Глава 31 · Убей короля!

Эмилия де Лорелье

Рёв драконов всё ещё висит в воздухе. Низкий, многоголосый, пронизывающий до самого мозга костей, когда пространство в центре главного зала вспыхивает ослепительным золотым светом. Свет не просто яркий… он жжёт глаза, режет, заставляя инстинктивно зажмуриться. Но я не жмурюсь. Я смотрю.

Свет сворачивается, сжимается, принимает форму… сначала огромного золотого дракона, чьи крылья закрывают полнеба, чешуя сияет, как расплавленное солнце, а глаза пылают чистым, безжалостным огнём. Затем сияние гаснет, и появляется мужчина.

Император драконов.

Высокий. Даже слишком. В мантии, сотканной из жидкого золота, переливающейся при каждом движении, будто живая. На голове возвышается корона: тонкая, изящная, но только на первый взгляд. Потому что от неё веет такой древней, подавляющей мощью, что хочется опуститься на колени и не вставать никогда.

Однако я этого не сделаю. Уж точно не перед ним! Не после того, что мне рассказал Астарот.

Молодое, идеальное, даже в чём-то красивое лицо без единой морщины и тени усталости. Но вот его глаза… глаза выдают всё. И тысячелетний возраст, и настоящую сущность, скрытую внутри.

В них холод, от которого кровь стынет в венах. Абсолютная, непоколебимая уверенность в собственной правоте и презрение ко всему, что не укладывается в его картину мира.

Я никогда не видела Императора драконов так близко, несмотря на то, что Николас де Лорелье служит ему и является «правой рукой» уже не одну сотню лет.

Папа всегда говорил о нём с уважением и даже с лёгкой настороженностью.

«Император не любит ошибаться, Мими. И ненавидит, когда ему напоминают об ошибках. Будь осторожна, если когда-нибудь окажешься перед ним».

Теперь я понимаю смысл тех слов. Ясно понимаю.

Он идёт сквозь парализованную моей тьмой толпу. Шаги бесшумные, но каждый из них отдаётся в моей груди мощным ударом. Воздух вокруг него искрится золотыми искрами, как будто сама магия, да что уж там, сам свет поклоняется ему.

Дракон останавливается в десяти шагах от нас троих. Медленно окидывает взглядом. На нас с Астаротом смотрит брезгливо, как на какую-то грязь со дна бездны, а на Аурелиана будто с лёгким сочувствием, хотя вряд ли он способен на подобные чувства.

Наши взгляды встречаются. Прямо. Глаза в глаза. И я буквально ощущаю, как внутри всё холодеет.

В его взгляде нет ни капли тепла. Ни жалости. Ни сомнения. Только холодный расчёт и лёгкое удивление, будто он увидел насекомое, которое неожиданно оказалось ядовитым. Но даже это удивление поверхностное. Оно не меняет его решения. Не меняет ровным счётом ничего.

Император щёлкает пальцами.

Золотая, чистая, ослепительная магия вырывается из его руки и касается Аурелиана. Связь, на которой я держала его, разрывается. Дракон падает на колени, но сразу же поднимается. Гордо, величественно… подстать своему дяде Императору.

Ещё один щелчок и мои чёрные нити, что держат десятки драконов и демонов, начинают рваться. Один за другим…

Тьма злится, сопротивляется. Я чувствую, как она буквально выжигает меня изнутри, пытаясь удержать контроль для существами. Но силы Императора слишком велики.

Каждый раз, когда дракон освобождается, моя магия возвращается ко мне… настолько болезненно, что хочется кричать. Но я терплю, стискивая зубы. Я держу. Держу из последних сил. Но их слишком много, слишком сильная отдача. Я не справляюсь…

Император смотрит на меня: бровь взлетает наверх, во взгляде мелькает удивление вперемешку с восхищением.

— Сильная, — произносит тихо, так, чтобы слышали только мы трое. Голос звучит спокойно, но от этого ещё страшнее. — Не зря твой отец постоянно хвалил тебя.

