Глава 24

Отойдя на приличное расстояние от ограды института, я успокоилась и смогла трезво взглянуть на случившееся.

По правую руку от меня располагалось озеро, по левую — убегала в сторону мощеная дорога. Я же шла вперед, мимо припорошенных осенним золотом берез и кленов, уводящих вглубь рощицы.

Могла ли я не послушаться Захрук и остаться?

Конечно.

Возможно, так бы и сделала, если б не разозлилась настолько сильно.

А она могла все равно выволочь меня за ворота, унизив еще больше. Ограничилась бы я тогда обычной вспышкой магии? Скорее всего нет. И попала бы в еще бо́льшие неприятности.

Остановившись у поваленного старого дерева, я забралась на поросший мхом ствол и уселась на него, свесив ноги. Посмотрела перед собой, отмечая, как блестит на солнце темная гладь озера. С этой стороны берег был обрывистым, высоким. Несколько веток айвы, попавшихся среди кленов, склоняли усыпанные плодами ветви до самой воды.

Здесь было красиво и еще тепло. Солнце уже покатилось к западу, но пока не добралось до него. До вечерних сумерек оставалось несколько часов.

Опустив взгляд на свои руки, я положила их ладонями вверх на колени. У меня впервые случилась вспышка магии подобного рода. Тот раз перед замком Рагнара не считается, там все было иначе.

Что это за лава расплескалась у ног сегодня? Почему она никого не обожгла?

Я думала, мой дар проявляется лишь в способности заглядывать в прошлое. Похоже, драгхарка достучалась сегодня до чего-то еще.

Хорошо, что я ушла. Наседай Захрук и дальше, не известно, чем бы все закончилось. Мог кто-нибудь пострадать. Быстро взять под контроль новую силу у меня не получится так скоро. Правда, теперь придется ночевать в лесу…

Что ж, посмотрим, на что сгодятся новые способности!

Драгхары умеют создавать предметы прямо из воздуха, им не нужно знать специальные слова — заклинания. А раз у меня в роду отметились драконы — я тоже почти драгхар. Вот только ночлег себе точно не наколдую — слишком уж это масштабно для новичка. Значит, его нужно найти.

Спрыгнув со ствола, я отряхнула юбку и вдруг услышала шорох в ближайших кустах смородины. Замерла, внутренне напрягшись. Почему-то о живущих в лесу хищниках я до этого момента не задумывалась.

— Тори? — с надеждой позвала я, медленно отступая в противоположную сторону.

Треск веток усилился и скоро из зарослей показалась изумрудная мордочка стайха.

— Слава богам, ты не дикий зверь! — воскликнув это, присела и протянула к питомице руки, — Иди сюда, моя умница! Злая карга тебя не ранила?

Тори выглядела слегка помято, но без видимых ран. Ни царапинок, ни ожогов. Осмотрев подбежавшего ко мне стайха со всех сторон, я облегченно выдохнула. Похоже Захрук просто выкинула ее за ворота всплеском магии.

Выпрямившись, я осмотрелась.

— Ты уже бывала тут, случайно не видела поблизости охотничий домик или сторожку лесника? Не очень хочется ночевать под открытым небом.

Тори вдруг оживилась и шустро исчезла в тех самых кустах, из которых только что выбралась.

— Эй, не так быстро!

Я поторопилась за ней, сообразив, с какой стороны можно обойти заросли смородины. Стайха не видела, ориентировалась по звуку и движению веток. Потерять такого шумного проводника было невозможно!

Скоро Тори выскочила мне под ноги и помчалась вперед, легко лавируя между деревьями. Я старалась не терять ее из вида. Мы все глубже уходили в лес, оставляя озеро и ограду института далеко позади.

Когда деревья начали сгущаться, а кроны закрывать небо полностью, я заподозрила, что Тори меня не так поняла.

— Погоди, — я остановилась, запыхавшись, и оперлась ладонями на колени. — Мы куда вообще следуем? В конце этого пути есть жилище или ты просто так гоняешь меня по территории?

Она не ответила, но совсем скоро шорох, который издавали ее лапы, прекратился. Я выпрямилась, быстро находя изумрудного стайха глазами.

Питомица сидела на едва различимой тропе и смотрела на меня, склонив голову на бок. Переведя взгляд наверх, я заметила часть какого-то строения, скрытого за кустами калины.

— Не может быть!

Взбодрившись, я поторопилась в ту сторону, быстро выходя к избушке с одним заколоченным снаружи окном и прогнившим крылечком в одну ступень. Уже лучше, чем перспектива ночевки на свежем воздухе!

