Глава 16. Приличия разных миров

– И как я буду надевать такие платья? – задаю я естественный вопрос, когда Влада распахивает дверцы уже знакомого мне шкафа. – У них шнуровка сзади. О том, как в таком платье готовить еду, я даже не упоминаю. Просто представляю себе, как я отбиваю молотком кусок мяса и во все стороны разлетаются капельки крови, оседая на роскошной ткани. Да и подойти к хозяйственному столу с куполом из многослойных юбок будет непросто. – Без камеристки сложно, – соглашается со мной Влада. – Но эти платья и не для повседневности. Кьяра перед отъездом просто забыла поменять их местами с домашними. Влада протягивает руку к боковой панели шкафа, нажимает какой-то рычажок, и всё приходит в движение. Роскошные наряды уползают в стену, и на их место выдвигается перекладина, на которой висят платья с менее пышными юбками. Пока Влада раздвигает и перебирает платья, я успеваю заскочить в ванную и повесить на первый попавшийся крючок свою единственную личную вещь, прихваченную по дороге из кладовой. – Кьяра любит самостоятельность, – говорит Влада, когда я возвращаюсь в спальню. – Эти платья тоже со шнуровкой, но она спереди. Ты ведь предпочитаешь голубой цвет? Вот смотри, по-моему, это должно тебе понравиться. У неё в руках плечики с длинным в пол платьем. Ткань блестит и переливается всеми оттенками: от нежно-голубого до тёмно-синего. Да, оно проще: не для средневекового бала, но пойти в нём вечером в ресторан было бы не стыдно. – Оно потрясающее, – выдыхаю я. – Но какое же оно домашнее? Оно всё равно слишком прекрасно для кухни. Я буду бояться его испачкать. – Во-первых, там есть фартуки. А, во-вторых, насчёт пятен можно не беспокоиться. Ткань защищена бытовой магией. – А попроще ничего нет? – Попроще? – задумчиво произносит Влада. – Попроще только то, что носит прислуга или деревенские девки. Не думаю, что тебе это подойдёт. И не возразишь. Я, конечно, не собираюсь соблазнять варвара, но выглядеть прислугой в глазах князя не хочется. К тому же есть у меня подозрение, что это не помешает ему распускать руки, а скорее наоборот. Так себе маскировка получится. Насколько помню из земной классики, для знати было нормой считать служанок законной добычей. Впрочем, в любом случае, кажется, уже поздно. Уехать я отсюда не могу, а варвар явно нацелился на продолжение отношений. И что мне делать, когда Влада уедет? Кстати… А это идея. В голове моментально формируется простенький и такой реально выполнимый план. И я тут же приступаю к претворению его в жизнь. – Влада, вы так и не сказали, почему источник никого из посторонних не принимает, а вас принимает. – А я не посторонняя, – улыбается старуш… Хотя какая она старушка? На вид ей сейчас чуть больше пятидесяти лет. А ведь там, в городке, Влада казалась бабушкой лет семидесяти. – … и вы так помолодели с того момента, как вошли в замок, – растерянно заключаю я. – Я дальняя родственница Анкилайдов. Капельки родственной крови хватает, чтобы источник меня пропускал. И насчёт помолодела – так всегда бывает, когда я посещаю замок. Жаль, действует недолго. Через неделю вернётся мой настоящий возраст. Зато эту неделю я буду чувствовать себя почти как в молодости. – Так почему бы вам не остаться здесь? – осторожно приступаю я к реализации своего плана. – Ваши покои в идеальном состоянии. И мне было бы не так одиноко и страшно. – А страшно-то отчего? – удивляется Влада. – Если ты о наших привидениях, так они добрые, не обидят. Невольно вспоминаю полёт молотка. Он, конечно, уже оправдался. Похоже, он и впрямь не покушался на мою голову, но всё же испугаться я успела. – Понимаете, – говорю я. – Не знаю, как в вашем мире, а в нашем неприлично девушке жить в доме с посторонним мужчиной. Влада пожимает плечами. – Если