Глава 25 · День ожидания

Эмилия де Лорелье

'Мама, он приходил ко мне… тот, второй. Тёмный.

Эмилия де Лорелье'

Письмо, хотя в моём случае это что-то более похожее на записку с интригой, я передаю на отправку сразу же после завтрака.

Ближе к вечеру, согласно моего плана, мама должна получить её и, надеюсь, сразу же примчаться в Академию.

Благо у неё имеется карманный портал в личном пользовании, что без труда позволит преодолеть огромное расстояние даже без помощи папы. И, конечно же, связи, без которых она вряд ли сможет посетить меня не в дни «родителей».

Текст записки я намеренно делаю донельзя непонятным, чтобы заставить её накручивать себя с момента получения до самой встречи.

День тянется бесконечно долго.

В коридорах Академии, в каждом, даже самом укромном уголке витает страх. Настолько мощный, что почти осязаемый.

И пусть адепты до сих пор не в курсе происходящего за стенами ГолдСтарс, потому что ни одного разговора за весь день я так и не услышала, но они всё чувствуют.

Стоит только взглянуть на магистров с каменными лицами, которые они пытаются держать перед студентами, и сразу же всё становится понятно.

Потому что даже те, кто всегда громогласные и язвительные, сегодня в большей степени молчат. Никто не шутит. Никто не смеётся. Все будто кожей ощущают — что-то приближается. И это «что-то» уже дышит нам в затылок. Уже всё началось, просто не здесь. Где-то рядом…

По привычке я то и дело ищу Аурелиана взглядом. Всё время. Как одержимая.

Каждый раз, когда кто-то открывает дверь аудитории, каждый раз, когда кто-то проходит по коридору или когда слышу тяжёлые шаги, так похожие на его… я поднимаю голову, надеясь увидеть золотые глаза. Но нет.

Де Талье нигде нет.

И причиной сего факта может служить только две причины: либо он улетел решать вопросы с рогатыми, либо… просто намеренно избегает меня.

Последняя мысль, как бы то ни было, ранит сильнее всего. Потому что, если он избегает — значит, действительно сомневается, стоит ли нам продолжать отношения. А это, в свою очередь, ясно даёт понять, что какой-никакой выбор он уже сделал.

Я не смею винить его, уж точно не после того, что произошло, но от этого, видят Великие, легче не становится. Наоборот, я всё больше и больше себя накручиваю.

Зато мадам с императорскими замашками сегодня постоянно попадается мне на глаза. Она как проклятье, от которого не избавиться. Или даже хуже.

Катарина стояла в конце коридора, когда я выходила из аудитории. Сидела за столом в приёмной с открытой дверью, когда я проходила мимо. Шла навстречу по галерее, нарочно замедляя шаг, чтобы наши взгляды встретились.

И каждый раз — тот же взгляд. Холодный. Ядовитый. Полный ненависти и презрения.

Она не подходила. Не говорила ни слова. Просто смотрела. Демонстративно. Долго. Как будто хотела прожечь во мне дыру или испепелить на месте, хотя в её случае, скорее утопить. Всё-таки де Блудье водник, а не огневик. Сжечь у неё не получится…

Конечно же, я не пряталась и не отступала, не позволяла ей чувствовать себя победительницей, выше меня. Я отвечала тёмным, как бездна рогатых, взглядом. Адепты, проходящие мимо, шарахались от меня, как от прокажённой, потому что помимо взгляда, меня сопровождали извивающиеся жгуты тьмы.

Что этой мадам от меня нужно, к чему эти гляделки, я так и не поняла. Подходить и спрашивать, не имеет никакого смысла. Я никогда не опущусь до подобного. Если она выведет меня из себя, а на данный момент это можно сделать буквально парой колких фраз, точно сорвусь.

Сорвусь — проиграю.

А я не собираюсь проигрывать. Никому.

После занятий мы с Ли договорились встретиться около библиотеки, чтобы реализовать следующую часть нашего плана, а именно выведать у месье Буксье информацию про истинность демонов.

Демон. Ещё несколько дней назад я не смела произносить это слово. Не только вслух, даже мысленно. Но теперь всё изменилось.

Три поцелуя и сердечко уже как бы и без надобности, потому что демонюги действительно существуют и они уже в нашем мире. Живые, настоящие, опасные.

