ГЛАВА 24. Сжигать ревностью
Девочка — это продолжение рода матери. Насколько мать смогла реализоваться в жизни, настолько и девочка сможет быть счастлива. Если мать несчастна, то у девочки будет возникать чувство сопричастности и сострадания, и подсознательно она будет выполнять программу: «Ради тебя, мама, я тоже буду несчастна!»
Вернулись в дом мы глубокой ночью, даже скорее под раннее утро. Когда звезды все еще усыпали небо, но уже спешно собирались уходить на другую сторону своих владений.
Никто не спал, хоть мой дом, как всегда, был полон людьми. Дерек, Нэд и Кристиан сидели на кухне в темноте, когда мы пришли, словно вампиры, синхронно вздрогнули, когда я щелкнула выключателем, словно подростки, которым отключили интернет, и пришлось выползать из комнатной пещеры.
Прошло не более четырех часов с момента начала нашего с Ингардом уединения, но мужья выглядели так, словно пахали на рудниках месяц у жестоких господ, что не кормили их и краюхой хлеба по полудню.
Осунувшиеся, с синяками под глазами и кровоточащими ссадинами на лицах, словно несвежие зомби в подранной одежде, измазанной в грязи. Больше всего пострадал Нэд — самый безобидный из них и менее склонный к насилию. Похоже, драка здесь была не на жизнь, а на смерть, без правил. Но в конечном счете и им надоело мутузить друг друга.
Я не знала, куда смотреть и кого жалеть.
— Живая! — Они наперебой бросились меня обнимать, разбрасывая стулья в стороны, словно пыль под ногами во время марш-броска.
— Ч-что случилось? — Запнулась я, чуть не сбитая валуном в виде двух больших тел, решивших разом меня затискать до смерти, утопить в своей любви.
Один Кристиан остался поодаль, с облегчением осматривая мое тело, видимо, проверял наличность каких-либо увечий. Теперь его лицо выглядело куда более спокойным, чем минуту назад.
— Где вы были?! — Рыкнул Дерек, зло зыркнув на Ингарда. Казалось, он сейчас с разгону припечатает того об стену и станет бить в череп, мотивировав это маленькой личной неприязнью и ведомыми лишь ему счетами.
У остальных настрой был не лучше, но несколько спокойнее, один Дерек у нас взрывная Фудзияма с малым инстинктом самосохранения.
Вдруг подумалось о том, что дети от него не будут более спокойными, чем «примерный» отец. Чувствую, весело будет всем. Всей Долине.
— Я говорил, что она с ним. — Тихо проговорил Нэд, сгорбившись и уткнувшись в мое плечо носом, я машинально стала оглаживать его затылок, забираясь пальцами в волосы.
— Это ничего не меняет. — Холод в голосе Криса пробирал до костей. Когда он такой, сразу понятно, что человек у власти. Его злость была тихой, но месть последовала бы изощренная, имей она здесь место.
— Да что с вами со всеми? — Вспылила я. — Разве вы не могли по истинной связи отследить, где я? К чему суета? — Нахмурила брови, оглядывая своих мужчин, как первоклашек. Если все так и останется, эта слепая ревность, то будет очень сложно. Всегда жить в суете — не для меня. Надеюсь, мои мужчины смогут найти точку соприкосновения.
— Связь исчезла. По ощущениям было так, будто ты… умерла. — Он запнулся, голос просел на последнем слове. — Мы обрыскали все окрестности, но тебя и след простыл. — Без толики эмоций, вновь закрывшись в себе, неестественно спокойно отрапортовал Кристиан.
— Что? Да нет же! Я была на вышке. Всего в километре отсюда! — Обеспокоенно вскрикнула, сминая и без того помятую блузку, а второй рукой тыкая в окно, словно они должны были понять, о каком месте я говорю.
— Связь перекрыл я, — спокойно, будто ничего и не случилось, проговорил Ингард, закидывая свою руку мне на плечо. Его ситуация скорее веселила, чем по-настоящему заботила. Его ладонь скользнула под блузкой, пальцы прошлись по ключицам.
— Так я и знал! — Рыкнул Дерек, оттягивая меня в сторону. Он буквально испепелял короля взглядом, выказывающим готовность бороться вплоть до смерти, выгрызая зубами вены. Тень от канделябров на люстре, образовавшаяся на стене, выглядывала из-за головы Дерека и походила на рога разозленного чудовища. Сам он хмурился и был на взводе, его чуть ли не трясло.
