Глава 42

Полина

– Так и будете молчать? – все с теми же ледяными нотками поинтересовался ректор, пристально глядя на меня.

Почему-то от этого взгляда жар прилил к щекам.

– А что говорить? – с вызовом поинтересовался Рейган. – И так все понятно. Гуляем.

– Вижу у кого-то образовалось слишком много свободного времени, ну что ж, я сообщу отцу. Что касается остальных… – он задумчиво скользнул взглядом по нашей компании, словно что-то для себя решая. – Парни – восемнадцать часов работы на кухне, девушки – шесть часов в библиотеке. – и глядя на возмущенные лица парней с ехидцей добавил, – не думали же вы, что я оставлю без внимания ваши прошлые вылазки?.. А сейчас все по комнатам. По своим комнатам.

Стоило с понурыми головами двинуться к общежитию, как вслед донеслось:

– Полина, подойдите ко мне.

Я развернулась, чувствуя, как влюбленное сердечко с удвоенной силой забилось в груди, как волнение вспорхнуло тысячей бабочек.

– Да, лир ректор, – опустила глаза в пол.

– Вы бледны, – мужчина сделал шаг ко мне и легко коснувшись подбородка приподнял голову. – Как себя чувствуете?

– Н…нормально, – с запинкой ответила я, потерявшись в омутах наполненных тревогой глаз.

– Заходи почаще… – он словно опомнившись отстранился, – на тей к подруге. Ей одиноко здесь.

– Да, конечно, – не смогла сдержать разочарованного вздоха.

– Позвольте Вас проводить.

Кивнув, уцепилась за предложенный локоть.

Что он делает? Зачем даёт ложную надежду? Я – человек, а не бездушная игрушка!

Горячая мужская ладонь накрыла руку.

– Вы замёрзли.

Да, меня действительно начал бить озноб, но вовсе не от холода. Однако от пиджака не стала отказываться и позволила накинуть его себе на плечи.

– Спасибо.

– Как Ваша магия? Не шалит больше?

– Нет, все хорошо благодаря браслету.

– Скоро он Вам не понадобится.

Скоро мне ничего не понадобится. Разве что белые тапочки. Интересно, мое тело вернут родителям или похоронят здесь? Вспомнилось стихотворение украинского поэта Тараса Шевченко:

"Як умру, то поховайте

Мене на могилі

Серед степу широкого

На Вкраїні милій…"

(Как умру, похороните

Меня на могиле

Среди степи широкой

В стране милой).

Завещание написать, что ли? А то ведь и на могилку то здесь никто не придет.

Что за глупые мысли приходят в мою хмельную головку?

– Как Ливиэна, справляется? – спросила, чтоб отвлечься.

– Да, очень старательная девушка. Если не наделает глупостей, далеко пойдет.

Вновь повисло неловкое молчание. Продлилось оно вплоть до общежития, в которое ректор вошёл вместе со мной.

– Должен же проверить все ли дошли до комнат, – ответил он на мой немой вопрос. – Сладких снов, Полина.

– Спокойной ночи, – улыбнулась я и, провожаемая лукавым взглядом зеленокожей женщины на вахте, скользнула к лестнице.

– Полина, ну наконец-то, – накинулись на меня девчонки стоило войти в комнату, – рассказывай, что ректор от тебя хотел.

– Вы целовались? – поинтересовалась Шайна, косясь на пиджак на моих плечах. Про него я вспомнила, когда, поднявшись на свой этаж шла по коридору, но возвращаться не стала. Мужчина наверняка уже ушел к тому моменту.

– Нет, не целовались, – грустно ответила я, вдыхая горьковатый аромат парфюма, который на улице не чувствовался. – Он только спросил все ли у меня в порядке.

– И все? – расстроилась Нурия.

– Ещё спросил про магию, – пожала плечами и с сожалением рассталась с чужим предметом гардероба, повесив тот на спинку стула.

– Спрашивает, значит переживает, – блондинка подняла вверх указательный палец.

– Хотелось бы, чтобы именно в том смысле, но вряд ли. Он – ректор. Его долг заботиться об адептах, – возразила я.

– А пиджак? – не унималась подруга.

– Врождённая галантность.

– Слушай, а может нам несчастный случай подстроить, когда он будет где-то поблизости? – вот такое предложение от рассудительной Нурии я совершенно не ожидала.

– Позволить спасти, пожалеть и приласкать, – продолжила развивать мысль Шайна.

– Может с лестницы упасть?

– …Прямо в объятия.

– И ногу подвергнуть для надёжности. Лучше заранее, чтоб наверняка.

– Эй, стоп! Не нужно ничего подстраивать и ноги мои оставьте в покое. Они мне нужны целыми и невредимыми.

– Ну и зануда ты, Полина, – соседка едва ли на пол не сплюнула. – Такой план испортила.

– За свое счастье бороться надо, – поддержала Нурия.

– А вы тогда чего не боретесь?

– А я уже доборолась, что теперь не знаю как в глаза жениху смотреть, – отвела взгляд Шайна. – Мое перемещение сюда ведь не отменило помолвку. Разве что брачную церемонию отсрочило. Да и отец будет в ярости, если узнает… – голос ее сорвался.

– Впереди пять лет учебы, а потом ещё столько же отработки, успеем что-нибудь придумать.

– Только пять. Отец заплатит за обучение, поэтому не потребуется ничего отрабатывать.

– Я никогда не интересовалась этим вопросом, – задумчиво потеребила локон, – но знаю, что у нас на Земле искусственно восстанавливают девственность.

– У нас тоже придумали обманки. Вот только все раскроется после первой же магической проверки.

Разговор плавно перетек на достижения медицины. Шайна давно отвлеклась от грустных мыслей и даже успела поведать пару местных анекдотов по этой теме, а потом вдруг посерьезнела и спросила у меня:

– Кстати о здоровье, ты не хочешь нам рассказать о своём внезапном приступе? Раньше после алкоголя мы не замечали у тебя подобной реакции.

– Хорошо, – вздохнула я. Понимала, что вопросы неизбежны, но надеялась отсрочить этот момент. А может оно и к лучшему… – Но прежде поклянитесь, что все сейчас показанное и рассказанное мной не уйдёт за пределы комнаты и останется в тайне.

Девчонки переглянулись и, проведя мысленный диалог, слаженно кивнули, после чего по очереди произнесли одинаковые слова клятвы, из чего я сделала вывод, что есть какой-то стандартный текст, который незначительно меняется в зависимости от случая.