в этих местах, рассказывал связанные с ними легенды, упоминал важные исторические события. Мне уже не казалось удивительным то, что девушки проклятого мира добровольно покидали его ради красот Ксардиндосса.
На мой взгляд, драконы ошиблись, представляя переселение красавиц как жертву. В ответ на моё замечание Уирисс высокопарно продекларировал: «Лишь тот способен оценить всю меру выпавшего на его долю счастья, кто испил чашу отчаянья!» Я замолчала, осмысливая его слова, Алекс принялся расспрашивать об истинных целях драконов. Он задал сотню наводящих вопросов и получил столько же туманных объяснений. Единственное, что мне удалось понять из этого диалога: дитя от смешанного брака имеет способность менять ипостась в любой момент. Это ценилось куда больше красоты, силы и даже богатства.
Великий князь уговаривал дракона покинуть проклятый мир добровольно. Пока мужчины препирались, я прикидывала, не прельстит ли кого-нибудь из подруг перспектива стать матерью драконов.
— Ваш отец — король? — спросила, невежливо прервав Уирисса.
Тот метнул на меня обжигающий взгляд:
— Император! Ксардиндосс — объединённые земли драконов, гномов, орков и людей.
— Людей? Так зачем же вы воруете женщин из других миров, если у вас есть свои? — удивился Алекс.
— По условиям союзного договора в нашей империи межвидовые браки запрещены.
Обсуждение перешло в политическую сферу, я вернулась к мыслям о подругах. У меня были большие сомнения, что иномирному женишку приглянется кто-то из моих сокурсниц. Шансы были только у Прилучной. Уж если меня Уирисс назвал красавицей, в Алину точно влюбится с первого взгляда. А вот заинтересует ли её предложение наследника драконьей империи? Тот факт, что девушка увлечена фэнтези и с восторгом приняла судьбу попаданки, не означает, что она с готовностью перенесётся в земли летучих огнедышащих чудищ. Пожалуй, выйди я к ней с таким предложением, решит, что расчищаю дорогу к местному трону для себя.
Мои рассуждения прервал грохот опрокидываемых тяжёлых стульев. Ещё и скатерть поехала со стола, увлекая за собой блюда и приборы, часть из них со звоном попадала на пол. Я схватила уползающую ткань и, раскрыв рот, уставилась на вскочивших мужчин. Они сцепились не в шутку. Алекс одной рукой схватил дракона за ворот, а другой пытался ударить по лицу, но тот, отдирая пальцы принца от своей одежды, другой рукой перехватил запястье угрожавшей его физиономии руки принца. Оба они кричали, причём, если от дракона я могла ждать такого проявления темперамента, то обычно спокойный и уравновешенный великий князь меня удивил.
— Убирайся в свой Ксардиндосс, пока цел! Девушку с тобой никто не отпустит!
— Без невесты не уйду! Даже не надейся! Избранная — моя!
— В пророчестве сказано: прогонит дракона, а не уйдёт с ним!
— Сказано: уведёт! Читать научись, человече!
Шансов против иномирного бугая у Алекса было мало. Он проигрывал и в росте, и в крепости мышц. А вот ловкости ему было не занимать. Понятно, что я не молчала. Орала так, что, наверное, в школе было слышно. Требовала, чтобы они успокоились, чтобы мирно всё обсудили и ещё что-то в таком же роде. Меня как-то обнадёжило обещание дракона никого не уводить насильно. Принц же в эти байки не поверил.
После череды взаимных обвинений, противники пришли к соглашению. Мне оно не понравилось. Поединок. Каково? Видя, что к моим воплям не больше внимания, чем к жужжанию мухи, я выскочила из-за стола и встала между мужчинами. Они успели вооружиться шпагами, выбрав из тех, что висели на стене.
— Прекратите! — я вертела головой, не зная, кого следует убеждать: — Запрещаю вам сражаться! Это нечестно, на драконе доспехи, а его противник в летнем костюме.
