Глава 11

Проклятье, упавшее на Адохар, Джодок ощущал с момента посещения Оракула. Физически оно непрерывно давило на грудь, как гранитная плита, а психически — его душа постепенно черствела, придя почти в состояние чепи.* (*примечание: Чепи — маленькие феи, которые давным-давно встречаются в Семи Сопредельных Мирах только в окаменелом виде)

Лишь последнее время душа перестала грубеть и сохнуть, но подобное изменение не радовало Джодока. По правде сказать, он находился буквально в шаге от того, чтобы впасть в настоящее бешенство, потому что предсказание оракула, из-за которого пришлось сорваться с места, бросив серьезные дела, никак не исполнялось. А ведь стоит ему сбыться, и Джодок без проблем снимет проклятье с Адохара и своего народа.

Старый оракул ушел за грань больше столетия назад, что если относительно молодой, пришедший на его место, ошибся? Ведь Джодок давно находится там, где нужно, да только никакого толку: ни подвижек, ни зацепок. Все чаще его посещала мысль наведаться к Оракулу без приглашения, хотя это считалось неслыханной дерзостью, ибо Оракул мог предсказывать исключительно по велению высших сил и никак иначе.

Исполнение задуманного визита осложнялось еще и тем, что сейчас Джодок находился не в Адохаре, а значит, сперва надо портануться в свой мир. Что ж, видимо, все-таки придется сделать это.

* * *

Тинисс оказался крупным городом с широченной крепостной стеной и глубоким рвом по всему периметру. И это неудивительно, если учесть тесное соседство с тремя пустошами и толпами темных тварей, разгуливающих по лесу. Пока наша команда добиралась до поселения, пришлось еще несколько раз отбивать их атаки. Теперь я принимала участие в боях — оттачивала постепенно приобретаемое мастерство, используя длинный кинжал Ла Эдона, который мог сойти за короткий меч. В Тиниссе обязательно куплю настоящий.

Единственные ворота местные жители постоянно держали закрытыми, на высоких башнях круглосуточно караулили многочисленные стражники, огни горели даже днем. Чтобы войти в город, пришлось заплатить налог, и немаленький — по пять корон с носа. Получается, если нет денег, то и преодолев Тинисский лес с пустошами, можно загнуться рядом с поселением людей — этот факт меня потряс, добавив в копилку нелицеприятную черту, присущую аборигенам.

Осмотрев несколько таверн, мы поняли, что стоило остановиться в первой попавшейся, так как все они напоминали друг друга, как братья-близнецы, и почти ничем не отличались от «Ослиной головы» в Басинасе.

Меня порадовало, что оборотень поселился вместе с нами в таверне «Черная кровь». Вывеска вызвала неприятные ассоциации, но остальные не обратили на нее ни малейшего внимания, а Тэрмод заметил, что для этих трудных мест название вполне ничего, бывает и хуже: «Веселый покойник», «Бродячая тварь», «Дохлый мудрец» и иже с ними.

Я заинтересовалась, почему между Басинасом и Тиниссом столь кардинальная разница, ведь оба города расположены рядом с опасным Тинисским лесом.

— Есть вероятность, что кто-то или что-то в Басинасе сдерживает тварей — они никогда не подходили к нему ближе, чем на тысячу шагов, — охотно ответил Лэйс, — и стражникам остается охранять Басинас только от разбойничьих набегов.

— А на территорию Тинисса твари войти не могут?

— Нет, против них в стенах заложены амулеты. Раньше, когда твари только появились в Наосе, они и в города прорывались, — сообщил Фаррел.

Все-то он знает. Спрашивается — откуда?

В «Черной крови» кормили еще вкуснее, чем в «Ослиной голове», и это немного примирило меня с комнатой а-ля «сто лет не ремонтированный санаторий» и чистыми, но давно не белыми простынями. Тем более, что корыто с горячей водой местный подавальщик приволок по первому требованию.

Я отлично выспалась, и выбравшись из комнаты, застала в общем зале только Сали, завтракавшую в полном одиночестве аппетитной запеканкой. Она очень обрадовалась, увидев меня.

