Глава 21

Кайер

Радость переполняла меня. Сердце билось так сильно, что я чувствовал его даже в висках. Хотя разум подсказывал — всё может оказаться не так просто. По сути, я укрывал преступницу, и рано или поздно мне пришлось бы отвечать за это. Но сейчас у нас появлялся шанс — пусть небольшой, но реальный — получить защиту. Им придётся организовать судебный процесс, и это уже давало нам время, возможность бороться.

Вероятнее всего, нас попросят вернуться на планету и оставят там без права вылета до окончания разбирательства. Мы окажемся в ловушке, но, по крайней мере, живыми и с шансом оправдаться.

Я крепче сжал руку на штурвале, хотя автопилот уже давно был включён. Внутри меня боролись тревога и странная надежда. Я взял с собой два предмета, которые могли сыграть решающую роль: то, что передал мне правитель, и свёрток, найденный на Земле. Срок, указанный на нём, совпадал с сегодняшней датой. Открыть его можно было буквально через полчаса — сразу после прибытия на борт. Я был уверен, что внутри заключён ответ на вопросы, мучившие меня все последние дни.

И всё же в глубине души что-то не давало мне покоя. Неужели всё действительно так просто? Неужели мы сможем вырваться из этого ужаса так легко? В памяти раз за разом всплывал образ Адель — её глаза, полные доверия, её улыбка, её тёплые руки. И каждый раз в груди сжималось от боли. Что за тайна окутывает её прошлое? Почему её преследуют?

Я пожалел, что не успел рассказать ей о чёрном ящике. Тогда просто не было времени — мы жили слишком быстро, каждый миг был на вес золота. Я невольно улыбнулся, вспоминая недели, проведённые вместе. Всё это время я словно заново узнавал как дышать, смеяться, радоваться. А теперь мысль о том, что скоро у нас появится ребёнок, наполняла меня непоколебимой решимостью. Что бы ни случилось, я сделаю всё возможное, чтобы сохранить наше с ней счастье.

Я связался с ближайшим кораблём на орбите и отправил запрос на стыковку. Отправил все свои данные, объяснил цель прибытия. Ответ пришёл быстро: разрешение получено. Ещё шаг вперёд, ещё одна возможность. Мне был нужен канал связи, через который я смогу доложить всё напрямую в правительство.

До точки прибытия оставалось около получаса. Я перевёл управление на автопилот и, наконец, решился включить чёрный ящик.

Сначала я не сразу понял, как им пользоваться. Модель была старой, давно снятой с производства. В моих руках лежал кусочек прошлого, странно уцелевший среди новых технологий. Я знал, что такие устройства не передавали данные в общую сеть — их можно было расшифровать только вручную, имея сам образец. Современные же хранилища мгновенно выгружали всё в единую базу. Это уже само по себе вызывало вопросы.

Я повертел устройство в руках, подцепил панель, услышал негромкий щелчок. И, наконец, оно ожило.

Сначала в динамике слышался только гул, шум, что-то громыхало, и голоса — мужской и женский — звучали отдалённо, будто сквозь толщу воды. Невозможно было разобрать ни слова.

— Вот теперь он пишет, — сказал мужской голос. Он был уставшим, вымотанным. — У нас минут десять, и нужно будет уходить.

— Этого достаточно, — отозвалась женщина. Затем повисла пауза, секунд пятнадцать абсолютной тишины, которую прервал только шаркающий звук.

Потом запись ожила вновь.

— Эта запись предназначается для господина Кайергауса… — женский голос прозвучал удивительно чётко. — Правительство Дисару, в ваших интересах передать её ему. Ровно через двадцать четыре года, с вероятностью в 99,9%, спутник «Астерион» будет разрушен. Возможно, это единственный шанс как-то изменить ситуацию.

Я застыл, пытаясь осмыслить услышанное.

— Дальнейшая запись откроется только по коду ДНК, — продолжал голос. — Мы получили код господина Кайера, пусть и не совсем законным способом. Чтобы слушать дальше, приложите палец к тыльной стороне устройства. Оно проведёт сканирование ДНК и крови.

