Глава 18

Я шмыгнула носом, подошла к зеркалу и уже собиралась включить воду, как двери бесшумно открылись, и в комнатку неторопливо вошла женщина. С первой секунды она, не скрывая интереса, вцепилась взглядом в мое отражение. Я спокойно открыла клатч и полезла за блеском для губ, чтобы чем-то заняться, пока меня не оставят одну, но у незнакомки оказались совершенно другие планы:

— Так вот ты какая — его истинная…

Я приблизилась к зеркалу и, не обращая внимания, медленно красила губы, но любопытный взгляд ей вернула. Притягательная восточная красавица: глаза в пол лица, черные длинные волосы, зачесанные в идеальный хвост. А еще ее поддушина была пантерой — я видела это также ясно, как и ее саму.

— Я бы тебя придушила, если бы ты подвела его сегодня, — прошипела «Багира».

Я удивленно вздернула бровь.

— Мы с вами знакомы? — самоуверенность незнакомки нервировала. Наверное, потому, что моя взяла отпуск.

— Нет… — она раздула ноздри, — но у нас с тобой общий мужчина.

— Общий?

Багира искривила губы в усмешке.

— Мирослав… — а вот теперь и ее позиция пошатнулась, голос дрогнул. — И почему ты? Что в тебе такого?

— Действительно, — неприязненно передернула я плечами. — Так и забирала бы…

«Черта с два! — заворочалась рысь внутри. — Да я ей скорее глотку порву!»

— Так и заберу… — криво усмехнулась девушка, переведя взгляд на свое отражение. — Думаешь, ты нужна ему, как женщина? Ты же ничего не знаешь о зверях. Ни согреть, ни удовлетворить его не можешь… — она снова перевела на меня взгляд и скисла — ее слова не достигали цели, наоборот — злили меня так, что хотелось расцарапать этой киске морду.

— А что ты тут делаешь? — прищурилась я, поправляя волосы. — Разве тебе можно быть здесь без самца? Или… у зверей есть должность… — я повернулась от зеркала к ней, — …временных подстилок?

Морда самки вытянулась, глаза изумленно распахнулись, и она кинулась на меня. Только разве после полохов и всякой подобной нечисти меня это могло испугать? Ментальной силы у нее не было, только когти и зубы. Я молниеносно схватила ее за шею и впечатала в стенку туалета. Багира натурально зашипела, скривившись от боли, а получив по рукам, жалко поджала их к груди.

— Я понятно объяснила? — зарычала я, и, не дожидаясь ответа, отпустила.

Та сползла по стенке, хватая ртом воздух, а я вышла из туалета.

Мягкая музыка звучала во всем зале, отнюдь не расслабляя. Я устала, проголодалась и была невероятно взвинчена, только Мирослав так и не вернулся к столику.

— Прошу вас, — официант ждал все это время у кресла и сразу же учтиво отодвинул его для меня. — Ваш муж очень просит вас поесть.

— У вас есть травяной чай? — потерла я виски — голова болела все сильней.

— Какой?

— Любой сбор, как можно больше трав… Можете смешать несколько. Лишь бы не было черного и зеленого чая.

Не все травы подходили для ворожбы, но чем больше их будет, тем вероятнее слова зацепятся хоть за какую-то. Парень кивнул и удалился, а я удобнее устроилась в кресле, обхватив себя руками. Отсюда хорошо был виден зал и столик Киры.

Надо просто пережить вечер и… Что дальше? Неужели моя счастливая замужняя жизнь продлилась всего один день? Я вцепилась в принесенный чай, но так и не отвела взгляда от правящих, замечая, что сердце набирает обороты, стоит посмотреть на Мирослава.

Я была на грани. Мне надо было с ним поговорить, все выяснить. День выдался не из легких, мы оба устали и перенервничали: он — обиделся, я — испугалась. Но ведь это не отменяет того, что было? Багира не в счет, но о ней тоже нужно поговорить — не факт, что ушлая киска говорила правду.

Я уже почти успокоилась, когда вдруг почувствовала знакомую пульсацию внутри — Мир шел ко мне. Но стоило ему оказаться на середине зала, к нему откуда-то выпорхнула пантера и, рывком обхватив за шею, зашептала что-то на ухо. Мир нахмурился и уже схватился за запястья девушки, когда наши с ним взгляды встретились.

