Глава 32

Похоже, сегодня я снова вплотную подошла к грани магического истощения. Ноги плохо держали, было дурно, и голова ужасно разболелась. А может, и давление вдобавок поднялось. Столько стресса за один вечер не каждый выдержит.

– В общем, Белянка расстроилась и убежала, а я пошел за ней на всякий случай. Хотел ее успокоить, – начал Хомка, когда мы с ним и Данте расположились на лавке.

– Ближе к делу, – поторопил его генерал, с тревогой покосившись на меня.

– Шел я за Белкой, как вдруг откуда-то выскочил этот, прости Эления, утырок. Схватил нашу Беляночку за руку и потащил за собой.

– Она не сопротивлялась? – уточнил Данте.

– Нет. Ревела, но шагала. Если честно, я ничего плохого в тот момент не заподозрил. Думал, Силь ее просто в укромное место ведет. Там пожалеет, успокоит. Все-таки Беляна за него отвечала, да и они вроде дружили. Плохой из меня получился шпион…

Хомячок понурился, а у меня закралось недоброе предчувствие.

– Что сделал Сильваний? – спросила я, заранее боясь того, что услышу в ответ.

– Он нашей Белочке такого леща отвесил, что у нее голова мотнулась! Я хотел вступиться, но… В общем, решил сначала послушать, о чем они говорят. Подошел ближе, затаился, значит. А этот… Ушастый напирает: мол, время вышло, а ты не шевелишься. Чтобы сегодня же Сашку умыкнула. Ночь, тебе, говорит, даю на все про все. Крылья, говорит, я подготовил. Точка старта – на стене. Забирай к городу, там тебя встретят. Ребенка передашь и будь свободна, иначе я тебе не завидую. Это если очень вежливо.

– Он врал. Беляна – опасный свидетель. Ее не оставили бы в покое.

Данте нахмурился, а я похолодела.

– Данте! Если бы… Если бы наша свадьба состоялась, этой ночью мы могли бы лишиться нашего сына! Не сомневаясь, оставили бы приглядывать за ним нянек, а сами…

У меня аж сердце закололо, от ужасной картины, которую нарисовало воображение. Данте, почувствовав мое состояние, притянул меня к себе и обнял. Поцеловал в висок.

– Успокойся и проверь, как там дела у Александра.

Подарив мужу благодарный взгляд, снова коснулась сознания сыночка. Тот по-прежнему мирно спал в своей постельке, но я почувствовала, что совсем скоро он захочет видеть маму.

– Все нормально.

Муж ободряюще улыбнулся.

– Выдохнула?

– Угу, – кивнула я, все еще ощущая внутреннюю дрожь.

– А ну, посмотри-ка на меня? – вдруг потребовал Данте. – Любимая, тебе немедленно следует прилечь! Это же надо до такого себя довести!

– Сначала дослушаем Хомку, – сказала я твердо.

Мой муж-дракон, суровый и собранный, тяжело вздохнул, но кивнул, и хомячок продолжил:

– Белка молодец. Сначала послала ушастого так далеко, что даже у меня лучше не вышло бы. А потом пригрозила, что немедленно пойдет и во всем признается лэрду и лейре. Расскажет, все, что знает, и это ему тогда не поздоровится.

– А Силь что?

– Схватил нашу Белочку и прижал к себе. Так грубо! Вцепился ей в волосы и голову запрокинул. Вот тогда-то я и понял окончательно, что никакой он не пацан. Просто доходяга. Думал, домогаться станет, но ушастый гад только прошипел ей на ухо, что теперь ей точно не жить. Особенно когда лейра, узнает о том, кто она такая на самом деле. Сказал, что ты на дух не выносишь лжецов и предателей, Эления. И никогда больше не видать Белке твоего доброго отношения. И что к Сашке ее никто ни за что больше не подпустит, и даже нужники в казармах мыть не доверят. А то и вовсе прикажут казнить. Ну и намекнул так нехорошо, что с господами, мол, у слуг дружбы не бывает, ей ли не знать? А потом повторил, что срок ей, дуре, дает до утра, и чтобы не думала шалить. Говорит, не то сделает с ней, что обещал еще в приюте, и сестренкой назвал так похабно…

Меня от этих слов покоробило и стало до ужаса жалко Беляну. Ее судьба оказалась куда более неприглядной, чем я могла предположить. Может, и глупо, но в душе я все еще верила, что она не желала нам зла и верно служила, вопреки ужасному заданию, которое ей поручили.

