15

В лекарстве, что в нее влили силой, было и снотворное. Вот Мирослава и сникла вся уже через несколько минут. Уже обмякшее тело Альфред перенес на руках в спальню, а Мирта вместе со служанкой принялись ее раздевать и укладывать в постель.

— Заснула? — спросил их настороженно Альфред, когда вышли в гостиную.

— Да. Спит, — ответила Мирта, а служанка только качнула утвердительно головой.

— Это хорошо, — откинулся старший Спрут к спинке кресла, где сидел и дожидался известий о состоянии снохи. — Теперь можешь уезжать. Твой муж там с ума сходит, не понимая, почему ты его не встретила.

— Так вы ему ничего не сказали? Отчего же? Думаете, скрыть происшедшее? Надеетесь, что после такого, моя сестра… что все у них будет нормально? — в ее голосе звучало осуждение и расстройство. — Я хорошо знаю Мирославу, она…

— Глупости! Чепуха! Бабий треп! Убирайся к себе домой, я сказал!

— Не орите! — та огрызнулась в ответ, не хуже дикой кошки. — И нечего мне указывать на дверь! Здесь моя сестра, и я ее в таком состоянии не оставлю.

— Да, конечно! — хмыкнул Альфред. — Только Карл уже летит сюда. Сейчас будет у вас семейная разборка. Посмотрю, насколько хватит твоего пыла, землянка.

— А я выдержу. Да, да! Мы, землянки, такие! Нам все по плечу. Помнится, у вас был уже печальный опыт по приручению одной из нас. Что, забыли, чем тогда все кончилось?!

— Ах, ты!.. — зашипел он на нее, начал вращать глазами и чуть не ощетинился, прямо как настоящий кошак. Еще бы спину дугой выгнул! — Ты с кем разговариваешь?! И как?!!

— А! Мне ваш гнев по барабану — не страшно. Как сестре помочь — вот что меня сейчас волнует. Сыночек ваш дел наделал, а Мира… Знаю я ее. Тихоня-тихоней, а как разойдется в праведном гневе, так держись. Думаю, что все гнездо ваше теперь, кошачье, разворошит.

— Ты, милая, отдаешь себе отчет, что говоришь?

— Еще бы! Я вам теперь не завидую.

Но ее ожидания не оправдались. Утром, когда сестра очнулась ото сна и от лекарства, была тиха настолько, что Мирта усомнилась, не случилось ли с той чего похуже нервного срыва. Все присматривалась к ней и пыталась определить, прежняя ли перед ней была девушка. А получалось, что в ней появилось что-то новое. И вроде, Мирослава справилась с собой, а вроде и нет. Глаза ее смотрели на сестру с той же внимательностью и, уж точно, с узнаванием, но в их глубине притаилось что-то настораживающе неопознанное. Мирте очень хотелось задать прямой вопрос: помнила ли, что вчера произошло. Но этого делать, бесспорно, было нельзя. Вот и сидела возле кровати Мирославы и старалась исполнить любое ее желание.

— Покушать хочешь? А попить? Может, оденешься, и сходим в сад?

— Тебе разве не надо быть дома? — как-то уж слишком спокойно спросила в ответ та ее саму. — Карл, наверное, беспокоится…

— Вовсе нет! — изобразила беспечность, а сама припомнила, какой скандал мужа выдержала вчера, и мысленно поежилась. — Он мне разрешил побыть с тобой.

Но тут в дверь заглянул Альфред и поманил Мирту на выход. А как только она вышла из спальни сестры, так туда направился Вальтер.

— Пришел, — вздохнула при его появлении Мирослава.

Муж встал напротив. И нисколько в нем не было сомнения или раскаяния. Смерил ее жестким взглядом, и Мирославе вдруг подумалось, что вот так же этот мужчина, наверное, смотрит и на поле боя, цепко подмечая все происходящее и планируя свои дальнейшие действия, а потом делает стремительный рывок и…

— Ты ошибаешься, если ждешь от меня оправданий, — сказал спокойным таким голосом и принялся ждать, что сделает или скажет в ответ.

Ждать ему пришлось долго. Потому что жена молчала и только смотрела на него. Странным каким-то взглядом. Он не был готов к такому, поэтому и продолжил говорить сам.

