Глава 17

Марк.

Большой черный волк бежал за быстро набирающей скорость машиной до самого шоссе. Дальше уже не рискнул — дорога была оживленной и появляться на ней не стоило.

Покрутившись на месте и бессильно царапнув верхний слой дёрна, отчего комья земли и трава полетели в разные стороны, зверь нервно дёрнул хвостом, развернулся и гигантскими прыжками помчался обратно.

По пустырю возле старой пожарной части бродили, принюхиваясь, ещё два огромных зверя. Один из них — тёмно-серый, почти графитовый, поднял голову и посмотрел на вожака, но черный волк Марка пробежал мимо и скрылся за углом заброшенного здания. Другой же — массивный и тёмный, с рыжеватым подпалом волк Сержа продолжил тщательно изучать каждый камень и каждую кочку.

Волк Марка обошел по периметру всё пространство заднего двора пожарной станции, вернулся к месту, где несколькими минутами ранее стояла машина, и сел, подвернув под себя пушистый хвост. На душе у зверя было так тоскливо, что он с трудом удержался от того, чтобы не завыть во всю мощь не слабых лёгких.

Как тут не расстраиваться, если чуткий нос улавливал запах каждой эмоции, пережитой на этом месте? Тошнотворная смесь женского страха и детского ужаса, разбавленная глубоким отчаянием и чувством безысходности. И густой мускусный аромат агрессивного чужака. У Марка не оставалось сомнений — это тот самый волк, след которого он учуял на днях возле границ своих владений. И этот же волк являлся отцом Ивэна. Обстоятельства рождения мальчика и удушающий, на грани переносимости, запах его страха явно указывали — мальчик очень боится своего родственника и не обрадовался встрече.

Позже, уже сидя в человеческом обличье в кабинете Марка, мужчины обсуждали произошедшее.

— Марк, я, кажется, знаю его. — Гор своим высказыванием отвлёк Строжина от раздумий, и, отвечая на вопросительный взгляд, продолжил: — Пару лет назад я был проездом в Волжской стае, и, как раз перед моим прибытием там случился скандал. Один из волков сильно налажал и его судили. Я находился недалеко от места судилища, потому немного помню запах того оборотня. Так вот, сегодняшний запах и тот, что я учуял в Волжской стае, очень похожи. Я практически уверен — это он.

— За что судили волка и чем дело кончилось?

— Не знаю в чем его обвиняли, но закончилось все изгнанием.

— Сурово… Но это многое объясняет. Если отец Ивэна одиночка, то понятно, почему ни в одной из стай не слышали о рождении больного ребенка. Ты можешь позвонить в Волжскую и узнать подробности?

— Без проблем, — Гор поднялся и вышел из кабинета, на ходу листая список контактов в телефоне.

— Ещё бы разобраться, каким боком к этому всему Есения. — Марк взъерошил порядком отросшие волосы, и посмотрел на Сержа. — Я, знаешь, о чем сейчас подумал? В досье на Есю значилось, что она работала в центре для женщин, пострадавших от насилия. Как думаешь, могла она там познакомиться с Ивэном и его матерью?

— Вполне. Но не обязательно именно там.

Строжин кивнул, соглашаясь. Действительно, вариантов, где могли пересечься пути двух женщин, масса. И работа в таком специфическом месте хоть и казалась самым логичным местом знакомства, но далеко не единственным.

— Ну что, поздравляю! Похоже мы уже точно знаем, кто у нас таинственный папаша Ивэна. — торжествующая улыбка Гора прямо намекала на положительный результат звонка в Волжскую стаю.

— Рассказывай.

— Несколько лет назад к Волжской стае примкнул некий Грэг. Сильный волк показался альфе достойным приобретением, но со временем он стал доставлять слишком много проблем. Знаете, как это бывает с одиночками — привыкли жить свободно и не признавать авторитетов. Вот и этот начал испытывать терпение альфы. Закончилось оно быстро и на очень нехорошем моменте — Грэг начал оказывать недвусмысленные знаки внимания несовершеннолетней падчерице альфы. И я вам скажу, парню крупно повезло, что его приговорили к простому изгнанию.

Марк отчётливо скрипнул зубами и сжал кулаки. Он, в принципе, и не ждал положительной характеристики на отца Ивэна, но некоторые вещи были совсем уж за гранью.

— Это все? — деловито осведомился Серж. Нервы у него оказались крепче Строжинских.

— Почти. С самого изгнания Грэг не появлялся на землях стаи, но прошел слух, что его видели пару раз на свободных территориях. Кто-то даже общался с ним и сообщил, что у Грэга имеется несколько пристанищ в самых труднодоступных местах. Чем он там занимается, никто не знает, но таких мест минимум три.

