Глава 17. Нежданно-негаданно

Лиара

Уже почти час я мерила комнату шагами, не находя себе места. Милена щебетала о новом заклинании по рунологии, Аэр, как всегда, отпускал колкие комментарии и пытался разрядить обстановку, но все это звучало как сквозь толщу воды.

В груди поселился ледяной комок, пульсирующий в такт метке на запястье. Метка истинности. На моей руке. Да быть такого не может! Полукровка, воспитанница приюта, я никогда не мечтала о чем-то подобном. Даже в самых смелых своих мечтах.

Истинная пара… Судьба, предначертанность… Я сама кузнец своей жизни, сама выбираю свой путь! Я не собираюсь подчиняться какому-то драгхару, буду делать все, чтобы быть от него подальше!

А если это все же Риан…

Нет, это не может быть он. Просто не может. Он дракон, а я…

— Лиара, я тоже дракон, — усмехнулся Аэр, буквально считав мои мысли по лицу. — А моя половинка такая же, как ты. И я для меня нет никого более прекрасней и ценней.

Милена от этих слов покраснела, а я вновь взялась за комнату, захватив на этот раз коридор.

Они — это они, а мы… будет ли вообще это «мы»?

Взгляд то и дело предательски соскальзывал на замысловатый узор, вытатуированный прямо на коже.

— Это невозможно, — твердила я себе, глядя на него.

Истинная метка… драконья метка… у меня? Это абсурд. Но она была здесь, пульсировала в такт моему бешеному сердцу, напоминая о том, что мир перевернулся с ног на голову.

— Лиара, ты как тень, — обеспокоенно заметила Милена, подвигая ко мне тарелку с пирожными. — Поешь хоть немного. Все будет хорошо.

Я выдавила из себя подобие улыбки, взяла пирожное, но кусок застрял в горле. В животе скручивало тугой узел.

И тут дверь распахнулась, и в комнату вошел Риан. Как всегда, властный, уверенный, с искрой опасности в темных глазах. Его появление всегда заставляло мое сердце биться чаще, но сейчас… сейчас эта бешеная скачка грозила перерасти в полноценный сердечный приступ.

Он окинул нас своим оценивающим взглядом, задержался на мне чуть дольше обычного, и я похолодела. Неужели он знает?

— Ну как? — первым начал Аэр, встав с кресла и подходя к нам.

— Позже. Милена, Аэр, не могли бы вы оставить нас на полчаса? Мне нужно поговорить с Лиарой наедине, — его голос звучал ровно, но я чувствовала напряжение, клубящееся под маской спокойствия.

Ребята, обменявшись еще одним многозначительным взглядом, быстро ретировались. Как только за ними закрылась дверь, Риан повернулся ко мне.

— Покажи, — просто сказал он, протягивая руку.

Я не сопротивлялась. Уже поняла, что он хотел увидеть. Ладонь дрожала, когда я протянула ему руку с меткой. Он не удивился, словно действительно знал. Но что-то странное в глазах все равно промелькнуло. А сам дракон на миг прикрыл глаза и шумно выдохнул.

— Ты знаешь, что это? — спросил он. Я кивнула. — Когда ты её заметила?

И я рассказала. Все. Сбивчиво, путаясь в словах, захлебываясь от волнения. О том, как обнаружила метку, о своем страхе, о своей растерянности, о том, что никогда не чувствовала себя настолько потерянной.

Когда я закончила, в комнате снова повисла тишина. Я ждала приговора.

Вместо этого Риан притянул меня к себе, крепко обнял.

— Подними голову, — прошептал он отстраняясь.

Я сделала так, как он сказал. Он закатал рукав своей рубашки. И там, на его сильном, жилистом предплечье, сияла точная копия моей метки. Та же форма, те же причудливые завитки. Только больше, отчетливее, словно выжженная самим пламенем дракона.

Я ахнула.

— Но… как? — выдохнула я.

Он усмехнулся.

— У Драконьего бога специфическое чувство юмора. На самом деле неважно как. Важно, что она есть. У нас двоих. Знаешь, я давно думал, что с нами что-то не так, — усмехнулся он, проведя костяшками пальцев по моей щеке. — У нас говорят, что, встретив истинную, ты первым делом захочешь её убить. У нас ведь с тобой так и было, помнишь?

Я прикусила губу.

— Ну да, что-то в этом роде…

— У драгхара, дракона или полукровки, эмоции будут меняться по нескольку раз на дню. Перед её появлением. — Риан легонько очертил зарождающийся полукруг на моем запястье, вызывая толпу мурашек, — будет жгучее желание поцеловать свою истинную и в тоже время послать к Змею.

— Поэтому ты заявился ко мне почти ночью и потребовал пойти с тобой для обсуждения артефакта? — я усмехнулась, вспомнив эту сцену.

