Глава 22

Во дворце, как и на площади, все еще творился хаос. Навстречу нашей карете вышли все те же советники. Эльфы особенно отчаянно требовали арестовать королеву с принцессой и затем преследовать драконов, но видя, что нас поддерживает городская стража, остальные советники были уже не так прытки.

Хотя Андреас успел привезти в Лайнарию немало эльфов, особенно во дворец, людей было больше. И теперь это было не противостояние королевы против принцессы и ее жениха, а противостояние законной власти и правящей семьи против остроухих чужеземцев, прибравших власть без законных оснований.

— Наш брак не состоялся, — подтвердила Бонни.

И мне оставалось только гадать, насколько тяжело ей было внутри.

Расчетливость советников взяла верх. Они снова переметнулись на сторону королевы, а эльфов отстранили от власти. Оставшись без своего предводителя, многие из них и не сопротивлялись.

Вот только моему горю это никак не помогало.

Джейдана отнесли в его покои, куда сразу же позвали мэтра Билала. Я не доверяла лекарю, но других вариантов сейчас не было.

Бернард с Ксендаром где-то летали, и я надеялась, что искали стрелка или хотя бы помощь. Я же сидела у кровати моего дракона и беспомощно сжимала его холодную ладонь.

— Что ж, мадемуазель. — Мэтр Билал вздохнул. — У меня для вас две новости…

— Прошу вас, мэтр, говорите прямо.

— Яд, которым был отравлен шип, мне неизвестен. Вероятно, здесь замешана сильная магия. Но есть и немного хороших новостей.

Я подняла брови.

— Состояние его высочества стабильное, — продолжил лекарь. — Ему не становится хуже.

— Значит, он проснется?

Мэтр Билал покачал седой головой.

— Мы можем только молиться.

Я сжала руку в кулак. Молиться? Кому? Кто из богов сможет его вернуть?

— Простите, мадемуазель. — Лекарь поклонился и оставил меня одну.

Я всхлипнула.

— Ну же, Джейдан, очнись!

Бледное лицо дракона было красивым, как у статуи, но его безмятежность не вызывала умиления. Хотелось схватить его, потрясти, сделать хоть что-нибудь!

Ну как так… Мы победили такого противника, успели вовремя, даже Бонни смогли уговорить. Дальше нас должно было ждать только все самое лучшее… Что за подстава!

Меня шатало между гневом, неверием и отчаянием.

Казалось, что вот он мой драконище, просто спит. Живой ведь. Но где теперь его душа? Что, если она скоро покинет тело навсегда?

А мы ведь так и не успели поговорить. Не успели помириться.

Почему я была уверена, что у нас куча времени впереди? Наивно думала, что у нас всегда будет возможность объясниться. Что если не сегодня, то всегда будет завтра, потом, когда-нибудь.

А его больше нет.

Нет никакого потом и завтра.

И я не успела.

Джейдан так и не узнал, насколько сильно я его люблю.

Больше не сдерживаясь, я позволила слезам стекать по щекам.

Теперь я отчетливо понимала, что тогда чувствовал он. Да я бы провела сейчас любой ритуал! Лишь бы была хоть малейшая надежда, что поможет…

Да, у меня же под боком хранилище реликвий. Если попрошу маму, она пустит. Я буду ночами не спать, но найду. Найду способ.

В решимости я поднялась, но снова посмотрев на Джейдана, замерла. Что, если пока я буду искать, его последние часы истекут? Да, мэтр Билал сказал, что состояние стабильно, но никто не гарантирует, что надолго.

Если я сейчас уйду, это может быть последний раз, когда я вижу его живым.

Что выбрать: искать надежду или остаться рядом до последнего вздоха? А ведь Джейдана тогда ко мне даже не пускали. Как он это пережил?

Мое сердце болело, словно его разрывали в клочья. Слезы текли ручьем, руки дрожали, и я не двигалась.

Я не могла уйти. Хоть умом и понимала, что чем раньше начну поиски, тем быстрее что-то найду. Но мысль, что больше не увижу его, держала меня ледяной цепью.

Склонившись к лицу Джейдана, я коснулась его губ своими. Они были холодными, но мягкими и такими родными.

— Пожалуйста, не умирай, — попросила я, снова целуя его.

На этот раз прижалась сильнее. Хотела запомнить эти ощущения навсегда. Сохранить наш последний поцелуй, как самое драгоценное сокровище.

Мне показалось, дыхание Джейдана участилось, а его губы стали теплее.

Должно быть, померещилось. Я выдавала желаемое за действительное, но все же подняла голову и внимательно всмотрелась в его лицо.

Неприлично длинные ресницы дрогнули, и Джейдан приоткрыл глаза.

— О, хвала создателю, ты жив! — воскликнула я, едва удерживаясь, чтобы не наброситься снова с поцелуями.

— Стелла… — прохрипел дракон. Я дернулась, хотела поднести воды, но он сжал мою руку. — Подожди, я… должен сказать.

— Ничего не говори, — затараторила я, — не трать силы.

А сама с ужасом подумала, что а вдруг это его последние слова? Предсмертное послание.

— Я позову лекаря, — я снова дернулась, но хватка дракона стала крепче.

Его бездонные зеленые глаза смотрели открыто и прямо. Я замерла, как зачарованная.

— Я понял, о чем говорила мне тогда кормилица, — тихо произнес Джейдан. — Она говорила о любви настоящей. Любви не для себя и собственного счастья, а той, что готова на жертвы ради счастья другого. Я люблю тебя, моя принцесса, и поэтому могу, наконец, отпустить. Прости, что похитил тебя.

— Нет. — Я мотнула головой. — Никогда меня не отпускай, слышишь? Никогда! А если вздумаешь умереть, я найду тебя и верну. Потому что я тоже тебя не отпущу. Понял?!

Мой голос сорвался, а на губах Джейдана заиграла улыбка.

— Звучит, как угроза.

— Это она и есть.

Я не знала, чего хотела больше: стукнуть его или поцеловать. А вот Джейдан знал и просто притянул меня к себе.

На этот раз его губы были теплые, а мое раненое сердце почувствовало, как совсем близко бьется соседнее. Самое любимое сердце на свете.