Глава 16

До Конна добирались почти месяц.

Когда Фаррел объявил, что пора уходить, Мира уперлась и ни в какую не хотела покидать обжитую стоянку в Разбойничьем лесу, потому что, как оказалось, куда-то ушел Велим, и когда вернется — неизвестно.

— Мира, неужели ты думаешь, что Велим не знает, как найти тебя? — на удивление проникновенно спросил маг, я никогда не слышала от него подобного тона, — уверен, он подстраховался на этот случай.

Не знаю, что Фаррел имел в виду, но Мира явно поняла его, так как вытерла выступившие было слезы и согласно кивнула.

Все время, пока мы находились в пути, я с удивлением наблюдала за отношениями, развивающимися в нашей разношерстной компании. Стало очевидно, что Дэвона без ума от эльфа, причем взаимно. При этом Лэйс почему-то разрывался между ней и Сали. Дэвона ревновала, а Сали не понимала, что происходит.

Сначала дроу потряхивало каждый раз, когда я контактировала с Лэйсом, но к счастью она быстро поняла, что наши взаимоотношения не выходят за рамки дружеских, и постепенно успокоилась. Вообще было заметно, насколько девушка старается держать себя в руках, истерик мы больше не наблюдали, хотя внутри дроу частенько бушевали сильнейшие бури.

Я чувствовала ее проблемы, потому что постепенно вернула эмоциональный баланс, и продолжала усердно взращивать ниточку к Сердцу Магии. Все-таки падение в пустоту сыграло неблаговидную роль, вновь отодвинув меня от долгожданной цели. Надеюсь, этот процесс не растянется до бесконечности — уж очень хотелось, наконец, научиться «магичить».

Когда мои спутники признали меня, новая внешность произвела фурор. Демон высказал радость особенно активно:

— Вот, я знал — что-то тут не то. Сразу, как увидел, аж в штанах засвербило, так захотелось тебя опрокинуть. Эх, ну почему ты меня тогда послала? Теперь-то тем более не дождусь, — и он шкодливо подмигнул, состроив умильную рожицу.

Эти слова Тэрмода оборотень сопроводил очень тяжелым взглядом, а я восприняла как очередную скабрезную шутку, к которым давно привыкла.

Но в целом, демон вел себя намного тише, чем прежде. Меньше острил и балагурил, а если и выходил на арену, то теперь даже выражение красных глаз неизменно выдавало его истинное состояние — встревоженности и подавленности.

Оборотень тоже стал молчаливее. Мы не вели никаких бесед, но пристальные взгляды, которые он, словно острые кинжалы беспрестанно метал в меня, говорили сами за себя. Когда же Тритис подходил слишком близко, его ноздри трепетали, зрачки расширялись и туманился взор, а меня от возбуждения бросало в жар, потому что чудовищно яркий призыв, который шел от мужчины, игнорировать не получалось. Я жутко краснела и старалась побыстрее исчезнуть, тем самым давая понять, что не готова к подобным отношениям.

Разочарование, раз за разом отражавшееся на его лице, стало настоящим наказанием — я очень боялась потерять Тритиса как друга, но и заставить себя обсудить с ним создавшееся положение пока не могла.

А одно новшество, обнаруженное мною в наших рядах, весьма удивило — Мира и Тэрмод теперь частенько обменивались странными взглядами, будто их связывала общая тайна. Немного понаблюдав за этими гляделками, не выдержала и обратилась к подруге с просьбой объяснить, что происходит. Спросить-то спросила, но к реакции оказалась совершенно не готова — Мира разрыдалась в голос, вцепившись в меня, как в спасательный круг:

— Вита, я безумно боюсь за него!

— А что с Тэрмодом не так?

— При чем тут Тэрмод? — девушка даже оторвалась от меня, удивленно посмотрев в глаза.

— А за кого ты боишься?

— За Велима, конечно!

Вот совсем ничего не поняла.

— Так я же спрашиваю, почему вы с демоном переглядываетесь.

Но Мира лишь покачала головой.

— Жаль, но я не могу ничего рассказать, прости, Вита. Не нужно тебе это, поверь на слово.

Опять двадцать пять. Тогда говорила — не нужно, сейчас то же самое.

— Мир, но может быть, я могу чем-то помочь?

Подруга вздохнула и печально улыбнулась.

— Ах, если бы кто-нибудь мог мне помочь. Нет, милая, но спасибо тебе.

