Глава 16

Прошел еще месяц. Мы безвылазно сидели в поместье и занимались привычными делами. Лишь однажды съездили в Сухой стебель купить Георгу сменную одежду и кое-какие личные вещи. Обувь сшили у нас. Отец не закрыл мастерские. Купцы по-прежнему скупали у него шкуры, чехлы, кожаные изделия, и пусть торговля чуть упала, нам хватало.

Газеты не печатались, но отец по своим каналам узнавал новости. За месяц состоялось еще одно сражение с войсками императора. Закончилось оно победой май Сарта. Многие императорские гвардейцы сложили оружие и сдались в плен. Армия уверенно шла на север по кратчайшей дороге.

– Вот видишь, – заявила я принцу, – Кристан не повернет в нашу сторону, так что отсидимся тут.

Не отсиделись.

Однажды мы с отцом и Георгом отправились верхом осматривать пастбища в поисках потерявшегося стада коров. За время пребывания в поместье принц заметно изменился. Он загорел, возмужал и стал спокойнее, увереннее в себе. Теперь Гео сам следил за своей внешностью – брился, мылся и убирался в комнате, пусть и не идеально, но гораздо лучше, чем в первые дни.

Он оказался отличным погонщиком – управлял стадом, словно всю жизнь провел в седле. Даже мой скупой на похвалы отец заметил, что «пацаненок-то не совсем пропащий». За месяц они с Георгом сдружились. У них появились какие-то мужские секреты, вроде того, как лучше бриться или чистить сапоги… И сейчас отец воспринимал парня, если не как сына, то племянника уж точно.

Стадо мы обнаружили на границе с пустыней. Окружили и уже начали гнать домой, как увидели поднимающееся на горизонте громадное облако пыли. Словно в нашу сторону скачет большой отряд всадников. Отец нахмурился.

– Не нравится мне это. Гео, бросай все. Едем в замок.

Мы направили коров в сторону пастбища, а сами быстро поскакали к замку. Расстояние в пустыне определить сложно, но по самым минимальным прикидкам до нас отряду добираться около часа.

– Успеем пообедать, – деланно бодрым голосом произнесла я.

В дверь забарабанили спустя всего полчаса. Мы как раз сидели за столом. Отец встал и пошел открывать. Послышались грубые голоса нескольких мужчин, топот сапог, резкое ругательство папы. Мы с Георгом тревожно переглянулись. Дверь в столовую распахнулась и в нее вошел… В первое мгновенье я его не узнала. Даже хотела крикнуть, кто Вы такой и как смеете врываться в наш дом.

– Какая идиллия! Даже завидно! – знакомый голос Кристана выдернул меня из оцепенения, – прямо настоящая семья. Вы уже спите друг с другом?

– Да как ты смеешь! – на ноги вскочил Георг, – не смей оскорблять Оливию!

Я молча рассматривала бывшего, скажем так, друга. В его словах было столько яда, а в глазах злобы, что мне стало не по себе. Как мог человек так измениться за не полные три года? Сейчас Кристан выглядел гораздо старше своих двадцати пяти. Он как будто даже не повзрослел, а сразу постарел. Загорелое дочерна лицо уродовала неопрятная борода, грязь под ногтями, копна немытых волос. Уголки губ безжалостно кромсали горькие морщины. На нем была темная военная форма, серые от пыли сапоги, мятый платок на шее. На поясе висело оружие.

Следом за ним в столовую вломились еще пятеро вояк. Отца я увидела за их спинами. Лицо его было обеспокоенным.

«Зря я оставила Гео у нас, – мысли заметались в голове, – теперь он в опасности. Но как Кристан узнал, что наследник здесь? Неужели кучер, которого мы отправили домой, рассказал? Но Гео не говорил, что принц. Нанял карету, как май Дремб».

– Если ты рассчитываешь на то, что будешь шантажировать мной отца, то можешь сразу отбросить эту идею. Ему плевать на меня, – Гео смело вышел вперед.