Уже через секунду панцирный жилет полетел в сторону, Уирисс рывком освободился от рубахи, оставаясь только в обтягивающих штанах. Не могу сказать, что с обнажённым торсом он выглядел менее грозно. Даже, пожалуй, более впечатляюще. Во всяком случае, я на некоторое время замолкла. Дракон воспользовался паузой и коротко свистнул. Примчавшийся на его зов слуга оттёр меня из центра зала. Я почти не разглядела этого невзрачного старикашку, снова что-то кричала то дракону, то принцу, но подойти к ним не получалось — слуга, словно моё собственное отражение, преграждал мне путь, куда бы я ни метнулась, чтобы обойти его.
Звенела сталь. Два красивых мужчины — мощный и изящный — бились за меня. О боже! Я этого не хотела!
Бились они красиво. Алекс непрерывно атаковал, совершал и прямые удары, и хитрые выпады, не забывал обманные движения. Увы, преимущества это ему не давало. Дракон защищался играючи. Можно было подумать, что Уирисс не ставит целью победу в поединке, ему достаточно измотать соперника, чтобы тот увидел бесполезность борьбы и отступился от меня. Это впечатление могло быть и обманчивым: кто знает, что у хитрой ящерицы на уме?
С каждой секундой я переживала за великого князя всё больше. Особенно напряглась, когда заметила, что он шепчет заклинания. Отчаявшись победить мастерством, Алекс прибегнул к магии, но магические атаки противный дракон парировал с тем же успехом. Это не могло продолжаться бесконечно. Мой великолепный принц уставал — я заметила это по капелькам пота на лбу и мокрым волосам на висках. Разумеется, он не собирался отступать, но удары наносил реже и с меньшей амплитудой.
Нужно было что-то делать. Зачем только мы сунулись сюда?! Угораздило же выдумать это злосчастное заклятье! Тут меня осенило: нужно валить отсюда!
Выхватив тетрадь, я раскрыла её и принялась выкрикивать слова заклинания. Орала так, что оглушила бедного слугу, он рефлекторно отпрянул, но по-прежнему мешал мне приблизиться к поединщикам. Всё что могла — тянуть руку в надежде, что Алекс подступит ближе и возьмётся за неё. К счастью, старикашка-слуга не дерзнул прикасаться ко мне и не мог помешать этому.
Как только я произнесла половину волшебной фразы, принц сообразил что делать. Дракон почувствовал неладное и перешёл в наступление. Теперь Алекс отбивался, пятясь ко мне. Он отводил удары шпаги соперника правой рукой, а левую тянул ко мне. Оставалось преодолеть не больше метра, я выкрикнула все нужные слова, кроме места назначения. И тут Уирисс обернулся ко мне, окатив гневным взглядом, отшвырнул шпагу и бросил в мою сторону огонь.
Отреагировать я не успела, тетрадь в моей рука вспыхнула и осыпалась пеплом на холодные плиты пола. Огонь обжёг пальцы, но я даже не дернулась, чтобы подуть на них, продолжала тянуть покрывающуюся пузырями ладонь моему принцу. Тот рванулся ко мне, но получил удар здоровущим кулаком прямо в голову.
Что делать? Всего одно слово осталось сказать, чтобы исчезнуть из Чёрного замка. Но как оставить лежавшего без сознания Алекса? Конечно, я могла позвать на помощь, даже представила, как произношу «ректорат Школы заклятий» и, оказавшись там, рассказываю Мартыновичу о случившемся. Мы могли бы телепортироваться сюда хоть всем старшим курсом, тогда дракоше не поздоровилось бы! Если бы тетрадка осталась цела. На восстановление заклятья нам потребуется не меньше часа, а где гарантия, что великий князь не пострадает за это время?
Заметив сомнения на моём лице, Уирисс поклонился, приложив ладонь к блестящей от пота смуглой груди:
— Останься, обещаю не причинять вреда ни тебе, ни ему, — он небрежным жестом указал на принца.
Мозги мои, похоже, отключились. Чем ещё объяснить, что я поверила дракону? Поверила и произнесла то самое слово «Анемто», упустив возможность бегства из Чёрного замка. Я бросилась к Алексу, благо дракон дал своему прислужнику приказ удалиться. Старик ретировался мгновенно. Я опустилась на колени рядом с моим защитником и зашептала заклинание восстановления сил. Великий князь шелохнулся, сел и с укором посмотрел на меня:
— Почему ты не ушла?