К Тэрмоду с вопросами я, конечно, не пошла, так и оставшись в неведении об их с Мирой секретах.

Но больше всех удивил Фаррел. Вернулось его подчеркнуто дружелюбное отношение этакого мудрого наставника. Маг продолжал обучать меня мастерству боя на мечах, и благодаря нашим ежедневным занятиям я постепенно вспоминала уроки из снов, шаг за шагом превращаясь в искусного мечника. Время от времени мы тренировались с Тэрмодом и Лэйсом, которые громко восхищались моими успехами, да я и сама поражалась собственному прогрессу.

Мне все больше казалось, что разочарование во взгляде Фаррела было лишь игрой света и тени, но поразмыслив некоторое время и собравшись с духом, я все же решила расставить все точки над «и»:

— Помнишь наш разговор у водопада? Почему ты тогда так быстро ушел? Мне показалось, я тебя чем-то расстроила.

Фаррел весьма выразительно усмехнулся:

— Вовсе нет, все прекрасно. Спасибо, что поделилась, меня очень тронуло твое доверие.

Я вздрогнула, безошибочно прочитав в его интонации неприкрытую иронию, а маг спокойно закончил свою мысль, тем самым перекрывая всякую возможность объясниться:

— Думаю, не стоит это обсуждать. Лучше продолжай искать связь с Сердцем Магии — это главное. Не отвлекайся на пустяки.

Значит, наши отношения — пустяки? Хотя, о чем это я? Никаких отношений между нами не наблюдалось, а то, что сама себе намечтала… пора спуститься с небес на землю. Хотя было обидно. Даже очень. Странный он все-таки, этот мужчина. Понять его мотивы невозможно, предсказать поведение — тем более.

Но все же я последовала экспертному совету и с утроенным рвением занялась работой над собой, заодно изо всех сил стараясь выбросить из головы мысли о несносном маге.

Кроме собственных запутанных отношений и загадочного поведения спутников, продолжали беспокоить сны. Они стали полноправной частью мозаики происходящих со мной событий, заняв почетное второе место, время от времени вырываясь на первое.

Теперь, когда хождение по бесконечным лабиринтам средневекового замка кануло в небытие, вернулись цветные картинки с глуповатыми бессмысленными сюжетами — подобные сны я видела в детстве. Но они были лишь первой частью «Марлезонского балета».

В какой-то момент обычный сон резко обрывался, и на передний план выступал полумрак мрачноватой комнаты. За окном, занимающим живописную стрельчатую арку, проглядывала темнота глубокой ночи. Она подмигивала яркими звездами, а высоко стоящая Нэди освещала шпили далеких гор.

По обеим сторонам окна расположились две скульптуры — девушка и юноша, тянущие друг к другу руки. Они казались живыми в бликах единственного источника света — пляшущего в массивном камине яркого пламени. Тихое потрескивание поленьев и едва различимый пряный аромат придавали этой картине неуловимый флер очарования.

Я сидела около добротного письменного стола, сложив руки на коленях, как провинившаяся школьница, а в кресле возле камина находился мужчина, появление которого помогло мне выбраться из пустоты, затягивающей в смерть. В руке он неизменно держал пузатый бокал с напитком насыщенного красного цвета. Напиток переливался и сверкал рубиновыми всполохами, отблески которых освещали безупречное лицо аристократа. Всем своим видом мужчина напоминал красивого, но чертовски опасного хищника.

Однако, рядом с незнакомцем я по-прежнему не чувствовала страха, и впервые увидев новый сон, обрадовалась. Хотела поблагодарить своего спасителя, а заодно выяснить, случайно ли он оказался в моем сновидении тогда, что делает в нем теперь… Но по-видимому, мужчина установил здесь свои правила и запреты, потому что я не могла ни шевелиться, ни говорить, и чувствовала себя третьей статуей, украшавшей его комнату. Сам же незнакомец «разговоры разговаривать» не стремился, а лишь молча рассматривал меня.

Никогда не думала, что одним взглядом можно выразить столь богатую палитру эмоций и чувств. Он то пугал сокрушительной, затягивающей в бездну ненавистью, то становился задумчивым и отрешенным, завораживая своей загадочностью, то превращался в такой тяжелый и хмурый, что хотелось уменьшиться в размерах или спрятаться.