Но вообще, я несколько засмотрелась на его статное лицо, далеко не вписывающееся в смазливые идеалы, но очень мужественное, заставляющее сердечко трепыхаться. Мой темпераментный зубастый волк!
— Вообще-то это говорил я! — Возмущенно продолжил Нэд, пытаясь оттащить меня к себе.
— Успокойтесь оба! — Повысил голос Кристиан.
У меня уже порядком начала кружиться голова от этих дерганий и перебрасываний из руки в руки, словно я резиновый мяч.
Ну сколько можно?! Я понимаю, что мир тут невозможен, что они вынуждены терпеть друг друга, а так бы придушили на месте, но почему каждый раз все повторяется?! Ни пукнуть, ни в сторону отойти, сразу армагидец происходит!
— Какое право ты имеешь истончать нашу истинную связь?! — Предъявил Дерек Ингарду, не среагировав на просьбу Криса заткнуться. Глаза первого обретенного здесь мужа горели неподдельной неприязнью, пока бережно прижимал меня к себе, как потерянное и вновь найденное сокровище.
Новоявленный король на провокации не велся, он рассматривал всех как детсадовцев. С явной усмешкой на губах. Но в глазах… было что-то демоническое, какая-то перчинка. Кольцо на пальце короля засветилось, но, похоже, это заметила лишь я, потому что у самой подвеска нагрелась.
— Думаешь, мне было бы трудно избавиться от вас всех? — Спокойно, но с теми же потусторонними нотками в интонации изрек он, — мне не пришлось бы даже напрягаться. — Повернул голову на бок, рассматривая мужчин свысока. Или он очень хорошо контролировал свою злость, или его не так просто вывести из себя. — Но я не хочу расстраивать свою истинную, поэтому пока позволю вам крутиться рядом, когда не смогу быть здесь, чтобы защищать самому, уберечь от врагов.
Я сконфуженно почесала носик. А Ингард продолжил:
— Именно поэтому я и привел ее сюда, а не повел в свой дом. У меня есть некоторые дела, нужно, чтобы вы были с ней сегодня. Не все рады тому, что я вновь у власти, рыщут, чтобы предпринять меры, пока еще не поздно, а она — мое слабое место.
Дерек стиснул меня крепче.
— И без тебя справимся! — Выплюнул он. Его поведение походило более на разбушевавшийся характер подростка максималиста.
— Как ты можешь оставлять ее нам? — Изумился Нэд. — Разве в тебе нет инстинктов собственника?
Я улыбнулась. Эта наивная простота Нэда удивляла.
Улыбка Ингарда стала еще более загадочной. Так говорить о своем отношении к ситуации одними только губами мог лишь он. Будто он знал и видел чуточку больше, чем было открыто всем вокруг и мне в том числе.
— Мой инстинкт собственника куда более развит, чем у таких щенков, как вы. Поверьте, когда у тебя мало по-настоящему ценного, бережешь это сильнее любых материальных драгоценностей. Но я умею расставлять приоритеты и сжигать в ревности избранницу сердца не буду.
— Ты просто слабак! — Буркнул Дерек, сжимая кулаки. Рассудительность Ингарда его еще больше взбесила. Так бывает, когда смотришь в глаза тому, чего у тебя нет. В данном случае такими качествами были спокойствие и взвешенность.
— Он прав. — Вдруг отчеканил Крис. — Мы ведем себя, как мололетки. Раньше я с таких дураков смеялся. Грызня из-за женщины. Тем более, когда она этого не желает. В нашем поведении нет смысла и пользы для нее. — Мужчина сознательно посмотрел мне в глаза.
В сердечке что-то екнуло, вспомнилась наша горячая ночь. Кристиан никогда не сделает того, что могло бы мне по-настоящему навредить. Даже если это противоречие сломает его. Я знаю всю глубину его чувств ко мне и осознаю, во что они могут трансформироваться со временем. Полная и сильная любовь, такая, что будет вместе с нами веками, если не вечность. Любовь, которая щелкает трудности, как орешки. Разве не об этом мечтает любая женщина?