Мой взгляд скользнул по корпусу чёрного ящика. Простая на вид вещь, но продуманная до мелочей.

— Если уровень стресса окажется слишком высоким, устройство заблокируется и уничтожит данные. Насильно заставить его работать не получится. Так же невозможно использовать биоматериал без участия владельца.

Я почувствовал уважение к тому, кто создал эту вещь. Какой же гений спроектировал её? Я не знал ни одной зарегистрированной модели с таким уровнем защиты.

Запись прервалась.

Я разглядел едва заметный шов на задней панели, поддел его пальцами — и крышка отщёлкнулась. Вдох. Выдох. Моё состояние должно быть ровным. Я приложил палец. Вспыхнул голубой свет, затем меня слегка укололо. Несколько долгих секунд — ничего. Потом индикатор загорелся зелёным.

Женский голос снова наполнил кабину.

— Господин Кайенгер, приветствую вас. Хотя давай без формальностей. Мы с тобой ещё не знакомы, но вероятность этого очень высока. Прямо сейчас я держу на руках свою маленькую дочь, а ты уже бороздишь просторы вселенной. Встреча наша почти неизбежна. Я — мама Адель. Меня зовут Ферия.

У меня перехватило дыхание. Сердце будто остановилось. Значит, у Адель действительно были родители. Значит, она не просто землянка.

Я слушал, затаив дыхание.

— Я родом с планеты, не зарегистрированной в межзвёздном союзе, — продолжала женщина. — Мой народ почти уничтожили. Нас преследуют за особый дар, которым обладают только женщины нашего рода. Этот дар передастся и Адель. Он раскрывается полностью, когда женщина рожает первенца. И это всегда девочка.

Моё сердце содрогнулось. Значит, наш с Адель ребёнок — девочка. Тепло и нежность разлились по груди. Я уже любил её всем своим существом.

— Об этой способности узнал генерал Зогр, — голос женщины дрогнул. — В его планах — превратить дар в орудие войны, создать систему для захвата и уничтожения планет. Это плохая новость. Но есть и хорошая: Зогр жаден и тщеславен. Никто, кроме него, не знает, что именно он ищет.

Она на мгновение замолчала, потом твёрдо сказала:

— Найди Зогра. Только так у вас появится шанс на спокойную жизнь.

На этом связь прервалась.

Я сидел молча, тяжело дыша. Все кусочки мозаики начали складываться воедино. Тайны правительства, их страх, закрытая информация… Они сами не знали, что именно ищут. Заполучив Адель, они начали бы эксперименты над ней. Но пока её дар спит. Ребёнок ещё не родился.

Я подлетал к кораблю, и внутри меня нарастала тревога. Всё сильнее и сильнее.

Тогда я решился. Открыл свёрток, не дожидаясь стыковки.

Внутри была небольшая капсула. В ней — текстовая записка. Бумага. Обычная, с чуть шероховатой поверхностью.

Я развернул её. Она была от генерала Варкофа, который отдавал мне приказ захватить Адель.

— Если ты читаешь это, значит, ты на линии вероятности, где всё ещё можно изменить, — начинались строки. — То, что я напишу дальше, нарушает устав. Но у тебя два пути.

Я читал жадно, боясь пропустить хоть слово.

— Первый путь: ты сообщаешь правительству всё, и тогда вы с Адель окажетесь под стражей. В этом случае мы проиграем. Их войска повсюду, многие планеты падут. Союз думает, что всё под контролем, но это иллюзия. Второй путь: ты обращаешься за помощью к Кларку, и вместе вы находите генерала Зогра. Это единственный шанс остановить катастрофу.

Подпись была краткой: «Береги себя. Варкоф».

Я сжал листок так сильно, что костяшки пальцев побелели. Сердце ухнуло вниз. Я был в шаге от того, чтобы сделать ошибку . Ещё немного — и целые планеты были бы обречены.

Чуйка спасла меня.

Я резко перепрограммировал шаттл, разворачивая его в обратном направлении. Мне нужно было срочно найти Адель. Она могла быть в смертельной опасности. Всё остальное — позже.