Глава 7

Как только я покинула город тьмы, сила волка стала возвращаться. Ощущаю себя с одной стороны ожившей, с другой — морально выпотрошенной. Я дала волю своим инстинктам, гоняла по лесу до изнеможения. Запретила себе думать, анализировать, гнала прочь образ князя, который внезапно возникал перед глазами.

Поздней ночью вернулась в дом брата. Все спали. Знаю, Артас услышал меня, но не стал тревожить. И правильно, после прогулок в волчьем обличье у меня не лучший видок, чтобы предстать перед родичами. Я голая и грязная, и если внешне можно все быстро устранить, то что делать с душой, на которой появились новые незаживающие раны?

Я долго нежилась в ванной. А перед глазами другая комната, увитая цветами. Словно я вырвалась, но часть меня все равно осталась там. И как я ни стараюсь прогнать образы, ни фига не получается.

К утру я при полном параде спускаюсь на кухню. Артас нежно обнимает Мишель, целует ее в шею, пока она готовит кофе. Кай сидит спиной к ним, и смотрит сквозь время и пространство. Даже не сразу отреагировал на мой приход.

— О, кто вернулся! — Артас быстрым шагом направляется ко мне, обнимает. — Привет, гулена!

— Здравствуй, Кэрол! Мы соскучились, — его жена также подходит и присоединяется к объятиям.

Вот где любовь. Вот где гармония, и я, получая частичку их заботы, оттаиваю. И раны саднят не так сильно. Они для меня все. И для них я, не задумываясь, жизнь отдам и даже больше.

— Ой, соскучились они! Пару деньков-то всего не было, — пытаюсь бороться с непрошеными слезами.

— Тебя не было месяц, тетя, — Кай склонил голову, не улыбается и внимательно на меня смотрит, да так словно рентгеновским аппаратом сканирует. Выворачивает мою душу наизнанку.

— Чего? — из — за этих ощущений, не сразу доходит смысл сказанного.

— Так оторвалась, что счет времени потеряла? — Артас смотрит внимательно, видно, пытается подобно сыну прочитать, все ли со мной в порядке. После всего случившегося с нами, он за меня жуть как переживает.

— Могла бы хоть раз позвонить, — качает головой Мишель, — Ты ведь знаешь, мы за тебя очень волнуемся.

— Сорри, затупила, — развожу руками.

А что я еще должна казать? В городе вампиров телефона нет?

Но… месяц… я ж там от силы три дня провела… Вот это время там летит… Мурашки по коже. Боюсь даже подумать, если бы я там еще задержалась, сколько бы тут на земле пропустила?

Нет, лучше не думать. Забыть. Если князь мне позволит. Червяки сомнений гложут душу, не пройдет моя выходка бесследно. Чую, хоть и гоню от себя подобные мысли.

— Мгновенья жизни пролетают быстро, — изрекает Кай.

Он не встал с места, чтобы меня обнять. Глаза потухшие, и в целом он выглядит слишком серьезным, даже для него. Что — то беспокоит племянника, а зная, насколько малец особенный, то это явно не новые игрушки. От этого нехорошее предчувствие вызывает новую волну паники, играет на и так, расшатанных нервах.

— Ты-то как отдохнула? Рассказывай! — Мишель берет меня за руку, проводит к столу. — Что на завтрак будешь?

— Кофе. Пока больше ничего не лезет. Просто проветрилась, ничего особенного, — прячу взгляд. Ненавижу врать родным.

— Угу-угу, — бурчит Артас. Чую в его голосе недоверие.

Кай и вовсе качает головой, и взгляд трагически потухший. Что с ним не так?! Меня аж озноб прошибает. Ни разу не видела племянника настолько подавленным.

— Кай, а ты чего так приуныл? — протягиваю руку и треплю его по щеке.

— Что ты Кэрол, тебе кажется, — и наигранно улыбается, красноречиво так говорит: я тоже притворяться умею.

— А я соскучилась, — подмигиваю ему. — Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю!

— Знаю, — получаю серьезный и грустный ответ.

Нет, не будет мне покоя, пока с Каем наедине не останусь, и не выпытаю у него все.

— И мы соскучились, — Мишель ставит передо мной чашку с кофе. Она, наоборот, изменилась в лучшую сторону, и до этого светилась от счастья, а сейчас буквально сияет. — У нас для тебя сюрприз!

— О, еще какой! — поддакивает брат.

Внутри что-то совсем все сжимается от нехорошего предчувствия.

— Чет, сюрпризы меня пугают, вы знаете… — выдавливаю из себя.

— Только не этот! Я беременна, Кэрол!

Я грохаюсь со стула. В прямом смысле сползаю под стол. Нет, волчица во мне до конца еще не проснулась, беременность я не учуяла… хотя это не имеет значения.

