Глава 9. Какой дом без животных?

С какой скоростью Ромео довёз меня до загородного дома — не передать словами! Видно, у него ещё подгорало от того, как глупо спалился со своей овцой. Ничего, переживёт. Мне есть чем заняться. Надо устроить котёнка, порыться в гримуаре на предмет полезных заметок, поискать Настины волосы для отворотного зелья… Да и с белком перетереть на тему моральной поддержки. Угораздило же меня получить дикого фамильяра…

Кулончик слегка подпрыгнул на груди, и возмущённый голос Вишенки прозвучал в голове: «Повторяю, что я ничего не просил!» прижав его ладонью, я покаялась: «Прости, я не нарочно. Но мне так трудно… Мы поговорим дома, ладно?»

Бросив быстрый взгляд на Ромео, убедилась в том, что он не понял нашего с белком разговора. Не нужно ему знать. До поры до времени. Расскажу, когда мы станем ближе, интимнее, так сказать. А машина подъехала к воротам и остановилась. Рома постучал пальцами по рулю и нерешительно спросил:

— Тебя проводить до дома?

— Ты думаешь, я не найду дорогу? — осведомилась вежливо. Муж покачал головой, потом подумал и кивнул, потом скривился:

— Не запутывай меня! Ладно, я возвращаюсь на работу.

— До вечера, любимый! — нежно откликнулась я и, потянувшись, чмокнула его в щёку. Ромео отшатнулся, как от заразы, и это развеселило меня.

— Не забудь про наш уговор, котик!

— Забудешь тут… — пробормотал Ромео и добавил что-то ещё, но я уже вышла с перевозкой и захлопнула дверцу. Наверное, опять пожелал здоровья, на этот раз мне. Неважно, вечером разберёмся.

Я подошла к дому с парадного входа. Хоть меня теперь уже знают, надо держать престиж. С волками жить… То есть, с котами жить — по котячьи мяукать. В большой гостиной никого не было, и я поставила переноску на пол. Ну что, Рыжик, это твой коронный выход!

Открыла дверку. Яркая полосатая молния, искра из костра, лучик солнца — вот что выпрыгнуло из переноски. На меня глянули зелёные круглые глаза, открылась крохотная розовая пасть, и котёнок пронзительно мяукнул, будто обругал меня за столь долгое пребывание в клетке. Я поднесла к нему пальцы, позвала:

— Ры-ы-ыжик! Кис-кис, иди ко мне!

Но котёнок проигнорировал призыв, посмотрев презрительно, и встал, хвост трубой, принялся оглядываться.

— Пойдём, я тебя накормлю, малыш! — я тоже поднялась и пошла по направлению к кухне, оглядываясь и подзывая котёнка. Но он не последовал за мной, а принялся исследовать гостиную. Пробежался везде, ушки на макушке, а потом скрылся в столовой. Ну и ладно. Пусть побегает, а я поставлю ему мисочку с водой и кормом на кухне. Да, тётя сказала положить тряпочку из переноски в лоток, чтобы Рыжик знал, куда ходить. Но вот куда поставить лоток? И где его взять?

— О всемогущий интернет, помоги мне! — выдохнула я. — Закажу, привезут.

И с лёгким сердцем пошла искать колбаски для котёнка. Корм тоже надо купить, и не абы какой. Пусть Ромчик раскошеливается.

Когда я уже прошерстила гугл, зоомагазины-онлайн и раздел «Всё для кошек», раздался первый вопль. Орала женщина в гостиной.

— Кошка! А-а-а-а, кошка-а-а-а!

Великий Шабаш, ну ладно бы мышь или змея! Зачем же так пугаться обыкновенного котёнка? Отложив ноутбук, я поспешила вниз и увидела, как Нина гоняется за Рыжиком со шваброй наперевес. Две девушки в платьях горничных суетились бестолково, пытаясь загнать бедное животное в ловушку, но котёнок ловко уворачивался, бесконечно обманывая их. Нина командовала:

— Слева, слева заходи, дура! Хватай её, Наташка! Ленка, прижми кресло к стене!

Полюбовавшись за этой увлекательной игрой пару секунд, я всё же решила расставить точки над Ё и окликнула старшую горничную:

— Нина, почему вы пытаетесь убить моего фамильяра?

Мой голос имел эффект грома среди ясного неба. Обе девушки чуть ли не присели от страха, а Нина обернулась, узрела меня и собралась снова бухнуться в обморок, но я вспомнила Валеру и сказала строго:

— Не время, Нина! Будьте любезны оставить котёнка в покое.