Он реально не понимал?
— Дай руку, сударыня, — сказал Уирисс, протягивая мне ладонь, — нужно залечить отжёг.
Из упрямства я не послушалась, произнесла исцеляющее заклинание, но помогло оно мало: пузыри перестали надуваться и лопаться, но не исчезли.
— Позволь ему, — со вздохом посоветовал принц, — никто не залечит раны, нанесённые драконьим пламенем, лучше самого дракона.
Мы оба поднялись и встали рядом, словно пара влюблённых, подошедших под благословение. Уирисс, взглянув на нас, покачал головой. Он был восхитителен: выпуклые мышцы на плечах и руках, пресловутые кубики на животе и могучая грудь могли свести с ума любительниц бодибилдеров. Триста лет в заточении дракон явно не предавался лености, грёзам и унынию. Он ждал свершения пророчества и, к нашему огорчению, трактовал его не так, как мы. Уирисс взял мою обожжённую ладонь довольно деликатно, у меня даже мурашки побежали по спине, наклонился и дыхнул. Я рефлекторно дёрнулась, ожидая нового ожога, но Уирисс удержал мою руку. Облачко синеватого пламени коснулось моей кожи, и ранки стали затягиваться, оставляя нежно-розовые следы.
— Меня коснулось драконье пламя, — сделала я смелое предположение: — теперь могу отправиться в свой мир?
— Здесь находятся врата в мой, сударыня, — улыбнулся Уирисс, — чтобы попасть в другой, надо отправиться в иную точку пересечения миров.
— Я провожу тебя, — сказал великий князь тусклым голосом.
Я понимала, что он не хочет меня отпускать, но остаться тоже не могла, ведь надежды на изгнание дракона и разрушения проклятья не оправдались. И потом… Я хочу домой!
— Кто сказал, что я отпущу свою невесту? — ухмыльнулся Уирисс.
Я выдернула руку из его пальцев и крикнула:
— Поищи себе другую невесту, ящер!
Всплеск моих эмоций встретил только довольную улыбку дракона. Зато великий князь рванулся к оброненной им шпаге:
— В таком случае, продолжим!
Я вцепилась в локоть Уирисса, не давая ему шагнуть к оружию и умоляя не возобновлять поединок. Не думаю, что мои слова возымели бы действие, но вбежавший в зал слуга изменил их ход:
— По дороге к замку торопятся две девушки, Ваше Высочество! — обратился он к дракону.
— Симпатичные? — оживился тот.
— Одна очень красивая, — засиял улыбкой старик, — вторая так себе.
Мы с великим князем переглянулись — кто бы это мог быть? Вариантов, впрочем, было немного. Одна из путниц наверняка Прилучная, вторая либо Домна, либо Фрося. Принесла же их нелёгкая!
Слуги уже суетились вокруг стола, наводя порядок, им не требовалось дополнительных приказов. Уирисс простёр руку, указывая на дверь в дальней стене:
— Говори своё заклинание, человече! Встретим гостью и её спутницу.
— Нет! — воскликнула я, испугавшись, что дракон увлечёт ничего не подозревающую Алину в свой мир.
Оба мужчины посмотрели на меня с удивлением. Уирисс откровенно огорчился:
— Ты согласна уйти в Ксардиндосс, избранная? Не ищешь замену?
Похоже, у Алекса возник тот же вопрос.
— Ваше Высочество, — обратилась я к каждому из них, посмотрев сначала на дракона, потом на великого князя, — разумеется, я хочу вернуться домой и не согласна ни на какие иные варианты. Это не отменяет моё беспокойство за подругу. Не думаю, что леди будет в восторге от перспективы стать женой дракона.
— Давайте хотя бы спросим у неё, — нахмурился Уирисс.
— Пообещайте, что отпустите нас всех даже в том случае, если девушки, готовой стать вашей невестой, не найдётся.