Его взгляд дурманил нежностью и лаской, от которых по венам растекалось предчувствие чего-то необыкновенного, а через мгновение становился брезгливым до невозможности, и меня тянуло сбежать, чтобы поскорее отмыться от несуществующей грязи.

Я смотрела на мучительно красивого мужчину и проживала эти до одурения противоречивые состояния одно за другим, блуждая по заколдованному кругу разрывающих его душу эмоций. Из-за зашкаливающей реалистичности сна сохранить спокойствие не удавалось, и я раз за разом теряла связь с Сердцем Магии, хотя прекрасно понимала, что ниточку, протянутую к Источнику, надо держать непрерывно.

Самое неприятное, что не у кого было спросить совета, как выйти из создавшегося тупика. Глупо, конечно, но на Фаррела я все-таки обиделась. К Тритису с разговорами о мужчинах лучше не приставать, хотя в общем-то, сны — его вотчина. У Миры и так проблем хватает. Вот, собственно, и все, кандидаты для выслушивания моих откровений закончились.

Так что разбираться с незнакомцем придется самой.

* * *

Конн встретил проливным дождем и отрядами злых стражников на улицах. В отличие от других городов, здесь при входе нас разве что по карманам не обшмонали. Каждого проверили и амулетами, и магическими формулами, пришлось даже постоять в столбе бурлящей энергии, наподобие того, что обездвижил женщину-контрабандистку в Кембре. Начальник стражи оправдывал свои действия тем, что уже несколько дней идут поиски опасных преступников, сбежавших из местной тюрьмы.

— Оборотни среди вас есть? — поинтересовался в самом начале экзекуции хмурый высокий мужчина с глубоким шрамом на левой щеке.

— Нет, — выступив вперед, ответил наш маг.

Я же замерла, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не бросить взгляд в сторону Тритиса, от которого пошли волны откровенного недоумения. Видимо, поведение Фаррела ему было непонятно. К счастью, остальные тоже не стали комментировать слова мага, даже Сали, за непредсказуемость которой я опасалась больше всего.

— Ладно, а то оборотням сюда ход заказан. Давайте на проверку.

Как так получилось, что все проведенные манипуляции не выявили нашего оборотня — непонятно. Этому же явно удивлялся и сам Тритис. И хотя его эмоции очень быстро утихли, некоторое замешательство все же ощущалось.

— Учтите, в городе сейчас тревожно, — напутствовал нас после окончания проверки здоровенный толстый мужик с пышными усами.

Он старательно отводил от меня взгляд, но безуспешно, раз за разом то возвращаясь к лицу, как в трансе блуждая от глаз к губам и обратно, то завороженно шаря по груди и ногам.

— По одному на улицу ни-ни, а вечерами да ночами даже все вместе никуда не ходите. Уж больно банда серьезная. И как им удалось сбежать — ума не приложу. Сидели-то в разных ямах.

— Маги? — уточнил Фаррел, с легкой улыбкой наблюдая за потугами шефа местной «полиции».

Остальные стражники вообще неприкрыто косились в мою сторону. Самое смешное — я даже не сразу поняла, что происходит. А когда, наконец, дошло, оценила, насколько выгоднее быть некрасивой. Непривлекательная внешность сродни шапке-невидимке, вроде бы ты и присутствуешь, но никому особо неинтересна, и потому незаметна.

— Да, среди них есть и маги, и эльф очень сильный, из благородных, страху нагоняет такого…

Мужчина выразительно возвел глаза к небу, но тут же опять скосил их на меня.

— А что они натворили? — поинтересовался Лэйс.

— Да много чего! У нас же большой город-то, да предместий ого-го сколько! И грабили, и убивали — но это для отвода глаз. Чтобы, значит, не подумали про них, что серьезные птицы-то. Много набедокурить успели, — толстяк наклонился к Фаррелу и прошептал, — Они магичили чтой-то запретное, — потом опасливо оглянулся, и выпучив глаза добавил, — И даже дочку нашего префекта… того…

Мужик захлебнулся воздухом, и когда я начала думать совсем черте что, закончил:

— Чуть не похитили. На этом их и поймали. Всех выловить удалось, — гордо сообщил он, — а потом сбежали.

Да нет, похоже, не всех взяли — явно кто-то помог своим приятелям успешно улизнуть из тюрьмы.

— А что именно они «магичили»? — немного иронически поинтересовался Фаррел, но стражник не обратил внимания на тон мага.

