9

— Это осторожность.

Император наклонился вперёд, так что моё сердце забилось сильнее от волнения.

— Наивная строптивица, — произнёс он, проводя пальцем по краю своего бокала. — Именно это притягивает меня к тебе.

Я отпила ещё немного вина. Кажется, его императорское величество заигрался, но и я не могла остановиться. Мне нравилась эта опасная игра.

— А если меня в вас ничего не притягивает? — спросила я, подавшись немного вперёд и глядя ему прямо в глаза.

— Я предлагаю тебе то, чего ты никогда не имела — настоящую власть, — ответил он, его голос стал мягче. — Только представь, каково это — быть фавориткой императора драконов. К тому же, моей силой ты не сможешь завладеть.

— Звучит интересно, — пробормотала я, отводя взгляд. — Но я вынуждена отказать.

— Отказать? — он подался вперёд, его золотые глаза словно загипнотизировали меня. — Ты когда-нибудь представляла, каково это — быть единственной?

Я сглотнула, чувствуя, как сердце застучало ещё чаще, так что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

— Фаворитка далеко не единственная женщина в постели мужчины, — парировала я.

Он улыбнулся так странно и загадочно, что невольно я задумалась, не зря ли это сказала. Вдруг я покажусь ему слишком осведомлённой?

— Разве? — мужчина протянул руку через стол и коснулся моей ладони. — Ты могла бы стать моей, разве этого мало?

Я попыталась отстраниться, но его прикосновения обжигали не только запястья, но и душу.

— Я уже говорила, что мне нужна свобода, — произнесла я уверенно, вскакивая со своего места.

Наивно было полагать, что дракон не окажется быстрее. Он вскочил и притянул меня к себе за талию. Дыхание перехватило.

То ли вино сыграло злую шутку, то ли его близость так пьянила, но ноги подкосились. Оттолкнувшись от мужской груди, я устояла и встретилась с горящим взглядом.

— Вы играете со мной, — я пыталась сохранить хладнокровие.

— Я знаю отличные игры. Тебе понравятся, — он взял мою руку и поднёс её к губам. Тёплое дыхание согрело заледеневшие от волнения ладони. — Позволь мне показать тебе, что значит быть со мной.

Разве ему нужно было моё дозволение? Этот мужчина привык брать всё, что ему нравилось, пополняя коллекцию дорогих и красивых игрушек.

Я попыталась выдернуть руку, но его хватка была стальной.

— Я не вещь, которую можно заполучить, — процедила я.

— Точно, — согласился он, а его глаза вспыхнули золотом. — Ты сокровище, которое я намерен заполучить. Время на исходе.

Прежде чем я успела отреагировать, его губы накрыли мои. Поцелуй был настойчивым, но в то же время удивительно нежным. Его губы оказались тёплыми и мягкими, а прикосновения — невероятно чувственными. Моё тело словно пронзило током, и я почувствовала, как таю в его объятиях.

Его руки скользнули по моей спине, притягивая ближе, а я, вопреки своим принципам, ответила на поцелуй. Его дыхание стало тяжелее, а объятия крепче.

Я ощутила, как его язык нежно коснулся моих губ, прося разрешения углубить поцелуй. И я, к своему удивлению, не смогла отказать.

Ладони мужчины заскользили по моей талии, исследуя каждый изгиб тела. Я почувствовала, как голова идет кругом, заставляя забыть обо всем на свете.

Мир перестал существовать, остались только мы двое и это пьянящее чувство близости. Его запах кружил голову сильнее любого вина.

Но внезапно я опомнилась. Что я делаю?

Этот мужчина взял меня в плен и хочет использовать меня! Он хочет заполучить мой дар, мою душу, сделать меня своей марионеткой!

С силой оттолкнув его, я влепила ему звонкую пощёчину. Его щёка тут же порозовела от удара, но в глазах не было ни гнева, ни удивления — только интерес и предвкушение.

— Я надеюсь, вы не думаете, что один поцелуй может что-то изменить, — процедила я, отступая, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Он лишь улыбнулся, потирая покрасневшую щёку, его глаза мерцали золотом в полумраке комнаты.

— О, дорогая, это только начало, — произнёс он, его голос был полон обещаний. — Ты ещё придёшь ко мне. Сама.

Я сжала кулаки, стараясь унять дрожь во всём теле, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки.

— Никогда, — ответила я твёрдо. — Я скорее умру, чем стану частью вашей коллекции.

Он рассмеялся, его золотые глаза засияли с новой силой.

— Ты забываешь, что я дракон, — произнёс он. — А драконы умеют ждать. И я буду ждать столько, сколько потребуется…

С этими словами он развернулся и вышел, оставив меня наедине с пылающими от стыда и возбуждения щеками. Я рухнула в ближайшее кресло, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Что это было? Как я могла позволить себе такую слабость?