– Получается, этот Силь появился у нас не случайно? – задала риторический вопрос.

– Подослали, чтобы присматривать за Белкой. И, вероятно, чтобы с побегом помочь, когда она выкрадет нашего сына, – сделал выводы Данте.

– Почему они так долго ждали? Было же столько возможностей? – пробормотала я жалобно, все еще пребывая в шоке от того, что творилось у меня под самым носом.

– Мы всегда были настороже, но сегодня… Здесь столько гостей! Я сосредоточился бы на тебе. А когда пропажа обнаружилась бы, подозрения могли пасть на кого угодно, – предположил Данте.

– Верно… Пока мы бы искали виноватых среди гостей, Силь мог тянуть время и вести нас по ложному следу, а Сашку бы уже передали Нарвагу в руки.

Я подумала, что сегодня Белка вела себя очень тревожно и от Сашки не отходила ни на шаг, стараясь постоянно быть со мной рядом. Даже к Темному Огню за нами пошла!

– Данте, ее никто не обманывал! Белка старалась держать Сашку поближе к нам с тобой, вот и подошла к источнику вплотную! Это вышло случайно, она и правда не знала, что у нашего сына из-за этого начнется инициация. Она просто боялась! Боялась, что Сильваний что-то устроит!

– Девочка впервые пожила нормальной жизнью. Она ценила тебя и любила наш дом. Ей незачем было нас предавать, – согласился со мной муж.

– А от Ульриха шарахалась, потому что боялась. Думала, он учует в ней оборотня и раскроет ее тайну. Какой ужас! Бедная, Белочка! Почему же она мне не доверилась? Я бы поняла и помогла. Где она сейчас? Что с ней будет?

– Улетела, – раскрыл еще одну тайну Хомка. – Оба улетели. Сильваний пораньше. Он сказал Белке, что спрятал крылья среди камней, и снова напомнил про сроки. Она его толкнула и убежала, а ушастый усмехнулся ей вслед. Так неприятно…

А я решил проверить, что еще за крылья такие, и бросился искать.

– Нашел? – спросил Данте.

– Нашел. Они не особенно-то и спрятаны были. Лежали сразу за большим камнем – две пары крыльев из плотной ткани, натянутой на деревянные легкие каркасы. Я хотел перегрызть крепления, чтобы не дать им сбежать, но вспомнил про меч. Им быстрее. Только его достал, как этот гнус ушастый меня схватил и оружие отнял.

– Мамочки! – прошептала я, испытав приступ жалости к отважному хомячку.

– Угу. Он сказал: «Попался шпион! Хана тебе!», да и пырнул меня прямо в животик! Так больно…

Я погладила Хомку по спинке.

– А дальше? – спросил Данте.

– Улетел ушастик. Я ведь так и не успел ничего с его крыльями сделать. Разбежался и сиганул со стены. Ну… Я пожелал ему разбиться в лепешку и напороться на сук, но не уверен, что проклятье сработало.

– Еще не вечер. Надеюсь, проклятье замка Мейр подействует лучше! – прошипела я, точно злобная ведьма.

И даже совесть не дрогнула.

– Беляна улетела следом? – уточнил Данте.

– Да. Недолго пришлось ее ждать. Вернулась вся в слезах и почему-то совсем голенькая. Крылья схватила и тоже – прыг со скалы! Меня она даже не заметила…

Мы с мужем переглянулись.

– Вот почему Ульрих не сумел ее поймать! У него крыльев не было! – догадалась я.

Данте кивнул.

– Пришлось ему спускаться обычным путем, и он потерял время.

– А, может, и след… Ну почему я ее не выслушала, а? – рассердилась я на себя. – Ну что стоило дать возможность высказаться?

– Потому что Сильваний прав. Ты не выносишь предательства, – объяснил Данте. – Все. Идем спать. Тебе нужно отдохнуть.

По-хорошему нужно было найти место, где приземлились беглецы, поискать следы. Поговорить с Ульрихом. Возможно, оборотню уже удалось что-нибудь выяснить, раз он рыскал в городе, но… Мне ужасно не хотелось оставаться одной.