— Никто не знает! Государственная тайна! — и снова некрасиво выпучил и без того круглые глаза.

Странный мужик — суетливый до ужаса, не умеет держать себя в руках… Совсем не подходит для серьезной должности, каковой я считала должность начальника стражи большого города. Наверно, он просто возглавляет смену охраны у входа в Конн — тогда все становится более-менее понятным.

Мы поблагодарили стражников и отправились искать таверну для ночлега. Повезло, что пока нас со всех сторон проверяли, дождь закончился, выглянуло солнце и на небе раскинулось коромысло разноцветной яркой радуги.

А вот я все больше чувствовала себя зверем, загнанным в клетку. Ну или клоуном на арене цирка: все встречные мужчины пялились, иногда присвистывали, женщины смотрели не меньше, а кое-кто кидал завистливые и злые взгляды. Даже не представляю, чем бы закончилась эта прогулка, не будь рядом моих спутников. В итоге наши мужчины окружили меня со всех сторон, за широкими спинами я неплохо затерялась, и дальше мы передвигались относительно спокойно.

Такого сногсшибательного эффекта от своей новой внешности я вовсе не ожидала, наверно потому, что ни Лэйс, ни Тэрмод, ни Фаррел, ни даже Тритис не позволяли себе так беззастенчиво разглядывать меня. Разве что Сали стала частенько засматриваться, но на нее я не обращала внимания.

Новую проблему надо было решать как можно скорее, поэтому попросила мага вернуть мне старую личину, на что эльф и демон с улыбкой переглянулись, Дэвона изумленно зыркнула из-под опущенных ресниц, а оборотень согласно покивал.

— Уверена? — спросил Фаррел, — Если бы не ты, этот стражник никогда не рассказал бы нам то, что рассказал. Скорее, арестовал бы за лишние вопросы.

— Но как я буду ходить одна, если все так пялятся?

— Зачем тебе куда-то ходить одной? — не сдавался маг.

— Да мало ли, что может понадобиться! В жизни бывают разные ситуации. Да и вообще — ведь вы не всегда будете рядом, — сказала, и тут же грудь сдавила щемящая тоска.

Нет, нельзя выдавать своих чувств! Надеюсь, он ничего не понял — ведь я уже неплохо контролирую эмоции. Во всяком случае, пока не сплю…

— Ладно, смотри, как хочешь. Но думаю, тот ужас возвращать не стоит, — усмехнулся Фаррел, — давай затеню твою, чтобы не была такой яркой?

Я согласилась, а через минуту увидела в маленьком зеркальце Миры ничуть не изменившееся лицо и с укором посмотрела на мага.

— Не волнуйся, теперь ты выглядишь довольно-таки симпатичной девушкой, но не более, — очень серьезно сказал Тритис, — по крайней мере, внешне, — еле слышно добавил он, и мне опять стало не по себе от прожигающего насквозь взгляда.

— Только ты видишь себя настоящей, — подтвердил Фаррел.

«Знаю-знаю, Маг Магович, ты тоже видишь все как есть», — подумалось мне.

— Вита, ты была так прекрасна, глаз не отвести! Меня все время тянуло смотреть и смотреть. Зачем эта личина? — непонимающе воскликнула Сали, — нравиться всем мужчинам — это же здорово! Я тоже так хочу — нравиться всем-всем-всем.

Она мечтательно закатила глаза, а мы с Мирой понятливо переглянулись.

— Фаррел, — вдруг обратилась она к магу, — а сделай мне такую личину, чтобы я нравилась всем мужчинам! Ты же можешь!

Девушка чуть не подпрыгивала от желания во что бы то ни стало добиться захватившей ее идеи, а глаза подозрительно блестели. Сали явно готовилась расплакаться, если Фаррел откажет.

— СалИ, хорошая моя, зачем тебе толпы грязных мужиков, которые будут бегать за тобой, пуская слюни? — Лэйс перетянул ее внимание на себя, явно добавив в голос чуточку эльфийского убеждения, — Это не эстетично. Ты и так можешь выбрать любого, не сомневайся. Хочешь поедем вместе на моем скакуне?

Ни дать ни взять — доктор и пациент. Ну или понятливый папочка и капризная дочь. Я глянула на Дэвону. Дроу прикрыла глаза, наверно, чтобы хотя бы не видеть происходящее, потому что Сали с радостью согласилась, и дальше уже ехала в объятиях эльфа, поглаживая то его блестящие волосы пшеничного цвета, то гриву волшебно прекрасного золотого коня.