— П-п-простит-те, — пробормотала совершенно серая от шока женщина, навалившись всем телом на швабру для устойчивости, ибо ноги её не держали. Мать моя ведьма, ну почему они все меня так боятся? Вроде как должны знать, что Ромео меня лишил силы, что колдовать больше не могу… Условно, конечно, но о несостоявшейся брачной ночи знаем только я и два брата.

— Прощаю. Идите работать. И не трогайте моего фамильяра.

— Ф-ф-ф-ф… — от шока Нина даже не смогла выговорить слово, и мне, как доброй душе, пришлось помочь ей:

— Фамильяр, Нина, это обязательное приложение к ведьме. Странно, что вы этого не знали. Хотя, о чём я, вы же обращённая…

— Что за шум? — раздался из-за моей спины ледяной голос. Упс. Мы пробудили древнее зло, то есть, домомучительницу. Тьфу, домоправительницу. Обернувшись, я приготовилась отразить атаку страшной Магдалены:

— Это мой котёнок, фамильяр, зовут Рыжиком.

Магдалена смерила взглядом совсем струхнувших девиц и ставшую из серой беленькой Нину, а потом неожиданно присела на корточки и нежно просвистела:

— Фш-ш-ш-ш, иди ко мне, иди сюда…

Рыжий предатель послушно засеменил к домоправительнице, распустив ушки и выставив вверх тонкий хвостик. Магдалена погладила котёнка от головы до попы и подняла на руки, устроив в сгибе локтя. Глянула на Нину:

— Вы что, не слышали Юлию Николаевну? Идите работать. Кошку оставить в покое.

Демоны Лысой горы… Неужели великая и ужасная Магдалена умеет любить животных?

Видимо, я смотрела на домоправительницу слишком изумлённо, потому что она вдруг коротко улыбнулась и сказала тихо:

— Кошки — моя единственная слабость. К тому же, я помню историю и понимаю важность фамильяра для ведьмы.

И ушла в направлении столовой.

Ладно. Примем за данность. Всё странно в этом доме, ну и фиг с ними. Алла ещё не вернулась с купленными шмотками, по крайней мере, я не заметила её джипа в гараже. Отсрочим представления моей персоны прислуге, не слишком люблю я эти выкрутасы. Пойду поднимусь обратно в комнату и почитаю гримуар. Вдруг он натолкнёт меня на какую-нибудь противную идею мести… Да и не закончила я ещё со всем этим семейством. Как бы подобраться поближе к Витольду? Интересно, тут происходят совместные обеды или ужины?

Поднимаясь по лестнице, я меланхолично размышляла о причинах, заставивших мою семью породниться с Хортовыми. Барсики владели отличным бизнесом — сделки с недвижимостью и земельными участками. В особо крупных размерах. То есть, на квартирки в хрущёвках они не разменивались, а скупали, перепродавали, строили, ну и наваривались, конечно, на участках вот в таких элитных посёлках, как Корабельные сосны, на дорогущих районах Москвы. Но в бизнесе ли дело? Может быть, там замешана политика? Витольд точно сидит или в Думе, или в Совете Федерации. А папа, помнится, имел тёрки по поводу земли. Велизаровы не зря владеют половиной Муходвинска и округи. Даже мэр не имеет столько власти, сколько наша семья. Правда, на локальном уровне. Неужели родители решили, что пора расширять владения в сторону Москвы?

Матриарх точно в курсе, но меня пока не посвящали в проекты семьи. Оно и понятно — вслепую шпионить удобнее, нет влияния извне, эксперимент чище… Но пока мне нечего рассказать маме и тёте. Разве что про Аллины попытки забеременеть и характер мартовского кота моего мужа.

Уже в комнате кисточка на кулоне принялась нетерпеливо подпрыгивать и дрожать. Надо белка пустить погулять. Я прикрыла за собой дверь и тихо сказала:

— Вишенка, можешь принять свой нормальный вид.

Мой упрямый фамильяр фыркнул почти ощутимо, потом кулон подёрнулся дымкой и затрясся. Беличьи лапки царапнули меня, и Вишенка отскочил прямиком на кровать, принялся отряхиваться и чистить шкурку, ворча:

— Ну никакого покоя… Что за жизнь такая?