ты о репутации, так весь наш городок уже знает, что дракон тебя забрал. Я понимаю эти слова почти как высказывание Киара: «Терять тебе больше нечего». И это неприятно, но я стараюсь не заострять на этом внимание. – Не только о ней. В конце концов, я вернусь в свой мир, и здесь меня со временем все забудут. Поймите меня, я не собираюсь заводить отношения с вашим князем. Он, как я понимаю, давно живёт один… – И уже проявил к тебе интерес, – правильно понимает меня Влада. – Вот видите. – Я краснею. – Вы сами всё знаете. – Киар – очень воспитанный молодой человек, – качает головой Влада, и в её голосе слышится укор. – Тебе достаточно обозначить границы, и он через них не переступит. Но вот в этом платье, в котором ты сегодня вертелась на кухне, даже старик лет ста двадцати раздел бы тебя глазами. То есть и она о том же? Получается, это я тут верчу задницей в непристойном виде, а то, что варвар распускает свои руки, – это нормально. Проглатываю обиду. – Но откуда мне было знать, как тут принято одеваться? – начинаю оправдываться я. – Взяла единственное удобное платье. – Интересно. – Влада снова оглядывает меня. – В вашем мире принято так одеваться? Если честно, то, когда я первый раз зашла сегодня на кухню, я решила, что вы уже были близки. И, надо сказать, порадовалась за своего мальчика. Он так давно одинок. У меня дыхание перехватывает от возмущения. – То есть вы решили, что я настолько распущенная, что вот так способна заняться всем этим с человеком, которого я не знаю? – Ну-ну, не сердись, девочка. Думаю, что мы друг друга не поняли. В нашем мире это совершенно нормально. – С первым встречным? – Дракон и князь – это не первый встречный. Это честь для любой девушки, даже высокородной, если Владетель обратит на неё внимание. – Простите. – Я вскидываю голову. – Но у нас подобное поведение считается недостойным. Вот что я сейчас несу? В нашем мире ничем подобным такое поведение не считается. Это я в свои двадцать два года считалась среди своих подруг белой вороной. А сейчас выдаю желаемое за действительность. – Ну если это так, – спешит перевести разговор на другую тему Влада, – тогда тем более тебе нужно подобрать подходящую одежду. А для начала отправляйся в купальню и примерь вот это. Влада протягивает мне плечики с голубым платьем. Из купальни я выхожу в состоянии лёгкого шока. – Влада! – восклицаю я. – И вы считаете это платье приличным? – А что не так? Ноги не видны. – Ноги? А грудь? – У тебя прекрасные данные, – отмечает Влада, оглядывая меня. – Тебе даже корсет не нужен. – Прекрасные данные? – повторяю я, переведя дух. – Данные, которые выставлены напоказ? – Погоди, Каролина. – Во взгляде Влады отражается непонимание. – А что считается неприличным у вас? – Ну грудь так сильно могут открывать только на пляже. Там все ходят в купальниках. Но если с таким декольте появиться среди одетых людей, то все будут пялиться только на грудь. – И что в этом такого? Это красиво. Неприлично – это когда дама демонстрирует то, что под юбкой. – В каком смысле? – Ноги. Теперь я смотрю на Владу с недоумением. Но затем вспоминаю Льва Толстого и его персонажа Анатоля Курагина, который восхищался лодыжкой Наташи Ростовой. – И до какого места положено прикрывать ноги? – Полностью. – То есть у вас неприлично открывать, скажем, щиколотку? – Ну да. А у вас? Влада изучает меня с неподдельным интересом. – Удивительно, – говорит она, – насколько разными бывают взгляды на приличия в разных мирах. В таком случае, какой длины платья носят ваши девушки? – Длина вот этого платья называется макси. – Собираю в складки юбку и чуть приподнимаю подол. – Если до середины голени, то это миди, средняя длина. В принципе, до колена и чуть выше – это, пожалуй, всё ещё миди. Ну