Глава 33

– Где ты успела так истощить резерв?

– Не знаю. Если честно, я подумала, это твои артефакты сработали на защиту, не зря же ты меня ими обвешиваешь, как бальный зал канделябрами, – я рассказала про Макса и про свое от него необычное освобождение. – Но тогда вряд ли бы я чувствовала себя настолько плохо.

– В моих артефактах нет молний, – задумчиво протянул Рик. – Мать-прародительница! – сквозь зубы прошипел он.

Я удивилась, что дракон вдруг призвал на помощь родоначальницу всех магов, а потом пришло озарение:

– Думаешь, это ее защита сработала? Та, которую она поставила, чтобы избавить меня от тебя?

– Больше нечему. Только старая ведьма способна тянуть так силы.

– И что теперь делать?

– Вообще, я полагал, что Колыбель драконов убрала с тебя посторонние воздействия или на крайний случай их выжгла древняя кровь, но я просчитался. От этой пиявки избавиться не так-то просто. Нам понадобится помощь.

– Чья?

– Моего кузена. Он – самый сильный специалист по проклятиям среди драконов.

– Разве на мне проклятье? – нахмурилась я, не чувствовавшая ничего подобного. Хотя с проклятиями я дел раньше не имела, все же думала, что они как-то по другому ощущаются.

– А как еще назвать подаренную «защиту», если она тебя убивает и сосет силы при каждом удобном случае. Не удивлюсь, если она и в обычное время по чуть-чуть отбирает их и передает хозяйке. Я же говорил, что ваша прародительница до сих пор существует только за счет адептов и ворованных у них ресурсов, – зло закончил дракон. – Идем, – Аэрик снова подхватил меня на руки и открыл портал. – Лучше нам этим заняться вне стен академии, чтобы не навлечь лишних подозрений. Кто знает, как пристально следит старуха за своими подопечными.

Вышагнул Драйгон посреди богато обставленного холла. Мрамор, позолота, хрусталь, красные ковры, высоченные потолки и, конечно же, чопорный дворецкий, чем-то неуловимо напомнивший мне старика Ротшера, только местный домоправитель выглядел моложе лет на двадцать.

– Он случаем не родственник твоего мажордома? – шепнула я, заинтригованная.

– Племянник Алика, – кивнул Рик.

– Лорд Драйгон, добро пожаловать в Истфилд, – приветствовал тот нас так невозмутимо, словно появление Аэрика с незнакомой девицей на руках из воздуха было для обитателей дома чем-то совершенно заурядным. – Одну минуту, я доложу хозяину. Позвольте проводить вас в гостиную и предложить чай.

– Мы сами дойдем, – резко дернул головой мой ректор. – Передай Алестеру, что дело срочное, – и не дожидаясь ответа или какой бы то ни было реакции, направился в одном ему известном направлении.

Вскоре мы действительно оказались в чисто драконьей гостиной. Снова золото, снова полотна картин, дорогая массивная мебель и куча бесценных безделушек, напиханных везде, где только можно. Но самое страшное – мне все это нравилось. Приводило в восторг безвкусное и нарочитое выставление собственного богатства и немножко будоражило зависть – у меня-то нет в наличии стольких сокровищ. Я жадно разглядывала яйцо, инкрустированное всеми драгоценными камнями, какие только можно найти у нас в империи и за ее пределами, одновременно, когда услышала незнакомый голос:

– Если леди так понравилась музыкальная шкатулка, я с радостью ее подарю, – высокий и темноволосый дракон, вежливо улыбаясь, приблизился к нам.

– Прибереги подарки для своей пары, а к моей не лезь, – неожиданно зло зарычал Рик и лишь сильнее стиснул меня в объятиях, будто кто-то претендовал на то, чтобы меня отнять.

– Благодарю за щедрое предложение, но вынуждена отказаться, – нехотя отказалась я от самого прекрасного ювелирного яйца, которое только доводилось увидеть. И вздохнула протяжно, так чтобы у Драйгона и сомнений не осталось – нужно теперь дарить невесте два, а лучше пять таких прелестей, и чтобы не хуже, чем у его братца!

– Если передумаете, дайте мне знать, – подмигнул мне брюнет, а из ректора вырвалось злобное шипение. – Ты же знаешь, Рик, вероятнее всего мне никогда не познать счастья истинной связи, но это не значит, что я буду претендовать на чужие, – примирительно произнес хозяин дома, меняясь на глазах. Из темно-карих радужек ушло всякое веселье, сменившись неприкрытой тревогой. – Вы по делу? Даже боюсь предположить, мой брат, что могло привести тебя вместе со своей парой в дом к одинокому дракону до того, как вы прошли обряд единения. К слову, не хочешь рассказать, отчего тянешь?

– Все не так просто, Ал, – сомкнул пальцы на переносице Аэрик. – Ты же знаешь, слишком много наших невест погибло при подозрительных обстоятельствах. Я не могу подвергать Тессу такому риску.

– Все-таки думаешь, это не совпадение? – нахмурился Алестер.

– Это моя работа, – пожал плечами мой дракон, и я впервые задумалась, а чем же он занимался до того, как вынужденно стал моим ректором? Уж вряд ли штаны просиживал в своем столичном особняке. То ли работа мысли так ярко проявилась на моем лице, то ли благодаря связи Рик читал меня, как открытую книгу, но тут же он с улыбкой пояснил: – Я главный страж драконов. Слежу за тем, чтобы ни один из нас не нарушал закон и также за тем, чтобы его не нарушали в отношении нашей расы. Как видишь, история показывает, что доверять магам в полной мере мы не можем, поэтому вынуждены иметь различные структуры внутри своего сообщества.