— Да, — в его голосе поскользнулась улыбка. — Это особенность проявления истинности, но на тот момент я даже подумать не мог, что это возможно. Начал догадываться чуть позже, а понял окончательно несколько часов назад. Но теперь ты моя, Лиара. И я никому не позволю тебя обидеть. Никогда.

И тогда он наклонился и поцеловал меня. Нежно, осторожно, словно он боялся меня сломать. Он касался моих губ легко, невесомо, и в то же время я чувствовала, как внутри меня все переворачивается, как рождается… ответное чувство.

И лишь сейчас я поняла, что оно было… всегда.

Через полчаса мы вновь сидели в доме Риана вчетвером. Он рассказал о своём плане и если Аэр не выглядел слишком удивленным, то мы с Миленой сидели, словно мешком по голове огретые.

— Мне нужны доказательства его злодеяний, — проговорил он в который раз. — Доказательства того, что он блокирует магию полукровок.

Акрис… Могущественный маг, куратор комиссии по выявления дара у полукровок, и… чудовище, которое много лет скрывало свою ненависть к таким, как я.

Я не слишком хорошо его помнила, лишь в общих чертах. Помню лишь, что он был очень худой с бледными зелёными глазами и длинными чёрными волосами. Но даже этого воспоминания хватило, чтобы вызвать нервную дрожь.

— Но неужели нет другого способа это узнать? — не унималась я. — В архиве наверняка остались записи, где он…

— Я был в архиве, — спокойно перебил меня Риан. — Там пусто, лишь сухие факты. К тому же без единой подписи. Он хорошо постарался, чтобы скрыть свои преступления. Я не смог даже понять с какого года он все это делает и скольких полукровок лишил магии.

— Значит, ты примкнул к Акрису, чтобы добыть доказательства? — переспросила Милена, внимательно глядя на Риана.

— Именно, — коротко ответил Риан, не сводя с меня взгляда. Он знал, что я сейчас чувствую. Или, по крайней мере, пытался понять.

А я чувствовала… страх. Ледяной, парализующий страх за него. За нас. За все, что у нас появилась совсем недавно.

— Но это безумно опасно! — вырвалось у меня, прежде чем я успела об этом подумать. — Если он узнает…

Риан усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья. Только сталь и холод.

— Акрис не дурак, Лиара. Он чует ложь за версту. Но я знаю, как себя вести.

И вот тут меня пронзило отчаяние. Знала ли я его вообще? Этого Риана, который спокойно говорит о том, что шпионит в логове самого опасного мага? Невольно я коснулась зарождающейся метки.

— Как? — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. — Как ты будешь себя вести? Ты… будешь ему подыгрывать? Будешь делать то, что он скажет?

Аэр, до этого молчавший, подался вперед.

— Лиара, пойми, у Риана нет выбора. Это единственный способ вывести его на чистую воду. Если мы сейчас сдадим назад, то второго шанса может не быть и он продолжит лишать полукровок магии.

— Но почему не сказать об этом императору? — не унижалась я. — Он ведь может гораздо больше, чем мы все!

— Императору нужны доказательства, чтобы отдать приказ о допросе драгхара, — спокойно ответил Риан. — Обвинить можно кого угодно и в чем угодно. Донесений бывает очень много и больше половины из них ложные. Чтобы это дело сдвинулось с места, нужны неоспоримый доказательства.

— Беон может…

— Акрис не откроет свое сознание, — возразил дракон. — Он защищен от ментального воздействия, так что без указа императора залезть к нему в голову не получится. Беон хоть и сильный менталист, но даже от него можно закрыться. Лиара, я не могу просто стоять в стороне, пока он травит жизни невинных. Тем более когда есть шанс все исправить.

«Невинных…», эхом отозвалось в моей голове. Я и Милена одни из этих невинных. И он рискует всем ради меня. Ради нас.

— Но, что, если он узнает? Что если что-то пойдет не так? — я чувствовала, как голос дрожит. Страх за него захлестывал, отравляя каждый вдох. — Если он поймет, что ты на самом деле на нашей стороне?

В комнате повисла тишина.

Риан встал, подошел ко мне и взял мое лицо в свои ладони.

— Лиара, послушай меня внимательно, — проговорил он, глядя мне прямо в глаза. — Что бы ни случилось. Как бы я себя ни вел. Помни одно. Я всегда на твоей стороне. Всегда. Веришь? Ты моя истинная, моя судьба и любовь. Я не оставлю тебя. Никогда.

Я смотрела на него и пыталась поверить. Пыталась поверить в то, что в этом мире еще есть место для правды и любви. Пыталась поверить в то, что Риан не сломается под давлением обстоятельств.

Но страх не отпускал. Наоборот, нарастал с каждой минутой.

— Я понимаю, — прошептала я, зная, что это ложь. Потому что на самом деле я ничего не понимала. Я просто верила. Верила в Риана. Верила в нашу любовь. Верила в то, что даже в самой темной ночи можно найти свет.

— Умница, — улыбнулся он. — Тогда игра началась.