Конн вобрал в себя черты всех увиденных мною в Наосе городов, но больше всего напоминал микс из стилей первого и второго круга Кембре, только здесь люди разной степени зажиточности населяли разные кварталы. Кварталы состояли из нескольких соседних улиц или площади с прилегающими улочками и тупичками.

Как ни странно, у самого входа в город расположилась площадь с богатыми двух и даже трехэтажными домами. Достаток выше среднего выдавали фасады, украшенные эркерами и барельефами, и небольшие балкончики с балюстрадами и лепными волютами. Симпатичный палисадник и каменные вазоны по обеим сторонам парадных дверей, как правило, завершали композицию.

Сама площадь, очень чистенькая, вовсю благоухала цветами, которые во множестве росли на многоярусных клумбах. Солидные лавки вызывали уважение красочными витринами, сияющими первозданной чистотой и обилием разнообразных товаров, а вот таверну с номерами для проживания девяти человек пришлось поискать. Оказалось, что в этом городе гостиницы, в основном, камерных размеров, постояльцев всегда очень много, поэтому частенько номеров на всех не хватает, и цены соответственно, немалые.

Уже потом случайно выяснилось, что если не полениться и забраться вглубь Конна, эта проблема отпадает: снять номер становится намного проще и дешевле. Здесь же, на въезде, местные снимали с приезжих основные сливки и тщательно скрывали от своих гостей эту информацию. Настоящий заговор монополистов.

В гостинице домашнего типа «Желтый песок» нашлось шесть номеров, которых нам хватило впритык. Удивительно, но после недолгих уговоров Сали согласилась, что эльф будет жить с Дэвоной, она сама с Тэрмодом, Мира в ожидании Велима поселилась в двухместном номере, остальные — в одноместных.

Наспех поужинав, мы разошлись по своим комнатам — похоже, всем хотелось, наконец, отдохнуть друг от друга. К счастью, эта таверна отличалась от предыдущих тем, что в небольшой нише притулилась ванна из металла, похожего на бронзу. Воду по первому зову набрал и подогрел специально обученный маг-бытовик — комфорт на грани фантастики!

Спала, как убитая, вроде бы, даже не видела во сне милорда — так я называла про себя своего странного ночного незнакомца.

* * *

Утром спустилась вниз выспавшаяся и довольная жизнью, улыбаясь во все тридцать два зуба. Светлая столовая с цветами на столах и яркими шторами на окнах радовала глаз. Мои спутники в полном составе заканчивали завтрак. Поздоровавшись, присела рядышком.

— Доброе утро, Вита! — улыбнулась Сали, вставая, — а мы вчетвером отправляемся гулять по городу, встретимся вечером.

Тэрмод состроил умильную рожицу — хотел изобразить святого мученика, но получился гороховый шут, Дэвона закатила глаза, эльф подмигнул, и они ушли.

— Вита, а ты куда-нибудь собираешься? — поинтересовался Тритис.

— Пожалуй, нет, кажется я еще не совсем выспалась, — на самом деле хотелось побыть, наконец, одной.

— Мне надо отлучиться, — проинформировал оборотень.

— Я тоже должен кое-что сделать, — присоединился маг.

— Так ведь стражник советовал по одному не ходить, — немного встревожилась я, правда только за Тритиса.

Что-то мне подсказывает — наш маг в любой ситуации не даст себя в обиду, а вот оборотней тут не жалуют. Каким-то невероятным образом Фаррел понял предмет моего беспокойства, потому что вдруг сказал:

— Никто не увидит в Тритисе оборотня, не волнуйся.

Я покраснела, а Тритис, воспользовавшись ситуацией, поинтересовался:

— А перекинуться я смогу, если что?

— Сможешь, но тогда скрывающая твою суть иллюзия спадет.

— Хорошо, я понял.

И мужчины, пожелав приятного аппетита, ушли. Мира еще чуть-чуть посидела со мной и отправилась к себе, сказав, что никуда не хочет, будет ждать Велима. Честно говоря, на девушке от переживаний лица не было.

Я уже съела странного вида, но удивительно вкусную запеканку из мяса и каких-то овощей, и заканчивала разбираться с аппетитным ягодно-творожным десертом, когда увидела вошедшего в таверну эльфа — симпатичный рослый брюнет, смешливые карие глаза, знакомые кожаные доспехи…

— Брайд, — тихо ахнула.

