Глава 17. Тепло твоей кожи

Она вышла на улицу и остановилась на пороге, не сразу поверив, что видит. В тёплом свете перед ней стояло нечто невероятное — существо, словно сотканное из ночного неба и морской глубины. На первый взгляд оно напоминало кошку — гибкое, изящное тело, мягкие движения, но спину украшали огромные крылья, переливающиеся синими и серебряными переливами, как перламутр на воде. При каждом лёгком движении перьев по земле скользали отблески света, будто это не животное, а живое сияние.

Глаза светились мягким голубым светом и смотрели прямо на неё — настороженно, но без агрессии. Хвост длинно тянулся за спиной, балансируя, словно у хищной птицы в полёте. В этом существе было что-то дикое и свободное, и в то же время — невероятно притягательное.

У девушки перехватило дыхание. Сердце забилось быстрее: страх и восторг смешались, как при первом шаге в неизвестность. Она хотела отступить, но взгляд существа был слишком глубоким, и вместе с волнением в груди появилось чувство странного доверия.

— Что это?.. — шёпотом спросила она, почти не веря своим глазам.

Кай подошёл ближе, мягко улыбаясь, и положил руку ей на плечо. — Это наши крылатые друзья, — сказал он. — Они живут свободно, их никто не держит. Но им нравится приходить к людям, особенно если их угощают чем-то вкусным. У них добрый и умный характер, чем-то похожи на ваших земных собак. Они сами выбирают, кому доверять. И если выбрали — остаются рядом надолго.

Существо склонило голову набок и тихо шевельнуло крыльями, словно подтверждая его слова. В этот миг её волнение сменилось любопытством и трепетным восхищением: будто она прикоснулась к самой тайне новой планеты.

Адель чувствовала, как сердце бьётся где-то в горле, когда Кай мягко коснулся её руки. Его ладонь была тёплой, уверенной, и эта простая деталь словно придавала ей силы. Он повёл её вперёд, шаг за шагом, ближе к крылатому созданию, которое всё ещё стояло неподалёку, наблюдая за ними с любопытством.

— Не бойся, — тихо сказал Кай, чуть наклонившись к ней. Его голос прозвучал так спокойно, что волнение в груди Адель чуть утихло. — Ему ты тоже интересна.

Существо стояло неподвижно, расправив крылья так, чтобы свет заходящего солнца ложился на них переливами лилового и золотого. Оно напоминало кошку, но с какой-то древней, величественной грацией, и при этом в его глазах светилось что-то до боли человеческое — разум, мягкость, доверие.

Кай мягко подтолкнул её вперёд. Адель колебалась лишь мгновение, а затем протянула руку. Она почти не дышала, когда её пальцы коснулись мягкой шерсти, переходящей в гладкие, холодные перья. Существо прикрыло глаза, склонило голову и плавно опустилось на передние лапы. Движение было до странного знакомым: так кошки прижимаются к земле, когда им приятно, или собаки подставляют шею, требуя ещё ласки.

— Видишь? — улыбнулся Кай. — Он тебя принял.

Адель сама не заметила, как её губы тронула улыбка. Волнение растворилось, уступая место совершенно другому чувству — восторгу и трепету. Существо чуть выгнуло спину, как бы подставляясь под её руку, и от этого у неё перехватило дыхание. Оно доверяло ей. Ей, чужачке с другой планеты.

— Он... такой красивый, — выдохнула она.

— Я рад, что ты видишь это, — ответил Кай. — У них свободный характер. Их невозможно заставить служить. Они сами выбирают, к кому приблизиться.

Существо приподняло голову, заглянуло ей прямо в глаза, а затем слегка толкнуло её носом в плечо, будто приглашая.

— Это значит, что он готов? — удивлённо спросила Адель.

Кай кивнул. — Готов.

Он помог ей подняться, и уже через минуту они оказались на широкой спине существа. Адель крепко держалась, пока Кай показывал, куда поставить ноги, как держаться за основание крыльев. Она нервно рассмеялась, чувствуя, что вот-вот потеряет равновесие, но Кай крепко обнял её за талию.

— Я не дам тебе упасть, — сказал он.

И в следующую секунду мир перевернулся. Существо расправило крылья и мощным взмахом поднялось в воздух. Ветер ударил в лицо, разметал волосы. Поанета стремительно отдалялась, и сердце Адель то ли сжалось от страха, то ли распахнулось от счастья. Она прижалась к Каю, и он только крепче удержал её.

