Глава 34

– Игра в десять вопросов? – Рус нахмурился, глядя как я беру в руки бокал и отпиваю белое вино, которое заказала под рыбу.

– Сначала задаю я, потом ты, если отвечать не хотим, игра прерывается, если лжем – тоже. Только правда и откровенность, – ставлю бокал на место, медленно облизывая губы, на которые тут же опускается взгляд этого качка.

– Задавай, – он даже не заметил, как я обвела его вокруг пальца и выиграла время чтобы задать вопрос, на который он не захочет отвечать, и тем самым прервет игру. Неужели у мужиков только одно на уме? Увидел, как баба облизывает губы и все, связь с мозгом потеряна?

– Ты выкрал меня по просьбе Кристины Хасановой?

Рус тут же выпрямился и сощурился, недобрым взглядом меня изучая. Молчал. А я точно знала: он не захочет отвечать, ведь это противоречит кодексу чести наемника. Он не станет ее подставлять, меж тем любой другой ответ будет просто неверным.

– Нет, – отвечает, а на его лице расплывается улыбка, которая не касается карих глаз. От нее веет холодом, будто я открыла дверь на улицу в стужу.

– Это ложь, мы оба это знаем. Иначе зачем тебе понадобилось бы устранять правую руку человека, который может навредить той самой Кристине. Ведь я могла действовать по его поручению, и девочка была бы в опасности.

– Чрезмерная самонадеянность порой до добра не доводит, запомни эти слова и повторяй себе их почаще.

– Ты солгал, – подалась вперед и облокотилась о стол, глядя прямо в карие глаза мужчины, который и бровью не повел, когда я обличила его.

– Порой правда – это не то, что мы хотим услышать на самом деле, – наклонился на стол, приближая свое лицо к моему. – Моя очередь задавать.

– Так не пойдет! – возразила, выпрямляясь и рывком сдергивая с колен салфетку, а Рус тут же разгадал мои действия и поднялся, цепляя в капкан своих сильных рук.

– Ты просила правду, – произнес тихо, так, чтобы слышала только я, и медленно, будто смакуя прошелся по моему лицу взглядом, останавливая тот на глазах. – Я ответил. Придется тебе учиться мне доверять…

Его руки были горячими и настойчивыми. Он не распускал их, но удерживал меня за талию надежно. Я бы не выбралась из хватки.

Проблема в том, что я и не хотела выбираться. И хотела доверять. Но как это сделать, если Рус из стана врага?

– Ну что? – спросил все еще не отпуская из плена своих глаз. – Играем дальше?

Я, не выдержав неприкрытого вызова в его взгляде, опустила веки и кивнула, он тут же расцепил руки и усадил меня, а потом занял место напротив.

– Ты замешана в гибели Константина Давыдова?

Запнулась на вдохе, услышав прямой вопрос Руса и тут же стиснула зубы, когда имя старшего из братьев Давыдовых прозвучало.

– А я-то наивно полагала что мы отделаемся вопросами, кто с кем спал…

– Не ты одна умеешь играть в эту игру, – произнес без улыбки и сердце в моей груди сделало сальто. Этот мужчина хоть в чем-нибудь когда-нибудь мне уступит? – Отвечай.

– Я любила Костю, – произнесла и впервые заметила во взгляде Руса нечто напомнившее оттиск боли, но он тут же скрылся за маской равнодушия. – Иначе не бросила бы все: родителей, сестру, прежнюю жизнь, и не уехала бы за ним в чужой город, где он и открыл мои глаза. Раз и навсегда.

Опустила взгляд, невольно утопая в той трясине, которую предпочла бы не вспоминать и не думать о ней, но прошлое внезапно настигло и теперь не оставит в покое.

Рус молчал, а я поняла, что не всё сказала. Мне хотелось выплеснуть всю злость на старшего Давыдова, который так по-свински обошелся с невинной первокурсницей, у которой впереди была вся жизнь.

– Он приехал в наш город случайно. Чисто проездом был и остановился в гостинице напротив нашего дома. Я еще тогда заметила его. Ну еще бы… – мой взгляд утонул в пространстве, а голос постепенно напитывался проклятой горечью, которую я сдерживала в себе все эти годы. – Такой высокий широкоплечий, броский. На дорогой тачке. Ну чем не герой романов, которые любила читать моя сестра?

Я не заметила, как опрокинула бокал, выпивая остатки вина и со стуком поставила обратно на стол.

– Я подговорила сестру пойти в ночной клуб той ночью, потому что была уверена, встречу его там. И ты знаешь, – подняла на Руса взгляд, полный слез злости и отвращения. – Мне удалось. Я встретила. И он заметил меня! Бинго! Запудрил мозги, заговорил мне зубы, и я бросила все и согласилась с ним уехать. И плевать мне было на стипендию в вузе, на родителей, которые даже не знали, куда я делась, и на сестру, которой пришлось отдуваться за меня, ведь она-то знала…Всё знала.

Рус не дышал, молчал и слушал, а я вдруг замотала головой и схватив салфетку с колен сжала до побелевших костяшек.

Встать уйти – вот всё, чего мне хотелось. Но я упрямо сидела и смотрела на свои колени, закусывая губу до боли.

– Хорошо, что он мертв, потому что после твоих слов мне нестерпимо хочется убить этого ублюдка снова.

– Убить… Ты разбрасываешься громкими словами, но хотя бы понимаешь, что за ними стоит? – дернула подбородком, глядя на Руса высокомерно, и тот без лишних эмоций ответил.

– Знаю, – и было в его слове столько твердости, что сомнений не возникло. Не лжет.

– Расскажи, – произнесла тихо, сомневаясь, что он расслышал, но Каримов вдруг поднял руку и подозвал официантку, а я опустила голову, украдкой стирая с глаз непролитые слезы.

– Нам пожалуйста счет. И бутылку Дэниэлза с собой, – и как только официантка ушла он поднялся и протянул мне руку, приглашая подняться. – Этот разговор лучше продолжить в менее людном месте.