Уверена, что моя просьба дракону не понравилась. Ответил он не сразу, окинул меня тяжёлым взглядом и шумно втянул воздух. Я внутренне сжалась, ожидая очередной огненной атаки. На этот раз обошлось. Ноздри гиганта подёргались, желваки на скулах поиграли, плечи ещё сильнее развернулись — и на этом демонстрация мощи закончилась:
— Будь по-твоему, сударыня, удерживать никого не стану, но знай — без невесты этот мир не покину.
«Ладно, — подумалось мне, — будем решать проблемы поочерёдно». Не успела я обратиться к великому князю, как пространство вокруг нас подёрнулось размывающей очертания предметов дымкой. Стены будто дрогнули, в ушах зазвенело.
— Колдуют, — печально констатировал дракон, — сейчас в обморок упадут, а то и погибнут. Блок мог усилиться после недавней попытки проникновения.
— Скорее, — шагнула я к Алексу, — открой им!
Впрочем, тот уже шептал заклинание, не нуждаясь в моих подсказках.
Атмосфера вернулась в норму — девушки заметили отворившуюся дверь и прекратили ворожить. Мы с великим князем рванули к выходу из зала, дракон неторопливо поднял с пола рубаху и с ней в руках пошёл за нами. От внешней стены до главного зала было метров десять. Прилучная добежала раньше нас, будто зачёт сдавала по физкультуре. Распахнув прежде запертую дверь, влетела в зал и чуть не натолкнулась на меня, я шла первой. Алина остановилась и, сузив от злости глаза, переводила взгляд с меня на принца и обратно:
— Так, значит, подруга? Лапшу мне вешаешь, овечкой прикидываешься, а сама на романтическое свидание отчалила? Предательница! — не дав мне и слова вымолвить, махнула перед носом, демонстрируя колечко, шагнула в сторону и крикнула в лицо принцу, стоявшему за моей спиной: — И ты хорош! Говорил, что я тебе нравлюсь, а сам фигню какую-то подарил, а ей — произведение ювелирного искусства!
Только теперь в зал вошла Домна. Он замерла, смущённо обведя взглядом присутствующих, чуть дольше задержалась на маячившем за нашими спинами Уириссе и спросила:
— А где дракон? Уже прогнали?
— Это отмаза, — зашипела Прилучная, — Доминошка, какая ты наивная! Они тут…
Я испугалась, как бы Алина не выдала какую-нибудь скабрезность, и даже почувствовала, как кровь прилила к щекам, но меня спас Уирисс. Он отступил, галантно указывая в глубину зала:
— Прошу к столу, прекраснейшая незнакомка. Назови своё имя.
Челюсть у Прилучной отвисла. Полуобнажённый качок поразил воображение настолько, что она забыла, зачем примчалась сюда, и даже представиться не смогла сразу.
— Имени ему не говори, — предупредил Алекс и сочувственно посмотрел на Домну. Повезло ещё, что Алина выболтала всего лишь её прозвище.
Время в Чёрном замке, как я успела заметить, текло иначе. Во всяком случае, по ощущениям должно было смеркаться, а в окна по-прежнему били солнечные лучи, хотя и не такие жаркие, как днём. И всё же на меня навалилась дикая усталость, ещё один ужин в обществе Уирисса я бы точно не выдержала. Понятно, что дракон собирался поразить очередную красотку видами Ксардиндосса, но мне хватило и того, что я уже лицезрела. Поймав за руку готовую пройти к столу Прилучную, я натянуто улыбнулась хозяину:
— Позвольте, Ваше Высочество, вкратце объяснить подругам положение дел.
— Будьте так любезны, сударыня, — хмуро согласился дракон.
Чтобы не навлечь его гнев, я не поскупилась на похвалы показанных нам видов Ксардиндосса и уже после этого объяснила, чего требует дракон в обмен за разрушение проклятья. Уирисс всё-таки запустил картинку, голограмма развернулась в двух шагах от нас и выглядела ещё эффектнее. Правда, на Прилучную ни скалы, ни море особого впечатления не произвели, лишь Горный замок удостоился благосклонного кивка.