— Вита! Давай погуляем вдвоем? А то все разошлись, а одной мне не хочется, — скорчила девушка умоляющую мордашку.

— А мужчины твои где? — не удержалась я от сарказма.

— У них какие-то секретные дела, — махнула рукой Сали, недовольно морща носик.

— Секретные? — насторожилась я.

— Да просто меня с собой брать не хотели, надо же им как-то отговориться, — беззаботно ответила она, наверняка зря в корень, — так пойдем?

— Хорошо, заодно купим мне меч. Только сначала я тоже хочу поесть.

* * *

Через полчаса мы шли по залитым солнцем улицам Тинисса. С утра город выглядел намного приятнее. Утопая в зелени и цветах, он будто улыбался полукруглыми окнами симпатичных двухэтажных домов. Сали строила глазки встречным мужчинам, выбирая привлекательных, а я изо всех сил делала вид, но не замечаю ни их удивленных взглядов, ни ее выкрутасов.

Прогулявшись по узким улочкам, мы забрели в маленькое кафе, где от души наелись разноцветного мороженого, и наконец, добрались до самой большой торговой площади города — Площади Трех Королей. Ее мне порекомендовал хозяин «Черной крови», сказав, что там расположена лучшая оружейная лавка.

Лавка поразила мое воображение — раза в три больше, чем та, где я купила кольчугу, и ассортимент завораживал огромным выбором товаров. Теперь я неплохо разбиралась в мечах, поэтому с увлечением уткнулась в витрины с их наилучшими представителями.

Сали быстро заскучала, потому что хозяином лавки оказался очень пожилой мужчина, совершенно непригодный для флирта, и сбежала под предлогом «купить чего-нибудь интересненькое».

Я долго рассматривала представленные мечи, вроде бы красивые и функциональные, но все не то. В итоге подошла к скучающему хозяину — почему-то он не попытался предложить товар, так сказать, лицом.

— Может быть, у вас есть что-то еще?

У мужчины чуть челюсть не отвисла, так он удивился.

— Вам кажется недостаточным мой ассортимент? — видимо, это было почти оскорблением.

— Понимаете, — успокаивающим тоном начала я, — мне все мечи очень нравятся, вот только, на какой ни посмотрю — замечательный, но не мой.

Торговец посерьезнел, будто сумбурное объяснение навело его на какую-то мысль.

— У меня есть два меча. Но они продаются только вместе, ясно?

— Хорошо, покажите.

— Это будет стоить тысячу двести корон.

Ничего себе! Если бы я умела, точно присвистнула бы сейчас от недоумения. Все выставленные мечи стоили максимум двести пятьдесят — триста корон, и это уже искуснейшей работы, с высоким качеством стали и закалки. Похоже, торговец себе на уме, не всем подряд показывает уникальные товары.

— Они выкованы в демонском огне. Нести?

Я только кивнула. Видимо, и тут демонский огонь дает какие-то дополнительные плюшки, ведь не просто так цена задрана до небес?

Принесенные клинки были настолько великолепны, что когда мужик вытащил их из черно-золотых ножен, у меня пропал дар речи, а с ним и желание торговаться. Блеснуло безупречное двухцветное лезвие с непрерывно бегущей вязью рун — они появлялись и исчезали как огоньки елочной гирлянды, я взяла мечи в руки и поняла — нашла! Легкие и удобные, отлично сбалансированные, а рукоять и гарда легли в ладони как влитые. К тому же, клинки показались мне почти живыми. Теперь я понимаю, почему им дают имена — обязательно сделаю это в спокойной обстановке.

— А что означают руны? — поинтересовалась у торговца.

— Какие руны? — вытаращил глаза он.

То есть их видят не все?

— Показалось, наверно, — пробормотала я, и заплатив деньги, быстро выскочила на улицу, пока мужик не передумал.

Так и отправилась искать Сали, держа в каждой руке по мечу — встречные прохожие бросали в мою сторону удивленные взгляды. Увидела девушку в тот момент, когда она выговаривала высокой темноволосой дроу, перекошенное лицо которой указывало на крайнюю степень гнева:

— Если твой мужчина заглядывается на других — сама виновата! Нечего щелкать клювом!