– Час от часу не легче, – присела я на мягкий пурпурный диван, так удачно оказавшийся совсем рядом. – Чего еще я о тебе не знаю? Быть этим неведомым драконьим стражем опасно?

– Не опаснее, чем на любой другой должности, – заверил с такой искренностью Аэрик, что подозрения сами собой ожили и зашевелились внутри меня. Добавил сомнений и то ли чихнувший, то ли закашлявшийся Ал.

– Рик, – с нажимом произнесла я. Да и кому такое понравится! Только нашла свою судьбу, кардинально изменилась ему в угоду, как он, оказывается, какой-то там высокопоставленный страж со всеми вытекающими. А я, между прочим, на счастливое будущее уже настроилась, с безмятежными вечерами возле камина и романтическими прогулками под луной!

– Я уйду со службы, беспокойная моя, – нежно поцеловал он меня в висок, но добавил жестко: – Как только разберусь с теми, кто хочет уничтожить драконов.

А я в глазах Алистера нечаянно заметила мимолетную затаенную боль при виде нашей невинной в общем-то ласки, но кузен Рика почти мгновенно взял себя в руки.

– И я этим бедолагам не завидую, – отшутился он.

Драйгон рассказал брату о нас практически все, утаив всего лишь несколько фактов, например, тот, в котором я намеренно травила себя орехами в попытке избежать навязчивого внимания дракона. Ал слушал, иногда задавал вопросы, но было видно, что к словам брата отнесся более чем серьезно.

– Мать-прародительница, говоришь? – потер он подбородок в задумчивости. – Старуха ненавидит наш род всеми фибрами некогда светлой души. Пожалуй, ты прав, что не торопишься раскрывать истинную сущность Тессы. Не стоит давать врагу, кем бы он ни был, лишние козыри в руки.

– У меня нет доказательств, что именно статуя стоит за всеми убийствами, – нехотя признал Аэрик. – Кто угодно мог стать ее последователем и разделить убеждения, тем более что маги старательно переписали историю, а также факты о нас. Но я чувствую, что без участия прародительницы тут не обошлось.

– За что она вас так не любит? – поинтересовалась я.

– За то, что в момент, когда успех и сила вскружили бывшей жрице голову, она узнала, что является истинной парой центуриона драконов, – охотно отозвался Ал. – Такой удар для амбициозной бабенки – стать навсегда зависимой от кого-то, дрожать от желания к тому, кого ненавидишь всеми фибрами и считаешь врагом и главным препятствием ко всемогуществу. Убить его она не могла, держаться как можно дальше – тоже. Вот и кипела, раздираемая противоречивыми чувствами и желаниями. С одной стороны непреодолимая тяга к истинному, а с другой – ненависть, поселившаяся в черном сердце. Не знаю, какую цель преследовало мироздание, соединяя подобным образом две слишком разных души, возможно считало, что таким образом удастся прекратить войну, разгоревшуюся между магами и драконами, только вот ничего подобного не получилось. Жрица, доведя себя до ручки, не придумала ничего лучше, чем ценой своей жизни проклясть всех драконов и положить все на алтарь своей ненависти. В итоге и без того малочисленные драконы стали находить свои истинные пары только среди себе подобных, что, как понимаешь, не способствовало нашему размножению, а сама жрица обратилась в статую и стала центром первой академии магов. В каких чувствах к драконам она воспитывала своих адептов, объяснять, думаю, не надо.

– Это еще одна страшная легенда или есть доказательства? – нахмурилась я.

– Уверен? – плотно сжал губы Рик. Похоже, про участие бывшей жрицы в истории с истинными парами он, как и я, был не в курсе.

– Перед вами лучший дракон по проклятиям, – сверкнул нагловатой белозубой улыбкой Алистер. – Как думаете, мог я упустить столь вопиющий и интересный случай? Правда, раскопал я это не так давно, а потому еще не предал широкой огласке, но информация проверенная, можете не сомневаться. За свою работу я готов ответить чем угодно.

– Получается, сбежав в академию, я самолично отдалась в руки наших врагов? – я округлила глаза в ужасе.

– Не обязательно, – Рик покачал головой. – Мать-прародительница сейчас скорее идейный вдохновитель, нежели организатор. Силы и возможности уже не те. А вот где находятся ее последователи, предстоит еще выяснить. Но я полагаю, что это что-то наподобие целого тайного общества – слишком уж широка география их деятельности. Потому и не против был оставить тебя учиться в академии – и ты под моим присмотром, и отличный шанс что-то выяснить на месте появился. Правда, в этом я пока не особо продвинулся, но был занят кое-чем другим.

– И, раз уж мы вернулись к нашим баранам, предлагаю пройти в лабораторию и обследовать Тессу, – перехватил инициативу Алестер. – Обещаю, больно не будет, – подмигнул он мне. Тут же раздался треск ломающегося дерева, а в руке Драйгона с чуть отросшими когтями обнаружился варварски оторванный от дивана подлокотник. – М-да, тянуть с единением вам нельзя, – потер подбородок нисколько не огорчившийся из-за потери хозяин.