Глава 5

— Есть новости? — хриплый голос, как всегда, неожиданно прошелся по многострадальным ушам Охотника.

— Все еще не могу сказать точно.

— Сколько их?

— На данный момент двенадцать, больше десятка уже отсеялись.

— Ведите всех, выяснять будем здесь.

— Да, милорд.

За два дня пути до Нерина мы стали почти командой. Почти — потому что все же до конца друг другу не доверяли. Командой — потому что вместе искали пропитание, вместе готовили, вместе устраивали бивак для ночевки и вповалку спали после изматывающего дневного перехода.

Я спросила у подруг, какие секреты они скрыли от Фаррела. Мира рассказала, что жила в совсем маленькой деревушке недалеко от Певунов, родители умерли рано, но перед этим успели выдать молоденькую дочь замуж. Муж, старше на много лет, считавшийся пожилым даже по меркам этого мира, оказался деспотом, держал Миру в черном теле, заставляя без продыха работать днем и истязая по ночам. В итоге у нее открылся темный дар, и она нечаянно наградила благоверного смертельным проклятьем. К счастью, в его гибели Миру никто не заподозрил, но она не смогла жить на прежнем месте, тем более, что наследство мужа ушло детям от предыдущего брака. Сама Мира была нищей, ее родители ничего не оставили после себя, все распродали за долги. Собственно, и замуж девушку отдали за такого человека из-за отсутствия приданого, а ему была нужна бессловесная служанка и постельная игрушка.

Мира сообщила подробности о своей прежней жизни, пряча глаза, и попросила никому не говорить о ее грехе. Почему в Певунах ее приняли без вопросов, она не знала.

Сали, выслушав Миру и покивав, заявила, что добавить ничего не может, секретов не имеет, в Певунах устроилась на работу в таверну, да и все. Мол, может, Фаррел вообще ошибается, и никакой магической привязки нет, ведь никто никогда об этом не говорил, верно?

Где на самом деле правда — в словах девочек или Фаррела, я выяснить не могла, поэтому решила выбросить эту проблему из головы, по крайней мере на время — пока не узнаю больше информации по данной теме.

Маг сдержал обещание, и когда мы стояли на привале возле тихого озерка, показал мое лицо в гладкой чистой воде. Я немного испугалась, потому что это была и я, и не я. Вроде бы ничего не изменилось: все те же большие, чуть раскосые глаза почти синего цвета с длинными ресницами, тот же нос, форма которого мне не очень нравилась, хотя ровный. Не полные, но с четким, симпатичным рельефом губы. Изменился резкий треугольный контур лица, став более мягким, угловатость пропала. Волос перемены не коснулись — по плечам по-прежнему струились густые и блестящие, слегка волнистые локоны цвета темного шоколада.

По большому счету ничего нового, лишь пара штрихов, но теперь мое лицо притягивало взгляд, словно магнитом, хотелось смотреть и смотреть, я с трудом оторвалась от водной глади.

— Ну как? — улыбаясь, спросил Фаррел.

— Вроде, ничего? — слегка обалдевшая, я зачем-то вынесла новую внешность на его суд.

— Да, действительно, — усмехнулся маг, — «ничего» — самое подходящее определение. Может, и хорошо, что я не могу распознать малетум?

— Что такое малетум?

— Это магическая формула, с ее помощью достигается необходимый магический эффект. И которую я не могу распутать.

Точно, учитель магии из него будет, что надо, усмехнулась про себя.

— Фаррел, ты выяснил информацию о родных и о доме?

Лицо мага окаменело, мгновенно превратившись в непроницаемую маску, только что теплые глаза засверкали колючими льдинками. Ответ был очевиден, но мужчина все же проговорил:

— Их больше нет.