— Наследник императора? — уточнила она.
— Так и есть, сударыня, — с достоинством поклонился дракон.
Он успел облачиться в рубаху, но не надел панцирь, и тугие мышцы играли под тонкой тканью весьма привлекательно.
— Не старший сын, — с сомнением качала головой Алина, — что если ваши претензии на трон оспорят? — Жестом она остановила возражения и повернулась к Алексу со словами: — Мне нужно посоветоваться.
Они отошли в сторонку, разговаривали шёпотом. Лицо дракона побагровело, я опасалась, как бы он не нарушил обещание и не унёс Прилучную силой. Хорошо, что Домна, до этого неподвижно созерцавшая восхитительные виды иного мира, подала голос:
— Скажите, Ваше Высочество, как называется водопад?
— Слёзы Матильды, — ответил Уирисс, обернувшись, — я тоже люблю это место.
— Печально, — вздохнула Доминошка, — я бы назвала «Девичий смех». Он так весело журчит.
Дракон заинтересованно посмотрел на хрупкую девушку и, как мне показалось, огорчённо покачал головой. Увы, Домна не была миленькой. Её глубоко посаженные глаза и нависавшие над ними брови делали лицо хмурым и неприветливым. Девушка старательно поддерживала это впечатление, либо помалкивая, либо отпуская язвительные шуточки, и меня удивила нежность её голоса, промелькнувшая в диалоге с драконом. Ей удалось отвлечь Уирисса, по крайне мере, внешне он успокоился и встретил решение Алины, не выказав ни гнева, ни разочарования.
— Позвольте выразить благодарность за лестное предложение, Ваше Высочество, — обратилась к нему наша красавица, — но я вынуждена ответить отказом.
— Вынуждена? — переспросил дракон.
Алина бросила короткий взгляд на Алекса, тот кивнул, позволяя ей продолжить:
— Дело в том, что недавно прошёл отбор невест для великого князя. Моя рука уже обещана.
— Вы обручены, сударыня? — воскликнул Уирисс.
— Увы, но это так.
Дракон недолго переживал, резко обернулся ко мне:
— А вы?
Растерявшись, я не знала, что ответить. Выручил Алекс, он загородил меня и сказал:
— Леди не из нашего мира, и я позволил ей вернуться туда.
— Да кто ты такой, чтобы… — снова начал распаляться дракон, но голосок Домны опять охладил его пыл:
— Я бы хотела стать вашей невестой, Уирисс.
Все устремили взгляды на Домну. На её щеках маками расцвели красные пятна. У меня же в горле появился комок, похожий на деревянную пробку, хотелось избавиться от него, но от волнения я забыла, как люди глотают. Доминошка поборола смущение, расправила плечи и посмотрела в лицо дракону.
Тот сжимал и разжимал кулаки. Грудь под тонкой тканью рубахи налилась такой мощью, что от одного вида округлившихся мышц у меня в животе разлилось предательское тепло. Я испугалась, что расшалившийся организм каким-то образом выдаст меня и, сделав усилие, перевела взгляд на Прилучную. На великого князя смотреть было совестно.
Алина, в отличие от меня, возбуждения не показывала, напротив, с задумчивым видом рассматривала Домну.
— Извини, Доминошка, — хрипло заговорил Уирисс, — меня не поймут, если я приведу невесту с такой своеобразной внешностью.
Стоило признать, что выразился он деликатно. Наша подружка едва слышно вымолвила:
— Меня зовут Домна.
Дракон кивнул, показывая, что расслышал, и пустился в объяснения:
— Веками драконы Ксардиндосса приносили из вашего мира очаровательных девушек. Сам я едва ли не два десятка красавиц доставил для своих соплеменников. Как смогу объяснить, что себе выбрал не такую?
Хоть я из последних сил отводила глаза, почувствовала, что Уирисс смотрит на меня. Он же не то угрожал, не то предупреждал, что если ни одна из симпатичных девушек не пойдёт с ним, запылают окрестные селения и города, ведь путь из Чёрного замка теперь открыт.