Сали развернулась и гордо пошагала прочь. А дроу, в бешенстве вспыхнув до корней волос, вскинула лук и выстрелила.

Первая стрела вонзилась в левое плечо Сали, брызнула кровь — видимо, задело артерию, и девушка развернулась лицом к нападавшей. Невозможно передать изумление, отразившееся в тот миг в ее глазах. Дальше, будто в замедленном кино, я наблюдала, как с пылающим ненавистью лицом дроу вновь взводит тетиву. Вторая стрела направлялась точно в сердце девушки, и я успевала сделать только одно — закрыть ее собой, надеясь, что зачарованная кольчуга сумеет отразить атаку. В следующее мгновение я уже держала Сали в объятьях. Теряя сознание, она цеплялась за меня слабеющими пальцами.

Стрела упала на землю, не долетев до меня пару метров, но на этот раз к ней было прицеплено кое-что непредвиденное — магия, а именно — заклинание огня. Положив Сали на землю, с ужасом осознала — я жива только потому, что кольчуга, закаленная в демонском огне, защищает от огня и жара. Пламя лениво растекалось по спине, методично выискивая слабое место в кольчуге. Почему не вспыхнул костюм — не представляю!

Дроу уже взяли в оборот городские стражники, а я шарила глазами по площади в надежде на помощь, но помогать нам никто не спешил. Собравшаяся толпа молча взирала на происходящее, словно на любопытное представление. Наверно, им было бы интересно увидеть, как я сгорю в магически созданном огне. Решение пришло неожиданно — снять кольчугу, надетую под костюм. Представляю, как окружающие обрадуются подобному заголению, но у меня не было другого выхода. Я быстро расстегнула ремни и кнопки костюма, и одним движением вышагнула из него под громкое «ах» толпы, а после резко сорвала кольчугу и отбросила подальше, успев в последний момент.

Хорошо, под кольчугой я носила рубашку, а под юбками костюма — кожаные лосины с высокими сапогами, так что выглядела почти пристойно. Слава Богу, Ла Эдон дал нам возможность магически сваять по несколько комплектов одежды, этот запас остался в номере — осталось лишь попасть туда.

Я подняла с земли мечи и громко сообщила, изо всех сил стараясь контролировать дикую злость, готовую вырваться на свободу:

— Шоу окончено, есть тут человек, согласный отнести раненую к лекарю? Я хорошо заплачу.

Видимо, наполовину одетая, с внушительного вида мечами в руках, я представляла собой очень оригинальное зрелище, потому что из толпы выдвинулся только один образчик местного населения — огромный мужик, сложением похожий скорее на медведя, чем на человека.

— Я помогу, — как слон протрубил он, и аккуратно поднял Сали на руки.

Кольчуга так и осталась лежать на мостовой, продолжая гореть магическим пламенем. О том, чтобы потушить его водой, и речи быть не может — по словам Фаррела, лишь магу под силу подавить малетум, который заставляет огонь вспыхнуть.

К счастью, лекарня располагалась неподалеку. Маленькая полненькая женщина с добрым лицом быстро оказала первую помощь и снабдила Сали амулетом для скорейшего восстановления после сквозных ранений, а также дала порошки, которые следовало растворять в теплой сладкой воде, чтобы утра до вечера поить пострадавшую.

— Теперь пара дней полного покоя (в это время она будет почти постоянно спать), и выздоровление пойдет быстро, — сообщила лекарка, тепло улыбаясь, — недели через полторы и не вспомнит о ране.

Поблагодарив женщину и оплатив услуги, я попросила Дурсома (так звали моего добровольца) перенести девушку в «Черную кровь». У дверей таверны мы столкнулись с Мирой и Велимом. В глазах Миры мелькнуло недоумение, когда она увидела мой наряд. Но заметив бледную Сали на руках незнакомого мужика, она посерела и бросилась к ней, явно забыв обо всем на свете.