Печаль Фаррела для меня очень и очень близка. После смерти мамы мне пришлось туго, особенно если учесть, что тогда я была еще подростком. Постепенно все наладилось, я пришла в себя и сумела выстоять, потому что уверена — где-то там, на другом свете, мамочка есть. И радость жизни никуда не делась, жизни можно и нужно радоваться хотя бы для того, чтобы порадовать ушедших близких — вряд ли они почувствовали бы себя счастливыми, узнав о наших страданиях.

Поэтому я просто обняла мага, и мы долго стояли молча, вспоминая каждый свое. Когда напряженность в теле Фаррела начала понемногу спадать, я выскользнула из его объятий, и заглядывая в глаза, продекламировала стихотворение Константина Бальмонта «Смерть». В свое время оно мне очень помогло:

Не верь тому, кто говорит тебе,

Что смерть есть смерть: она — начало жизни,

Того существованья неземного,

Перед которым наша жизнь темна,

Как миг тоски — пред радостью беспечной,

Как черный грех — пред детской чистотой.

Нам не дано понять всю прелесть смерти,

Мы можем лишь предчувствовать ее,—

Чтоб не было для наших душ соблазна

До времени покинуть мир земной

И, не пройдя обычных испытаний,

Уйти с своими слабыми очами

Туда, где ослепил нас высший свет.

Пока ты человек, будь человеком

И на земле земное совершай,

Но сохрани в душе огонь нетленный

Божественной мистической тоски,

Желанье быть не тем, чем быть ты можешь.

Бестрепетно иди все выше — выше,

По лучезарным чистым ступеням,

Пока перед тобой не развернется

Воздушная прямая бесконечность,

Где время прекращает свой полет.

Тогда познаешь ты, что есть свобода

В разумной подчиненности Творцу,

В смиренном почитании Природы,—

Что как по непочатому пути

Всегда вперед стремится наше Солнце,

Ведя с собой и Землю и Луну

К прекрасному созвездью Геркулеса,

Так, вечного исполнено стремленья,

С собой нас увлекает Божество

К неведомой, но благодатной цели.

Живи, молись — делами и словами,

И смерть встречай как лучшей жизни весть.

Мои усилия не пропали даром — черты лица мага смягчились, в глаза вернулась улыбка.

— Я рад, что встретил тебя, Вита.

— Я тоже рада, — призналась в ответ, и помолчав, добавила, — Фаррел, прости, что в такой момент говорю о себе, но я не знаю, куда теперь идти и что делать. Я здесь совсем чужая.

На самом деле мне хотелось отвлечь мага от грустных мыслей, дать ему какую-то новую цель — разве плохо, если он захочет и сможет мне помочь?

— То, что тебе некуда идти, было очевидно с самого начала, поэтому я и решил пока остаться с тобой.

— И ты не спросишь, откуда я? Почему называю себя чужой?

— Я догадываюсь, — медленно, словно раздумывая, стоит ли говорить, ответил Фаррел, — и пока не прошу раскрывать все тайны. Возможно, когда-то придет время для откровенного разговора, а сейчас предлагаю просто держаться вместе. Обустроим твою жизнь, и скорее всего, расстанемся.

От этих слов стало так грустно, что на глаза выступили слезы, и быстро кивнув, я поспешила отвернуться.

* * *

На следующее утро мы входили в Кембре, владение кхина Ла Эдона.

Итак, первое поселение, увиденное мною в Наосе. По всему периметру владения, насколько хватало обзора, виднелась толстая каменная стена, поэтому сначала нам пришлось пройти заставу: две высокие круглые башни, между которыми теснились ворота с роскошным гербом наверху. На шахматном черно-белом фоне сверкал красный крест, похожий на мальтийский. С двух сторон он был пересечен серебристыми стрелами, нацеленными остриями вверх, а в самом низу красовалась длинная витиеватая гравировка — надпись на непонятном языке.