– Не волнуйся. Я лучше тебя знаю, как относиться к своим отпрыскам наш папаша. Ты мне не нужен, – Кристан перевел взгляд на меня, – а вот исток не помешает.

Что? Ему нужна я? Откуда он?.. Я чуть не хлопнула себя по лбу! Ну конечно! Теперь все встает на свои места. Он знал, все знал, еще с Академии. И ухаживать начал для того, чтобы подобраться ближе. И книги давал, что бы я хоть чему-нибудь научилась. Идиотка!

– Не понимаю, о чем вы, май Сарт, – из-за спин вышел отец. – Моя дочь видящая. Ни о каком истоке мы не знаем.

– Давайте прекратим этот балаган, – грубо прервал его Кристан, пристально смотря мне в глаза и даже не собираясь поворачиваться в сторону хозяина поместья. Меня царапнуло такое пренебрежение к моему родителю. – Признаешься сама или мы показательно снимем перчатку? – Я сжала кулаки. Он мгновенно уловил едва заметное изменение положение моего тела и скривился: – не нужно сопротивляться. Ты же не хочешь, чтобы кто-то из твоих родных пострадал?..

Прозвучало с намеком. Двусмысленным, мерзким. Я выпрямилась до хруста в позвоночнике, с силой упираясь спиной в спинку стула, царапая ногтями перчатку, словно стараясь добраться до заплатки, одновременно понимая, что все бесполезно.

Георг переводил ошарашенный взгляд с брата на меня. «Прости, друг, и тебя я подвела. Врала, обижала, отталкивала. За месяц ни разу не похвалила, а ты ведь старался. Характер у меня не подарок, но ты потихоньку, незаметно для меня самой пробрался под кожу, в мой ближний круг. И сейчас стал такой же семьей, как и остальные. Я что угодно сделаю, чтобы защитить тебя, так же, как и отца, Марику, слуг».

– Что меня ждет? – холодно произнесла я, вставая.

Перехватила сожалеющий взгляд отца. Вот тебе и благородный освободитель, папа. На войне, увы, благородство не в чести.

– Ничего страшного, – криво усмехнулся Кристан, – будешь находиться рядом со мной. Я иногда буду использовать твою магию. Мне не помешает карманный источник. Армия не всегда идет по пути потоков.

– После войны ты отпустишь меня? – прервала я его.

– Само собой, – легко ответил Кристан – когда я стану императором, то отпущу.

Ну и отлично. Я чуть расслабилась. Май Сарт, по уверениям всех, проповедует равноправие и честность. Значит, будет всеми силами стараться не быть похожим на своего отца. Рабства можно не опасаться.

– Договорились. Я согласна, – Кристан усмехнулся, словно и не сомневался.

А что мне еще оставалось? Не драться же с вояками? Наши старички слуги, отец, Марика, Гео и я – слабая армия против профессиональных убийц, которыми выглядели пятеро головорезов рядом с ним. Одна надежда на остатки порядочности ненаследного принца.

– Я поеду с вами! – вдруг заявил Гео. – Я не брошу Оливию!

– Какая любовь… – Кристан демонстративно закатил глаза. – Ты мне не нужен. Бесполезен и как солдат и как предмет шантажа. Я не собираюсь с тобой возиться.

Всем сердцем я почувствовала, как слова о его бесполезности задели принца. Эти же слова ему говорил и его отец. Неужели, Кристан больше похож на императора, чем Георг? Такой же жестокий, холодный манипулятор?

– Поехали, – Кристан кивнул мне на выход, – времени мало. Одежду можешь не брать. Создашь.

Проходя мимо Георга, я остановилась.

– Ты, действительно, исток?

Я молча качнула головой и торопливо произнесла:

– Не волнуйся, со мной все будет хорошо. Кристану не выгодно меня убивать, ведь я единственный источник в его окружении. А ты будешь здесь в безопасности.

– Я все равно тебя найду, – Георг порывисто меня обнял.

– Хватит, голубки! – рявкнул его брат, – смотреть тошно.

