Глава 29

И пока я предавалась отчаянию, слишком быстро захватившему душу, сама не заметила, как искорки – все что осталось от великолепной драконицы, окружили меня плотным коконом, а потом и вовсе впитались под кожу. Это ощущалось, как будто меня щекотали нежными перышками и обнимали тысячи ласковых рук одновременно. Целый миг, растянувшийся в вечность, я купалась в абсолютной любви и нежности, а потом все прошло, схлынуло, словно и не было, оставив после себя лишь яркое тепло, поселившееся где-то возле сердца.

Я даже не успела как следует осмыслить произошедшее или хотя бы прийти в себя, когда сильные руки потащили меня куда-то. Рывок – и я уже лежу на каменном полу пещеры, а Драйгон почему-то настойчиво укрывает меня своим сюртуком. Ах, да, я же вроде как потеряла платье. И еще кое-что, гораздо более ценное…

– Я не смогла, Рик, – вцепилась я в белоснежную рубашку ректора и зарыдала безутешно. – Она взяла и ушла, просто растворилась. Наверное, устала от того, что я так упорно отказывалась от нее. Знаешь, драконица такая красивая была…

– Знаю, я видел, – голос ректора звучал нежно, а еще нежнее гладили меня по волосам его руки. – Почему ты думаешь, что твоей драконицы больше нет?

– Потому что она исчезла прямо на моих глазах, – едва слышно ответила я. – И теперь так тяжело в груди от этого. Жжет.

– Это потому, что она наконец-то стала частью тебя, моя крылатая, – как маленькой объяснял мне Аэрик. Перетащил к себе на колени и принялся покачивать. – Теперь все так, как и должно быть, а ты стала той, кем являешься по праву рождения. Ты и драконица сделались единым целым.

– Это значит, я теперь не я? – я подняла взгляд на Рика, и на его лице расцвела понимающая улыбка.

– Наоборот, сейчас ты гораздо больше ты, чем каких-то несколько часов назад. Потому что больше не будет разлада между тобой и твоей второй ипостасью, она не будет тянуть одеяло на себя и стараться выпятиться.

– Не понимаю, во мне теперь живет кто-то другой? – жалобно пропищала я.

Принять красавицу-драконицу оказалось легко, а вот смириться с тем, что внутри я больше не одна, никак не получалось. Мозг отказывался понимать, как так может быть. Не смотря на все мои переживания и состояние, близкое к панике, Драйгон мягко рассмеялся.

– Вот скажи, внутри тебя есть магия?

– Да, – осторожно ответила я, пока еще не понимая, к чему ведет дракон, а он тем временем продолжил:

– Она живет внутри тебя?

– Нет. Она – то, чем я обладаю, что-то сродни таланту рисовать. Он ведь тоже не каждому дается.

– Точно так же и с драконьей сущностью, считай это еще одним талантом, которым тебе повезло обладать.

– А как же голос, который все время разговаривал внутри меня?

– Голос? – переспросил ректор.

– Ну да, он постоянно что-то язвительно комментировал и высказывал не самые умные замечания.

– Думаю, это все-таки были твои собственные мысли, драконьи сущности внутри нас не разговаривают. Другое дело, иногда на нас действуют инстинкты второй ипостаси, и вот они уже могут оказывать влияние на твое подсознание.

– То есть внутри меня не живет никакой паразит, точно?

– Точно, – широко улыбнулся Драйгон.

– Точно-точно? – прищурилась я.

– Абсолютно. Тебе не о чем волноваться, разве что кроме того, что мне теперь придется отгонять от тебя толпы поклонников до тех пор, пока не смогу официально объявить тебя своей парой. Потому как мужчин на интуитивном уровне притягивает к драконицам из-за их внутренней силы и внешней хрупкости.

– Так получается, все в академии узнают, что я стала драконом?

– Нет! – непривычно резко отрезал Аэрик. – Сфера бесконечной воды, что я подарил тебе, помимо практически неисчерпаемого резерва скрывает твою древнюю кровь. Поэтому обещай мне никогда не снимать артефакт и никому его не показывать.

– Хорошо, – я поерзала на ректорских коленях и вздохнула. Собственные ошибки все еще не давали покоя, как и жгущее изнутри чувство вины. – Ты с самого начала только и делал, что заботился обо мне, да? А я так стремилась отстоять собственную независимость, что ничего этого не замечала и только добавляла проблем…

– Истинных не выбирают, – с ироничной улыбкой прервал Рик. – К тому же, мы неплохо продвинулись, если учесть отсутствие в тебе тяги к своей паре и слишком юный возраст.

– Ты весь сияешь… – я завороженно смотрела на окруженного переливчатым светом дракона и не удержалась от того, чтобы протянуть руку и дотронуться до чуть колючей щеки.

– Так драконы определяют своих истинных, – тихо сказал Рик. – Красиво, да?

– Это самое красивое, что я когда-либо видела, – призналась тоже негромко, все еще будучи не в силах отвести глаз от удивительного зрелища.

Все остальное потеряло смысл и стало совершенно неважным, поблекло по сравнению с тем, что действительно имело значение. Я любовалась и любовалась красивым мужским профилем, твердой линией подбородка, густыми ресницами, позабыв обо всем на свете, пока сияние не стало меркнуть, возвращая меня к реальности. Невольно вспомнился взгляд дракона, которым он сверлил меня в самую первую нашу встречу в кафе, и тут все встало на свои места. Если он ощущал тогда все то же, что и я сейчас, тогда я его прекрасно понимаю и осуждать не берусь. Да и вообще, в свете последних событий, если кто из нас двоих и заслуживает порицания, так это, как ни прискорбно, я сама.