На ночь тяжелые кованые ворота закрывались, а днем за вход путешественники платили символический налог, с торговцев же брали по прейскуранту, исходя из цены ввозимых ими товаров. За нас с девочками заплатил маг, так и не признавшийся, откуда у него появились деньги. Стражники, собиравшие пошлину, пропустили нас ни о чем не спрашивая, и без хотя бы мало-мальского досмотра. Зачем тогда они вообще нужны?

На вопрос ответил Фаррел:

— В этом владении все контролируется магически. Кхин Ла Эдон сам необычайно сильный маг, и в его подчинении целый штат не менее сведущих в магии людей, и не только людей. Я точно знаю, что у него есть парочка эльфов и демон. Вернее, были около пяти лет назад. Если кто-то попытается пронести запрещенные товары или просто вещи, поверь, мы увидим впечатляющее зрелище.

В этот момент, как будто для иллюстрации его слов, женщина, проходившая в ворота после нас, закричала и замерла в появившемся откуда ни возьмись, столбе нежно-голубого света, который фонтанировал красными всполохами. И правда эффектно, настоящий фейерверк, вот только в глазах женщины ясно читался ужас.

— Видите, — как ни в чем не бывало продолжил Фаррел, словно вел обычную экскурсию, — красный — значит, пронесла что-то запрещенное из Адохара, мира демонов. И разбираться с ней придет, скорее всего, демон. Этот столб концентрирует магические потоки для перемещения в пространстве, между прочим, в Наосе не так много мест, где организовано пространственное магическое перемещение. Их по пальцам можно пересчитать, слишком высокий уровень силы надо иметь, чтобы содержать такое.

Тут рядом со световым столбом появился мужчина в балахоне пурпурного цвета, на груди толстая серебристая цепь все с тем же «почти мальтийским» крестом, длинные черные волосы — типичный маг, только красные глаза выдавали демоническое происхождение. Он коснулся рукой столба, и тот пропал вместе с женщиной. Демон обернулся, посмотрел на нашу небольшую компанию — каждого будто рентгеном просветил, и тоже исчез.

— Сильный, однако, — прокомментировал Фаррел.

— Что ты имеешь в виду?

— Как только появился столб-ловушка, я поставил Полог Неприметности, а он все равно увидел нас. Хотя, возможно, просто здесь малетум срабатывает иначе, все же частная территория, да и вообще, в этом владении магические потоки немного другие — уж Эдон постарался на славу.

Маг не выглядел обеспокоенным, но я занервничала — очень живо вспомнилось обещание повелителя демонов еще встретиться, да и взгляд черного демона-мага мне тоже не понравился.

Кембре представлял собой поселение солидных размеров. Его возвели по круговой схеме у подножья крутого холма, вершину которого венчал огромный замок, видневшийся от самых ворот. Окруженный густым лесом, он находился настолько далеко и высоко, что казалось, парил на пушистой подушке из белых облаков, больше похожий на чудесную елочную игрушку, чем на настоящий замок. Множество тянувшихся вверх башенок полностью оправдывали его название — Игла.

Каждый круг владения располагался выше предыдущего, создавалось впечатление, будто поднимаешься по воображаемым ступеням. Первый такой участок, разместившийся почти вплотную к каменной стене с массивными укрепительными башнями, состоял из одноэтажных домов, построенных из светлого камня и соломы. К каждому дому примыкали просторные дворы с зелеными садами и огородами без заборных ограждений. Вымощенные тем же светлым камнем дороги, а также множество больших торговых площадей с ремесленными (и не только) лавками и разнокалиберными гостиницами-тавернами дополняли картину. Это место называлось Подножье, и его улицы были полны народу самого разного сорта и самых разных рас.

Восхищенно оглядываясь по сторонам, я заметила, что здорово было бы жить в таком чудесном месте, девчонки с восторгом меня поддержали. Но Фаррел в ответ лишь рассмеялся.