Они поднялись выше, и перед её глазами раскрылась планета. Леса тянулись до горизонта, но зелёный здесь был иным — с примесью лилового и синего, так что казалось, будто планета окутана мягким сиянием. Между деревьями струились светящиеся ручьи, а вдалеке поднимались белые облака пара — гейзеры, бившие из земли. Воздух был наполнен ароматом, густым и свежим: сладковатый запах цветущих растений смешивался с прохладной ноткой источников.

Адель закрыла глаза и глубоко вдохнула, будто боялась потерять это ощущение. — Здесь пахнет... так чисто, так... правильно. Как будто всё живое дышит вместе со мной.

Кай усмехнулся и слегка наклонился к её уху, чтобы перекричать ветер: — Ты понимаешь, почему я хотел показать тебе это?

Она кивнула, не отрывая взгляда от неба. А там — ещё одно чудо. Огромная планета, будто в два раза больше земной Луны, висела так близко, что можно было рассмотреть светлые облака, рельефные континенты и океаны. Чуть поодаль виднелись ещё две — одна окрашивала небосвод в мягко-розовый, другая — в серебристый.

Адель вздрогнула от этого зрелища, глаза заслезились — слишком много красоты разом, слишком непостижимо для привычного разума.

— Это… невозможно, — прошептала она.

Кай мягко усмехнулся. — Возможно. Здесь так всегда. Просто нужно привыкнуть к тому, что вселенная больше, чем мы думаем.

Существо тем временем сделало широкий круг, словно желая показать им планету со всех сторон. Они пролетели над сияющими водопадами, над полянами, усыпанными светящимися цветами, похожими на звёзды. С высоты деревья выглядели как ковёр, переливающийся оттенками от глубокого индиго до ярко-изумрудного.

Адель крепче вцепилась в Кая и вдруг засмеялась сквозь слёзы. — Я не знаю... плакать мне или смеяться!

— Можешь делать и то, и другое, — сказал он, и в его голосе слышалась та редкая мягкость, которую она раньше не замечала. — Эта планета именно для этого создана.

Они снижались уже к источникам, и пар, поднимающийся из земли, светился в лучах заката. Внизу, среди камней и необычных деревьев, струились горячие ключи, похожие на прозрачные чаши, наполненные живым светом.

Существо плавно опустилось на землю и сложило крылья. Адель медленно спустилась со спины, ноги немного дрожали, но сердце было полным, как никогда раньше. Она провела рукой по перьям, благодарно шепнув: — Спасибо…

Крылатое создание прикрыло глаза и снова склонило голову, принимая её прикосновение, словно понимало каждое слово.

И Адель впервые за долгое время почувствовала: она на правильном месте.

Они спрыгнули со спины существа, и земля под ногами показалась Адель удивительно мягкой, тёплой, будто хранила тепло. Существо расправило крылья, чуть приподняло голову и спокойно наблюдало за ними.

Кай шагнул вперёд, положил ладонь на его бок и произнёс: — Его зовут Вектор.

Адель удивлённо моргнула, а потом улыбнулась, словно пытаясь удержать в себе смешок от того, что разговаривает с таким существом, как с человеком. — Приятно познакомиться, Вектор.

Существо склонило голову в лёгком поклоне, и Адель ахнула — он действительно будто понял её слова. Крылья чуть дрогнули, блеснули в солнечных лучах всеми оттенками синего и серебра, а затем Вектор отступил в сторону, давая им пространство.

— Он что, улетит? — спросила она, с ноткой тревоги в голосе.

Кай покачал головой, мягко улыбаясь: — Нет. Мы всегда можем его позвать. Он останется рядом, сколько бы мы его ни ждали.

И словно подтверждая его слова, Вектор сделал шаг вперёд и неожиданно подтолкнул Адель крылом в спину. Она потеряла равновесие и в следующий миг оказалась в крепких руках Кая.

Его объятия были уверенными, тёплыми, и в них не чувствовалось ни капли случайности — он поймал её так, будто ждал этого момента. Адель подняла глаза и утонула во взгляде, полном тихой силы. И прежде чем она успела что-то сказать, Кай наклонился и мягко коснулся её губ.