— Где он? — спрашиваю. Мой голос в противовес его разносится по всему залу, эхом отскакивая от стен. — Где мой отец?

Император чуть наклоняет голову и тонко, холодно улыбается.

— Там, где должен.

Эти три слова падают, как камни в бездну.

Я чувствую, как тьма внутри вздрагивает. Как сердце сжимается от страха за папу. Его действительно устранили.

Астарот был прав, во всём прав!

Это не Император… это ужасный дракон! Демон в драконьей шкуре.

Хотя, как оказалось, демоны не такие уж и ужасные, как их описывали. К тому же слухи о них распустили драконы и прислуживающие им маги и люди. Из поколения в поколение образ крылатых обрастал всё более и более положительными качествами, сделав этих существ Великими. В то время как демонов сделали злодеями, воплощением самой тьмы.

Однако, не все драконы плохие. Николас де Лорелье, брат Кай, Аурелиан де Талье. Они другие. По крайней мере за свою семью я могу сказать точно, а насчёт ректора… мне искренне хочется верить, что он не пойдёт по стопам своего дяди и его ещё можно переубедить.

Почему Астарот сразу мне всё не рассказал? Зачем играл в эту игру.

Ведь он был во снах, да и так прорывался ко мне в голову. Но вместо того, чтобы открыть правду и не допустить всего этого, вёл себя как наглый демонюга!

Ар!

Император делает шаг вперёд.

— Аурелиан, — обращается ласково, как к родному сыну. Но, насколько мне известно, у него нет собственных детей. Поэтому он так привязан к де Талье? — Подойди.

Ректор делает шаг. Потом ещё один. А чувствую, как внутри всё рушится. Вместо того чтобы броситься ко мне, помочь, он идёт к нему.

— Аурелиан… — зову своего дракона, но он не оборачивается, даже не вздрагивает.

Уголок губ Императора дёргается в намёке на самодовольную улыбку.

— Если ты хочешь быть со своей… — следующее слово он брезгливо выплёвывает. — истинной… убей короля демонов. Убей угрозу, что нависла над нашим миром. Над нашим миром, племянник.

Аурелиан делает ещё шаг. Его взгляд пустой. Как будто кто-то стёр из него меня. Он верит своему дяде! Верит! Тьма, помоги мне!

— Аурелиан! — мой голос срывается на крик. — Послушай меня! Если ты убьёшь его — ты убьёшь меня! Ты убьёшь всех нас!

Но он не слышит. Или не хочет слышать.

Бездна!

Он делает шаг к Астароту…

Эмилия де Лорелье

Аурелиан нападает.

Демон сам освобождается от моей магии. Видимо, он сразу мог это сделать, но не стал, позволяя мне руководить ситуацией и прочувствовать, на что способна магия тьмы. А она, как оказалось, способна на многое. Я даже представить себе не могла, что смогу одновременно удержить стольких существ.

Король превращается. Тело увеличивается в размерах, крылья расправляются. Руны вспыхивают ярче, правда, именно это вижу только я.

Пытаюсь дотянуться до Аурелиана тьмой — тонкой нитью, ласково, как раньше. Но золотая магия Императора резко отрезает её, как будто ножом.

Из носа капает кровь, тело дрожит. Силы кончаются и я… отпускаю всех.

Драконы и демоны освобождаются.

И начинается бой.

Рёв десятков драконов сливается в один — низкий, многоголосый, сотрясающий стены дворца до основания.

Воздух взрывается разноцветными магическими вихрями. Ослепительными, жгучими, пожирающими всё на своём пути. Колонны плавятся, зеркальный пол трескается, отражая тысячи вспышек.

Демоны сражаются на равных. Их тьма вырывается из их рук, пастей, глаз, буквально отовсюду, пожирая свет, будто бы даже глотая драконье пламя.

Земля под ногами вздрагивает. Не просто дрожит, а болезненно бьётся, как живое сердце, готовое разорваться.

Мне даже начинает казаться, что дворец Астарота действительно живой… у него есть душа, которая сейчас страдает от происходящего.