— Да, Кембре — чуть ли не самое богатое и успешное владение Наоса, потому что здесь заправляют сильные маги, имеющие возможность контролировать все и вся. Если подобная политика кого-то и не устраивает, он помалкивает, потому что в Кембре хорошо живется абсолютно всем сословиям и расам. Вообще, Ла Эдон — очень адекватный кхин, по крайней мере, раньше был таким. Но получить здесь вид на жительство, мягко говоря, не самая простая задача — слишком много желающих устроиться в благодатном, надежно защищенном месте. Так что, девочки, извините, это вряд ли, — с улыбкой заключил наш маг.

Во втором круге жили люди побогаче. Он был отделен от самого многочисленного первого яруса живой зеленой изгородью с серебристыми ажурными калитками по всему периметру. Фаррел рассказал, что в Гребень (так назывался второй круг), могли входить только проживающие там граждане Кембре, и те, кто получил на руки именное магическое приглашение, исключающее всякую подделку. В Гребне дома отличались бОльшей живописностью: разноцветные, двухэтажные и трехэтажные, с симпатичными эркерами и резными балкончиками, нависающими над улицей, местами казалось, они вот-вот коснутся друг друга фасадами верхних этажей. Но по бокам дома всегда были окружены цветущими палисадниками и садами, благоухающими дивными ароматами. Мы смогли лишь полюбоваться на эту красоту через магическую зеленую преграду.

Третий круг, отделенный такой же изгородью, именовался «Верхняя Долина». Там проживали богатые граждане Кембре исключительно благородного происхождения, их великолепные особняки и целые усадьбы местами просматривались даже из Подножья, потому что этот круг был многоярусным, и намного выше второго. К сожалению, рассмотреть какие-нибудь подробности не получилось.

Нагулявшись по улочкам Подножья, мы наконец зашли в таверну, поскольку все четверо уже не на шутку проголодались. Это заведение разительно отличалось от того, в котором мне довелось проработать целый год: небольшой уютный зал, столы с белыми накрахмаленными скатертями, витрина и стены, оформленные цветами и поющий менестрель. Это слово как-то само пришло на ум, когда я увидела худенького юношу с блестящими зелеными глазами и удивительным пузатым инструментом в руках.

— А давайте останемся в Кембре? — попивая местный ягодный напиток, предложила Сали, — Тут так здорово! — с восхищением добавила она.

— Мне тоже здесь очень понравилось, — подхватила Мира, — как правильно подать прошение о виде на жительство?

Фаррел с укоризной посмотрел на девочек, явно намекая, что уже все сказал относительно этого вопроса. Мира смешалась, но пробормотала:

— Но кто-то ведь его получает, почему не мы?

Зато Сали не смутилась совершенно. Всю дорогу, если я оставляла Фаррела в одиночестве, она сразу перехватывала инициативу, явно пытаясь соблазнить нашего мага. Но он оказался крепким орешком, и лишь усмехался, наблюдая за ее потугами.

— Фаррел, — проворковала она, — давайте хотя бы переночуем в гостиничных комнатах этой таверны? Мы великолепно проведем время. Представь — горячая ванна, массаж и чистая постель, — и перехватив укоризненный взгляд Миры, добавила, — а завтра и правда, сходим в местное правление или как — его — там, и попробуем получить вид на жительство.

Мужчина посмотрел на меня.

— Вита, ты тоже хотела бы остаться здесь?

Я покраснела. Если и остаться, то точно не в постели Фаррела. И хотя он, вроде как, ничего не предлагал, почему-то на этот счет вдруг полезли глупые неприличные мысли. И потом, мне тоже хотелось бы жить в Кембре, но некоторые опасения заставляли сомневаться, стоит ли здесь даже ночевать.

— Если честно, я боюсь этого демона с площади Главных Ворот. Как думаете, если он увидел, что ты ставил Полог Неприметности, не сделал ли каких-нибудь негативных выводов на наш счет?

— Ну если бы сделал, наверно, сразу бы и разобрался. А раз до сих пор все в порядке… — Фаррел не договорил, потому что дверь таверны распахнулась, и в зал вошел тот самый маг.