— Не стану отрицать, что ребенок мой.

А в ответ снова была тишина. И она как давила, и чуть не ощутимой тяжестью ложилась на его плечи и грудь. А еще он перестал после этих слов узнавать глаза жены. Совсем. Из их радужки исчезли теплые оттенки, им на смену пришел сероватый холод. Было ощущение, что женщина выступила против него, и он этот бой почему-то начал проигрывать. А к такому нисколько не привык.

— Мне понадобилась разрядка в очередной раз, а эта мартинийка оказалась под рукой. Все как обычно, ничего нового, — и сам от себя не ожидал, а усмехнулся-оскалился слишком уж вызывающе, словно хотел сказать, что и дальше намерен поступать так же, если придет охота. — У тебя есть ко мне какие-то вопросы, Слава?

— Не называй меня больше так. — Это единственное, что она ему сказала за весь разговор.

— Как?! — он вдруг начал смеяться. — Может, решила и женой мне больше не быть?! Нет!!! — засверкал глазами, резко оборвав хохот, и чуть приблизился к супруге. — Ты ничего не изменишь. Я ничего не собираюсь менять. Ты как жила в этом доме, так и продолжишь здесь жить. И называться станешь моей женой до самого последнего своего часа, СЛАВА!

После того, как выкрикнул ей все это, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Я объявляю тебе войну, Вальтер, — сказала Мирослава про себя, а потом повторила эту фразу уже вслух, но совсем тихим шепотом. — Я объявляю свою личную войну.

Она так решила, но когда встала с постели, оделась и вышла из спальни, оказалось, что воевать-то было и не с кем. Спрашивать, куда делся из дома муж, ни у кого не стала, она вообще не жаждала ни с кем разговаривать: ни с Альфредом, ни со слугами. Только Мирта, заезжая ее навестить, слышала голос сестры. И то, слова были совсем короткие: да и нет. Но это не значило, что Мирослава оставалась в неведении того, что происходило в доме и в семье. Об этом ей наперебой все докладывали. Так про Вальтера доложили, что улетел на крейсер. Наверное, опасались, чтобы не подумала чего-то иного. Что проводил время с рабыней, например. А она прислушалась к себе и поняла, что внутри у нее, да, была рана, но из-за той, пережитой боли, теперь вообще ничего не чувствовала, как выгорела.

Два дня Мирослава просто тенью бродила по дому. На третий вышла в сад. Свекор этому очень радовался. А когда к ним заехала Мирта, стал намекать той на какой-то их прежний разговор и подсмеиваться над сестрой, мол, его вышла правда. А через неделю пришло известие, что война закончилась. Все! В космосе прекратились сражения, и воевавшие стороны пришли к мирному соглашению. И снова в доме появился старший Спрут, решив со снохой отпраздновать это событие. Он вошел в гостиную со словами: «Все! Мир! Скоро вернется сын, и у вас все наладится». Только никого в комнате не обнаружил. Очень этому удивился, потому что сноха очень много времени проводила в кресле у окна. Потребовал ответа у слуг. На вопрос, где ваша хозяйка, те отвечали, что госпожа велела оседлать коня и умчалась на нем куда-то в поля.

— Дьявол! Как бы себе не навредила! — взревел тот и распорядился послать кого-то вдогонку.

Только это не понадобилось. Мирослава вернулась сама. Подскакала к самому порогу дома, резко осадила скакуна, соскочила на землю, решительно переступила порог. И Альфред залюбовался ее гордо вскинутой головкой, горящими глазами и румянцем на щеках. Залюбовался, а потом и забеспокоился. К чему была эта новая перемена в женщине? Но та рассмеялась при встрече с ним вполне радостно, и это его успокоило.

— Я вас тоже поздравляю с окончанием войны, — так она сказала, обращаясь к нему.

И эти ее слова к нему были первыми за то время, что прошло после истерики по возвращении из космопорта. Как потом оказалось, и последними, что судьба была слышать от нее. Дальше эта рыжая красавица спокойно выпила с ним чаю и удалилась в свою комнату. А ему что, больше заняться не было чем? Вот и уехал в город, положившись на верных охранников. Делами занимался всю следующую неделю безвылазно. Спустя же семь дней, к нему, совершенно неожиданно заявился весь пылающий гневом Вальтер.