Вот что с Каем. Вот почему он такой. Ситуация патовая… Я знаю, Кай просто чувствует, что ребенок Мишель проклят. Он обречен еще до его рождения.

Не помню, как добрела до своей комнаты. Что говорила семье. Новость ударила меня под дых. Напрочь выбила весь кислород из легких. Конечно, я понимала, что Артас и Мишель рано или поздно задумаются о втором ребенке… Только я все отгоняла черные мысли, успокаивала себя тем, что пока этого не случилось, волноваться рано.

Рассказать… этого я не могла. Они выстрадали свое счастье, слишком много им пришлось пережить. И если я признаюсь, что в Мишель зло умерло не до конца, что оно живет в ожидании своего часа, что лучше уничтожить плод, то я не представляю, как она справится. Я не могу причинить им боль. Снова заставить страдать.

Мой брат задолго до встречи с Мишель стал жертвой обезумевшего мага и отбитой на всю голову дочери. Марго возомнила, что Артас ей, капец, как нужен, и упросила своего папашу сотворить заклятье, которое намертво привяжет ее к моему брату. А меж тем она была помолвлена, вовсю шла подготовка к свадьбе, но папаша, обладавший невероятной магической силой, пошел на поводу у своей дочери. Мой брат потерял голову, украл Марго и женился на ней. Тем самым развязав войну, которая нам все еще, ох, как аукнется.

Сучка мне сразу же не понравилась. Но кто я такая, чтобы мешать брату. Про дрянной ритуал я тогда не знала. Просто смирилась с его выбором, терпела, скрипя зубами. Особенно когда оказалось, что Марго беременна.

Только ребенок так и не родился. Ее убили вместе с дитем в утробе. Брат был уверен, что потерял истинную и нерожденного сына. Только все было гораздо хуже, чем полагал Артас.

В Марго жила чернота. В ней сосредоточилось все зло, что творил ее отец, она была сгустком черной энергии, так же как и ее ребенок. Умерло тело, но не энергия, и она хотела забрать моего брата к себе. Это все откроется позже, а на тот момент я лишь видела, как он угасает, чувствовала, как из него день за днем уходит жизнь. Мы думали, что потеря истинной (а тогда и сомнений не было, что эта зараза его пара) забирает силы моего брата.

Жуткое состояние, когда видишь, как смерть ходит за самым близким и родным человеком, а ты не можешь ничего сделать. У отца с матерью были свои проблемы, им было не до нас. Да и так сложилось по жизни, что ближе Артаса у меня никого нет. Я безгранично люблю брата, и он испытывает ко мне аналогичные чувства.

Я стала ходить по колдунам, шаманам и лекарям, хотела разобраться, что твориться с братом. Хваталась за любую возможность. Но все только разводили руками. Пока мне одна старая волчица не посоветовала древнего шамана, живущего глубоко в горах. Он так стар, что все уже давно его мысленно похоронили и забыли о его существовании. Я помчалась его искать. Волчье чутье подсказывало — там я найду помощь.

Шаман жил внутри скалы. Сухонький улыбчивый старик, и только в глазах плескалась энергия, от которой мороз по коже проходил. Он принял меня радушно, выслушал и вынес вердикт.

— Девонька, победить это зло может только еще большее зло, настолько могучее, что обитает под землей.

Идея призвать еще одну тьму на наши головы показалась мне безумной. Я тогда решила, что шаман просто совсем выжил из ума, в его возрасте это более чем логично.

Вернулась домой и не узнала своего брата, он посерел, и уже не вставал с постели. Чуяла, что некая сила его забирает к себе, утягивает на дно. Еще два дня я наблюдала, звала всевозможных врачей и лекарей, но те лишь разводили руками.

Отчаявшись, вновь помчала к шаману. Я была в том состоянии, когда готова на все, лишь бы Артас жил. Старик вызвал Гаспара. Так я познакомилась с вампиром и узнала о существовании князя.

Шаман ушел к себе в скалу. А мы долго гуляли, беседовали, и, на удивление, угрозы я не ощутила. Возможно, в тот период все мои мысли были направлены на одно — спасти Артаса. Потому и условия, клятвы, я воспринимала не слишком-то серьезно. Плюс до конца не верила, что какой-то там князь вампиров может мне помочь. Это несколько позже я узнаю, насколько он силен.

Гаспар показался мне приятным и таинственным собеседником. Там же, у дома шамана, я принесла клятвы на крови. Поклялась прийти на зов князя и исполнять его желания. Какие желания, об этом не было сказано ни слова, а я, идиотка, не уточнила. Это все напоминало какой-то сюр, отрыв от реальности, мираж, потому и слабо верилось.

Когда вернулась домой, меня ждал Артас, он стоял на ногах и улыбался. Я вновь чуяла в нем жизнь. И тогда впервые задала себе вопрос: во что я вляпалась?