Он замер… и неожиданно скользнул пальцами к ее локтю. Губы мужчны тронула легкая предвкушающая ухмылка, и он позволил ей утащить себя куда-то во мрак к портьерам, за которыми виднелся освещенный коридор.

В этот миг во мне что-то треснуло. Наверное, фундамент хрустального замка, что я себе старательно выстроила всего за один вчерашний день. Я резко встала, чуть не сбив старательного официанта, очевидно, приставленного лично ко мне.

— Вы не подскажете, где можно подышать воздухом? — и, прищурившись, вцепилась в него взглядом. — А еще лучше, если вы подскажете, где отсюда выход.

Я нарушала все правила ведов, используя человека для достижения целей, но не нарушили ли все, кому не лень, мои права? Так не пошло бы оно все?

Парень напряженно кивнул, моргнув стеклянными глазами, повел меня через тесный коридорчик мимо кухни и вывел к лестнице.

— Там, за углом, технический лифт, ведет к проходной.

— Как через нее пройти?

— Сейчас принесу пропуск… — глаза моего спасителя не фокусировались ни на чем, разум его был в тумане.

— А на лица там не смотрят?

— Там людская проходная.

— Быстрее тащи! Еще пальто и деньги. Бегом!

Через пять минут я, дрожа, куталась в мужской пуховик и неслась на шпильках по улице, все больше отдаляясь от здания и не веря в свою удачу.

* * *

— Такси! — закричала я не своим голосом, увидев неподалеку машину, и рванулась к ней. — Хэстинг стрит, пожалуйста, в какой-нибудь отель!

Вспомнив о царящей на этой улице вони, и о том, как раздражают зверя запахи, я решила, что это лучшее место, чтобы сбить его со следа. Водитель покосился на меня недоверчиво, когда я скользнула на заднее сиденье, но кивнул и тронул авто с места. Я выбросила из окна телефон, задрала платье и полоснула когтем по внутренней стороне бедра… Кровь — самая лучшая валюта для расплаты за колдовство. Растянула пальцем набухшую рубиновыми каплями дорожку, вплетая нужные слова. Теперь, пока сочится кровь, Мир меня не найдет. Главное — убраться подальше.

Вскоре мы остановились перед фасадом мрачного отеля, я вылезла и нерешительно застыла, утонув в снежном месиве по щиколотку — Хэстинг стрит открылась мне во всей красе: вонь, мусор, один фонарь чуть ли ни на весь квартал и странные люди, большей частью не способные придерживаться ровной траектории движения. И только тут я подумала, что зря прыгнула в такси!

— Б**ть, — выругалась под нос и быстро пошла вдоль улицы, стараясь быстро найти другую гостиницу.

Холодный ветер пронизывал, снег хлестал в лицо, а я брела по мрачной улице. Прошла, как мне показалось, вечность, прежде чем я, промерзнув до костей, наткнулась на хостел. Его освещенная проходная показалась желанней холла пятизвездочной гостиницы. Седая бабулька на рессепшен хмуро покачала головой и вручила вожделенный ключ с деревянной бусиной. На деньги мой спаситель не поскупился — как раз хватило оплатить двое суток и еще немного осталось.

Войдя в захудалый номерок, я скинула куртку и замерла на секунду, когда дернула застежку платья — звучало оно, действительно, отменно, только сегодня мой зверь предпочел мелодию другого платья.

Я долго грелась под струями горячей воды, остервенело натираясь мочалкой — хотелось содрать с кожи запах Мирослава! Тело болело так, словно я снова телепортировалась. Сил хватило только заползти под тонкое одеяло, укрыться сверху пуховиком и замереть. Я вздрагивала от каждого звука, а их тут было достаточно: то чьи-то шаги по коридору, то крики, то слишком громкий смех — нервы были натянуты до предела. Я прикрыла глаза, попытавшись заснуть, но тело крутило и ломило, словно в горячке, лоб покрылся испариной. Привязка не отпускала, тянула обратно…

…к нему.

Или не привязка? Похоже, я держалась рядом с Миром уже не силой его поводка — я хотела быть с ним, и думала, что он тоже хотел. Интересно, он уже понял, что случилось? Сколько прошло времени? Два часа? Три?