Я вздрогнула. Мира побледнела. С лица Сали сползла улыбка. И только Фаррел казался спокойным, как удав. Демон прошел прямо к нашему столу, и глядя куда-то поверх голов, сказал необыкновенно низким голосом:

— Следуйте за мной, — развернулся и вышел из таверны, похоже, совершенно уверенный, что мы безропотно выполним его команду.

— Пожалуй, спорить не стоит. По крайней мере, здесь. Пойдемте, — Фаррел бросил на стол монету, поднялся и направился к выходу.

Нам ничего не оставалось, как присоединиться. Демон ожидал снаружи.

— Я перенесу вас в Верхнюю Долину, а там немного пройдемся до портального камня, — снизошел он до объяснений.

Меня это не успокоило, скорее, я по-настоящему запаниковала и вцепилась в руку нашего мага, как утопающий в спасательный круг. Только не это, только не мир демонов! Да и в другие, честно говоря, совсем не хотелось. Девочки тоже выглядели испуганными.

— Вы собираетесь переместить нас в свой мир? — невозмутимо поинтересовался Фаррел.

Демон чуть приподнял правую бровь, видимо, выразив такой скудной мимикой некоторую степень удивления, потому что лицо его осталось абсолютно бесстрастным.

— Нет, я перенесу вас в Иглу, в замок кхина Ла Эдона.

— Зачем?

— Там вам все объяснят.

Тут же из ниоткуда появился огромный шар, напоминающий густое-прегустое марево: слои воздуха дрожали и переливались, словно тяжело дышало большое сильное животное. Демон приглашающим жестом указал на него. Фаррел шагнул внутрь, держа меня за руку — если бы не его молчаливая поддержка, я ни за что не пошла бы в этот жуткий туман, а спустя мгновение мы уже вышли с другой стороны.

Следом за нами из шара-портала появилась Мира, за ней Сали и демон, который сразу молча направился по дорожке, вымощенной прозрачными желтыми камнями, больше всего похожими на очень светлый янтарь.

Внизу простиралась Верхняя Долина — мы переместились на ярус выше. Несмотря на тревожное состояние, я не упустила шанс получше рассмотреть круг Кембре, принадлежащий благородным: особняки, больше похожие на изящные дворцы, приземистые виллы с прекрасными садами, колоритные усадьбы — все окружающее великолепие говорило о необыкновенной роскоши и безупречном вкусе его владельцев.

Разглядывая открывшиеся красоты, параллельно я размышляла о том, насколько удивительны превратности судьбы — неделю назад я была, фактически, рабыней, а сегодня направляюсь в почти сказочный замок. Правда, пока неизвестно, зачем.

Прошагав таким образом не менее двух километров, мы неожиданно вышли к глубокому рву, который отделял Верхнюю Долину от последнего яруса. Крутые склоны холма покрывал до невозможности густой лес, а на самом его верху теперь уже отчетливо виднелся великолепный замок.

Глубина пропасти была невероятной, дно не просматривалось, а может, его скрывала магия? По почти отвесным стенам струились водопады, создавая приятный мерный шум, под который хотелось уснуть.

Тонны воды поднимали тучи брызг, они сочной яркой радугой переливались в лучах заходящего солнца. Через пропасть был перекинут узкий навесной мостик. Не мост, а именно мостик, шириной меньше полуметра с низенькими перилами, зато длиной, наверно, метров в двести!

— Я по нему не пойду, — озвучила мои мысли Сали, за что я была ей благодарна, потому что сама, наверно, не решилась бы перечить тут же грозно посмотревшему на нее демону.

— По-моему, тут висит иллюзия, — заметил Фаррел, внимательно всматривающийся в мостик и пропасть, — длина моста значительно меньше, чем кажется.

Демон посмотрел на нашего мага с бОльшим уважением.