Схватил за руку и потянул на выход. Я едва успела прикоснуться к отцу и прошептать: «Люблю вас». И уже идя по ступеням, вдруг подумала, что в этой ситуации Георг выглядел гораздо благороднее брата. Хотя в Академии я считала наоборот. Куда подевался тот ласковый красивый парень, кто страстно целовал меня в парке и не мог никак отпустить? Кто шептал «Дождись меня, Оливия, я обязательно тебя найду»? Нашел… Но лучше бы не находил.

Во дворе стояли огромные мощные лошади-големы и карета, запряженная ими. Их было сложно не узнать – эти кони выделялись своими внушительными размерами, высоким ростом и свежим, бодрым видом, словно только что совершили долгий переход по пустыне. За оградой поместья виднелась еще примерно дюжина всадников. Кристан подтолкнул меня внутрь кареты и забрался сам следом. Я удивленно выгнула бровь.

– Посплю, – буркнул он.

Сел удобнее, нагло вытянул ноги, я быстро убрала свои, положил под голову свернутый валиком сюртук и сразу же засопел, мы даже не успели толком отъехать.

Я пристально рассматривала такое знакомое и незнакомое лицо. Что это было? Он буквально пинками загнал меня в карету, грубостью и шантажом заставил поехать с ним. А сейчас, спит, как ни в чем не бывало? Он ведь полностью в моей власти. Я даже голыми руками могу убить великого завоевателя. Вытащить малиновый луч и провести им по горлу. И все. Нет больше войны, убийств, угрозы императору, чтоб ему пусто было…

Неужели, он мне так доверяет? Или знает, что я не способна на убийство? Значит, он выучил меня лучше, чем я его…

Нет, я не боялась, что Кристан может исполнить угрозы, навредить моим родным или разрушить замок. Тогда почему спокойно позволила себя увезти? Ведь не из-за того же, что испугалась?

Мурашки побежали по коже. Где-то глубоко внутри, так глубоко, что даже я не могла туда заглянуть, в темных глубинах желаний, закоулках памяти, измученной обидой душе, пряталась потребность быть рядом с ним, видеть его, разговаривать, дышать одним воздухом.

«Нет! – мысленно выкрикнула я, закусывая губу до крови, болью прогоняя этот призрачный отголосок пугающего предположения, – он почти женатый человек. Безумец, развязавший войну! Озлобленный, ненавидящий, мстительный! Он – зло. Между нами ничего нет и не будет!».

Ехали мы быстро, карета мягко покачивалась, убаюкивала. Наверное, тоже была сделана с использованием каких-то магических штучек, и я сама, неожиданно для себя задремала. Проснулась от тяжелого взгляда. Кристан не спал, рассматривал меня из-под густой челки растрепанных волос и молчал. Я села ровнее.

– Значит, ты с Академии знал, что я исток? – поинтересовалась очевидным.

– Конечно, – ответил он самоуверенным тоном. – Любой идиот догадается, что под перчаткой. Как оказалось, в Академии все идиоты, включая моего брата.

– Не оскорбляй Гео, – мне было неприятно.

Как же я раньше не увидела раньше его высокомерия, заносчивости? Ведь называть идиотами окружающих, может лишь человек, мнящий себя выше всех. А может он и войну развязал не ради мести, а чтобы получить трон в обход брата?

Куда же пропал тот красивый юноша, которого я знала в Академии? Он был насмешливым, немного высокомерным, но в глубине души добрым и великодушным, не жестоким. По крайней мере, мне так казалось. Сейчас передо мной сидит мужчина с тяжелым, давящим взглядом, язвительный и грубый. Как он смог так быстро измениться?

– Братишка все-таки подобрал ключик к ледяному сердцу Оливии? – прозвучало с издевкой. Я промолчала, не желая ни соглашаться, ни опровергать его утверждение. – Только вот об обещанном титуле деи можешь забыть. Вряд ли Гео станет императором. А вот я стану…

Кристан многозначительно замолчал. Я даже не поняла сразу, что он имел в виду. А когда поняла… Внутри поднялась такая буря гнева, что я едва не вскочила с сидения и не вцепилась ногтями ему в лицо. Казалось, он ждал именно этого. Уж слишком предвкушающей была физиономия. Злость испарилась. Не стану давать ему повод, спокойный равнодушный тон в моем случае ударит больнее.