– Как ты выдерживал это притяжение столько времени?

– Как видишь, не всегда с честью, – подмигнул мне дракон и лишь сильнее прижал к себе.

– Хочется тереться об тебя и оказаться подальше ото всех, желательно на самом краю света, – выдала я очередное шокирующее откровение. – Что со мной?

– На тебя действует наша связь. Сейчас побудем вместе, и полегчает. Должно полегчать, – не очень-то уверенно закончил дракон.

– С этим чувством же совсем невозможно жить!

– И в то же время истинная пара – самое прекрасное, что может случиться с драконом. Каждый из нас мечтает ее обрести и готов весь мир перевернуть, когда находит…

– Мне плохо, Рик, – захныкала я, тело начало колотить мелкой дрожью. – Кажется, я вся горю, а мысли путаются. Ничего не понимаю.

Драйгон протяжно и с шипением выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, а потом решительно впился в мой рот. Целовал меня, стискивал в объятиях, гладил все тело. Скользил губами уже не только по лицу, но и по шее, ключицам, плечам… Словно забирая дрожь из моего тела и вдыхая в него жизнь. И что удивительно – чем дольше длилось это безумие, тем легче мне становилось. Как будто я перегрелась на солнце, а потом кто-то губкой, смоченной в прохладной воде, снимал жар и утолял жажду. Я хныкала, из горла вырывались совсем неподобающие звуки, отражавшиеся от стен пещеры и усиливавшиеся в разы, но остановить себя не получалось.

Закончилось все резко. Рик в один момент оторвался от меня и тесно прижался взмокшим лбом к моему.

– Подожди немного, – тяжело дыша, прохрипел он. – Мне нужно прийти в себя.

Мгновение, и я осталась совершенно одна, а мой дракон исчез в проходе, ведущем на выход из пещеры. Стало зябко, и я обняла себя за плечи, зато с облегчением отметила, что странное, одержимое состояние ушло, словно ничего и не было.

– Безумие какое-то! – пробормотала я вслух, однако Колыбель драконов осталась к моим умозаключениям безучастна.

Драйгона все не было, и я не нашла ничего лучше, как начать изучать обновленную себя. Должно ведь было что-то новое проявиться в моей внешности после столь значимых внутренних перемен. Но руки, как и тонкие длинные пальцы казались все теми же, ноги – тоже, лицо наощупь без перемен, растрепавшиеся волосы прежнего цвета… За внимательным разглядыванием декольте меня и застал вернувшийся абсолютно мокрым дракон.

– Я ненадолго, – сообщил он хрипло и снова ушел.

Я запахнула на себе ректорский сюртук как можно туже, подобрала ноги и постаралась занять приличную позу. Однако в том виде, в котором я пребывала, сделать это было проблематично.

– Может, вернешь мне все-таки платье? – обратилась я к розовому озеру, впрочем, ни на что особо не рассчитывая.

То лишь колыхнулось возмущенно, что я расшифровала как однозначное «нет». И оказалась права.

– Не вернет, – раздался совсем рядом голос Аэрика. На этот раз он выглядел безупречно, как и подобает ректору лучшей в империи академии и могущественному дракону в одном лице. – Магия ратует за немедленное единение пары, невзирая ни на какие внешние обстоятельства. Так что нам следует поблагодарить ее, что хоть какая-то одежда на тебе еще осталась.

– Ты как? – в присутствии такого Драйгона на меня вдруг напала робость. А если вспомнить, что я творила совсем недавно, и что за звуки вырывались из моего рта, впору переноситься в какой-нибудь монастырь и благочестием стирать с себя позор.

– Обо мне не беспокойся. Окунулся пару раз в озерцо с ледяной водой и порядок, – Рик опустился рядом со мной и притянул к себе. Внимательный взгляд скользил вниз от лица, не упуская ни единого миллиметра. – Как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – едва слышно выдавила я, чувствуя, как залило краской щеки и даже шею.

– Ох, Тесса, – ректор приподнял мое лицо и, серьезно глядя в глаза, отчеканил: – То, что между нами произошло, совершенно нормально для драконов. Тебе ни в коем случае не стоит этого стыдиться. Наоборот, это только моя вина, что я не могу прямо сейчас дать тебе, как своей паре, все, что полагается в таких случаях, и тем самым заставляю тебя страдать.

– Но ведь с тобой не случилось ничего подобного.

– Это потому, что я гораздо старше и научился управлять своими инстинктами, да и то не всегда. Ты же, как дракон, еще совсем малышка, не удивительно, что твой организм выдал такую реакцию, как только ты попала в руки своей пары. Со временем станет легче, а пока будем проводить вместе как можно больше времени.

– Это будет не просто, учитывая мою учебу, – вздохнула я.

– Придется наказать тебя отработками, – подмигнул ректор. – Ну что, готова к возвращению?

– Да, – я пожала плечами, рассудив, что сидеть точно также могу и на спине своего дракона. Ну а Колыбель накачала нас такой энергией, что есть и пить не захочется до самого утра.