И тут же поняла свою ошибку, потому что мужчина быстро обернулся и уставился точно на меня. Да, у них же чуткий слух! Поздновато вспомнила. Эльф смотрел-смотрел, явно не понимая, кто я такая и откуда могу знать его имя, потом взгляд остановился на груди и мелькнуло узнавание:

— Вита?!

Ничего себе у него глаз — алмаз. Пришлось кивнуть.

— Это тогда была личина или…?

Я поморщилась, вспомнив, что и сейчас выгляжу не совсем по-настоящему.

— Тогда.

— До красавицы, конечно, далеко, но ничего, вполне хорошенькая, — вынес вердикт завзятого ловеласа Брайд.

— Добрый ты, — рассмеялась я, довольная его оценкой.

Не уродина и не красавица — это то, что надо!

— А ты изменилась не только внешне, — подсев за мой столик, продолжил эльф.

Он все еще внимательно разглядывал меня.

— Ощущаешься совсем иначе, спокойная такая. Теперь рядом с тобой приятно находиться.

Я решила, что развивать эту тему не стоит, да и меня занимал более важный вопрос:

— Значит, твоя банда тут гудит?

— Нет, — покачал головой мужчина, — я с этим завязал.

— Тогда Идгар с остальными твоими разбойничками? Говорят, у них есть сильный эльф.

— Нет, Идгар мертв, — ничего себе, Идгара мне было искренне жаль, — а остальных я распустил по домам. Денег дал достаточно для того, чтобы больше не бузили… У каждого из них был дом, представляешь? — саркастически заметил он, видимо, почему-то считая, что мне должно быть стыдно за свои вопросы.

— А что случилось с Идгаром?

— Погиб. Нелепая случайность.

— А с чего это ты вдруг завязал? — впечатление, что Брайд морочит мне голову, никак не отпускало.

— Надобность отпала. У меня теперь денег более, чем достаточно, — усмехнулся эльф, — так что подыскиваю место для комфортного проживания.

И он как-то неопределенно покрутил руками.

— Откуда деньги? — не знаю, с чего я вдруг набралась наглости задавать вопросы, затрагивающие «коммерческую тайну».

— Какая любопытная, — осклабился мой собеседник, — может, с тобой еще и поделиться?

— Здорово было бы, конечно, но не надо. Лучше скажи, откуда? — что-то изнутри подталкивало выяснить этот вопрос.

Брайд откинулся на спинку неудобного стула, и теперь выглядел этаким барином, разглядывающим меня свысока. Наконец, карие глаза шаловливо блеснули, эльфа явно осенила какая-то идея:

— Я расскажу тебе. Но что мне за это будет?

— Вряд ли у меня найдется что-нибудь интересное. Тем более, теперь ты богач, — заметила я, всем своим видом шутливо изображая «высокое» уважение.

— У тебя есть то, что я хочу, — и мужчина очень выразительно посмотрел на мои губы.

Истолковать его взгляд можно было только одним способом, я немножко прифигела, и решила прикинуться непонятливой дурочкой.

— И что именно?

— Ты все прекрасно поняла, — теперь Брайд раскачивался на казенном стуле, тот скрипел, но мужественно держал немаленького мужика, решившего поиграть в маленького, — с тебя поцелуй.

— С чего ты взял, что мне настолько интересна твоя информация?

— О-о, тебе жизненно необходимо узнать об этом, — уверенно ответил эльф, — тогда ты узнаешь, почему мы напали на вашу таверну в Певунах.

Я похолодела. И ведь не врет. Значит, я была права — ограбление и убийство вовсе не случайность. И узнать, кто заказчик, действительно необходимо. Бывший «Робин Гуд» с нескрываемым интересом следил за моими душевными терзаниями.

— И надеюсь, ты не думаешь, что отделаешься легким касанием? Настоящий глубокий поцелуй, пока я сам его не прерву.

Черт бы побрал озабоченного эльфа! Мало ему баб, что ли? Видный мужик, любая на него согласится, а я сейчас даже без той гиперпривлекательности, когда все подряд залипали, с чего вдруг такие предложения?

— Зачем тебе это?

— Глупый вопрос! Чтобы было, — с удовольствием, словно кот, обожравшийся хозяйской сметаны, ответил эльф.