– Ты же проповедуешь добро и справедливость? Обещаешь народу изменения внешней и внутренней политики императорского дома? – насмешливо прищурилась. – Честность, открытость, скромность? Чем же ты тогда отличаешься от своего отца, если будешь выбирать дею, тащить любовниц во дворец, при наличии жены?

Вроде ничего конкретного не сказала, но уколола. На лицо Кристана набежала тень.

– Не собираюсь я никого тащить, – сквозь зубы произнес он, – ты не правильно поняла.

– Как скажешь, – пожала плечами.

Я взбодрилась – нашла его слабое место. Теперь, если что не так, буду давить на различия между ним и его отцом. Смотрю, сравнение с папашей бесит принца больше моей дружбы с Георгом.

– Ты и ухаживать начал из-за того, что я источник?

– А ты думала, из-за большой любви? – язвительно произнес Кристан. Не увидев на моем лице ни тени огорчения, продолжил: – хотел застолбить для себя исток, чтобы ты случайно не клюнула на наследника. Знаю, как Вы девицы падки на побрякушки. Потом увлекся.

– Увлекся? – я хмыкнула. Теперь это так называется? – И учебники мне давал потому что…

– Хотел, чтобы ты хоть чему-то научилась.

– Почему не раскрыл?

– Зачем? – Кристан лениво осматривал меня с ног до головы. – Отдавать тебя во дворец? Дарить отцу преимущество? Сначала думал использовать для себя, потом решил повременить, придержать это знание для лучших времен. И, смотри, не прогадал.

Отдавать. Использовать. Неприятно, когда о тебе говорят, словно о вещи, ценном оружие, трофее. Значит, он еще с Академии знал, что будет воевать с отцом? Уже тогда собирался отобрать у него трон? Знал… что женится на принцессе, станет императором. Пока я порхала на крыльях любви, мечтала о свадьбе, таяла от его поцелуев, он расчетливо планировал захват власти? Я прикрыла глаза и откинула голову назад, упираясь затылком в стенку кареты. Хотелось побиться головой о дерево и прочистить мозги.

– Я не буду воевать с императором. Не буду убивать людей, – процедила угрюмо.

– Куда же ты денешься… Скажу – будешь. И убивать, и делать големов, защищать меня и сносить замки. Иначе я не оставлю камня на камне от твоего собственного. – Кристан говорил почти весело, и у меня дрожь пробегала по спине от того с какой злой улыбкой он произносил эти ужасные вещи. – Кстати, прямо сейчас и начнем, – принц вдруг резко схватил меня за левую руку и буквально за секунду сдернул перчатку. Я испуганно отшатнулась, но было поздно – перчатка улетела в окно.

– Она тебе больше не понадобиться.

Он развернул мою руку ладонью вверх и замер, жадно рассматривая круглое сиреневое пятно в центре ладони. Большой палец, словно живя своей жизнью, начал неосознанно поглаживать кожу.

Выражение его лица было странным, пальцы подрагивали, словно он гладил что-то невообразимо прекрасное, веки опустились, скрывая блеск глаз. Он легко подковырнул заплатку, и поток вырвался наружу, озарив разноцветными всполохами внутреннее пространство кареты. Нити сначала хаотично заметались, как всегда бывает после того, как я выпускаю поток наружу после долгого плена, но потом успокоились и выстроились в красивую яркую ленту, спускающуюся к полу.

Даже я залюбовалась, куда уж Кристану. Он был абсолютно очарован. Причудливые блики играли на его лице, отражались восхищением в глазах.

– Это… – он запнулся, – самое удивительное, что я видел.

Ну, хоть сейчас он не врет. Надеюсь.