Поцелуй был осторожным, как будто он позволял ей самой решить — принять его или отстраниться. Сердце Адель забилось так быстро, что дыхание сбилось. Она не отстранилась. Напротив — её пальцы сами собой легли ему на плечо, ощущая живое тепло под кожей.

Кай медленно отстранился, и уголки его губ тронула улыбка. Не сказав ни слова, он взялся за край футболки и стянул её через голову. В свете дня его тело сияло в каждой линии, каждая тень на плечах и груди подчёркивала силу.

Адель почувствовала, как вспыхнули щёки. Она никак не могла отвести взгляд. Смятение, желание, восхищение — всё смешалось в ней разом.

— Ты смотришь на меня так, будто я какое-то чудо, — тихо сказал Кай, заметив её реакцию.

Она растерянно усмехнулась: — Может, так и есть.

Он шагнул ближе, и голос его стал мягче, почти шёпотом: — А может, чудо передо мной.

Адель едва не рассмеялась, пытаясь спрятать смущение, но в груди всё пылало. Кай, не торопясь, сбросил оставшуюся одежду и остался почти нагим, спокойно и уверенно, будто это было естественным.

— Давай я помогу тебе, — предложил он, протянув руку к её талии.

— Нет, — Адель быстро отступила на шаг, но тут же добавила тише: — Давай я сама.

Она стянула с себя лёгкие штаны и осталась в длинной футболке, которая прикрывала бедра. Сердце колотилось так сильно, что ей казалось — его слышно даже в тишине.

— Вот и всё, — произнесла она, будто ставя границу, но улыбка на её губах была слишком смущённой и тёплой, чтобы её слова звучали серьёзно.

Кай приподнял бровь и усмехнулся: — Думаешь, этого достаточно, чтобы я перестал сходить с ума?

Адель только покачала головой и, стараясь скрыть волнение, прошла к источнику.

Она села на край камня, погрузившись по пояс в воду, футболка скользнула по коленям, и её смущение только усилилось от того, что Кай сел напротив, не отводя от неё взгляда. Его глаза были тёплыми, игривыми, и в них светилась та искра, от которой у неё по спине пробегал трепет.

Адель сидела, опустив руки в тёплую воду. Камень под ней был гладким, нагретым солнцем, и казалось, будто он хранил в себе дыхание самой планеты. Вода ласково обволакивала кожу, успокаивала, но сердце билось так быстро, что никакая тишина этого места не могла унять её волнение.

Кай расположился напротив — уверенно, свободно, будто этот источник принадлежал ему с самого рождения. Он скользнул в воду так легко, что даже ни одна волна не поднялась, и теперь сидел прямо напротив, так близко, что если бы Адель протянула ноги, то её ступни коснулись бы его коленей.

Она украдкой взглянула на него и тут же отвела глаза, но всё равно чувствовала его взгляд. Тёплый, внимательный, изучающий. Его глаза словно трогали её кожу, задерживались на тех местах, где ткань футболки скрывала лишь немногое. Адель поёжилась, но не от холода, а от того жара, который рождался внутри.

Кай вдруг тихо сказал:

— Давай помассирую тебе ступни.

И, не дожидаясь её согласия, осторожно поймал её ноги и уложил их себе на колени. Адель ахнула, но не сопротивлялась — в его прикосновении не было ничего грубого, лишь нежность и уверенность.

Его большие ладони мягко обхватили её ступни, пальцы медленно надавили на свод. Сначала это было неожиданно, даже щекотно, но уже через мгновение она почувствовала, как напряжение уходит. Он скользил пальцами от пятки к пальцам, нажимал и отпускал, проводил круговыми движениями, заставляя её расслабляться всё больше.

— Удивительно… — пробормотала она, прикрывая глаза. — Я и не думала, что простое прикосновение может быть таким… глубоким.

Кай улыбнулся краешком губ: — Тело — это язык. Оно умеет разговаривать без слов.

Он сделал ещё несколько плавных движений, массируя подушечки пальцев, потом наклонился ближе: — Я всегда любил это место. Мы часто приезжали сюда с отцом. Раньше здесь был лес. Каждое дерево стояло на своём месте, высокое, гордое. Но потом его уничтожили, и на их месте появились гейзеры. Видишь каждую яму? Это там, где когда-то росли деревья.