— Координаты есть?

— Только очень приблизительные. Одно место где-то в районе Планческих скал, второе на Северских болотах, и ещё одно в Курганинском лесу.

Марк подошёл к большой карте, висящей в тяжелой багетной оправе на одной из стен кабинета, очертил пальцем указанные точки и задумался.

— Участок километров в триста получается.

— Да, не меньше, — согласился Гор, прикинув расстояние по карте.

— Ну что, ребята, пробежаться не хотите? — Марк сосредоточенно изучал карту местности и запоминал расположение объектов, в уме уже составляя примерный план действий.

— Альфа, уверен? — Серж сложил руки на груди и всем своим видом выражал здоровый скептицизм, подпирая крепким плечом дверной косяк. — Может, не нужно влезать в семейные дела?

— Семейные? Серж, ты был со мной у пожарки. Сам же чуял — каждый сантиметр земли пропитан запахом страха. Никаких семейных дел там и в помине нет. Чистое насилие и агрессия. Есения и Ивэн в беде, и мы должны им помочь. — Марк решительно направился к выходу, поманив за собой друзей. — Оставляю тебя за главного. Гор, ты со мной?

— Конечно, — с готовностью откликнулся Логинов. — Предлагаю взять с собой нескольких толковых парней и разделиться. Всё-таки очень большая площадь.

— Так и поступим, — подытожил Марк.

****

Собрались быстро. Пока Гор готовил машины, Марк проинструктировал Сержа, остающегося в стае за главного, и вызвал к себе двух надёжных оборотней — Антона и Ника. Они пришли к Строжину три месяца назад из соседней стаи, не ужившись с авторитарным альфой. Марк первое время присматривался к парням, но они показали себя вполне адекватными и надёжными. Хорошее приобретение для стаи.

Обговорив все детали, мужчины разделились, и на трёх автомобилях отправились в путь. Антон и Ник поехали на север, к Планческим скалам, Гор свернул на трассу, через две области ведущую к Курганинскому лесу, а себе Марк выбрал самый сложный маршрут — к Северским болотам.

Северские болота — самая дальняя точка от поселения, и, чтобы добраться до неё по свободным территориям, придется сделать внушительный крюк. Но Марк решил поступить иначе: он обратился к альфам граничащих с болотами стай, и получил разрешение на кратковременное пребывание на их землях. Пройдя напрямую, он сэкономит кучу времени, но одиночное путешествие по чужим владениям несёт в себе и риск. Всегда может найтись особо ретивый патруль, из тех, что сначала бъёт, потом разбирается.

Поэтому, Марк и оставил Северские болота для себя, а не доверил их проверку Гору, или Антону с Ником.

Несмотря на опасения, до места назначения Марк добрался без происшествий. Машину пришлось бросить у Рыжих волков, чьи территории находились по пути, и дальше двигаться в зверином обличье.

До болот Строжин добирался несколько часов. Постепенно лес вокруг обеднел и захирел, в воздухе сгустился запах тлена, а под лапами начала чавкать влага. Волк шел, ведомый чутким обонянием и звериным инстинктом. Он безошибочно находил дорогу, ориентируясь на едва заметные следы и приметы. Хижину, спрятанную в центре гиблой топи на небольшом клочке сухой земли, он почуял задолго до её появления в зоне видимости, и сразу понял — она нежилая и Еси там точно нет. Но проверить брошенное жильё всё-таки стоило, и волк подошёл ближе, царапнул лапой простую задвижку-вертушку, толкнул дверь и заглянул в хижину. В нос ударил запах Ивэна и ещё один незнакомый, но точно принадлежащий волчице. Запах был очень старый и сохранился только благодаря большому количеству вещей, которыми явно долго пользовались.

Распахнув дверь по-шире, волк протиснулся в домик и осмотрелся. В глаза первым делом бросилась детская кроватка, сделанная из двух стульев, обмотанных бечёвкой, выполняющей роль бортиков. На простом деревянном столе стояла бутылочка с заплесневевшей смесью и початая коробка детской каши. На полу валялась погремушка и маленький мяч, на кровати — смятые ползунки и кофточки.

Волк осмотрел скудную обстановку хижины, понюхал забытый мяч, вздохнул и вышел за порог.

Что ж, теперь, по крайней мере, понятно, где Грэг держал мать Ивэна. Несчастной женщине остаётся только посочувствовать.

Обойдя весь крохотный островок, на котором ютилось неказистое строение, и не найдя ничего интересного, волк, не медля, прыгнул на едва заметную тропу и отправился в обратный путь.