— Да, это так. Первого проведу за руку, остальные пойдут сами. Решайте скорее.

И опять уставился куда-то в сторону. Фаррел тут же подтолкнул меня вперед, прошептав:

— Иди, а я проведу Миру и Сали.

Боже, почему я? Но спорить не стала, вместо этого, замирая от страха, подошла к демону. Красные глаза блеснули странным огнем, мужчина взял меня за руку (его ладонь была невероятно горячей), и не отрывая взгляда, шагнул на мост. Мне показалось, прошла вечность. Пока мы пересекали пропасть, я не видела ничего, кроме сияющих красных глаз. И страха не было. Как только оказались на другой стороне, демон медленно, будто нехотя, отпустил мою руку, и тут же отвернулся наблюдать, как Фаррел ведет сначала Сали, а потом Миру.

— До портального камня недалеко, пойдемте.

«Камнем» оказалась красивая полукруглая арка, действительно каменная, но очень изящная, с тем же гербом и письменами по бокам.

— Да, это портал не для путешествий между мирами, — удовлетворенно сообщила Сали.

Она уже успокоилась, и даже начала улыбаться демону, но тот проигнорировал и высказывание и улыбку.

— Здесь только я могу провести вас, и только по одному.

Он, не спрашивая, тут же взял за руку Сали и шагнул в портал. Спустя минуту вышел, взял за руку Миру, которая ощутимо задрожала, и пропал.

— Как странно, — обратилась я к Фаррелу, с которым мы остались вдвоем, — получается, они и преступников так водят — по мосту через пропасть? Или их судят не в замке?

— Магический столб-ловушка перемещает подозреваемого в казематы Иглы, он изначально настроен на это, — услышала я низкий голос демона, и вздрогнула от неожиданности, — вы бы желали попасть в замок как преступники?

Поскольку вопрос был явно риторическим, мы дружно промолчали.

Следующим демон провел через арку нашего мага, но вернувшись за мной, не спешил никуда вести. Сначала стоял и опять сверлил красными глазами. Не знаю почему, но страха не было, лишь непонимание — что, собственно, происходит? А потом мужчина как-то очень нежно провел тыльной стороной руки по моей щеке, резко наклонился и быстро, но чувственно поцеловал. Я стояла, как завороженная, даже не успела ничего понять и предпринять, а демон уже оторвался от меня и потянул за руку в портал.

Переместившись, мы оказались в просторном круглом зале с высоким потолком, массивными колоннами, которые как огромные бокалы поддерживали свод, и живописными окнами-розами, расположенными по всему периметру. Мы появились в самом центре зала, на круглом панно из каменной мозаики. Край мозаичного круга был расписан все теми же письменами на незнакомом языке, камешки, составляющие слова, мягко светились изнутри. Центр панно представлял из себя концентрические круги с невероятно реалистичным 3Д-эффектом. Я крепко вцепилась в руку своего провожатого из-за появившегося ощущения, что сейчас меня затянет в пол, но почувствовав горячую, как кипяток, кожу демона, отстранилась и тут же зашаталась от мгновенно появившегося головокружения.

Девочки тихо стояли у стены с закрытыми глазами, видимо, они тоже испытывали неприятные ощущения от затягивающих вглубь себя концентрических 3Д-кругов. Фаррел встретил нас встревоженным взглядом, но ничего не сказал, только сразу вытащил меня из жуткой мозаики и поддержал, чтобы не упала.

— Сейчас вас проводят в выделенные для отдыха комнаты и накормят. Выспитесь, приведете себя в порядок, а завтра утром предстанете перед кхином Ла Эдоном, — гулко прозвучал в пустом помещении равнодушный низкий голос мага-демона — акустика здесь была, что надо, концерты можно устраивать.