— Спокойно, — в повелительном жесте подняла руку Алина, останавливая распаляющегося дракона, — сейчас всё решим. — Она шагнула к Доминошке и потребовала: — Давай сюда свой патрон!
Дрожащими руками Домна вытянула из-за пазухи амулет и протянула Прилучной. Та вскрыла гильзу, вытащила записку и сунула мне в руки:
— Прочтёшь. Надеюсь, красоту тоже можно считать даром.
Она подставила ладони, одним движением бровей приказав подруге положить на них свои. Когда Домна выполнила негласное требование, Алина сообщила, что делится красотой добровольно.
Я уже два раза слышала заклинание передачи. Прежде оно казалось мне полной абракадаброй. Теперь же, увидев запись, я проникла в смысл каждого слова и без труда выделила те, что означали термин «магическая сила». Рискнула заменить их на «внешняя красота». Как только Домна дрожащим голоском проговорила, что принимает с благодарностью, я прочла немного изменённое заклинание. Вокруг держащихся за руки девушек завертелся воздушный смерч, я невольно отшатнулась, рискуя потерять равновесие, меня поддержала крепкая рука Алекса.
— Всё хорошо, — шепнул он.
Мы напряжённо вглядывались в лёгкую пелену тумана, отделившую нас от Домны и Алины. Наконец, дымка рассеялась. В центре зала стояли две красивые девушки. Прилучная почти не изменилась, разве что вид у неё был утомлённый. Домна же приобрела очарование, несвойственное жительницам проклятого мира. Лоб уже не выдавался вперёд, глаза стали выразительными, немного раскосыми, как у японки или китаянки, аккуратные брови красиво очерченными, а маленький носик и чуть полноватые губы мягкими и привлекательными.
— О-о-о! — простонал дракон и шагнул к хрупкой на его фоне девушке, уже не замечая Алины. — Домна, рождённая Русью, отныне ты Доминика — дочь Ксардиндосса! — Он опустился на одно колено и раскрыл ладонь, на которой блеснуло золотое колечко. — Ты согласна выйти за меня, Доминика?
Прежде чем она, взяв колечко, надела его на палец, я воскликнула:
— Доминошка! Ты действительно этого хочешь?
Повернув ко мне непривычно хорошенькое личико, она улыбнулась светло и открыто:
— Очень хочу. Мне понравился Ксардиндосс и… — она смущённо потупилась, — и мой великолепный жених.
Лицо Уирисса просияло, он сгрёб невесту в объятья, девушка уткнулась ему в грудь и замерла.
— Кхм, — напомнила о себе Алина, — как бы нам теперь Зайцеву домой отправить?
Дракон приветливо улыбнулся и, одной рукой обнимая невесту, другой жестом фокусника прямо из воздуха выхватил полупрозрачный оранжевый шарик и подал мне:
— У врат своего мира брось его оземь, сударыня, и пройди сквозь огненную арку.
— Спасибо! — я взяла тёплый, упругий, похожий на попрыгунчика мяч и прижала его к груди.
— А теперь оставьте меня с моей невестой, друзья! — попросил дракон.
Великий князь задержался, чтобы вернуть шпаги в ножны, висящие на стене. Мы же простились с Доминошкой и Уириссом и пошли к выходу. Алинка неслась по коридору, как будто за ней гнались, и остановилась только за стенами замка.
Лес встретил нас весёлым птичьим щебетом. Соловьи будто устроили соревнование кто кого перепоёт. Нежные лучи восходящего солнца золотили верхушки осин. Как, уже утро? Удивляться сил не было. Я лишь вздохнула и посмотрела на подругу. Нужно было прощаться и с ней. Драконий огонёк грел мою ладонь, придавая решимости. Я не собиралась возвращаться в Школу. Теперь незачем.
Мне бы радоваться тому, что счастливо избежала драконьего плена, и тому, что нашла путь домой, но смятение не имело ничего общего с понятием «радость». Попытки утешиться тем, что будет о чём вспомнить, вернувшись в свой мир, были жалкими и только огорчали ещё больше. Пожалуй, лучше представить бегство как жертву подруге, ведь её мечта совсем скоро осуществится.