Когда я поворачиваю за угол, вижу, что де Керье уже ждёт меня.

Она стоит, прислонившись к колонне, и нервно накручивает локон на палец. Вокруг неё кружится ветерок, играя с белоснежными прядями. Выглядит она одновременно забавно и мило, пока не встречается со мной взглядами…

— Ты опоздала на целых три минуты, Эмилия де Лорелье! — едва я подхожу, сразу же начинает отчитывать. — Я уже думала, что тебя король де… — вовремя останавливается, чтобы не распускать слухи. Оглядывается по сторонам, после чего прикладывает два пальца к голове, показывая рога, — ну, ты поняла, он утащил.

— Ещё не утащил, Ли! — бурчу в ответ. — Но… мог. — пытаюсь пошутить, но шутка выходит уж какой-то больно неудачной. Ни у кого из нас не выходит даже намёка на улыбку.

— Не смешно, — подтверждает де Керье. — Я весь день кому только не молилась из-за тебя, все лекции прослушала! Клянусь ветрами, это был худший день в моей жизни!

Подруга скрещивает руки на груди и демонстративно отворачивается. Всем своим видом демонстрируя недовольство моей персоной.

— Ждать ещё десять минут, — отчеканивает и нос задирает кверху.

Встаю рядом, опираюсь спиной к стене и терпеливо жду. Хоть и терпение не мой конёк, но что ни сделаешь ради дела.

По плану мы должны зайти ровно до того момента, когда библиотека официально закроется.

Когда последний адепт выходит, а тяжёлые двери начинают медленно закрываться, мы с Лиарой проскальзываем внутрь.

Эмилия де Лорелье

В помещении тихо.

Месье Буксье сидит за своим столом, как всегда, уткнувшись в книгу, из-за чего очки съехали на самый кончик носа.

Мы подходим молча.

Я останавливаюсь прямо перед ним, де Керье остаётся чуть позади. В качестве моральной и, если понадобится, хотя вряд ли, но всё-таки физической поддержки.

— Добрый вечер, месье Буксье! — голос в тишине звучит громче, чем я ожидала, но так даже лучше. — Нам нужно поговорить об истинных у демонов. — говорю без пауз и запинок, как это было ранее.

Старик вздрагивает, медленно поднимает голову. Смотрит на меня поверх очков сначала удивлённо, потом настороженно.

Переводит взгляд на Лиару, которая нервно накручивает локон на маленький вихрь воздуха. Выглядит она при этом скорее мило, чем угрожающе, но месье Буксье всё равно напрягается. Потому что видит, что на этот раз я пришла не одна.

— Адептка де Лорелье… — начинает он, в очередной раз пытаясь ускользнуть. — Рабочий день окончен, я…

— Нет! — перебиваю резко, почти кричу. Голос срывается. — Не окончен! Пока вы не ответите! Пожалуйста… — последнее слово выходит тише, почти умоляюще. — Мне нужно знать. Поймите, это действительно важно!

Он тяжело вздыхает. Закрывает книгу. Снимает очки дрожащими пальцами. Кладёт их на стол. Все действия выполняет медленно, в своей старческой манере.

— Я уже говорил вам… что не знаю. — затем наклоняется и добавляет. — Как вы не понимаете, эту информацию разглашать запрещено!

— Но это важно, месье Буксье! Очень важно! Вы не представляете, что происходит! — тоже подаюсь вперёд, упираясь ладонями в стол. — Я… я видела руны у демона! Я уже видела демона, понимаете? — выпаливаю правду, абсолютно не заботясь о последствиях. — Это что-то значит?

Де Керье делает шаг ближе. Её вихрь усиливается, и теперь он уже не просто играет с локоном, он поднимает мелкие клочки бумаги со стола и кружит их в воздухе.

— Ли, тише! — не думала, что придётся успокаивать подругу. Похоже, не только у меня нервы уже на пределе.

— Ой! Простите, месье Буксье. Я не хотела, — она отпускает магию и делает несколько шагов назад, стыдливо пряча глаза.

Старик пристально смотрит на нас обеих. Долго, будто пытается прочитать правду. Потом протяжно вздыхает как человек, который устал бороться с неизбежным.