Демон вещал, опять глядя куда-то в ведомое только ему одному пространство, а затем указал на выход. За дверью нас ждали четверо мужчин, очень похожих друг на друга, одинаково одетых в черные балахоны-мантии, с одинаково отстраненными взглядами. Переглянувшись, мы молча отправились за новыми провожатыми, маг-демон за нами так и не вышел.

Видимо, портальный зал располагался на самом верху огромной башни, потому что некоторое время мы шли по узкому коридору с каменными стенами, а затем спустились по длинной винтовой лестнице, после чего Миру и Фаррела двое повели направо, Сали и меня — налево.

— Похоже, нас тоже сейчас разделят, — шепотом сказала я, мне стало жутковато.

Сопровождали нас, правда, не демоны, а люди, но сути дела это не меняло.

— Мне почему-то кажется, что ничего страшного не случится, — оптимистично ответила Сали, — он же сказал, нам дадут поесть и выспаться, а завтра на встречу пригласит сам кхин!

Я в который раз поразилась ее легкомыслию. Мало ли, что наобещал демон? Как говорится, сказать и сделать — это две большие разницы. Но тему закрыла.

Мужчины вели нас по коридору, очень напоминающему средневековый замок — каменные стены, факелы, явно горевшие магическим огнем, а высоко расположенные окна готического стиля, вытянутые кверху, чередовались с окнами-розами. По краям, через равные промежутки стояли каменные фигуры рыцарей в латах. Обычно для украшения помещений создаются однотипные скульптуры, здесь же доспехи рыцарей, и даже их рост сильно отличались друг от друга.

Я не могла отделаться от ощущения, что рыцари провожают меня взглядами из прорезей шлемов. Казалось, позови, и они сойдут со своих постаментов, чтобы ринуться в бой на защиту обитателей замка. Закралась мысль, что когда-то давно обратили в камень живых людей, создав молчаливую верную охрану…

После нескольких коридоров и пары лестничных пролетов нас с Сали тоже развели в противоположные стороны.

Иногда в бесконечных коридорах встречались длинные деревянные столы с такими же длинными скамьями. Мои шаги гулким эхо разносились по помещению, а вот мой безмолвный спутник передвигался абсолютно бесшумно. Как так?

Постепенно коридоры и лестницы, по которым мы шли и шли, приобрели более светлый и симпатичный вид, пропала холодная давящая атмосфера, и я стала успокаиваться. А то воображение уже нарисовало, что хозяином столь мрачного замка может быть лишь жутко злой колдун, который собирается запереть меня в темнице.

Теперь сияющие закатным солнцем окна располагались не только под потолком, но и на высоте человеческого роста, стали больше и шире. Я с интересом погладывала на них, желая со стороны рассмотреть сам замок и его окрестности, но получалось это плохо, потому что мужчина шел быстро, а я старалась не отставать.

Ни одна живая душа нам так и не встретилась, после каждого нового поворота и очередной лестницы я все больше убеждалась — найти портальный зал уже не смогу. А если и смогла бы — что толку? Ясно, что воспользоваться им нереально.

Когда мы наконец-то пришли, солнце почти село. Мужчина впустил меня в комнату, взмах руки — и на стенах зажглись все те же магические факелы.

— Сейчас к вам придет горничная с ужином, скажете ей свои пожелания по поводу завтрашнего наряда. Всего хорошего.

Я оглядела неожиданное место ночевки. Просторная комната оформлена в красно-коричневых тонах, кровать даже не под балдахином, а закрытая со всех сторон. Словно небольшой домик, она стояла на возвышении, к которому надо было подниматься по ступенькам. Деревянный резной столик с резными ножками, такие же два стула. И — ура! — настоящий камин. Правда, пока погасший. На полу ноги утопали в толстом ворсе ковра.

В общем, комната мне понравилась.

Я еще не успела хорошенько осмотреться, как зашла пожилая женщина с подносом, поставила его на стол и предложила выбрать платье, в котором завтра я предстану перед кхином Ла Эдоном.

— А у вас настолько большой выбор гардероба? — удивилась я.