— Уж прости, — не чувствуя ни малейшего сожаления, я села на покрывало и открыла гримуар: — Я пока поработаю, а ты можешь погулять в лесу.

— А вдруг не вернусь? — белк покосился на меня вредным тёмным глазом. Видать, рассматривал возможность побега.

— А ты попробуй, — усмехнулась. — Мы связаны магией, Вишенка, и теперь неразделимы. Но пока ты сам этого не поймёшь, можешь попытаться бороться с этим.

— Вот и попытаюсь! — фамильяр повернулся ко мне задом и прыгнул на подоконник, обернулся: — Откроешь, или мне скакать через весь дом?

Усмехнувшись, я подошла к окну, открыла створку и проследила, как белк ловко, в два движения, достиг края крыши, а оттуда перемахнул на ближайшую сосну. Пусть погуляет, пока не начнётся ломка. Магия проникает в самое существо животного, наполняя его радостью и силой, а вдали от источника магии, от ведьмы, фамильяру становится плохо. И чем дальше, тем хуже. Так что Вишенка обязательно вернётся.

Любуясь открывшимся из окна пейзажем, я вдруг ощутила что-то странное. То ли сквозняк, то ли движение уловила краем глаза… Обернувшись, пробежалась взглядом по комнате. Да нет, вроде всё как обычно. Никого, ничего. Не нравится мне вся эта дребедень, надо бы провести обряд изгнания чужих духов и вибраций. Скорее бы тётя прислала мои конспекты и учебники! Что у меня в гримуаре есть про духов?

Я листала страницы и раздражалась. Ничего. Совсем ничего. Нет, я нашла отворотное зелье (для него, кстати, нужны живые волосы!), заклинание быстрого призыва фамильяра, которое, кстати, можно слегка видоизменить и использовать для других целей… Но по вибрациям — ни единой строчки. Что может скользить у меня за спиной, лысый демон ему в печёнки! Дух, призрак, лярв? Может быть, давно почивший предок рода, не слишком довольный перемирием? Или ко мне подселили соглядатая… В любом случае, надо обязательно найти эту сущность и нейтрализовать по минимуму. А ещё лучше подружиться. Но, Шабаш его разбери, сначала надо понять, кто незримо двигается у меня за спиной и исчезает, как только я оборачиваюсь.

Ужинала я в веселой компании близнецов Хортовых, которые вовсю кидались хлебом и орали друг на дружку, а их мама, забив на воспитание потомства, оживлённо болтала по телефону с Веруней. Когда мне надоели протесты мелких пакостников по поводу шпината в их тарелках, я постучала вилкой по бокалу:

— О, молодёжь! По какому поводу кипишь?

— Ненавижу шпинат! — выкрикнул мальчик, которого звали Алик.

— Он противный, — поддакнула его сестра Полина и демонстративно отодвинула от себя тарелку.

Я усмехнулась. Нас в семье было четверо, я старшая из детей. Как и все дети на свете, мы терпеть не могли овощи, дружно стонали при виде жареных грибов и имели каждый личную неприязнь к одному из видов мяса. Когда у мамы лопалось терпение, она звонила тёте Фотинье, и та по громкой связи говорила заклинание. После этого еда в наших тарелках чудесным образом превращалась в наши любимые лакомства, и мы с радостным визгом набрасывались на них. Я улыбнулась близнецам и спросила:

— Вы знаете, кто я?

— Жена дяди Ромы, — вежливо ответила Полина.

— Я ведьма, — шепнула им заговорщицки, чтобы не услышала Настя. Хотя предосторожность была излишней — мадам Хортова-средняя не обращала на нас никакого внимания.

— Ну и что? — буркнул Алик.

— А то. Я умею колдовать. Сейчас я вам это докажу.

Подняв вилку, я помахала ею в воздухе на манер волшебной палочки и произнесла:

— Верши-наши-каши!

Дети удивлённо переглянулись, а потом огромными глазами уставились в свои тарелки. Первой отмерла сестрица. Она деловито взялась за вилку и ковырнула кусочек, потом положила в рот и прожевала. Посмотрела на меня, на брата и протянула, всё ещё недоверчиво:

— Настоящее банановое суфле!

— Да? — Алик набил рот содержимым тарелки и прочавкал с видимым удовольствием: — А у меня блинчики с черникой!

— Прелестно, — улыбнулась я. — Теперь мы можем пообедать спокойно?