– А ты? Ты ведь тоже устал?

Муж кивнул.

– Да, но мы потеряли слишком много времени. Я должен помочь Ульриху с поисками.

– Эх… Нужно было сразу отправиться на поиски Белки. Не дать ей покинуть замок. Сколько же я наделала ошибок!

– Не расстраивайся. Наш разговор был не менее важен. И ничего не бойся, любимая. Я поставлю на твои покои дополнительную защиту.

Данте открыл портал, и мы прошли прямиком в мою спальню.

Наш сыночек спал там же, где я его и оставила. Ильвийка дремала рядом на краю постели, накрывшись пледом, но при нашем появлении подняла голову. Увидев генерала, она смутилась и принялась поправлять одежду.

– Айли, нашей благодарности нет предела, – сказал шепотом, чтобы не разбудить Сашку, Данте. – Отныне вы желанная гостья в нашем доме.

– Благодарю вас, лэрд хранитель! – Ильвийка поклонилась. – Я рада была помочь. Теперь я могу идти? Боюсь, муж меня уже заждался.

– Конечно!

– Эталия, спасибо тебе!

Я обняла ильвийку.

– И тебе, Эления. – Она стиснула мои пальцы и грустно улыбнулась. А потом приблизилась к самому моему уху и шепнула: – Попробую последовать твоему совету.

– Решилась?

Эталия кивнула. На этом мы и расстались.

Данте помог мне переодеться и на руках донес до кровати. Уложил, поцеловав в висок.

– Спи и ни о чем не думай, кроме нашего сына.

– Угу, – пообещала я и отключилась раньше, чем он поставил защиту.

Проснулась от ощущения, что меня кто-то обнимает.

– Данте!

Я счастливо улыбнулась и прижалась к мужу теснее. Он поцеловал меня в шею, разогнав приятные мурашки по телу. Так мы лежали некоторое время. За окном было погожее утро – осень радовала солнечными деньками. Щурясь, я повернулась в объятиях мужа и столкнулась с лучистым, слегка насмешливым взглядом из-под ресниц.

– Давно ты вернулся?

– Достаточно, чтобы полюбоваться на тебя спящую.

– Ты сам-то хоть немного отдохнул? – встревожилась я, разглядев залегшие под глазами моего генерала тени.

Погладила влажные волосы – он успел помыться.

– Немножко покемарил.

– Тебе нужно выспаться!

– Обязательно высплюсь. Но сейчас мне куда нужнее кое-что другое, и я не намерен больше ждать.

– Что-то случилось?

– Да… – довольно промурлыкал муж. – У меня появилась жена.

Его губы растянулись в улыбке, нежной и коварной одновременно, и мое тело тут же откликнулось на этот намек волной жара, собравшегося в тугой комок предвкушения где-то внизу живота. Неожиданно я ощутила робость, словно впервые оказалась наедине с мужчиной.

– Я… Мне нужно привести себя в порядок. Я лохматая!

– Ты прекрасная! – опроверг Данте. – Ужасно хочу сделать тебя своей. Сейчас же!

 Каждое его слово отдавалось во мне сладкой пульсацией.

– А где… Сашка?

– Гуляет с Анисьей и Эталией. Уже довольно поздно, моя дорогая.

– Но ведь еще не обед?

Данте покачал головой, глядя, как голодный волк на сахарную косточку. Даже зрачки от желания потемнели. Не выдержав, я вскочила с постели и юркнула в ванную. Вчера у меня не нашлось сил, чтобы помыться, но сейчас это был прекрасный повод, чтобы остаться наедине с собой хотя бы на несколько минут.

– И чего я так испугалась? Я ведь сама об этом мечтала столько времени? – спросила у собственного взъерошенного отражения.

Или это все еще Эления? Она стесняется близости?

Задумалась над тем, осознаю ли я себя до конца, или так и буду все время чувствовать себя гостьей в новом теле?

Неожиданно отражение дрогнуло, поплыло, и я увидела себя прежнюю. Ту, какой была на Земле.

«Забудь и живи спокойно, Лена! – раздался в моей голове мой собственный голос: – Ты – это я, а я – это ты. Мы – одно целое, иначе бы ничего не случилось».