а мини – это вот так. Укорачиваю юбку почти до середины бедра. Выше не рискую. Белья на мне по-прежнему нет. – Непостижимо… – выдыхает Влада. Договорить она не успевает, потому что дверь в комнату открывается. На этот раз она не отлетает с грохотом в стену, и, возможно, поэтому я не успеваю отреагировать. Так и стою с поднятым до середины бедра подолом, глядя на стоящего в проёме варвара. Нужно ли уточнять, куда направлен его взгляд? Мои пальцы моментально разжимаются. Лёгкая ткань не спеша, преодолевая сопротивление воздуха, струится по ногам вниз. А ощущение обжигающего взгляда остаётся. Где мой канделябр? На этот раз Стенли пришлось бы полетать. Резко выпрямляюсь, глядя на варвара и стараясь вложить в свой взгляд максимум возмущения. – Вас не учили стучать, Ваше Сиятельство? – Киар, – укоризненно вторит мне Влада. – Отвык, – просто заявляет варвар. Взгляд его на мгновение становится мальчишеским. Даже злость пропадает. – Подожди внизу, мой мальчик, – ласково произносит Влада. – Мы скоро. Её нежное «мой мальчик» совершенно не подходит к здоровенному детине, заполнившему собой дверной проём. Тем удивительнее, что оно срабатывает. Дверь мягко без стука закрывается. – Вы так хорошо на него влияете, Влада, – искренне говорю я. – Очень вас прошу, не уезжайте. – Не могу, Каролина, – качает головой женщина. – Замок меня принимает, но, когда я тут задерживаюсь чуть дольше необходимого, появляется странная тяжесть на сердце. Вроде как намекают, что загостилась. Да и таверну я без присмотра оставить не могу. – Но вы так ничего и не рассказали мне о том, что здесь случилось. – Случилось не здесь, – отвечает Влада. Некоторое время она молчит, словно решая, что стоит мне рассказывать, а что нет. На её лице появляется болезненная гримаса. Чувствуется, что вспоминать о том, что произошло, ей тяжело. – Я не была очевидцем, – начинает Влада с явной неохотой. – Знаю только то, что рассказывала Кьяра. Они с братом отправились на бал, который ежегодно устраивается в королевском дворце в честь годовщины коронации Его Величества Лансермо Первого. Прямо во время танца у Киара и у девицы, которая перед этим очень активно вокруг него крутилась, появились метки. – Вы говорите о ней с таким презрением, – не выдерживаю я. – Иного она и не заслуживает, – резко произносит Влада. Опять я недослушала. – Простите, я вас перебила. Что было дальше? – Брак должны были заключить в Храме Истинных пар. Но Храм не принял девицу. Метки исчезли прямо во время церемонии. Влада замолкает. Ощущение, что продолжать она не собирается. – Я, конечно, не знаю правил вашего мира, – торопливо говорю я. – Но как это возможно? Разве метки не появляются по воле ваших богов? – В том-то и дело, Каролина, – вздыхает Влада, – что всегда так и было. Поэтому ни у кого не возникло сомнений. Уже после всего Кьяра рассказывала мне, что Киар не выглядел влюблённым. Был момент, когда ей показалось, что брат борется со своим драконом. И возможно, если бы король не потребовал провести бракосочетание как можно скорее, всё бы со временем выяснилось, и дракон Киара не пострадал бы. Да что ж она тянет? Что выяснилось бы? Плотно стискиваю зубы, удерживая вопросы. Влада замолкает. Её взгляд устремлён мимо меня. – Своими глазами я этого не видела, – продолжает Влада, – но рассказали, что едва Киар и… эта… переступили порог храма, раздался звон металла. Метка на руке девицы превратилась в браслет. Он и упал на мраморные плиты. – Метка исчезла? – с недоумением спрашиваю я, всё ещё не понимая. – А её и не было. В нашем мире появились артефакты, имитирующие истинность. – А у Киара? – У него запястье просто стало чистым, словно ничего и не было. Браслет оказался контрабандным артефактом, а девица – мошенницей. Дракон