— У нас платья создаются с помощью магии. Возьмите, — она протянула мне странную палочку, — и представьте наряд, который хотите.

Я, недоумевая, взяла палочку, которая оказалась стеклянной (или, может быть, из какого-то неизвестного мне камня) и очень теплой. У меня давно была мечта — купить одно красивое платье, но на него всегда не хватало денег. Как только я собиралась пойти в магазин, появлялась потребность в более прозаичных вещах. А платье действительно эффектное: красивого нюдового оттенка, изящное, с оригинальным верхом, чуть приоткрытой спиной и длиной в пол. А главное — оно мне очень шло. Правда, кому — мне? Сейчас-то внешность совсем не та…

Но я не стала портить себе настроение, раз уж говорят о платье, наверно, вреда причинять не собираются. Неважно, что лицо страшное, я-то знаю, какое оно на самом деле, так что представила платье-мечту, и отдала палочку горничной.

Очень хотелось принять ванну, о чем я и сообщила. Оказалось, ванна уже готова, она находится в соседнем помещении — я и не заметила небольшую дверь. Так что, хорошенько отмокнув и поужинав, со спокойной совестью легла спать под потрескивавший в камине огонь.

Утро выдалось прохладным. Выглянула в окно — его залепил густой туман. На стуле уже висело платье, а я и не заметила, как кто-то входил. Неужели так вымоталась, что не проснулась, ведь обычно сплю очень чутко. Привела себя в порядок, и полюбовавшись в зеркало на получившийся неплохой результат, уселась у окна ждать, когда за мной кто-нибудь придет.

Ожидание вышло коротким — вскоре появился все тот же мужчина, и мы отправились в очередной бесконечный поход по огромному замку. Теперь шли по совершенно другим коридорам, проходным комнатам и залам — это были, скорее, помещения дворца, причем невероятно богатого и шикарного.

У очередной двери, позолоченной, высотой до потолка, уже стояли Фаррел, Мира и Сали со своими провожатыми. И девочки, и наш маг тоже переоделись. Сали появилась в вызывающем открытом платье красного цвета, Мира — в скромном синем, а Фаррел принарядился в костюм с жилеткой, напоминающий фрачный. Мы не успели и словом обмолвиться, как двери распахнулись, и нас пригласили внутрь.

Я ожидала увидеть что-нибудь вроде королевского зала, но кхин сумел удивить. Это была двухэтажная библиотека, просторная, вся в красном дереве, с живописной деревянной лестницей посередине и свисающими с резных балконов люстрами.

За столом сидел мужчина лет сорока (если переложить на привычное нам исчисление возраста), очень эффектной внешности, с суровым взглядом темных глаз и седыми висками. Рядом с ним стоял тот самый демон, который занимался нашей доставкой в замок. При виде него у меня внутри что-то ухнуло вниз, но слава Богу, маг совершенно не замечал меня, словно и не было того странного поцелуя. Я обрадовалась этому, списав случившееся на нелепую случайность.

Ла Эдон долго смотрел на нас. Каждого просканировал тщательнее любого рентгена, и в итоге вынес вердикт:

— Все верно, я не ошибся. Спасибо, Одхан, что привел их, — демон в ответ сдержанно-почтительно склонил голову.

— Я должен передать, что вам нужно в столицу Наоса.

— В Эйре? — невозмутимо спросил Фаррел.

— Да, в Эйре.

— И зачем?

— Об этом вы узнаете на месте. Я только вижу, что вам надлежит идти туда. Это жизненно необходимо не только для вас, но и как минимум, для всего Наоса. Всем, что понадобится для долгой дороги, я обеспечу: вы получите деньги, коней, одежду и всякие мелочи. Я не могу переместить вас туда, моя магия простирается только в пределах Кембре, но это и не нужно. Неважно, с какой скоростью вы будете идти или ехать, прибудете туда вовремя.