— Хорошо… — говорит он наконец. — Но то, что я скажу… останется между нами. Я столько лет работаю в Академии драконов и не хочу потерять своё место, только потому, что нарушил правило из-за вас, адептки!

— Конечно, — заверяю, поднимая руки вверх.

Он переводит взгляд на Ли.

— Конечно-конечно, — повторяет, кивая несколько раз. — Ещё раз простите!

Мужчина откидывается на спинку стула. Смотрит куда-то в потолок, будто собираясь с силами или с мыслями.

— Истинность с демонами… существует, — произносит тихо, почти шёпотом. — Встречается довольно редко, не так, как у тех же драконов. Но всё-таки существует.

— И… как её узнать? — задаю самый главный и волнующий вопрос.

Он смотрит мне прямо в глаза — долго, тяжело.

— Только истинная может увидеть руны на груди демона. Вы как раз об этом упомянули ранее. — говорит то, что полностью подтверждает слова Астарота. — У каждого свой рисунок, свой цвет магического плетения. Для любого другого человека кожа будет казаться чистой. Ни единой линии. Ничего, кроме шрамов, полученных в бою.

Лиара ахает. А я стою, как громом поражённая.

— Значит… если я видела их, то… — голос ломается. Я, конечно, готовила себя к такому исходу, но, как оказалось, к этому невозможно подготовиться.

— Вы его истинная, — заканчивает за меня.

Между нами возникает пауза. Все молчат, каждый думает о своём. Не знаю, что сейчас в голове у Ли и месье Буксье, но у меня полный хаос.

Де Керье приходит в себя первой.

— Может ли демон и дракон быть с одной истинной одновременно?

— Поясните.

— Я имею в виду, может ли у девушки быть два истинных, один из которых демон, а другой — дракон? Или это невозможно⁈

Мы с Ли уже поняли, что возможно. Потому что всё сходится. Ошибки быть не может.

Месье Буксье опять молчит.

— Насколько мне известно, был лишь один случай, — говорит он наконец. — Но тогда это закончилось трагедией.

Он наклоняется ближе. Голос становится поучительным. Старик несколько раз прокашливается, будто готовится пересказать целую книгу.

— Давным-давно, когда великие существа ещё жили среди нас, высший демон и дракон полюбили одну и ту же женщину. Она была их истинной. Они не смогли поделить её. И тогда началась война…

— Но! — пытаюсь возразить, потому что причиной конфликта было не это, но мужчина останавливает меня взмахом руки.

— То, что мы сейчас знаем о прошлом, лишь часть правды… — недовольно. — Не только драконы населяли наш мир, но и демоны. Все жили в мире и согласии, пока крылатый и рогатый не столкнулись с одной истинной. После столетий войны, так и не сумев договориться между собой, оба народа покинули наш мир. Спустя несколько тысячелетий драконы вернулись, а демоны…

Чувствую, как липкий морозец пробегает по спине.

— Тоже вернулись, — добавляю.

Старик смотрит на меня.

— Да, — говорит он. — Вернулись.

Тьма моя родная!

Я сглатываю. Мысленно окатываю себя ледяной водой, чтобы прийти в чувства.

— Спасибо, месье Буксье… — выдавливаю. — Вы нам очень помогли. Мы… это, мы пойдём.

Разворачиваюсь и сразу же иду к выходу. Де Керье поспевает следом.

Но на пороге я останавливаюсь. Так резко, что Ли едва не врезается в меня. Оборачиваюсь.

— Месье Буксье… — голос срывается. — Что мне делать⁈

Думаю, он понимает. Прекрасно понимает, к чему все эти вопросы. Сначала про истинность с драконами, через несколько дней с демонами. Даже в его почтенном возрасте несложно сделать выводы и обо всём догадаться.

— Бежать… Бежать как можно дальше. Потому что, если два высших существа снова не смогут поделить истинную… наш мир этого не переживёт.

Мы выходим. Двери библиотеки закрываются за нами, блокируясь на ключ.

Ноги подкашиваются, практически не держат, из-за чего мне приходится рукой опереться на стену. Сердце бьётся где-то в горле, воздух с трудом попадает в лёгкие… Потому что я знаю: бежать уже поздно.

Мы с Ли возвращаемся в комнату, открываем дверь. И я замираю…