Подойдя ближе, накрыла щеку Криса рукой. Повеяло теплом. Я улыбнулась ему. Так хорошо стало.
Когда кто-то готов уступать в ущерб своим принципам ради тебя — это стоит очень дорого. И я готова платить чем угодно.
Теперь безумно больно представлять, что я могла не встретить его. Любого из них. Моих защитников. Могла зарыться в пещерке своих предубеждений и носа не показывать. Или того хуже — продать дом.
Обвела взглядом свое «войско». Дерек был раздражен. Нэд расстроен, но тоже не против спустить пар посредством хорошей трепки кого-нибудь. Ингард стоял с непроницаемым лицом, но щека дернулась, когда я медленно перевела взгляд на него. Как всегда, чувства свои он от меня закрыл. Но теперь это было не так важно.
Знала бы я еще месяц назад…
— Так, что это за сборище?! — Пробурчали с коридора. — Не дом, а проходной двор. — В кухню заглянула раздраженная мама, потирая сонные глаза. — Мне таблетки надо пить, расступитесь!
Женщина прошла к крану и налила в стакан воды, опершись об столешницу, глотнула и уставилась на наш разгоряченный спором квартет плюс один.
— Боже, вы ее в могилу сведете. — Покачала родительница головой, лязгнув стаканом об стол, подошла ко мне, схватила за руку и потащила к себе. — Попрошу нас не беспокоить!
Мужчины не успели и слова вставить, когда я уже была за дверью гостевой комнаты мамы.
— Жестче с ними надо быть, что ты как размазня? — укорила она меня, уперев руки в боки, — Видела бы ты, как твоя бабушка своих строила.
— К чему ты клонишь? — сощурилась я.
— Надо поговорить, — наконец призналась она, доставая из ящика банку пива.
— Ма, ты только таблетку приняла! — схватив емкость с алкоголем, отставила ее в сторону.
— Совсем взрослой стала, — буркнула мать.
— Говори, что хотела.
— Ты же даже настроиться не даешь!
Сложив руки на груди, устало закатила глаза. Стала ее рассматривать. Не такая уж и взрослая на вид женщина, морщин почти нет, больше тридцати не дашь, с учетом того, что ей уже пятьдесят. Минимум. Минимум пятьдесят. Она ведь оборотница тоже, я не знаю, сколько она прожила до моего рождения. По сути, я слишком мало о ней знаю.
— Почти двадцать восемь лет назад я сбежала из этой Долины. — Сипло выдавила мать. — Я была слишком молода и надеялась, что мой избранник не оставит меня, найдет и вернет обратно, объявит своей. Понимаешь, наша связь была случайной, я не отказала ему, но и не приняла, как мужа. Хотелось, чтобы он за мной побегал.
— Ты об Уильяме? — Скептично вздернула бровь.
— Как ты узнала?! — Мама обессилено плюхнулась задом на кровать, с испугом смотря на меня, будто я сейчас закачу грандиозную истерику.
— Это было не сложно, раз уж у меня есть глаза.
— Не осуждай меня…
— Почему я должно осуждать тебя?
— Моя малышка. — Всхлипнула мать, в два шага оказываясь рядом и стискивая меня в объятиях. — Я скрыла от Уильяма, что ты его дочь! Даже в документах записала другого мужчину.
Вот ведь! Догадки были небеспочвенны. Я действительно дочь Уильяма, только, как оказалось, даже он об этом не знает.
— Сейчас я ценю Роберта, пусть он и человек, пусть ему осталось не так много. Но приехав сюда, было ужасно неприятно узнать, что все это время Уильям и не думал обо мне! Более того — нашел свою истинную! Разве это справедливо?!
— Мама. Это более чем справедливо. Он счастлив. — Я вспомнила мечтательную улыбку новоявленного отца, когда он вспоминал о своей паре в тот день, когда мы с Ингардом заняли власть.
— Вот всегда ты так! Никогда не поддержишь! — Легонько толкнув меня, женщина вернулась на место, смотря на меня теперь уже недовольно.
Из комнаты родительницы я выходила расстроенной. Мужчины, уже без Ингарда, укатившего по делам, стояли поодаль, так, чтобы застать, когда я выйду, но чтобы не подслушивать разговор.
Устало уткнулась носом в торс того, кто стоял ближе. Им оказался Дерек. Его руки тут же ласково обняли меня.