Велим же не обратил никакого внимания на мой внешний вид, а вот мечи, готова поспорить, заметил. Его глаза при этом опасно сузились, словно я их украла, но мужчина ничего не сказал, взял на руки Сали и вместе с Мирой вошел в таверну.

— Спасибо тебе, Дурсом, — протянула корону добровольному помощнику.

Но медведеподобный мужик глянул с укоризной, покачал головой, словно не ожидал такой глупости и ушел, не сказав ни слова. А мне стало стыдно, все-таки есть здесь и хорошие люди.

Приготовив напиток из порошка лекарки, я поднялась в комнату Сали. Велим уже отсутствовал. Мира, сидя на постели, обнимала лежащую пластом Сали, а сама Сали, цветом лица напоминающая сейчас живой труп, из последних сил улыбалась непослушными губами.

— Со мной все хорошо, девочки, не переживайте. Вита, спасибо тебе.

Мы напоили девушку лечебной водой, и она сразу уснула. Только тогда Мира подняла на меня глаза, полные слез.

— Расскажи, что произошло.

Я коротко поведала о случившемся, удивляясь, почему никогда не замечала привязанности Миры к Сали. Выслушав меня, Мира глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, и начала говорить, часто останавливаясь и вытирая все бегущие и бегущие по щекам слезы.

— Вита, спасибо тебе! Спасибо тут слишком мало, но что я сейчас могу, — пробормотала она, будто себе самой, — Вита, ты могла погибнуть! Кольчуга, святая Аннис, какое счастье, что ты купила ее! Смогла остановить магический огонь! У меня нет слов… И, пожалуйста, прости… Я не доверяла тебе. Но понимаешь, ведь ты явно что-то скрывала! А теперь, когда она жива только благодаря тебе… В общем, я расскажу. Мы с Сали сестры, близняшки, я старшая — родилась на минуту раньше.

Близняшки? Я никогда не видела людей менее похожих друг на друга.

— У Сали совсем нет магии, она досталась мне, как старшей, но я говорила правду — я плохая колдунья, — продолжала Мира, — Получилось так, что нам необходимо скрываться, не спрашивай, почему — тебе не нужны эти тайны! Я бы рада поделиться, освободить душу, но… Нет, ни к чему тебе это. В общем, пришлось поменять внешность и имена. Обратиться не к кому, да и нельзя, поэтому я сделала все сама. Сначала создала малетум личины для Сали, но из-за моего неумелого колдовства получился побочный эффект — Сали стала нуждаться во внимании мужчин. Нам из-за этого пришлось поступить на службу в таверну, чтобы ей не нужно было самой искать все новые связи, как это происходит сейчас. Не обижайся на нее, пожалуйста! — как в молитве сложила перед собой ладони Мира, — она не осознает, что делает. А для меня самое ужасное, что сестра забыла себя, забыла меня, она верит в историю, которую рассказывает! А ведь это была просто легенда для чужих.

Мира закрыла лицо руками и замолчала. Я села рядом и обняла ее, от души сочувствуя девушке — не дай Бог никому попасть в такую ситуацию.

— Временами у нее бывают проблески, помнишь рассказ о Лоллэйне? Мы действительно бывали в мире эльфов. Я не теряю надежды, что память вернется, — теперь Мира смотрела на меня заплаканными глазами, но слезы наконец-то остановились, — Не представляешь, как я благодарна тебе. Все это время ты относилась к сестре спокойно, без предубеждения и превосходства. Обычно женщины ненавидят ее и осуждают за развязное поведение, а мужчины либо используют для своих утех, либо презирают. А чаще всего и то, и другое одновременно.

Я безмолвствовала, не зная, чем утешить девушку.

— Сегодняшний кошмар — закономерный итог ее поведения. Святая Аннис, какое счастье, что ты оказалась рядом и сумела защитить сестру!

Мира снова закрыла глаза, помолчала немного и продолжила:

— Потом я создала малетум для себя, постаралась учесть ошибки, но… получилось не лучше. Без искажения не обошлось, и тоже на этой почве. При обычной близости со мной мужчины звереют.

