Глава 40

Было уже за полночь, но Тина и Милли еще не ложились. Да, им объяснили, что результат испытания в лучшем случае будет с утра, но все равно беспокойство мешало спать.

— Мне Поль обещал сообщить сразу, как можно будет идти в лазарет. Даже если ночью, — разорвала гнетущую тишину Тина.

— Поль? — переспросила Милли, поднимая глаза от учебника. — Это кто?

— Ну, — дочь барона смутилась, — профессор Зерменталь.

— Ого! Уже Поль! Видимо, я в своем состоянии много что пропустила…

Тина, которой страсть как захотелось посекретничать, тут же перебралась на кровать к подруге и зашептала, как будто кто-то в комнате их мог подслушать:

— Я точно знаю! Дракон он! Железно. Абсолютно все сходится! И Поль такой умный, ты не представляешь! Что ни спроси — на все знает ответ! А как интересно рассказывает!

— Тина, я вообще-то хожу к нему на лекции!

— Да что там лекции! — отмахнулась подруга. — Он же тоже в оргкомитете маскарада от преподавателей. Так вот он и по истории столько всего интересного рассказывал! А еще у него потрясающее чувство юмора!

— У Зерменталя? — переспросила Милли, не веря своим ушам.

— Да, — закивала Тина. — А еще… он меня взял к себе на работу! — и блондинка пару раз от восторга по этому поводу даже хлопнула в ладоши. — Ему требовалась лаборантка, и он просил Помело кого-нибудь ему подыскать. Ну а я тут как тут, глазки в пол, говорю: «Батенька разорился, а мне так нравится ваш предмет! Разрешите совместить приятное с полезным?»

Милли захохотала.

— Вот прямо так и спросила⁈

— Конечно, нет, намного культурнее! Но не об этом же речь! Зерменталь согласился! Правда, если я не буду отставать по учебе. В общем, он меня оповестит, как только парней привезут в лазарет.

— Как?

— Как-как! Поль меня научил принимать ментальные сообщения. Иначе, вдруг я понадоблюсь по работе, где меня искать? Ого! Бежим! — и Тина, соскочив с кровати, дернула Милли за руку. — Представляешь, они справились за неполные семнадцать часов! Это прямо блестящий результат! А нытья-то было, нытья! Все мужчины одинаковы! Только и мечтают, чтобы их жалели!

Милли молча застегивала пуговицы. В последние дни она поняла, что вообще ничего не понимает в парнях и уже перестала пытаться. Но почему-то ей казалось, что, начни она жалеть Итана, это бы ему не понравилось. Жалеют же проигравших. А Итан не привык быть даже вторым.

Возле лазарета девушки как-то сами собой разделились. Тина пошла в палату к Брину, а Милли — к Итану. Парень, завидев ее, широко заулыбался, да и вообще он не выглядел сильно потрепанным или больным.

— Ой, вот только не надо смотреть на меня профессионально-диагностирующим взглядом! — засмеялся Шикейри. — Все со мной нормально! Просто положено сутки после «Лабиринта» проводить в лазарете. Напоят микстурами, вернут к базовым цифрам резерв и состояние организма и отправят дальше грызть гранит науки.

— Отлично, — кивнула Милли, топчась на пороге и не зная, как себя вести дальше.

— Посидишь минутку? — и Итан похлопал по своей кровати.

Милли стушевалась, но все же прошла и села аккуратно на краешек постели.

— Пригодился мой амулет?

Итан на секунду задумался, как будто выбирая, сказать правду или нет, но потом все же сознался:

— В «Лабиринт» ничего нельзя брать. Он лежит у меня в комоде, надежно защищенный ключом и заклинанием.

— Ох, — расстроенно выдохнула Милли. — Я не знала. Что же ты сразу не сказал?

— Мне было очень приятно его получить. Так что не проси назад — не отдам. Тем более я его слегка все же использовал…

Брови Милли удивленно поползли вверх. Амулеты — это одноразовое заклинание, им нельзя воспользоваться «слегка», это даже школьники знают!

— Ты же сказала «на удачу», — хитро улыбнулся Итан. — Вот я и взял с собой только удачу.

— Но это же невозможно! — все еще не могла понять девушка.

— Почему? Очень даже возможно. Удача незрима, и ее легко пронести куда угодно. И об этом никто не узнает. Такая «контрабанда» на самом деле бывает даже ценнее материальной.

— Ты просто шутишь! — рассмеялась Милли.

Вот как можно оставаться серьезной, глядя в самодовольное улыбающееся лицо парня?

Итан вопросительно выгнул бровь в безмолвном «Ой ли?». А потом медленно, не отрывая искрящегося взгляда от Миллиных глаз, повел рукой вдоль кромки кровати, как будто давая девушке время и возможность убрать лежащую на ней кисть.

Милли замерла, кажется, даже порозовела, хотя намерения парня были, в общем-то, невинными. Но когда его пальцы все же дотронулись до кожи и заскользили по ней, словно сотни искр рассыпались вмиг от места прикосновения по всему телу. Кровь уже точно прилила к лицу, сердце заметалось как птица, пойманная в клетку, и какая-то непонятная волна тепла отозвалась в груди. Милли хотела спрятать глаза, но взгляд Итана, уже без тени улыбки, как будто гипнотизировал и не давал это сделать.

— Милли, — тихо проговорил парень, нервозно облизывая губы.

Бог мой, да он чувствует то же самое! Девушка наконец очнулась, выдернула ладонь и хотела уже выбежать из комнаты, но не смогла. Разрыв контакта оказался настолько ощутимым, как будто резко перекрыли воздух или выдернули землю из-под ног. Все ее чувства бастовали и требовали срочно вернуть кисть на место. Что это вообще⁈

— Завтра в Форсберге, в кондитерской «Ма шери», вечеринка в честь окончания года. Костюмированная, в сельском стиле. Я был бы очень рад, если бы ты составила мне компанию. Обещаю — чисто по-дружески. Руки буду держать при себе, — и Итан чуть грустно улыбнулся, показав пустые ладони и обхватив потом себя ими за плечи.

— Как же мы туда попадем? — вместо ответа удивилась девушка.

— О, это очень просто, когда ты учишься на третьем курсе и в твоей группе есть портальщик. Сойер нам откроет проход, тем более у него были какие-то дела в столице.

— Молодые люди! Речь шла про пять минут, а прошло уже минимум пятнадцать! — ворчливо пробубнил де Жувье, заглядывая в палату.

Милли торопливо встала.

— Завтра зайду в шесть вечера! И не забудь про костюм в сельском стиле! — быстро проговорил Итан и подмигнул.

Милли кивнула и улыбнулась. Ну невозможно удержаться, когда он такой милый!

К Брину ее уже не пустили, но Тина заверила, что и с ним все в порядке, даже более чем.

— Что значит «более чем»? — напряглась будущая целительница.

— То, что его зачисляют на «боевой» и переводят экстерном на следующий курс.

— Это же значит…

— Именно! Его резерв достиг второго уровня!