Глава 12

То, что месячные так и не пришли, я поняла не сразу. Списала на стресс от переезда и начала учёбы. Да и слабость вполне объяснима, когда встаёшь рано утром, а возвращаешься поздно вечером. Тошнота? А нечего было есть сомнительный обед в забегаловке на углу. Всему находилось объяснение, пока я не упала в обморок, и испуганный одногруппник не притащил меня в медпункт. Вот там-то суровая медсестра и спросила первым делом, а не беременна ли я. Нервный смешок Витали привёл в чувство, я отрицательно мотнула головой, мне прописали витамины и отпустили с миром. – Вот смех-то, да, Рит? – легонько толкнул он меня локтем в бок. – Вечно у них на уме ерунда всякая, – Виталя замялся, а потом выпалил на одном дыхании: – Рита, а сходи со мной на свидание, а? – Что? А, да, да, наверное, – растерянно улыбнулась ему. – Только давай не сегодня, у меня что-то голова болит и кружится. – Конечно, – всполошился он, приобнял за талию. – Тебя до остановки проводить? – Я такси вызову. – Давай я, – он тут же отпустил меня и полез в телефон. Я прислонилась к стене, переводя дыхание. Мутило сильно, хотелось лечь и спать. И больше ничего. – Вот же люди, заделал ей ребёнка, а о благополучии позаботиться не может, – пренебрежительно фыркнула проходящая мимо девушка. Я приоткрыла глаза, борясь со слабостью, чтобы посмотреть на ту, которая позволила себе говорить обо мне таким тоном. Волчица. Ну, конечно. В нашем универе было процентов тридцать оборотней. Учились они в основном на отдельных факультетах, но вот так, в коридорах, люди и оборотни встречались. – Да не его это ребёнок, не чувствуешь, что ли? У него отец из наших, – меня окинули заинтересованным взглядом. Кажется вторая волчица, вся такая сделанная из ресниц и губ красотка, хотела что-то спросить, но не успела. – Приехало! – радостно воскликнул Виталя. – Рит, пошли, я тебя провожу. Только осторожно, если упадёшь опять, то можешь удариться. – Идём. Надо же, он даже не обратил на них внимания. Помогая, Виталя повёл меня к выходу, а я все прислушивалась к разговору девушек, совсем немного удивляясь тому, что слышу их шёпот. – Как думаешь, от кого? – Это не наши, зуб даю. Выбрали б человека, все уже узнали бы. Да и если б учился тут, то от неё ни на шаг не отходил, щенка же ждёт. – Ага! Больше ничего разобрать не удалось, мы начали спускаться по лестнице. Виталя проявил себя настоящим джентльменом, усадил в такси, назвал адрес и осторожно закрыл дверь. Только рукой на прощанье не помахал, хотя мог. Но вот остановиться я попросила раньше, чтобы зайти в аптеку, расплатилась и медленно двинулась к заветной цели. Очереди не было, и на мой вопрос, мне предложили такое количество тестов для определения беременности, что я растерялась. – Любой. И спрятала заветную коробочку в сумку, чтобы бабульки на лавочке её не заметили. По дороге домой пыталась высчитать, когда же последний раз меня посещали красные дни. И не могла. Просто не помнила. В квартиру вползла, с трудом держа равновесие, но инструкцию на коробочке выполнила точно. И села ждать, когда появится результат. – Ритка! – раздались из-за двери. – А ты чего так рано? Я сглотнула, вспомнив, что у брата сегодня был выходной. Но это знание отошло на второй план, потому что я увидела результат теста. Две бледно-розовые полоски на куске белого картона выбили меня из равновесия. В ванной комнате стали сужаться стены, грозя поглотить меня, запереть в этом крохотном пространстве. Воздух! Мне нужно было на воздух, поэтому я толкнула дверь, открывая, чуть не сбила с ног брата, окинувшего меня удивленным взглядом, но задерживаться не стала, рванула на балкон. Осень уже занимала свое место, превращая город в тоскливое золотисто-холодное место. Прохладный ветер ударил в лицо, и я вдохнула его, пытаясь успокоиться. Отвлечься. Люди внизу казались мелкими, они куда-то спешили по своим делам и даже не знали, что прямо сейчас моя жизнь изменилась кардинально. Я стану мамой. Мамой… Мне всего восемнадцать! У меня вся жизнь впереди, а я сломала ее, не подумав своей тупой башкой, что если трахаешься с парнем, то позаботься о предохранении. Черт! И что мне теперь делать? Рожать? В восемнадцать? Забыть о своих мечтах? Крепко зажмурилась и положила руку на живот. Он там, внутри меня. Медленно растет, уже подчиняя все мое будущее себе. Избавиться от него? Ни за что! Как я могу так поступить? И как я не заметила, что уже начала поправляться, что начала меняться? – Рит, зайди в комнату, простудишься, – голос Сёмы звучал напряженно, и я поняла, что брат уже нашел причину моего состояния. – Иду, – повернулась и столкнулась с его серьезным взглядом. Брат отошел в сторону, пропуская меня в квартиру, закрыл за мной дверь и кивнул на диван: – Садись, будем говорить. – О чем тут говорить? – я горько усмехнулась и смахнула слезы со щеки. – О чем? – Сёма отошел в сторону и сел на край моего рабочего стола. – Ты беременна. От кого? – я молча подняла на