— Как? — изумилась я, хотя была уверена, что на сегодня лимит открытий исчерпан, — значит, они не по своей воле били тебя и издевались?

— Да, это результат неправильного малетума.

— За что же ты тогда их наказывала? — мне стало жаль мужчин, которые всего лишь надеялись расслабиться, пусть и таким способом, а в награду получали жуткое проклятье.

— Я наказывала только тех, кому извращения доставляли неподдельное наслаждение, и поверь, таких было немало. Они на самом деле хотели этого, действие заклятья лишь усиливало их порочные наклонности. Остальные были наказаны тем, что потом не понимали, как опустились до издевательств над женщиной. Но я ничем не могла им помочь.

— А как же Брайд? Ведь он даже поцеловал тебя, и ничего такого не было. Я помню тот наш разговор.

— Да, это правда, — улыбнулась Мира, — ты думаешь, я все время лгала тебе, но это не так. В исключительных случаях я могу держать искажение под контролем, и с главой разбойников поступила бы так же, несмотря на то, что после этого мне пришлось бы несколько дней пролежать без сознания. К счастью, Брайд не брал меня… там. Лишь поцеловал взасос и поставил на колени ласкать ртом, — и девушка покраснела как маков цвет.

После стольких лет предоставления «дополнительных услуг» мужикам всех сортов, многочисленных избиений и унижений, она не разучилась краснеть! А ведь ей только из-за наклонностей сестры пришлось заниматься этим ужасом, пожертвовать собой. Правда, сама Мира и является виновницей проблем Сали. Не позавидуешь…

— Понимаешь, — решила сменить тему, — не могу понять, почему Брайд отпустил нас. Я не рассказывала вам, но знаю — он наблюдал за нашим побегом. И еще. Откуда разбойники узнали, что именно в этот день в таверне останутся люди, которые сумеют открыть ворота?

Наконец-то задала вопрос, не дававший мне покоя все это время. Девочки стояли в очереди подозреваемых на первом месте, пора прояснить ситуацию раз и навсегда.

— Вита, если ты думаешь на нас, то ошибаешься. Сали никогда не станет делать ничего подобного, она живет в ограниченной иллюзии мира и себя самой. А у меня последнее время одна-единственная цель — не привлекать ничьего внимания, чтобы нас с сестрой не нашли. Но помнишь, Таймур и Саира были поблизости, когда мы договаривались встретиться после работы. Могли подслушать.

Да, такой вариант я обдумывала, но его уже никак не проверить. И если вычеркнуть Миру и Сали из списка возможных предателей, я снова в тупике.

— Ответь, пожалуйста, еще на один вопрос. Ты собиралась ехать в Нерин, но Сали с собой не звала. Хотела остаться в Кембре, не советуясь и не договариваясь с сестрой. Наконец, готова была сбежать от разбойников Брайда одна. Почему?

— Она не может долго оставаться без меня, — скупо улыбнулась Мира, а в глазах застыла грусть, — каждый раз принимает решение идти туда же, куда и я. Ведь мы двойняшки, всегда были очень близки, возможно, в этом причина. Зов крови…

— Мира, — решительно сказала я, — думаю Фаррел мог бы помочь вам с Сали — исправить ошибку в малетуме или создать новый.

Но девушка так резко вскинулась, что хлипкая гостиничная кровать зашаталась, а Сали тихо застонала.

— Нет, ни в коем случае! Я не доверяю ему! — убедившись, что сестра продолжает мирно спать, громким шепотом ответила она.

— Но почему? Мне же доверилась.

— Ты спасла сестру, подставив себя под удар вместо нее, могла погибнуть. Если не верить тебе, то кому вообще можно верить? — покачала головой Мира.

— Так ведь и Фаррел спасал нас от тварей и от разбойников.

— От разбойников — да, но если то, что ты говоришь, правда, Брайд все равно не дал бы убить нас. А от тварей спасали и Велим, и Тэрмод, и Лэйс. Не только маг.

— Почему ты так доверяешь Велиму? — тут же уцепилась я за слова Миры, — Это же просто нелогично! Он взялся ниоткуда и без вопросов пошел с тобой.