Адель почувствовала, как сердце сжалось. Она представила себе исчезнувший лес — могучий, живой. Свет, пробивающееся сквозь листву. И теперь — только камень и вода. Красиво, да, но в этой красоте была тень утраты.

— Это так печально… — тихо сказала она. — Как будто вырвали чью-то душу.

Кай нежно коснулся её лодыжки, как будто успокаивая. — Не печалься, родная моя. Всё на свете рождается и умирает. И планеты, и цивилизации, и деревья. Но всегда находится кто-то, кто восстанавливает равновесие. Эта планета уже оживает. Ты посмотри — новые ростки, новые цвета. Всё возвращается.

Адель вдохнула глубже, чувствуя в воздухе сладковатый аромат трав и цветов. — На Земле тоже так. Есть места, где леса вырубают, города строят на полях. Но жизнь всё равно пробивается — сквозь камни, сквозь асфальт. Я всегда думала… может быть, смерть и разрушение — это не конец, а лишь способ дать начало чему-то новому.

Кай замолчал, внимательно слушая её. В его взгляде было что-то, что заставляло Адель чувствовать себя особенной.

Когда она договорила, наступила пауза. И в этой тишине родилось что-то другое. Его пальцы, массировавшие ступни, изменили ритм — стали мягче, почти дразнящими. Он водил ими между её пальчиков, задерживаясь, слегка надавливая, и по телу Адель пробежала волна мурашек. Она открыла глаза — и наткнулась на его взгляд.

Он смотрел на неё так, будто видел только её одну, и в этом взгляде горел огонь, от которого у неё перехватывало дыхание.

Адель невольно шевельнула ногой, и её стопа задела его между бёдер. В тот миг она ощутила его возбуждение — и жар прилил к её щекам. Она густо покраснела, но не убрала ноги. Наоборот — сердце её бешено забилось, и мысль вспыхнула в голове: «Я готова».

Она закусила губу, и этот жест сам по себе был приглашением. Кай словно понял её без слов. Он наклонился и поцеловал её пальцы на ногах — сначала нежно, почти почтительно, затем чуть горячее, дразня. Его губы и язык касались её кожи, и Адель тихо застонала, удивляясь самой себе.

Он начал целовать её выше — по щиколотке, по голени, поднимаясь всё ближе. Его ладони скользили по внутренней стороне её бёдер, и она дрожала от предвкушения.

— Какая же ты сладкая… — прошептал он, не отводя глаз.

Адель ахнула, прижимая ладонь к губам, но он перехватил её руку и шепнул: — Нет. Не прячься от меня. Я хочу слышать тебя, милая. Это сводит меня с ума.

Его слова обжигали, и Адель чувствовала, как её тело откликается на каждое движение, на каждый его поцелуй. Она знала — это момент, когда уже нельзя отступить. Но и не хотелось. Совсем.

Кай прижался к её коленям, поцеловал их, медленно разводя в стороны. Его ладони скользнули по внутренней стороне бёдер, и каждое движение отзывалось в ней вспышкой жара. Он не спешил. Казалось, он наслаждался каждой секундой, каждым её вздохом. Адель зажмурилась и прикусила губу, когда его губы коснулись её самым нежным образом, в самой чувствительной точке, там, где тело отзывалось сильнее всего.

Она ахнула, голова откинулась назад, пальцы сами собой вцепились в гладкий камень. Его язык и пальцы чередовались, то дразнили, то дарили почти невыносимое облегчение. Она то выгибалась, то пыталась удержать себя в руках, но чем дальше, тем сильнее её накрывала волна желания.

— Не сдерживайся, — прошептал он, глядя на неё снизу вверх, и продолжил свои ласки так, что у Адель вырвался громкий стон.

Всё внутри словно растаяло, стало горячим и текучим, и вот — её тело вздрогнуло, дыхание сорвалось. Вспышка наслаждения разлилась по ней, будто сама планета зазвучала в унисон её стону.

Она тяжело дышала, прижимая ладони к лицу, смущённая собственной откровенностью, но Кай поднялся к ней, поймал её руки и убрал их от её глаз.

— Смотри на меня, — мягко сказал он. — Ты самая прекрасная, когда позволяешь себе быть настоящей.

Он поцеловал её — жадно, глубоко, и она почувствовала вкус самой себя на его губах. От этого её щеки вспыхнули ещё сильнее, но желание стало только острее.