Кристан задумчиво перебирал нити. От касания его пальцев они становились плотнее, ярче, словно наливались силой. Что это? В моих руках такого не происходило. Кристан вдруг обернул золотой луч вокруг своей головы и растопырил пальцы в правильной позиции, пропуская коричневый между большим и указательным, другими зажимая сиреневый и малиновый. Пару секунд и рядом с ним на сидении, словно из воздуха вырастает голем. На первый взгляд почти как человек. Две руки, две ноги, голова, туловище. Но тупое отрешенное выражение… даже не знаю… морды? портит все. Голем встал, открыл дверцу кареты и на ходу выскочил наружу.

– Как?! – у меня не было слов. Я же читала, что сделать голема занимает много времени и много магии. Поток у меня слабый. Не сравнить в той широкой речкой, что мы видели в Асоте. Даже маленькую курицу я делала несколько часов, когда тренировалась.

– Ты не догадываешься? Ты мой источник, – равнодушно произнес Кристан, не поднимая головы, продолжая перебирать нити.

– В смысле твой? – я нахмурилась.

Кристан улыбнулся краешком губ, и я вдруг увидела в его улыбке отблеск того прежнего парня из Академии. Беззаботного, смешливого, жизнерадостного студента, который дарил мне искусственные розы и смеялся вместе со мной над ответами шара. Через мгновенье его улыбка погасла, и он опять превратился в мрачного озлобленного типа.

– Ты о той легенде, что говорит, что для каждого мастера есть свой источник? – догадалась я, – это же сказки!

– Не сказки, – сухо ответил он, – я месяцы сидел в библиотеке дворца, читая об источниках все, что только можно. Ты права, последняя пара мастер-исток умерла четыре сотни лет назад, но есть неопровержимые доказательства, что она существовала. Ты разве не чувствовала нашего притяжения? – он вдруг остро на меня посмотрел, я смущенно потупилась, – как только мы приближались друг к другу, нас словно притягивало. Толкало ближе.30f6fc

Так это было притяжение мастер-источник? А я, наивная, думала, что это любовь.

– И что, – я кашлянула, запнувшись. – Что дает эта связь? О чем говорят книги?

Кристан замкнулся, словно потеряв интерес к разговору.

– Скоро стемнеет, – он посмотрел в окно. Низко над горизонтом висело красное закатное солнце. – Остановимся на ночлег здесь. А я тебе покажу, что означает связка мастер – исток.

Он стукнул по крыше кареты, големы начали замедляться, а потом остановились полностью. Кристан выскочил наружу, оставив дверцу открытой. Это приглашение? Я не стала ждать и вышла за ним. Очень хотелось размять ноги.

Огляделась. Пыль уже улеглась, и передо мной расстилалось бескрайнее море песка и камня. Никогда не замечала за собой особой сентиментальности, но сейчас задохнулась от странной, непривычной глазу красоты в этом безжизненном пейзаже. Величавой, строгой, холодной, несмотря на то, что под ногами раскаленный камень.

Кристан отдал приказ сопровождающим, те начали развязывать вьюки на спинах големов-лошадей, а сам взял меня за руку и отвел в сторону.

– Смотри, – произнес он, подхватывая пальцами мой поток. Отошел дальше, и поток потянулся за ним. Метр, еще один, и еще. Нити утолщались в его руках, а яркость буквально резала глаза.

Кристан выхватил золотой луч, обмотал вокруг головы, закрепил, чтобы не соскользнул, и принялся за коричневый, малиновый, сиреневый. Следом за ними вскоре подключился и белый. Руки Кристана постоянно двигались, и я не успевала за всем следить. Не более чем за двадцать минут перед нами стоял добротный двухэтажный дом из красного камня.

Потом появились аллея, зеленые кусты, трава, деревья с плодами. Низкий белоснежный забор очертил немаленький периметр двора. Золотой луч по-прежнему был обернут вокруг головы Кристана, а его руки порхали в воздухе, перебирая нити, творя нечто невообразимое. Я примерно понимала, как ткачи ткут гобелены, но то, что происходило сейчас перед моими глазами, было настоящим чудом, волшебством, создаваемым самим творцом.