не понял, что произошло. Была истинная и вдруг исчезла. Оборот начался прямо в храме. Но магам удалось усыпить зверя. Когда Киар вернулся в замок, дракон проснулся, но отказался общаться с Киаром. А без мощи дракона источник вырвался наружу. И сейчас всё держится только на магии человеческой половины. – И чем это грозит Киару? – Источник вытягивает его силы. По мнению высших, его магии хватит ещё года на два или максимум три. Влада снова замолкает, а я не выдерживаю: – А что потом? – Когда он умрёт, холод источника распространится на многие версты. В наших краях зима станет вечной. «Когда он умрёт?» – эхом звучат в моём сознании жестокие слова. – И этому никак не помочь? – с ужасом спрашиваю я. – Ведь есть же другие сильные маги, драконы. Неужели они все вместе ничего не могут сделать? – Ты невнимательно слушала, Каролина. Источник признаёт только власть Анкилайдов. Отец Киара пал в битве с Хаосом ещё до его рождения. А мать умерла во время родов, лишённая поддержки своего истинного. Мальчик родился с сильным драконом. И если бы не эта… история, он бы справился. – Кошмар. – Теперь ты понимаешь, почему я прошу тебя задержаться в замке? В тебе есть что-то особенное. Когда дракон за тобой прилетел, я сначала даже решила, что ты настоящая истинная. Жаль, что ты была замужем… Вспыхиваю. – Это так важно, чтобы девушка была невинна? – Для человека, возможно, и нет, а для дракона – обязательно. Всё как в любом из миров. Мужчина может себе позволить до брака любые отношения, девушка должна быть чиста и невинна. Тороплюсь уйти от неприятной темы. – То есть вы хотите, чтобы я задержалась здесь? – Он совсем одичал, мой мальчик. Ему нужно человеческое общество и человеческая еда. Если получится вернуть дракона, Киар сможет управлять источником на расстоянии, выходить в свет. И, возможно, у него появится шанс… Влада резко обрывает фразу посередине, но я продолжаю вместо неё: – … найти настоящую истинную пару. – Не думай обо мне плохо, девочка, – вздыхает пожилая женщина. – Истинная пара делает дракона сильнее. Возможно, в этом спасение всего нашего края. – Хорошо, Влада. – Я поднимаюсь, демонстрируя, что разговор окончен. – Я вас поняла. Пока живу здесь, я постараюсь справиться с должностью кухарки. Но на остальное не рассчитывайте. – Ну почему сразу кухарки? – Влада поджимает губы. – Хозяйки замка. Но я-то вижу мелькнувшую в её глазах радость. Хочется сказать в ответ что-нибудь едкое, но сдерживаюсь. В конце концов, намерения у неё благие. Не в отношении меня, конечно. Но я её понимаю и не обижаюсь. Я для неё посторонняя девица, которую какие-то черти принесли из другого мира. А свой мир и своего воспитанника ей надо спасти любой ценой. Вот только я у себя одна. Помочь – да. Жертвовать – нет. – Хозяйкой будет будущая жена вашего Киара, – строго говорю я, чтобы Влада не подумала, что меня так легко завлечь красивыми словами. – И у меня есть условие. Женщина напрягается. – Вы по-настоящему прилагаете усилия и при следующем вашем появлении в замке рассказываете, каким образом я смогу вернуться в свой мир, если у меня получится помочь вашему дракону. Влада мнётся. Врать бабушка Влада не очень умеет. И от этого понимания меня окутывает тёплое чувство к ней. А следующие её слова полностью стирают весь появившийся было негатив в моей душе. – Да, – наконец, отвечает она, – все усилия, конечно же, приложу. И сегодня же начну выяснять, как это сделать. Но пойми, девочка, я не всесильна. Зато есть вещи, которые я могу обещать твёрдо: получится у тебя спасти Киара или нет, я помогу тебе обустроиться в нашем городке и сумею заткнуть любого, кто посмеет слово дурное про тебя сказать. «А ведь скажут, – думаю я, – и не одно». – Спасибо за честность, – грустно улыбаюсь я.