Правильно я не верила Алексу, намёки на возможный союз оказались пустым звуком. Как дошло до серьёзного дела, он выбрал Алину. Ни малейших сомнений в том, что ей обещана рука цесаревича, не возникало. Иначе бы Прилучная рванула в Ксардиндосс. Мне же оставалось только пожалеть, что императорский трон не соблазнил подругу, она предпочла синицу в руках путешествию в неизвестный мир.
— Лен, — желобный голос Алины вывел меня из сердитого созерцания окружающей природы, — я ужасно выгляжу?
Она вертела в руках пудреницу, не решаясь открыть её. Бедняжка! Решила, что стала некрасивой. Я приблизилась и внимательно рассмотрела её лицо:
— Сыпь на щеках. Типа аллергической. Лоб в прыщиках, как у подростка. Белки глаз покраснели немного. В остальном без изменений.
— Фу-у-уф, — облегчённо выдохнула подруга, — с этим справимся.
Она отбросила крышку пудреницы и стала внимательно изучать отражение в зеркале.
— Вы по-прежнему прекрасны, леди Верова, — послышался голос великого князя. — Совсем скоро ваша сила восстановится. — Он подошёл ближе и церемониально поклонился: — Позвольте благодарить вас от имени императора и всех его подданных за своевременное и поистине мудрое решение. Как только вам это в голову пришло?! Поразительно!
Прилучная, спрятав зеркальце, взбила отточенным движением каштановые локоны и задрала подбородок:
— Моя голова ещё не раз удивит вас, Ваше Высочество.4f7b7c
Он улыбнулся в ответ на это заявление и взглянул на меня:
— Где врата в Большой мир, леди Елена?
Вопроса я не поняла и молчала, хлопая ресницами.
— В смысле, где она впервые появилась? — сообразила Алина. — Рядом с монастырём, где нас нашёл граф… мой отец то есть. Там ещё охотничий домик и сарай… матушка Афанасия говорила.
Я кивнула, подтверждая слова подруги.
— Хорошо, я понял где это, — вздохнул принц. — Отправимся прямо сейчас? Не желаете захватить что-нибудь из общежития или проститься с другими леди?
— Не желаю, — ответила я. Единственное, чего мне по-настоящему хотелось — оказаться как можно дальше от этого человека, но без него я точно не сумею разыскать сарай с ходом в Большой мир. — А разве нам не нужен экипаж? Или хотя бы ваш байк?
— Зачем? Мы прекрасно телепортируемся. Зря, что ли, вы сочиняли заклятье?
— Но… ведь… дракон сжёг его, — напомнила я.
— Не забываю заклинаний, которые произносил хотя бы раз, — Алекс подал мне руку. — Готовы?
Похоже, ему не терпелось от меня избавиться. Я обернулась и посмотрела на Чёрный замок — он всё так же возвышался над нами.
— А пророчество? Оно не сработало?
— С этим мы разберёмся позже, — ответил принц, продолжая держать руку навесу, — это не ваша война, леди Елена.
Не припомню, чтобы меня ещё когда-нибудь так настойчиво выпроваживали.
— Я с вами! — взвизгнула Прилучная и попыталась схватить Алекса за другую руку. — Хочу проводить подругу.
— Нет, — запретил тот, — дождитесь Доминику. Лучше вам вдвоём возвращаться в школу.
— Как? — воскликнули мы обе.
— Разве Домна не ушла в Ксардиндосс? — спросила я.
Великий князь улыбнулся:
— Уговорила жениха подождать, когда она получит диплом. Хочет доучиться. Уирисс не возражал, ему достаточно было обручения.
— Ну да… — кивнула я, — наши два года для них — неделя.
— Ага, — поддержала Прилучная, — как раз подготовят торжества, достойные нашей Доминошки! — Она шагнула ко мне, распахнув объятья. — Ну, давай прощаться, подруга! — крепко прижала к себе и шепнула на ухо: — Привет там всем передавай.
Я искренне обняла её в ответ. Классная всё-таки девчонка эта Алина Прилучная. Буду, пожалуй, скучать.