него взгляд. – Понятно. От того блохастого, значит? – Он не… – Рита! – прикрикнул Сёма, и я заткнулась, больше не пытаясь с ним спорить. – Я не буду спрашивать, чем ты думала. Правда, не буду. Понимаю, что розовый туман в твоих мозгах не позволял мыслить разумно. Но послушай меня. Этот оборотень тебя кинул. Бросил. Он ни разу не позвонил, не попытался тебя найти. Он не хочет иметь с тобой ничего общего, понимаешь? Рит? – Да, я это понимаю, – ответила едва слышно. – Если ты надеешься, что его вернет ребенок, но огорчу. Он мужик, пусть и оборотень, но ничем от нас не отличается, разве что ахрененным количеством бабок. И бабки эти он направит на то, чтобы ты отвалила. В лучшем случае, отправит на аборт. Понимаешь? – Да. – Я даже думать не хочу, что он сделает с тобой. Но хочу узнать, что будешь делать ты. Я молчала. Что сказать? – Родители бы меня не простили, – наконец, сказала ему. – Они бы тебя не простили, если бы ты похерила свою жизнь. – Разве ребенок – это так плохо? – Когда он рождается в браке и у него есть родители! Ритка, ты только поступила, мы живем на съемной хате, я мотаюсь на заработки, меня по полгода дома может не быть. Рит… – Я не сделаю аборт. Я просто… не могу. Пусть Ян предал меня, ушел, не сказав ни слова, лишь обманув, но я не хочу лишаться этой последней частички неверного счастья. И подвергать свою жизнь опасности, отправляясь на аборт, тоже. – Рит, – попытался образумить меня Сёма, но я мотнула головой. – Я не могу этого сделать. Он же внутри меня, он… живой. Растет. И знаешь! – вскинула голову и расправила плечи. – Это мой ребенок, понимаешь, мой! Пусть моя ошибка не перерастет в нечто отвратительное. В убийство! Ребенок родится и вырастет. – Это будет оборотень, Рит, не человек, – напомнил брат. Я стиснула зубы. – Я справлюсь. – Ох, недоразумение ты мое, мы справимся. Мы! Думаешь, я брошу тебя? Ну уж нет. Но, прошу, больше не совершай опрометчивых поступков, хорошо? – Да куда уж больше? Я не боялась, внутри меня росла, разворачивала крылья какая-то решимость. Плевать на этих блохастых, я справлюсь со всем сама, но сохраню этого ребенка, рожу, воспитаю. И он будет самым добрым, справедливым, честным человеком на всем свете. Зазвонил телефон, и Сёма поморщился. – Ты, – ткнул он в меня пальцем, – сиди на месте и не двигайся, мы еще не закончили разговор. Поняла? – Ага, – кивнула, думая о своем. Он вышел из комнаты в коридор, и уже по его тону я поняла, что звонит нынешний Сёмин босс. Опять вызывает его на работу, значит, решение придется принять прямо сейчас. Точнее, я его уже приняла и озвучила, но вот осознать еще не успела. А что будет, когда осознаю? Сложила руки на животе и улыбнулась. Надо же, всегда считала тех девчонок, которые залетали по случайности, дурочками, и сама оказалась в такой ситуации, но ничуть, ни капельки об этом не жалею. Странно складывается жизнь. Особенно тогда, когда точно не знаешь, чего именно ты хочешь. Сёма вернулся, и по его лицу я поняла, что он недоволен. – Ну, что? – спросила у него. – Завтра сажусь на корабль. Замены не нашлось. – Это плохо? – в прошлый раз он радовался возможности подзаработать, а не сидеть на суше три месяца, пока их судно не вернется в порт. – Ритка, не смеши. Мы сейчас о чем говорили? – Я уже ни во что не смогу вляпаться, поздновато как-то, – сообщила ему, улыбаясь. – И рухнешь опять в обморок. Надо в твой универ съездить, договориться об академе и… – Не надо, – волнение брата было приятным, но я пока что ничего менять не хотела. – Пусть все идет, как идет. Ну, начнет пузо расти, ничего особенного. На свидание, правда, меня больше никто не пригласит, но будем считать, что я свое отгуляла. А там и ты вернешься. После новогодних праздников и уйду в академ, семестр закончу, чтобы никого не волновать и самой не переживать. – Уверена, что справишься со всем одна? Сёма прошелся по комнате и остановился напротив меня, замер, присел на корточки, взял за руки. – Смогу. Пора мне взрослеть. – Ты и так слишком взрослая, – скривился он. – Кто бы знал, что сестренка, которую я вечно оберегал, меня так… обрадует, – кажется, он в последний момент выбрал слово по деликатнее и не такое обидное. – Дядей станешь. Будешь с племяшом нянчиться, – протянула мечтательно. – Или племяшкой? – хмыкнул Сёма. – Нет, мальчик будет. – Так уверена в этом? – Конечно! Я даже укоризненно головой покачала. Как только поняла, что жду ребенка, даже мысли не возникало, что может родиться не мальчик. Глупо, но почему-то казалось, что первенцем у Яна обязательно должен быть сын. Только так. – Ладно, буду нянчить племяша. Завтра же иди в поликлинику, вставай на учет, сдавай анализы и все такое. А я, как единственный мужик в семье, буду заколачивать деньгу на ползунки и погремушки, – ухмыльнулся брат. Страх, который я испытала, увидев две полоски, отступил. Он испарился, словно его и не было, потому что нельзя бояться будущего, в котором уже ждет что-то светлое.