13/1

Тамила Николас, утомленный попытками ползать, подлег мне под бочок и сладко засопел. Я прикрыла его захваченным с собой местным аналогом зонтика, чтобы солнце не сожгло нежную детскую кожу. Хотя в книгах об устройстве этого мира, которые усиленно штудировала, я нашла информацию, что драконята почти не болеют простудами, не подвержены кишечным проблемам, а такая штука, как солнечный ожог, для них вообще не существует. Дракон сам по себе существо огненное, горячее, ему солнце только силу дает. Но это в книжках написано, а как в реальности дело обстоит, мне еще предстоит узнать. Если, конечно, меня не выпнут из этого мира, отобрав у меня Николаса! Я погладила щечку сладко спящего малыша – интересно, что он чувствует, как переживает своим маленьким сердечком исчезновение мамы? Мамы, папы и всего привычного уклада его коротенькой жизни. Дети ведь все понимают. Даже такие крохи осознают все, происходящее с ними, просто сказать о своих болезненных чувствах не могут. Вместо слов они используют другое – начинают физически болеть, капризничать, отказываются от еды. Ничего такого я у Николаса не замечаю, для меня он совершенно нормальный, здоровый и веселый ребенок, но вдруг я в силу неопытности просто не вижу тревожных симптомов? Когда-то давно я читала книгу одного детского психолога, и мне очень понравился ее совет. Дама призывала разговаривать с детьми, даже с новорожденными. Просто рассказывать им обо всем происходящем в их жизни. Например, предупреждать ребенка, если мама или папа на какое-то время уезжают, оставляя малыша с другими людьми, пусть даже хорошо знакомыми. Иначе маленький может решить, что его бросили, что мама и папа его не любят, раз исчезли. И это трагедия для него, потому что родители, особенно мама – это весь его мир! Кажется, ерунда какая-то: что там младенец может понимать и чувствовать? Но, глядя на Николаса, я все сильнее убеждалась, что дети все понимают и все чувствуют. Поэтому я несколько раз разговаривала с ним о его родителя и о том, почему их нет с ним рядом. Показывала магоснимки из альбома, читала подписи под ними, чтобы и самой понимать, как жила эта семья, а ребенок хоть что-то знал о своих корнях. И вот хотите, верьте, хотите, нет, но я была уверена, что Николас все понимает! А главное, чем больше я была с ним рядом – кормила, пеленала, читала ему сказки и пела колыбельные перед сном – тем глубже этот светловолосый малыш проникал в мою душу, в сердце. И сейчас, после рассказа Матильды, меня просто разрывало отчаянием.и злостью на этот мир, который хочет разделить нас с Николасом. Малыш заворочался, я похлопала его по спинке, успокаивая. Когда он затих, снова принялась перебирать разговор с домоправительницей. В том, что Матильда поняла, что я не Тамила Эллингтон ничего удивительного. Все-таки я вела себя совсем не так, как эта высокородная стерва – ну, не получалось у меня! Как я поняла, Тамилу домоправительница знала довольно хорошо: леди много раз и подолгу гостила у лорда в замке. То, что Матильда рассказала про попаданок и их пребывание в этом мире, мне тоже показалось правдой. Если это выдумка, то мне непонятны мотивы для такой лжи. Забрать у меня Николаса? Но пока я здесь, я никому не отдам малыша, так что тут она в пролете, как говорится. Тогда зачем ей врать? В этот момент в голову мне пришла мысль, заставившая меня похолодеть: а что, если она сообщница Эраста?! Рассказала мне сказочку про попаданский срок и условия моего нахождения в этом мире. Затем, такая милая и добрая, предложила отдать Николаса. Вдруг она надеялась, что я обрадуюсь, спихну мальчишку ей и отправлюсь обратно в свой мир? Отдам ей Николаса, а она тут же передаст его в лапы Бешеного Эраста! Фу-у-у, катастрофа какая-то, куда ни кинь, всюду засады и подкопы! А если Матильда нормальная, и я все себе навыдумывала? Вдруг она искренне хочет предупредить меня о перспективе потерять Николаса? Или… Я еще раз перебрала по кусочкам разговор с Матильдой. И тут мне в голову стукнула новая бредовая идея: а что, если домоправительница наплела все это, чтобы свести меня с лордом Кэмероном?..