Осторожно приблизившись к двери, я постучала. На всякий случай.

— Там кто-нибудь есть? А-ау!

Ответом была тишина. Домик выглядел заброшенным, причем уже очень давно. Потянув за ржавую ручку, открыть не смогла. Либо заклинило, либо заперто. Я шепнула отпирающее заклинание, и замок тут же щелкнул.

— Тори, — оглянулась, подзывая питомицу. Заходить одной было страшновато. — Давай ты переступишь порог первая?

Стайх с готовностью пробежал мимо, юркнув в приоткрытую щель. Я сразу же последовала за ней.

Внутри было темно. Создав несколько волшебных фонариков, отправила их под потолок и осмотрелась.

— Удивительно… Тут словно кто-то жил, причем совсем недавно.

Просторная комната была прибрана и чиста. На столе расстелена скатерть, одноместная кровать заправлена клетчатым одеялом, а очаг печи все еще потрескивал углями.

Я отступила к выходу.

— Лучше уйти отсюда. Пошли, Тори, мы вломились в чужой дом.

Только странно, почему снаружи он выглядел таким ветхим? На первый взгляд к нему не приближалась живая душа как минимум десяток лет!

Выйдя на крыльцо, я повторила:

— Тори!

Вместо того чтобы послушаться, питомица запрыгнула на табурет, придвинутый к столу, и уселась на него с таким видом, словно никуда уходить не собиралась.

— Эй, если хозяин вернется и обнаружит нас, могут быть неприятности!

Тори внимательно на меня посмотрела, затем вдруг прикрыла глаза, вывалила длинный раздвоенный язык и принялась вылизывать переднюю лапу. Совсем как кошка!

— Что ж, это похоже на протест.

Я вздохнула и зашла обратно. Плотно закрыла дверь и, подумав немного, заперла ее заклинанием.

Раз стайх привел меня сюда, значит здесь безопасно.

Может и хозяина у этого дома нет. А для случайных путников он всегда так выглядит изнутри… Магия! Из книг я знала, что бывают подобные места, но до этого момента не была уверена в их реальности.

Когда-то очень давно здесь мог жить чародей или ведьма — их жилища обычно волшебные, обладающие душой. Даже после смерти владельца, такой дом продолжает сохранять уют внутри своих стен. И уютом этим может воспользоваться любой, главное вести себя уважительно и не нарушать покоя.

Я решила воспользоваться гостеприимством.

За печью обнаружилась еще одна дверь. Она вела в купальню. Там уже был приготовлен большой деревянный чан с теплой водой, кусок белого мыла и чистое полотенце. Пообещав себе ничему сегодня не удивляться, я оставила одежду на лавке и быстренько помылась. Обмоталась полотенцем, вышла в основную комнату. Обнаружила на столе тарелку полную рисовой молочной каши и ломоть хлеба.

Тори на табурете уже не было, она копошилась под ним и смачно хрустела чем-то. Наклонившись, я увидела горку маленьких белых яблок, которые моя питомица с удовольствием уплетала.

Подняв лицо к потолку, я поблагодарила дом:

— Спасибо, что принял нас! Мы не будем долго тебе докучать.

Ответа конечно же не последовало.

Сев за стол, я принялась за кашу. Быстро прикончив свой ужин, Тори запрыгнула на кровать. Деловито прошлась по одеялу, а затем свернулась у изножья. Спрятала нос под лапами и принялась наблюдать за мной из-под полуопущенных век.

Скоро я присоединилась к ней.

— Мне бы сейчас альбом и карандаш… — прошептала, откинувшись на подушку.

И тут же села. А я ведь могу попытаться создать их!

Прикрыв глаза, я сосредоточилась на магии, что сотворила лаву у моих ног сегодня. В груди потеплело, по венам разлился огонь. Он убаюкивал, согревал, обращался во внутренний свет.

Я вытянула руки ладонями вниз и представила, что мне нужно. Белые плотные листы бумаги, собранные в альбом. Простой, остро наточенный карандаш. Образы так ярко предстали передо мной, словно уже существовали. Ощутив тяжесть на укрытых одеялом коленях, я открыла глаза и посмотрела вниз. Пораженно охнула.

У меня получилось.

Какое-то время я не двигалась, глядя на дело рук своих. Все ждала, что это лишь иллюзия и скоро она развеется, словно дым. Но альбом продолжал лежать на моих коленях, никуда исчезать не собираясь.

Вздохнув, я подхватила его, раскрыла на первом листе и взяла карандаш. Устроилась поудобнее, подбив подушку под спину, и принялась делать то, что у меня получалось идеально — превращать свои эмоции в картины.