Вид пышного зеленого изобилия, возникшего из ниоткуда среди безжизненных песков был настолько потрясающим, что я даже на мгновение забыла о своем незавидном положении.

Кристан закончил через полчаса. Он стянул золотой луч с головы, опустил вниз руки, отпуская поток на свободу. Я рассматривала идеальное поместье – небольшой уютный домик, беседку, скамейки, увитые виноградом. Кусты краснели ягодами, с деревьев свисали налившиеся плоды. Ровная аллея из желтого камня вела к входу.

– Прошу, – Кристан кивнул в его сторону. Я словно во сне пошла за ним.

Остановилась у дерева и сдернула плод. Понюхала. Он действительно пах яблоком. И по текстуре, и по цвету, он был им. Как достоверно.

– Май Керн, – с шутовским поклоном произнес Кристан, распахивая передо мной дверь.

«Еще бы перенес на руках, как жених», – фыркнула про себя, входя внутрь.

Вот значит, какой дом представлял себе Кристан, когда творил свое волшебство. Не слишком роскошный, но уютный, просторный, светлый. С мягкой мебелью, обтянутой тканью бежевого цвета, множеством цветов и пушистыми коврами на полу.

– Мы будем ночевать здесь? – я обернулась. Кристан стоял сзади и пристально на меня смотрел, будто чего-то ждал. Моего одобрения?

– Мне нужна сменная одежда, обувь и… – я запнулась, – некоторые другие вещи.

Не буду же я ему говорить о нижнем белье, средствах гигиены и прочем?

– Ты можешь их сделать сама, – резко отвернулся он, – способ ты знаешь.

– Занимай любую спальню, – он кивнул наверх, – они все одинаковые. Еда будет тебя ждать на кухне. И вылечи, наконец, руку. Смотреть тошно!

Развернулся и вышел из дома, направившись в сторону своего отряда. Я подняла левую ладонь к глазам. Почему он разозлился? Да так яростно? Пожала плечами, закрыла входную дверь и побрела на второй этаж.

Заглянула в комнаты. Они, действительно, были одинаковые. Видимо Кристан решил не заморачиваться, выдумывая обстановку для каждой отдельно. Все равно, я была полностью очарована и домом, и убранством. Потрогала шторы, скатерти, ткань обивки. Все выглядело и чувствовалось, как настоящее. Даже удивительно.

Ванную наполнить не получилось, лишь небольшой кувшин. Почти час убила на то, чтобы вообразить воду, мысленно описать ее запах, плотность, структуру. Еще полчаса ушло, чтобы сделать мыло, мочалку и шампунь. Знаний было мало, а практики не было совсем, поэтому и получалось так медленно. Я знала, что обернув золотой луч вокруг головы, нужно четко и однозначно представить, что хочешь получить. Но мысли разбегались, перескакивая с одного на другое. Я не могла сосредоточиться, воображая в голове то мыло, лежащее в ванной комнате в замке, то то, что увидела в витрине дорогого магазина в Олмаке, на которую я однажды засмотрелась, то серую жидкость в чане, которую варила наша кухарка для стирки. Бедный коричневый луч никак не мог принять нужную форму и цвет.

И так со всем.

«Ничего страшного. Нужна практика, обычная практика», – сказала я себе. И тут же неосознанно восхитилась Кристаном, который за полчаса вообразил в своей голове целый дом с обстановкой, мебелью, картинами и коврами, вплоть до последней мелочи, в виде постельного белья, салфеток или ваз с цветами. Какое сильное у него умение концентрироваться! За три года такому не научишься, потребуется вся жизнь.

С одеждой было проще. Я просто смотрела на свои же разложенные на полу предметы и копировала их.

Вниз спустилась, когда полностью стемнело. В кухне на столе меня ждала простая походная еда. Вяленое мясо, вода, молодое вино, немного подсохший хлеб. Я поела в одиночестве и отправилась спать. Кристан в доме так и не появился.