— Как и Фаррел, — резонно заметила девушка.

Нда, действительно.

— Я понимаю твои подозрения, — она улыбнулась так счастливо, что меня внутренне сдавило неприятное предчувствие.

Вдруг эта странная любовь тоже результат магии? И вообще, в этом плане магия нравилась мне все меньше — никогда не знаешь, откуда прилетит удар или кем может оказаться человек, находящийся поблизости. Сестры тому яркий пример.

— С ним так хорошо, — продолжала мечтательно говорить девушка, — когда он рядом, я дышу полной грудью, а без него пусто. Вот сегодня я останусь ночевать у Сали, Велиму уже сказала. Он согласился, но я не рада.

— Мира, ты уверена, что это настоящие чувства, а не результат умелого приворота? — осторожно озвучила свои подозрения.

Мне совсем не хотелось вставать между нею и любимым человеком, может быть у них и правда все по-настоящему?

— На приворот не похоже, — улыбнулась Мира, — Но спасибо, что беспокоишься обо мне. Я рада обрести, наконец, подругу, с которой не придется притворяться. Завтра еще побуду с сестрой, а потом обойдем с тобой все оружейные лавки, и купим самую лучшую кольчугу, какую сможем найти!

Мне, конечно, было немного жаль мою чудесную кольчугу, но это не значит, что сестрам обязательно покупать замену, о чем я и сообщила Мире. Но она и слышать ничего не хотела, и я решила не спорить.

— Мира, я не понимаю еще один момент. Если не захочешь рассказывать, промолчи. Как же ты с Велимом, или на него твоя проблема не распространяется?

Говорить прямым текстом не повернулся язык, но Мира прекрасно поняла вопрос и опять улыбнулась.

— Представляешь, да! Не понимаю, как, но с ним никаких плохих последствий нет. Я в тот день совсем ничего не хотела, никого не искала — просто решила погулять по симпатичному городу. Только расположилась отдохнуть и выпить горячего взвара за столиком придорожной корчмы, как подсел он. Мы разговорились.

Ничего себе, так Велим еще и разговаривать умеет?!

— А потом все получилось как-то само собой, — продолжала девушка, — и плохих последствий нет, и он какой-то очень настоящий, в общем, это сложно объяснить… Но я почти сразу предложила ему пойти со мной. То, что Велим согласился — для меня действительно счастье.

Все же это попахивает либо приворотом, либо глупостью, либо как ни странно, настоящей любовью.

— А где сегодня будут ночевать Тэрмод и Лэйс? — спросила я, решив попридержать пока свои опасения при себе.

— Сали еще утром говорила, что они ушли до завтра к какому-то приятелю.

Надо же, как удачно именно сегодня демон с эльфом не ночуют здесь. Да чтоб вас, мне уже везде мировые заговоры мерещатся!

Мира уверила, что помощь ей ни сейчас, ни ночью не понадобится, и я с чистой совестью отправилась в свой номер. Честно говоря, устала ужасно. Видимо, все-таки нервная встряска дала о себе знать, хотя сегодня искусство управлять эмоциями впервые пригодилось — будь я в обычном своем состоянии, могла запаниковать и погибнуть, а так — никакого психологического отката, кроме чисто физической усталости.

Зная, что подобное самочувствие лучше всего снимается водой и сном, я приняла ванну, и вырубилась.

Все последние дни сон-лабиринт повторялся посекундно, ничего нового не происходило, по утрам я просыпалась с носовым кровотечением, головной болью и ломотой в теле, но уже почти привыкла, потому что утренние физические нагрузки снимали все негативные последствия.

Сегодня, то ли из-за того, что легла спать вечером, то ли по какой-то другой, неведомой мне причине, лабиринта не было. Сначала снилась какая-то легкая, ничего не значащая чепуха. А дальше… Я увидела себя лежащей на постели в той самой комнате, в которой спала, а с двух сторон от меня сидели двое абсолютно одинаковых мужчин.