— Где?!! — начал орать тот с порога.

— Ты о чем? — опешил отец. — И я не знал, что ты уже вернулся. Когда? Сегодня?

— А о чем ты знаешь?! — наступал на него взбешенный сын. — Где моя жена, знаешь?!

— В вашем доме, полагаю. Мне никто ничего не докладывал. Когда видел ее в последний раз… Постой! Это было неделю назад. Дьявол! Я так заработался…

— А она уже три дня как отсутствует в усадьбе. Мне охрана доложила, что поехала к тебе. Один из парней проводил Славу лично до дверей твоего дома. Она была здесь?

Вот тут началась суета и бурная волна поисков. Длились они еще три дня, и в их ходе выяснилось, что на Артроле женщина, похожая на пропавшую, не обнаружена. Планету же, в интересующее их время, покинули одна тысяча пятьсот семьдесят одна дама примерно того же возраста. Чтобы проверить всех, потребовались бы месяцы. Но влиятельные родственники пропавшей настаивали на продолжении поиска, просили приложить максимум усилий и ускорить их, а за результаты гарантировали сказочное вознаграждение. Это конечно, вот только попробуй обшарить все галактики и найти беглянку, если она отбыла по подложным документам и как растворилась в неизвестности. Это же, все-таки был космос!

— У нее на Земле осталась мать, — рычал в бессилии Вальтер. — Свяжитесь с представительством планеты! Договоритесь, чтобы установили наблюдение! Я требую, чтобы мне вернули жену!

— А документы о браке у вас есть? Что говорите? Обряд состоялся на космическом корабле? Есть запись в судовом журнале? И предъявить сможете? А вот ругаться и кричать нечего. У нас здесь государственное учреждение, в силе только документы. А запрос на Землю дал то, что ваш брак недействителен, даже если и заключался на корабле. Да, так точно! Вот, взгляните на их ответ. Гражданка планеты Земля… вступила такого-то числа в брак с таким-то гражданином. И брак тот не расторгали до настоящего времени. Что говорите? Муж ее погиб? И документ о его смерти у вас есть? А вот по нашим данным следует…

Оказалось, что кладовщик корабля «Стремительный» по имени Андрей и с известной фамилией поныне здравствовал и трудился на другом теперь судне. Вот единственное, что удалось выяснить в ходе расследования. А брак Мирославы с Вальтером государственные службы действительным не признали. Поэтому и поиски женщины далее прекратили. Но Спрут младший на этом не успокоился. Он начал новое расследование исчезновения своей Славы, теперь уже в частном порядке. На это уходили большие деньги, только ему это было безразлично. Он нанимал людей и рассылал их по всем направлениям. Сам тоже не сидел на месте, а облетел десятки планет. И однажды, когда был в одном дне полета от Земли, ему передали сообщение, что земная инстанция всего пару часов назад расторгла брачный союз Мирославы и Андрея.

— Вот оно! Она на Земле. Попалась! — и Вальтер отдал приказ подготовиться к броску через космическое пространство, чтобы уже через три часа посадить корабль в космопорту рядом с городом, где когда-то жила его жена.

Высадка и прохождение контроля заняли больше времени, чем планировал. А на пропускном пункте на него косо смотрели и совершенно не были рады такому визиту. Еще бы, известный пират, а к тому же и беглый каторжник в прошлом, посетил Землю, с которой отчаянно воевал всего несколько месяцев назад. Именно поэтому его обязали через сутки уже покинуть планету. И пришлось сжать зубы, но раскланяться дружелюбно с охраной земного космопорта. Дальше Вальтер запрыгнул в первый попавшийся наемный автолет и назвал известный ему адрес матери жены. И да, он упорно считал Славу своей женщиной и женой, а ее мать тещей. Поэтому усмирил кипевшие в нем чувства, решив произвести на родственницу благоприятное впечатление. Затем еще по пути купил большой и яркий букет цветов и только тогда встал с ним на пороге их дома.

Дверь открыла пожилая женщина с чертами лица, отдаленно похожими на им любимые, принадлежащие Славе. Не ожидал от себя, но, похоже, что в первый момент немного растерялся. Иначе, что бы ему было стоять и молчать напротив с минуту, если не долее. Первой не выдержала воцарившейся тишины женщина. Она задала обычный, но все же и не совсем вопрос.