Кай прижал её к себе, и теперь между ними не осталось ничего, кроме такой не кстати, футболки. Его ладони скользнули по её спине, по талии, поднимаясь всё выше. Он целовал её шею, задерживался на каждом участке где было возможно, словно хотел запомнить её всю.

Адель дрожала, но уже не от робости — от того, что каждая клеточка её тела жаждала этого соединения. Она обвила его ногами, притянула ближе, и он застонал прямо ей в губы.

— Адель… любимая моя… — его голос был хриплым от страсти, но в нём всё равно звучала нежность. — Я хочу тебя. Всю.

Она кивнула, глядя ему в глаза. — Я твоя.

И в этот момент она действительно отдала ему всё: доверие, душу, сердце.

Кай уложил её на траву у кромки источника. Листья над ними шумели, свет заливал их тела золотом. Он был между её ног, и она знала — вот сейчас всё изменится.

Кай скользнул ладонями по её бокам и легко потянул за край футболки. Адель замерла, сердце бешено заколотилось, но она не остановила его. Ткань мягко скользнула вверх, обнажая её живот, грудь, и наконец футболка оказалась в его руках.

Он отстранился, задержав взгляд. В его глазах было восхищение, трепет, жадное желание. Адель покраснела, но не попыталась прикрыться, лишь глубже вдохнула, позволяя ему смотреть.

— Боже… — выдохнул Кай. — Какая же ты красивая.

Его пальцы медленно скользнули по линии её плеча, вниз — к застёжке белья. Он дал ей время — мог бы поторопиться, но не сделал этого, словно спрашивал молчаливого разрешения.

Адель чувствовала, как каждая секунда ожидания делает её кожу горячее. Она встретила его взгляд — и кивнула.

Кай осторожно снял с неё последнее, обнажив её полностью. Она смущённо прикусила губу, но не отвела глаз, не закрылась. Она хотела, чтобы он видел её такой — настоящей, уязвимой, но готовой довериться.

Его дыхание стало тяжелее, он задержал взгляд на её теле и едва слышно сказал: — Ты даже не представляешь, что ты делаешь со мной…

Он коснулся её ещё раз — мягко, уверенно, даря ей уверенность в том, что он здесь, рядом, и никуда не уйдёт. Его движения были бережными, но решительными. Он ждал, пока её дыхание выровняется, пока она раскроется для него окончательно.

— Если будет больно — скажи, я остановлюсь, — прошептал он, целуя её щёку.

Она провела рукой по его лицу, поцеловала его сама и ответила: — Нет… я хочу этого. Я готова.

Он вошёл в неё осторожно, медленно, и Адель почувствовала, как её тело замирает от острого ощущения. Было немного больно, но рядом был он — и это было важнее всего. Его взгляд, его дыхание, его нежные слова, которыми он окутывал её в этот момент.

— Ты моя… моя девочка… моя Адель… — шептал он, целуя её щеки, её губы, ловя каждую её слезинку.

Она улыбнулась сквозь слёзы и прошептала: — Это от счастья… правда…

Он ждал, пока она привыкнет, пока напряжение сменится теплом. И вот, её тело раскрылось, и она сама двинулась навстречу.

Сначала движения были осторожными, как робкий танец, но постепенно страсть разгоралась всё сильнее. Их дыхание сливалось, стоны переплетались, мир вокруг исчезал. Были только они двое, их тела и сердца, бьющиеся в унисон.

Он целовал её, говорил слова, от которых сердце Адель таяло: — Любимая… моя… Я никогда тебя не отпущу…

Она отвечала, захлёбываясь в поцелуях: — Я тоже… Кай, я люблю тебя…

И когда накатила новая волна наслаждения, она отдалась ей полностью, растворяясь в его объятиях. В тот же миг и он потерял контроль, отдавая ей всё себя, до последней капли.

Они лежали, прижимаясь друг к другу, пока дыхание не стало спокойнее. Кай не отпускал её, продолжая целовать её волосы, щеки, губы.

— Теперь ты моя. Навсегда, — прошептал он.

Адель улыбнулась, обняв его крепче. — И ты мой.

И в этом свете его любви, среди цветов и источников чужой планеты, она впервые в жизни почувствовала, что нашла свой дом.

****

Вектор