Представьте самого совершенного мужчину, какого сможете, только в двойном экземпляре. Представили? Умножьте это совершенство на бесконечность. Теперь вы знаете, как выглядели мои гости.

Увидев их, я подскочила, и тут же оказалась около кресла, на котором лежали недавно купленные клинки. Но мечей на месте не было.

— Смотри, брат, она уже доверяет нам, — приветливо улыбнувшись, сообщил тот, что сидел справа.

— Думаешь подходит? — с сомнением подняв красивые брови, промолвил второй.

— Уверен, — ответил первый, — Виана, ты нам подходишь.

Я стояла ни жива, ни мертва. Еще раз оглянувшись на кресло, и увидев пустые ножны, сложила два и два. Это что — мои мечи?!

— Пока еще не твои, — строго сказал тот мужчина, который сидел слева, — я хочу проверить ее, — повернулся он к «брату».

Ну вот, а мечи, значит, умеют читать мысли? Хотя, уж лучше мечи, чем Фаррел.

— Конечно, умеем, иначе как помогать в битве, если не читать мысли и не предугадывать действия своего подопечного? — серьезно проинформировал «второй».

— Если ты настаиваешь, проверим ее, — расплылся в проказливой улыбке первый.

— Именно. Настаиваю.

— Хорошо, будет тебе проверка, — блеснув глазами, ответил первый «брат», и я тут же проснулась.

Сердце стучало, как сумасшедшее. Опасливо приблизившись к мечам, вытащила один, потом второй. Вязь рун продолжала непрерывно течь по лезвиям, а сталь сверкала точно так же, как только что глаза мужчины из сна. Неужели и правда приходили мечи? Как они назвали меня? Виана? Я прижала руки с клинками к груди, чтобы голова оказалась между лезвиями, и прислушалась. Откуда-то пришла мысль, что так получится услышать их голоса.

В этот самый момент дверь, которая вообще-то была закрыта изнутри, распахнулась, и в комнату стремительно вошел Фаррел. Наверно, зрелище он застал еще то — стою в короткой ночнушке, с мечами в руках. А какое у меня при этом было выражение лица, даже представить трудно.

Фаррел, в глазах которого я успела прочитать сильнейшее облегчение, шагнул ко мне, и мечи в мгновение ока вернулись в свои ножны, а я очутилась в объятиях мага.

— Тебе нужна новая кольчуга, — тихо сказал он и тут же отстранился.

Только вот зачем? Мне было так хорошо в кольце его рук.

— Уже знаешь, что случилось?

— Да.

— Мира обещала купить мне кольчугу.

— Отлично. Иначе это сделал бы я, — теперь Фаррел выглядел совершенно спокойным и расслабленным, как обычно.

Ага! Теперь понял, что кольчуга не помешает?

Небрежно переложив мечи на стол, маг уселся в кресло.

— Ничего не хочешь мне сказать? — поинтересовался он.

— Хочу. Но не уверена, что имею право.

Я чувствовала себя нелепо в ночнушке перед мужчиной, который мне вообще-то нравился, а ему, похоже, по барабану. Правда, прибежал, значит, волновался?

— Ты же все равно видишь и Сали, и Миру, верно?

— Да.

— То есть, знаешь, что они близнецы?

— Она тебе все рассказала?

— Не все, — кусая губы, ответила я, — она не сказала, почему и с какой целью их ищут.

— Значит, еще не время.

— Но ты ведь можешь помочь им? Исправить малетум? Чтобы Сали стала собой, и чтобы Мира… — тут я замялась, — в общем, чтобы ей больше не страдать.

Фаррел покачал головой.

— Помочь можно только тому, кто сам просит о помощи. Она ведь отказалась?

— Мира не доверяет тебе!

— Значит, так тому и быть.

Нет, я никогда его не пойму!

— То есть ты можешь помочь, но не будешь, пока она сама не попросит?

— Именно так. И не советую рассказывать ей о нашем разговоре, Мира снова перестанет тебе доверять — и это все, чего ты добьешься.

Я надулась, потому что не могла понять и принять его решение, но все же ответила:

— Хорошо.