Потолок стонет. Трещины бегут по обсидиану, как молнии по грозовому небу. Каменная пыль сыплется сверху, забивает горло, глаза, лёгкие. Я кашляю, но не слышу собственного кашля… всё тонет в грохоте.

Огромные, сияющие драконы пикируют сверху. Их крылья бьют по воздуху с такой силой, что ветер сбивает с ног… из пастей вырывается пламя, оно заливает зал, превращает мрамор в кипящую жижу. Демоны взмывают в ответ — крылья хлопают, когти рвут воздух, тёмная магия вспыхивает когда надо щитами, когда копьями.

Я стою посреди этого… ада.

На коленях. Потому стоять уже физически не могу. Я опустошена, но так и не смогла остановить всё это.

Сейчас могу только наблюдать, как мои истинные сражаются между собой. И как другие слепо бьются, не зная за что, просто выполняя приказы своих повелителей.

Аурелиан безжалостен. Он нападает на Асторота, не давая ему ни секунды на передышку. Де Талье будто с ума сошёл, ярость пеленой пала перед глазами. Такое ощущение, что он абсолютно не осознаёт, что делает, будто его разум затуманен.

Демон же, наоборот, не нападает, он только защищается. Выматывает дракона, но не атакует, из-за чего получает более сильные увечья.

Почему он не отбивается⁈ Почему?

Он не хочет убивать моего дракона.

Даже если это будет стоить ему жизни.

Я вижу, как золотое пламя Аурелиана касается крыла демона. Чешуя чернеет, дымится. Астарот рычит то ли от боли, то ли от ярости на самого себя за бездействие. Он отлетает назад и врезается в колонну, падает на одно колено, но тут же поднимается.

Аурелиан не останавливается. Он пикирует снова…

— Аурелиан! Стой! Пожалуйста! — кричу, что есть сил.

Но он не слышит или… не хочет слышать.

Я пытаюсь встать, но ноги подкашиваются. Тьма внутри меня пытается подняться, но сил нет. Я падаю снова. Руки дрожат. Слёзы так и хотят обжечь глаза, но я пытаюсь держаться.

Что же делать? Что делать⁈

Безумная мысль посещает мою голову. Если Астарот смог связаться со мной через тьму, может, и я смогу достучаться до папы? Ведь не зря Император устранил его, значит, Николас де Лорелье сможет переломить ход событий.

«Папа, пожалуйста, услышь меня!»

Я закрываю глаза, представляя его сначала в образе зверя — антрацитового дракона. Его мощные крылья, бархатные чешуйки, чёрное пламя с алыми вкраплениями. Затем вижу его человеком. Вспоминаю его руки, которые качали меня в детстве. Его запах дыма и кожи. Его силу и любовь. То, как он ласково всегда произносил «Мими».

Когда мне кажется, что я чувствую его, повторяю.

«Папа, пожалуйста, услышь меня!»

Ответа нет, но я не перестаю пытаться.

«Папа, они хотят убить моих истинных и… меня. Император драконов уже начал войну. Он врал вам, всем нам! Пожалуйста, приди…»

Тьма тянется через пространство, через саму бездну. Я буквально наяву это ощущаю, как магия мчится в поисках папы.

И вдруг слышится отклик. Тонкий, слабый, но всё-таки. Тьма, у меня получилось!

«Мими, я слышу тебя. Продержись ещё немного, я скоро буду и всё исправлю. Я защищу тебя.»

«Папа, портал в Академии! Срочно отправляйся туда!»

«Понял. Жди…»

Я открываю глаза и не могу сдержать слёз. Несколько слезинок всё-таки стекают по моим щекам. Сердце начинает биться быстрее от той надежды, что зажглась внутри.

Как раз в этот момент в центре зала возникает новая вспышка, портал активизируется. Неужели так быстро?..

— Па… — я не договариваю, потому что это не он.

Из портала выходит Катарина де Блудье, после чего он сразу же закрывается.

Но как же папа?

Мадам-секретарь победно улыбается и, гордо задрав подбородок, идёт прямо к Императору…