Глава 21 · Анортан

Лакеи раскрывают перед нами высокие тяжёлые двери, украшенные золотыми узорами. За ними великолепный зал, стены были обиты дорогими тканями глубоких, насыщенных цветов. Огромные окна, обрамленные тяжёлыми бархатными занавесками, пропускают мягкий свет заката, создавая обманчиво тёплую атмосферу. Вот только от взгляда присутствующих можно простудиться, но когда меня это заботило?

Верно. Никогда.

Ухмыляюсь и шагаю вперёд, втягивая следом за собой Лисёнка, которая пытается вывернуть ладошку из сгиба моего локтя. Теперь я чувствую её эмоции и понимаю, что ей очень страшно.

В центре зала длинный стол, покрытый белоснежной скатертью. На ней сверкают хрустальные бокалы, ловя блики свечей и золотые приборы, блюда из жареного мяса, свежих овощей и этажерки с фруктами, а в центре — огромная ваза с цветами.

Все сидят с хмурыми лицами. Явно ждут нас. С одной стороны мне это льстит, с другой — намекает, что разговор нам предстоит не из приятных.

Ярла сидит на своём привычном месте, в платье из тёмно-красного шёлка, которое подчёркивало её стройную фигуру. На её шее массивная золотая цепь с изумрудом. Её волосы были собраны в сложную причёску, украшенную жемчужинами, а в ярко подведённых глазах пылает ревность.

Лисбет, сегодня в платье поярче. Честно говоря, она вообще не хотела идти, пришлось настаивать. Тонкая ткань струится по её телу, подчёркивая каждую линию. На её плечах лёгкая накидка из прозрачного шифона, а волосы свободно спадают, обрамляя лицо. В ушах крупные серьги с самоцветами.

Пока мы идём к столу, Ярла фыркает, поворачиваясь к Мэйнарду, который, похоже, стал для неё своеобразным союзником. Заметила, что я одел наложницу, как подобает фаворитке. Моя первая очень бурно отреагировала на новости, не дав мне толком ничего сказать.

— Анортан, — произносит император с лёгкой усмешкой, но в его голосе звучит напряжение. — Ты сегодня с има, почему? Сам знаешь, им не место за семейным столом.

Улыбаюсь, ловя взгляд отца,

— Лисёнок будет нашей гостьей сегодня.

Ярла не сдерживается:

— Гостьей? Или просто очередной игрушкой для тебя, Анортан?

Лисбет напрягается и затравленно смотрит на меня. Разумеется, я не позволю открывать на неё рот. Особенно в таком тоне.

— Ярла, дорогая. Поверь на слово, тебе очень не понравится то, как именно я играю. А теперь вспомни о том, что ты в приличном обществе и веди себя соответствующе. Я достаточно ясно выразился?

Она опускает голову.

— А теперь извинись перед Лисёнком.

Лисбет вздрагивает. Я как раз отодвигал для неё стул, точно напротив Ярлы, но внезапное требование сбивает её с толку. Первую фаворитку, похоже, тоже, но ослушаться она не решается.

— Извини.

— Я не слышу, — давлю я.

— Извини, Лисбет, — Ярла морщится, будто эти слова режут её язык как стекло. — Мне не стоило так себя вести.

— Всё верно, — обвожу взглядом присутствующих. — Прошу прощения за мою женщину. Позже я напомню ей о правилах этикета.

Отец, наблюдая за перепалкой, хмурится:

— Анортан, общение с фаворитками — твоё дело. Но к чему эти сцены за общим столом?

— Я же уже извинился за Ярлу, — напоминаю, занимая своё кресло. Напротив отца.

— Ты нарочно провоцируешь, братец, — вмешивается Мэйнард. — Как-то низко вынуждать девушек за тебя соперничать. Тем более, что одна из них просто има.

— Мэй, ты снова хочешь озадачиться вопросом восстановления зубов? — улыбаюсь я. — У нас они, конечно, отрастают заново, но мне всегда было интересно, сколько раз это возможно. Хочешь проверить?

— Вы за столом, — хмыкает Юна, фаворитка Дарена.

— Прости, малышка, — касаюсь груди ладонью. — Просто я так люблю наши посиделки, что никак не могу заткнуться. Кстати, Дарен. Как твоя има?

Юна ожидаемо настораживается. Лисёнок тоже выпрямляется, чтобы взглянуть на моего брата.

— Схватки были ложными. Мари ещё не разродилась.

— Ну, это хорошо, наверно, — я кладу салфетку на колени. — Давайте есть, в конце концов.

— Какая у нас тут идиллия, — язвит Ярла.

Ужин начинается в тишине, прерываемой лишь звуками столовых приборов и просьбами передать что-то.

— Так в чём причина этого перформанса? — спрашивает отец. — Сюда незачем приводить има.

— Я так и сделал. У меня будет две фаворитки, — я беру короткую паузу и, не дожидаясь возражений продолжаю. — Отказаться от первой я не могу, поскольку это неправильно. От второй, потому что это глупо.

— Что глупого в том, чтобы соблюдать собственные клятвы⁈ — окончательно выходит из себя Ярла.

— Я же сказал, что не отказываюсь от тебя. Чем слушаешь?

— Анортан, я понимаю твои чувства, — вмешивается отец. — Красивая девушка. Скажу больше, она очень похожа на ту, с кого начался этот хаос, но подумай вот о чём…

— Я не стану думать. Потому что Лисёнок не просто похожа на неё, — ухмыляюсь я. — Она может оказаться той, кто поможет решить нашу общую проблему, потому как у неё зажглась метка.

— Ты должно быть шутишь, — вскидывает брови Дарен. — Метки истинности не загорались с тех самых пор!

— Видимо, времена изменились, — я дарю Лисёнку улыбку.

— Покажи, — требует Мэйнард. — Я хочу увидеть, как она выглядит!

— Обойдёшься, извращенец, — огрызаюсь я. — Ну же, чего у вас такие лица? Это же хорошо. Появилась истинная, давайте праздновать.

За столом так тихо, что слышно, как сжимаются зубы Ярлы, которая, кажется, готова перепрыгнуть стол и вцепиться в горло Лисёнка.

Мои братья поворачиваются к отцу, дожидаясь его вердикта. Сейчас он должен решить, что мы делаем дальше и как воспользоваться новым обстоятельством.