— Вы тоже ко мне?

От слова «тоже» его брови моментально нахмурились, а в следующий миг почувствовал непреодолимое желание ворваться в квартиру и своими глазами убедиться, что Слава была там. Еще у него руки просто чесались стереть в порошок того самого «тоже». И хотелось рявкнуть свой вопрос: «Кто посмел еще к вам заявиться?»

— Я, Вальтер Спрут. Мое имя вам что-то говорит? — улыбнуться получилось, надеялся, что неотразимо.

— Нет… — замялась женщина. — А вы точно пришли по нужному адресу?

— Вы же мама Мирославы, так? Значит, ошибки никакой быть не может. Держите. Эти цветы вам, уважаемая.

Теща, не догадываясь даже, кого впускает в дом, попятилась, давая ему проход. Пятачок прихожей и узкий коридор в несколько метров преодолел быстро и всего за несколько широких шагов. Дальше была комната, похожая на гостиную, но она ничуть не заинтересовала, а вот люди, сидевшие в ней, напротив, очень даже.

— Кого я вижу! — протянул слова, чуть не урча. — Сам Мартин Элтон! Привет, пестроголовый! А это кто у нас еще здесь?

На его стремительное вторжение в гостиную и недоброе урчание отреагировал только один из мужчин. Элтон, как сидел в кресле расслабленно, так и продолжил. А вот второй визитер, какой-то взъерошенный, нескладный и в мешковатой одежде мужичок, в замешательстве начал приподниматься со своего места.

— КОТ! — округлились его испуганные глаза, а руки чуть не выронили чашку с чаем. — Это же…

— Кто это чучело? — так отреагировал на него пират. — Неужели, это оно было все это время законным супругом моей Славы?

— Не стоит так переживать, Андрей Владимирович, — подал тут голос и Марк, и звучал тот вполне буднично. — Вы сейчас не в космосе, господин Строганов. И не на атакованном пиратами корабле. Успокойтесь и сядьте. Какими судьбами, Спрут? И как это тебя так запросто пускают на приличные планеты? Хотя, понимаю. После окончания войны прошло всего ничего времени. Не все еще пришли в себя. Но, помяни мое слово, еще пара месяцев, и тебе припомнят пиратское прошлое и побег с каторги тоже. На Марс, предвижу, уже ход заказан? По любому ты там в черном списке.

— Если бы я хоть когда боялся запретов!.. Но сейчас речь о другом, Элтон. Где моя жена?

— Кто это, и о чем это он? — обеспокоенно закрутил головой Андрей.

— Это тот человек, от которого я вас охранял все последнее время. Ты ведь искал ее законного мужа, не так ли, Спрут? Еще бы! Доберись ты до него несколько месяцев назад, и ваш брак признали бы во всех галактиках. Но тебе не удалось убрать досадную помеху с пути. Все потому, что меня в расчет не брал. Ты подло тогда поступил, призвав на подмогу своих котов. Выходит, струсил непобедимый Спрут выходить один на один против соперника! Навалились впятером и полуживого сдали потом патрулю, назвав шпионом.

— Точно! Надо было тебя прикончить тогда. Да не захотел руки марать, и к жене спешил. Первый раз нарушил свои правила, и вот результат. Но мне сейчас нет дела ни до тебя, ни до этого недотепы. Где Слава? Так понимаю, ты до сих пор не смог прибрать ее к рукам. А раз так, то я снова окажусь быстрее. Именно я найду ее и снова приведу в свой дом. Ведь у меня чутье на мою женщину. Элтон, она моя.

— А у тебя есть время на поиски? Сколько тебе разрешено задержаться на планете?

— И это твоих рук дело? Воспользовался связями дипломата папочки? Благодаря им, решил расширить список запрещенных для меня планет?

— Не ты ли говорил, что в любви, как на войне? Вспомнил? Я многому у тебя научился. И будь уверен, если встанешь поперек дороги Миры или моей, я не остановлюсь теперь и перед физической расправой. Для нас с тобой, Спрут, война не закончилась. — Встал тут Марк из кресла, собираясь на выход.

— Господа, о чем это вы говорите? — забеспокоилась хозяйка дома, когда услышала конец его фразы, внося в комнату новую чашку. — