Глава 18. Гарпии

Гора вырастает, нависая над нами и перекрывая горизонт. Её вершина уходит в облака. Дракон начинает огибать скалистый склон по дуге, плавно набирая высоту. И когда мы заходим сбоку, перед глазами открывается широкое плато, уютно расположившееся в горном кармане. Оно залито солнечным светом и покрыто травой. Дракон зависает на пару мгновений над центром площадки, а потом резко ухает вниз. Опора подо мной исчезает, и я, взвизгнув, зажмуриваюсь. Но уже в следующее мгновение меня подхватывают сильные руки, и я слышу довольный смех. Страх сменяется возмущением. – Ты специально! – восклицаю я, упираясь обеими ладонями в обнажённый торс варвара. – Чтобы снова меня облапать. – Ну что ты, – возражает он, обжигая дыханием моё ухо и чувствительное местечко за ним. – Даже мыслей порочных не было. Просто так удобнее, чем сползать по крылу. Говорит он, возможно, и правильные вещи, вот только не спешит ставить меня на ноги, а прижав к своему совершенному телу, делает несколько шагов. Я непроизвольно вдыхаю его запах. Сандал. Настоящий. У меня была статуэтка слона из сандала, привезённая отцом из Индии. В отличие от палочек, пропитанных благовониями, которые так любят жечь при разных ритуалах и от которых становится душно, статуэтка источала тончайший, едва уловимый аромат. Он волновал меня больше, чем фотографии диковинных храмов и рассказы отца. Я вдыхала аромат и на несколько мгновений уплывала в медитативное состояние. Он был настолько эфемерным, что очень быстро переставал ощущаться. И нужно было поставить статуэтку на полку и выждать время, чтобы снова уловить его. Почему я сейчас об этом вспоминаю? Потому что я очень чувствительна к запахам. И против всякой логики я испытываю нечто вроде разочарования, когда Киар ставит меня на землю и отстраняется. Не хочу, чтобы он снова и снова пытался подчинить меня своими лапаниями и неожиданными поцелуями, но мне безумно нравится этот аромат. Рвано выдыхаю и обхватываю себя обеими руками, чтобы унять дрожь. Я в тёплом плаще, но мы ведь высоко над уровнем моря. Могу я замёрзнуть? – Здесь не холодно, – опровергает мои жалкие попытки самооправдания Киар, стоящий за моей спиной. Всё ведь понимает и наверняка мысленно надо мной посмеивается. Мурашки ускоряют бег. – Мне надо привыкнуть. – И, уже произнеся эти слова, я понимаю, что прозвучали они двусмысленно. Киар хмыкает и, обойдя меня, направляется к краю. Некоторое время мы так и стоим. Он любуется окрестностями, а я не могу отвести взгляд от его спины. Широкие плечи, мощные бугры мышц под смуглой кожей. Всё-таки он очень хорош, этот варвар, а после посещения Влады и вести себя стал более цивилизованно. Что если… Мне становится не просто «не холодно», а меня окатывает волной жара. И я решаюсь снять плащ. Кое-как сложив его, просто опускаю на густую траву. – Иди сюда. Киар поворачивает голову и делает приглашающий жест рукой. Я неуверенно продвигаюсь вперёд, стараясь, впрочем, держать расстояние от смущающего меня мужчины не менее метра. И я так этим увлечена, что бросаю взгляд вниз, только когда оказываюсь на самом краю. Здесь нет склона. Скала уходит вниз вертикально. И эта бездна затягивает. Охнув, инстинктивно отшатываюсь назад и тут же вжимаюсь спиной в гору мышц по имени Киар, переместившуюся почти мгновенно. – Куда? – Тут обрыв, – говорю я очевидное. – Забыла, кто я? Поймаю. Киар кладёт руку мне на живот, крепче прижимая к себе. Я правда минуту назад думала, что он стал вести себя более цивилизованно? Сейчас я, как в тисках, между ним и пропастью. Отодвинуться, шагнув вперёд, некуда. А стоять так – всё равно что признать его власть надо мной. – Пусти, – сердито ворчу я. – Я помню, кто ты, но мне всё равно не по себе на самом краю. – Не доверяешь, – констатирует он. – А есть основания доверять? Ты ведёшь себя как варвар. – Как кто? – удивлённо переспрашивает Киар. – Дикарь, – уточняю я. – Это слово тебе знакомо? – Вполне. Наклонив голову, варвар прихватывает губами верхушку моего уха. – Значит, я дикарь? – невнятно говорит он, и его рука на моём животе скользит вниз поглаживающим движением. Остроту ощущений добавляет близость пропасти. Да, я понимаю, что дракон в любой момент успеет обернуться и поймать меня, но инстинкту самосохранения это не объяснишь. Очень хочется остановить его, но я молчу, потому что новая волна дрожи, родившись внизу живота, поднимается снизу вверх и стискивает горло. Любое слово, которое я попытаюсь сейчас произнести, выдаст с головой мою настоящую реакцию на этого зарвавшегося самоуверенного варвара. Всё, что я могу, – это вцепиться в его руку, чтобы попытаться остановить её наглое продвижение вниз. – М-м? Тебе не нравится? – Зачем ты притащил меня сюда? – вопросом на вопрос отвечаю я. – Показать тебе, как здесь красиво, – вкрадчиво говорит он. – Просто перестань дёргаться и подними глаза. И стоит он как скала, явно не собираясь меня отпускать, пока не выполнит всю экскурсионную программу. Мне ничего не остаётся, кроме как уступить. Поднимаю глаза, и приходится признать, что варвар прав: скальные выступы и справа, и слева частично перекрывают обзор, а там, где мы стоим, плато выдаётся вперёд небольшим языком. Вид отсюда захватывающий. С одной стороны – зима. Ледяной лес, укутанный в белоснежное покрывало, простирается до самого горизонта. Отсюда, с высоты, особенно заметна граница чар – идеально ровная линия, словно проведённая гигантской рукой. Замок виднеется вдалеке – тёмный, древний, с башнями, пронзающими зимнее небо. Вокруг него – только снег, лёд и холод. Отрезанный от мира, пойманный в вечную зиму. С другой стороны – буйство красок лета, зелёные холмы, перелески. Вдали, перед горным кряжем, – поля, разделённые на кусочки. Там же кучкуются домики небольшой деревушки, облепив берега реки. Ветер дует с той стороны, принося ароматы цветов и нагретой солнцем травы. – Красиво, – признаю я. – Теперь ты можешь меня отпустить. Киар резко разжимает руки, и я теряю опору. А поскольку всё это время я пыталась от него отстраниться, меня качает вперёд. Я взмахиваю руками, и моё запястье мгновенно оказывается в жёсткой хватке варвара. Над пропастью я зависаю всего на мгновение. Киар рывком дёргает меня на себя, непостижимым образом успев развернуть лицом к себе. Мгновенная смена пронизывающего ужаса и на ощущение теплых надёжных рук. Под щекой перекатываются мощные грудные мышцы. И ведь понимаю всё. Мне сейчас популярно всё объяснили. Хочешь на свободу – вперёд. Но разозлиться почему-то не получается. И ещё что-то тревожит. Не сразу соображаю, что именно. В тот момент, когда я на миг зависла над пропастью лицом вниз, я увидела огромное чёрно-зелёное существо. Меньше Киара, но во много раз крупнее птицы. Это нечто отпечаталось на сетчатке глаза. И сейчас я стою, зажмурившись и не спеша отлипать от Киара, чтобы не спугнуть какую-то мысль. Образ быстро растворяется. Но перед тем как он развеется окончательно, я успеваю понять, что это не птица и не маленький дракон, а что-то вроде крылатой змеи. Похоже, эти несколько мгновений, пока я пыталась осмыслить увиденное, Киар воспринял мою неподвижность по-своему. Принял за полную капитуляцию? Его рука, обвивающая меня на уровне поясницы, начинает сползать ниже. И поскольку моё ухо по-прежнему прижато к его груди, я слышу, как ускоряется стук его сердца. – Каро, – хрипло начинает он. Снова его чуткие пальцы на моём подбородке. Догадываюсь, что сейчас за этим последует. Возникшая внутри тревога помогает унять внутреннюю дрожь. – Там кто-то есть, – перебиваю я быстро, пока моя голова совсем не отключилась. – Кто? – недовольно переспрашивает Киар, в то время как его руки продолжают путешествовать по моему телу. Одна уже почти добралась до ягодицы, вторая тянет вверх мой подбородок. А у меня внизу разгорается костёр. – Змея с крыльями, – успеваю сказать я до того, как новый поцелуй заставит меня забыть обо всём. Он резко отстраняется, а я… мне уже не кажется, что змея с крыльями – это самое важное в моей жизни. – Ты уверена? Голос Киара становится напряжённым. Взгляд направлен поверх моей головы. И весь он из ловеласа, обволакивающего свою жертву сетями, превращается в насторожившегося хищника. Миг, и я уже за его спиной. – Что ты видела? Говори. Тон становится жёстким, приказным. Уснувшая было во мне тревога просыпается. Поняв, что происходит нечто серьёзное, я спешу описать увиденное, стараясь припомнить детали. – Там, внизу, было какое-то существо – чёрно-зелёное, крупнее, чем птица, но мельче, чем дракон. Как я и сказала, что-то вроде крылатой змеи. Развожу руками, не зная, что ещё добавить, потом соображаю, что стоящий спиной Киар моего жеста не видит. Зато я вижу, как он, не поворачивая головы кивает, показывая, что принял информацию. – Каро, – отрывисто командует он. – Я должен проверить. Слушай меня внимательно. Сядь на землю и замри. Твоя задача – не шевелиться, что бы ни произошло. Даже если что-то увидишь. Даже если крылатая змея зависнет над твоей головой. Запомни: гарпии, как и все змеи, реагируют на движение. Гарпии? Знакомое название из земной мифологии. Но осмысливать и вспоминать некогда. Каждое слово Киара звучит внушительно, впечатывая меня в землю. Такому голосу невозможно не повиноваться. Низкие ноты вызывают вибрацию у меня внутри, на этот раз совершенно далёкую от возбуждения. – Хорошо, – с трудом выдавливаю я. Послушно опускаюсь на землю на том же месте, где стояла. Слишком поздно соображаю, что стоило отойти подальше, потому что если варвар сейчас начнёт оборот, то его драконищу я просто не оставила места, и он может на меня наступить. Однако уже через мгновение я убеждаюсь, что Киар контролирует ситуацию. Повернув голову в мою сторону, он отмечает, где я нахожусь, и снова одобрительно кивает. – Умница. Я чувствую себя маленькой девочкой, которую погладил по голове взрослый и сильный мужчина, тот, который отвечает за всё и которому можно доверить свою жизнь. Куда только делась в опасной ситуации моя привычка спорить и возражать? Тем временем, видимо убедившись, что места на площадке я ему не оставила, Киар делает разбег из двух коротких шагов к краю плато. Я знаю, что он дракон, но прошлый раз оборот потребовал значительного времени. И я невольно вскрикиваю, когда Киар, мощно оттолкнувшись, прыгает в пропасть. На этот раз трансформация происходит мгновенно. Тело варвара на миг зависает, а затем словно вспыхивает изнутри. Руны проступают и разгораются за доли секунды, и огненные дорожки, разбегаясь по коже, вспыхивают так ярко, что на них больно смотреть. Уже через мгновение в воздухе, на уровне плато, парит белый дракон. Почти незаметное движение кончиками крыльев, и Киар взмывает выше. А затем он делает рывок в сторону, как будто собираясь лететь подальше от плато. У меня даже появляется искушение воскликнуть: «А я?!» Однако уже в следующий момент я понимаю, что это отвлекающий манёвр. Дракон увидел врагов. Гарпии, или как их там, мне не привиделись. Тёмные фигуры появляются словно из ниоткуда, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности и беспокойства. Не дракон, не змея, не птица, а будто всё вместе. У них перепончатые крылья, почти такие же, как у Киара, но тонкие, жилистые. Тела покрыты зеленовато-чёрной чешуёй, переливающейся на солнце. Головы вытянутые, змеиные, с острыми зубами, в глазах горит голодный, дикий огонь. Лапы огромные когтистые, как у хищных птиц. Как я и описывала, твари мельче дракона, но всё равно очень большие. И их четверо. Они кружат по широкой дуге вокруг белоснежного дракона, издавая резкие, скрипучие звуки. Больше всего это похоже на хриплое карканье, смешанное со змеиным шипением. Дракон плавно смещается в сторону от плато, оставаясь в пределах видимости. Хотя я никогда не увлекалась боевыми искусствами, много ума не требуется, чтобы понять: Киар пытается увести гарпий подальше от меня, одновременно не выпуская меня из виду. Какофония, которую изрыгают пасти гарпий, усиливается. На первый взгляд, звуки, издаваемые ими, кажутся бессмысленными, а движения хаотичными. Однако уже в следующее мгновение всё меняется. Одна из гарпий – с более массивной головой и тёмной чешуёй – издаёт пронзительный крик, перекрывающий все остальные звуки. Не нужно быть частью их стаи, чтобы понять: это приказ. Сама она остаётся на месте, а вот остальные трое слаженно с разных сторон кидаются на Киара. Когти двоих нацелены на крылья дракона – самое уязвимое место любого летающего существа. Третья пытается вцепиться в его шею, зайдя сверху. Дракон совершает невероятный манёвр: на долю секунды складывает крылья, пропуская гарпий мимо, и тут же делает кульбит. Его хвост со свистом рассекает воздух, задевая одну из тварей. Удар настолько силён, что гарпия отлетает на десяток метров, кувыркаясь в воздухе. Третья пытается использовать момент переворота и вцепиться дракону в горло. Киар начеку. Воздух вокруг него начинает вибрировать, закручиваясь в смерч. Не успев затормозить, гарпия влетает в него на полном ходу. Тварь закручивает в воздушной воронке, сминает её крылья, словно они из бумаги, и швыряет о скалу. Удар настолько силён, что я слышу хруст даже на своём плато. С воплем ярости гарпия обрушивается вниз. «Минус один», – звучит в голове голос спецназовца из земного фильма. Уцелевшие гарпии отлетают на безопасное расстояние, как будто взвешивая свои шансы. Вожак что-то шипит, и я замечаю, что раненая гарпия, несмотря на видимые повреждения, снова поднимается в воздух. Она двигается медленнее, чем другие, но отступать явно не собирается. Я забываю, что должна сидеть неподвижно, и подаюсь вперёд, завороженная зрелищем воздушного боя. К счастью, гарпии слишком заняты драконом и не замечают моего движения. Зато я замечаю зелёный блеск, исходящий от вожака. Приглядевшись, различаю на шее чудовища какую-то непонятную штуковину, явно не относящуюся к частям его тела. Видит ли это Киар? Может ли это быть опасным для него? Снова командный вопль, и три гарпии, построившись клином, заходят с головы дракона, в то время как вожак оказывается со стороны хвоста. И в этот момент штуковина на шее твари вспыхивает особенно ярко. – Киар! – Забыв обо всех предостережениях, я вскакиваю на ноги и подбегаю к краю плато. Только бы докричаться. – Берегись!