Отражение поплыло, и я снова уставилась на себя – большеглазую куколку с серебряными волосами и пухлыми губами. Такую, к какой уже привыкла. На себя!

Игнорируя необычность произошедшего, пробормотала:

– Ладно, ты права. Не стоит заставлять Данте ждать…

Пока торопливо мылась, жар внутри только разгорался, а предвкушение сделало свое дело. Сначала я хотела надеть что-то подходяще для первого брачного утра, но в итоге вышла в одном полотенце.

Данте караулил под дверью. Стоило перешагнуть порог, как на меня словно ураган страсти налетел. Поцелуй обжег губы, и по телу прокатилась волна томительного жара.

Полотенце упало. Муж подхватил меня на руки и понес к кровати. Все это время мы не переставали неистово целоваться. Я с удовольствием подставляла под его губы шею и грудь. Позволяла тихим стонам вырываться изо рта. Мне нравилось, как волшебно они действуют на Данте.

Я плавилась под его уверенными руками, которые дарили наслаждение моему изголодавшемуся по ласкам телу. Разложив на кровати, дракон осмотрел меня обнаженную с таким вожделением, что я едва не застонала от одного этого взгляда.

– Как же я ждал… – выдохнул муж и взялся за меня всерьез.

Его поцелуи, то пылкие, то тягучие и неторопливые, доводили меня до исступления. Казалось, на мне не осталось ни одного места, которое не исследовали бы его язык и пальцы. Он вычерчивал на моей сверхчувствительной коже магические символы, не иначе! Творил магию любви с моим телом.

Где-то на границе почти утраченного сознания, у меня трепетала мысль: «Откуда у него столько терпения?»

То, что было между нами раньше, и рядом не стояло с тем, как Данте ласкал меня сейчас. Это был какой-то новый, недостижимый ранее уровень удовольствия. Как будто моя чувствительность вышла на совершенно новые высоты.

– Ты моя истинная пара и жена, – пояснил Данте, легко прочитав мои «громкие» мысли.

От его голоса по телу шли приятные вибрации, задевая струны глубоко внутри меня. Казалось, муж играет на мне, точно на диковинном инструменте. Я вздрагивала от каждого его прикосновения, хныкала от переизбытка ощущений. Постанывала, растворяясь в потоке наслаждения.

Мои руки хаотично скользили по его сильным плечам, ощущая приятную твердость мускулов. Гладили бархатистую кожу…

Я все время хотела его трогать, касаться губами, прижиматься щекой, тереться, вдыхать его теплый и родной запах. Чем меньше между нашими телами было расстояние, тем прекрасней…

В следующую секунду Данте стал моим мужем полноценно, и тут я поняла, что все, что было раньше, еще не предел. Мир сузился до любимого лица, до стонов, до ритма, который уносил нас в неведомые дали. А потом взорвался вспышкой такого яркого наслаждения, что мне показалось, что я умерла.

Умерла и возродилась не такой, как прежде. Новой. Более сильной, уверенной и счастливой. Наконец, цельной.

Откуда-то я знала, что наш первый раз больше никогда не повториться, но была даже этому рада. Вряд ли подобное возможно выдерживать часто.

– Истинное удовольствие познается лишь раз, но запоминается навсегда, – подтвердил мою догадку Данте. – Нами владела сама Рада, осенив наш союз своим светом.

Я не знала, что и сказать, только медленно водила пальцем по влажной от пота груди мужа и блаженно улыбалась. Потом подняла взгляд и проговорила, ощущая, как путаются мысли и заплетается язык:

– Я тебя люблю, Данте.

– И я тебя тоже люблю, Эления. Моя истинная пара. Моя жена.

Когда немного пришли в себя, потребовали завтрак, потому что оба зверски проголодались. Съели его, сидя в ванной и подкармливая друг дружку самыми лакомыми кусочками.

– Ты нашел Ульриха? – спросила я, когда смогла собраться с мыслями.

– Опять ты про него! – делано возмутился Данте.

– Не ревнуй! – Я брызнула на мужа водой, за что была наказана сладким, лишающим дыхания, поцелуем.

Потом на время мы прервали наш разговор, снова занявшись любовью.

– Напоминаю, вечером у нас праздник, – сказал Данте, когда нас немного отпустило.