Кое-как я провалилась в беспокойный сон, но сновидения не приносили покой: то я бежала рысью по ночному лесу, чуя, что меня вот-вот вдавят в снег мощными лапами, то снова брела по заснеженной улице голая, замерзая до смерти. Проснулась утром от того, что меня колотило от холода, не спасала даже куртка. Горячей воды не было, а бабулька объяснила, что ее дают только вечером.

— Скажите, где взять одежду? — шмыгнула я носом, чувствуя, что платье претит коже. — Может, можно обменять? На мне дорогое платье…

Бабка оценивающе осмотрела меня с головы до ног.

— А что надо?

— Джинсы, угги, футболку и свитер… и бинт.

Кровь было не остановить, но повязка необходима.

— Я подумаю, что можно сделать.

Через час она постучалась в мой номер и протянула пакет с вещами, а я ей — свое платье. Вещи оказались не новыми, но чистыми. Я не сразу обратила внимание, что меня больше волновал их запах, а не внешний вид. Джинсы повисли на бедрах, майка, наоборот, натянулась на груди, но, к счастью, все это прикрылось растянутым свитером. Угги — единственное, что пришлось в пору.

— А ломбард где-нибудь недалеко есть? — спустилась я на рессепшен.7d423c

— Два квартала налево, — каркнула старуха.

Мне нужны деньги. И план. Перекусив в какой-то закусочной, я немного воспряла духом, но идеи не приходили: из страны без паспорта не выехать, в ведовскую службу не обратиться — сразу поднимут Зула на крыло. Единственное, что я понимала — нужно убираться подальше. Но и здесь у меня закрадывалось сомнение: а как быть с привязкой? Будет она тянуть назад или нет? Еще суток не прошло… А если выйдет все так, как в Питере?

Каким бы горьким не было разочарование, умирать я не собиралась, нужно было что-то придумать… И как-то забыть Мирослава.

В ломбарде я молча выложила на прилавок серьги и подняла глаза на пожилого мужчину со скептическим натренированным взглядом.

— Что это?

— Слушайте, я не собираюсь тут с вами торговаться, — не хотелось прибегать к гипнозу, но и торги в ломбарде Ванкувера — последнее, с чем я предполагала столкнуться.

Мужик небрежно подцепил серьги и брезгливо всмотрелся в них:

— Кольцо более стоящее, — кинул как бы невзначай.

— Кольцо? — растерялась я, опуская взгляд на правую руку.

Кольцо было мысленно помечено мной, как экстренный запас, но в глубине души я понимала, что мне просто жалко расставаться с единственным напоминанием о дне в Банфе.

— Дадите взглянуть?

Я нерешительно стянула кольцо и протянула его мужчине. Тот не смог скрыть свой интерес, внимательно осмотрел его сначала просто так, потом включил лампу, вооружился лупой…

— Что такое?

— Вам лучше не светить таким бриллиантом в этом районе.

— Бриллиантом? — я не разбиралась в украшениях, а тем более в бриллиантах.

— Такие камни покупаются только на аукционах, — укоризненно покосился он на меня. — Вы не знали, что крали?

— Обручальные кольца не крадут, — пожала плечами.

— Да? И вы, наверное, знаете, что тут написано внутри?

Написано?

— Конечно, знаю! — фыркнула я.

И почему я не догадалась его рассмотреть?

— И что же? — сложил брови домиком мужик.

— Это слишком личное, верните! Я не собиралась его отдавать…

Получив за сережки две сотни канадских долларов, я с облегчением выскочила из ломбарда и, отойдя на приличное расстояние, поднесла к глазам кольцо. Черный матовый камень ничем не выдавал свое аристократическое происхождение.

«Настоящий, как и ты», — вспомнила я слова зверя. На внутренней стороне кольца было выгравировано одно слово по-русски — «Истинной». Я стиснула кольцо в руках и, закусив губу, сползла по стене здания, еле сдерживая слезы. Сегодня мне как никогда казалось, что мирозданию до меня нет дела — я зализывала его раны столько лет, но оно не собиралось отвечать тем же. Жизнь грязной улочки кипела, но мне было все равно — нельзя звать зверя, иначе, несмотря на все мои старания, он может услышать. Поэтому я просто сидела и смирялась, жалея себя — это всегда получалось у меня лучше всего…