— Спасибо хоть не постель предложил! — не удержалась я от ехидства.

— А ты бы согласилась? — хитро прищурился Брайд.

— Нет, без вариантов, и наплевать на все твои секреты!

— Вот! — Он для пущей наглядности поднял указательный палец, — потому я и попросил поцелуй.

— Я и целоваться с тобой не буду, — ответила сердито.

— И не надо, тогда ничего не узнаешь, — с улыбкой заметил эльф.

Еще немного посмотрел на мои внутренние мучения и добавил:

— Извини, Вита, но это уже не сработает. Нет — значит нет.

Получается, я сама себя подставила? Ну не дура ли? Надо было сразу жестко отказать, может, и так раскололся бы. А теперь придется сделать это. Я должна, просто обязана узнать правду.

Взяв с Брайда клятву, что кроме поцелуя ничего не будет, пригласила в свою комнату, чувствуя себя почти шлюхой.

Он, иронически улыбаясь, приобнял меня, и неотрывно глядя в глаза, мягко коснулся губами моих губ. Как только наши губы встретились, эльф задышал тяжело и часто, его взгляд затуманился, и в тот же миг глаза превратились в две пылающие огнем желания бездны. Поначалу нежный и ласковый, поцелуй перешел в глубокий и чувственный. Брайд целовал жадно и властно, тихо постанывая, он уже шарил руками по моему телу, когда я не выдержав, начала изо всех сил отталкивать совсем распоясавшегося мужчину.

— Прости, прости, — с трудом оторвавшись от меня, хрипло прошептал эльф, его красивые глаза пылали изумлением и неприкрытой страстью, — я же просто хотел подшутить над тобой, и все. Что со мной такое?

— Брайд, не увиливай! — жестко оборвала его вопросы, — Я выполнила твое условие, давай, рассказывай.

Мне тоже было немного не по себе, потому что я продолжала чувствовать, как мужчину захлестывает желание, он еле сдерживался, чтобы не наброситься на меня. И это эльф, который, на минуточку, отлично умеет контролировать эмоции!

Поэтому решила, что самое правильное — не обращать внимания на очередные странности, надо отвлечь мужчину разговором — может, ему полегчает. Со мной же было все в порядке — вполне приятный поцелуй, но не более.

Брайд еще некоторое время неотрывно смотрел на меня, словно пытаясь разглядеть нечто диковинное, не замеченное с первого взгляда. В глаза постепенно возвращалась относительная ясность, он глубоко вдохнул и начал рассказывать все еще хриплым голосом:

— Он сам нашел меня, предложил очень крупную сумму. Ты не представляешь, какую. Сказал, что надо убить женщину. Показал, как она выглядит. Остальных мои парни убили сами — увлеклись немного, да и те сопротивление оказали. В общем, я ему ничего не обещал, а сам он, похоже, не подумал, что мы с тобой еще встретимся.

— Кто — он? — не вытерпела я сбивчивой прелюдии.

— Тот человек, который убил Вихо и Луана.

Я была не просто потрясена. А фактически раздавлена и уничтожена. Значит, все-таки Фаррел. Ни одного слова не нашлось, чтобы хоть как-то отреагировать.

Эльф с сочувствием смотрел на меня.

— Этот человек пришел ко мне с другой внешностью, но это был он. Я никогда раньше не встречал, чтобы эмоциональный фон скрывали настолько оригинальным способом, а тут вдруг два раза подряд.

Таких совпадений не бывает. А тебя мы должны были взять с собой и позволить сбежать.

Я все молчала, глядя куда-то сквозь эльфа, и он не выдержал:

— Хочешь еще что-нибудь узнать или я пойду?

— Это он попросил, чтобы ты со своими разбойниками не трогали меня в плане… близости? — еле выговорила я, продолжая пребывать в состоянии полной отрешенности.

— Нет, об этом он ничего не говорил, — мягко ответил эльф, ему явно не хотелось делать мне еще больнее.

— Спасибо, Брайд, — мне, наконец, удалось сфокусироваться на своем случайном информаторе.

Уже у двери бывший разбойник обернулся:

— Вита… Ты собираешься остаться в Конне?

— Точно нет, — ответила я, хотя сначала даже не отразила, о чем он вообще спрашивает, — а что?

— Мне лучше быть подальше от тебя, — выдохнул эльф и стремительно вышел, напоследок сверкнув глазами.