Ответа не последовало. Дети сосредоточенно кушали. Я тоже насладилась шпинатом в относительной тишине, нарушаемой лишь высоким голосом Насти. Вот её я убила бы на месте и даже не поморщилась, но не на глазах мелких, конечно. Хоть за столом могла бы заткнуться…

Закончив, я вытерла губы салфеткой и встала. Дети уже давно поели и убежали в сад. Я решила подняться в комнату, но на выходе наткнулась на чрезвычайно изумлённую девушку, которую я видела мельком вчера — няню близнецов. Она потыкала пальцем в вылизанные тарелки и спросила, заикаясь:

— Как? Как вы это… сделали?

— Шпинат был вкусным, — я пожала плечами, но она не отстала:

— Они терпеть его не могут, я каждый раз пляшу с бубном, чтобы заставить съесть хотя бы половину! А тут…

Ну что я могу сказать? Когда перед тобой тарелка с банановым суфле или блинчиками, когда во рту вкус банана или черники, даже шпинат покажется вкусняшкой! Но няне я только вежливо улыбнулась:

— Это мой секрет. Мне надо идти.

Похоже, я нашла ещё одно существо, которое будет меня ненавидеть. Ну, милая, даже если я скажу тебе формулу заклинания, чтобы оно подействовало, надо кровь ведьмы в твоих венах. А там её нет. Так что я лучше промолчу.

На террасе перед лужайкой играли дети, а между ними кувыркался, гоняясь за тряпочкой, привязанной к ветке, рыжий котёнок. Идиллия, а не семейство! Может быть, пришло время слегка подправить жизнь в этом огромном чопорном доме? Да и близнецам будет прикольно…

Светлая сторона отчаянно застонала, закрыв ладонями лицо. А тёмная захихикала, сжав кулачки: «Давай, так их! И побольше, побольше!» Я усмехнулась. Ладно, это всего лишь шалость. Маленькая, безобидная шалость!

— Летите, бегите, зверят захватите, вам будет уютно, не сиюминутно, но будет, конечно, жизнь безупречна, вам повелеваю: кусать запрещаю.

А неплохое заклинание получилось! Так, надо что-то добавить… Три закона робототехники, блин! И срифмовать ещё…

— Вы гости, спокойные, милые звери, с детьми поиграйте и в лес убегайте! У вас есть два дня, слушать только меня!

Осталось только щёлкнуть пальцами. Всё-таки не зря прабабушка Юлиана считала меня самой способной из клана! Через несколько минут со стороны деревьев послышались хлопанье крыльев, топоток множества лап, поскуливание и писк.

О, как интересно! Какие животные только не водятся в подмосковных лесах!

Первыми на лужайку приземлились птицы. Несколько сорок, ворон, бесчисленное количество воробьёв и неожиданно аист. Он посмотрел круглым глазом на обалдевшего замершего Рыжика и вежливо клюнул тряпочку на палке. Алик взвизгнул от неожиданности, а его сестра перехватила палочку и замахала ею в вытянутой руке. Аист распустил огромные крылья и, щёлкнув клювом, бросился вдогонку за длинным развевающимся кусочком ткани. Полина со смехом вскочила и побежала по участку, а большая птица — за ней следом, смешно выбрасывая голенастые ноги и задирая крылья. Потом пришли звери.

Наглый барсук уселся посреди лужайки и принялся копать лапами нору. Вокруг резвились белки, прыгали в догонялки зайцы, а лиса решила поиграть с Аликом. Тот сжался, не особенно горя желанием, а потом мгновенно обернулся в толстолапого маленького ирбиса. Пятнистая шкурка его блеснула на солнце, котёнок выгнул спину и зашипел, а лиса от неожиданности села на попу, пожав пушистый хвост.

Понаблюдав за весёлой компанией несколько минут, я с улыбкой вошла в дом. Какая-никакая, а всё же маленькая месть. Представляю, каким будет лицо Витольда! Надо только приготовить достойный отпор, ведь сразу подумает на меня. Но чуть усиленная обычной солью настойка белладонны поможет мне не выдать свой запах. Я не я, корова не моя, то есть зверики! Пусть думает на кого хочет.

Поднявшись в комнату, прилегла с гримуаром на кровать. Но расслабиться не удалось. Я ясно чувствовала присутствие: давящее, странное, тревожное. Ох ты ж, Великий Шабаш! Надо избавляться от нежданных посетителей. Начну, пожалуй, с изгнания духа.