– Ой, у нас же полон дом гостей! – вспомнила я запоздало. – И их надо чем-то кормить…

Муж рассмеялся, мое беспокойство его веселило.

– Об этом уже позаботились, не переживай. Завтрак, обед и ужин. Столы накроют вовремя, а мы завершим церемонию как положено. Тебе не о чем беспокоиться, кроме нового свадебного наряда.

– Я и сама хотела бы не беспокоиться ни о чем, кроме платьишек, да только это невозможно. Расскажи, вам с Ульрихом удалось найти Белку?

– Нет. Но зато мы отыскали Сильвания.

Я тут же подскочила и уставилась на мужа.

– Этот гад здесь?

– Нет, мы оставили его в номере самой захудалой гостиницы. Не буду вдаваться в подробности о его состоянии, просто скажу, что проклятье замка Мейр настигло его быстрее, чем мы могли представить.

– Видимо, степень вины при этом учитывается, – предположила я, совершенно не испытывая жалости к «ушастому фраеру». – Он что-нибудь полезное рассказал на допросе?

– Допрашивать не пришлось. Силь пел, как утренняя птаха весной, надеясь, что я смогу ему помочь.

– А ты?

Муж отрицательно мотнул головой.

– Даже если бы хотел, не вышло бы. Да и кто я такой, чтобы спорить с самой Гереттой?

– Она тоже была там? – догадалась я.

Новый кивок.

– Удивительно, но Двуликая покарала его своими руками.

– Но вам удалось узнать хоть что-нибудь важное?

– Да. Он выдал своего хозяина, а также его помощников. Сдал все явки и пароли. Мои люди, парни Ульриха, а также волки Райда и ильвы уже разбираются с ними. Решили накрыть всех разом.

– А Ульрих…

– Твоему драгоценному Ульриху я приказал отдыхать, – проворчал Данте, за что получил от меня смачный шлепок по плечу, и добавил уже серьезно. – Он не в себе из-за Беляны.

У меня нехорошо сжалось сердце.

– Скажи мне, что Белка жива?

– Была, когда Сильваний ее видел в последний раз.

– Значит, Силь нашел ее раньше?

– Найти-то нашел. Амулет, что скрывал волчью сущность Беляны, помогал отыскать ее где угодно. Так они и отслеживали наше передвижение, потому не тревожили по дороге в Мейр. Да и зачем, если мы сами шли прямо в лапы похитителей.

– Только Силь и его хозяин просчитались? – догадалась я. – Думали, что в замок Мейр мы не попадем, и они легко отнимут Сашку, пока мы будем жить в городе. Потеряем бдительность, почувствуем себя в безопасности, а они натянут поводок, и Белка нашего сына им на блюдечке принесет?

Муж кивнул.

– Ты делаешь верные выводы, милая. Как-то так они себе это и представляли.

– А мэр? Он был в курсе?

– Нет, Лассель ни при чем. Силь и его подельники растворились среди местной шпаны и тщательно скрывали, чем занимаются на самом деле. Кстати, Хомка сделал верные выводы, Сильваний намного старше, чем выглядит. Он даже старше Белки на семь лет.

– Ого! Это что еще за магия? Или он амулетами пользовался? Ведь на пацана походил! На подростка!

– Удивительно, но никакой магии. Просто отличная актерская игра, и внешность полукровки, которая мешала точно определить его возраст. Что уж! Он даже меня умудрился провести.

– Получается, Беляна за него заступалась не потому, что мальчишку пожалела, он ей угрожал?

– Верно. Она боялась разоблачения и была вынуждена терпеть.

– Бедняжка… Что же с ней было дальше?

– Сбежала, когда Силю поплохело. Он не мог больше на нее давить, и она смогла освободиться от амулета, обернулась волчицей и бросилась в лес.

– Как же она выживет? Без одежды, без средств к существованию?

– Ну почему же без средств? Она забрала у Сильвания все ценное, что тот имел при себе, и заодно прихватила еще одну «невидимку». Потому ее Ульрих и не смог обнаружить.

Я вздохнула с некоторым облегчением.

– Может, так лучше? Надеюсь, ей удастся устроиться где-нибудь, где никто ее не потревожит? Мне кажется, нам всем нужно время, чтобы зализать душевные раны…

– Рад, что ты это понимаешь. Вот только как объяснить это Ульриху?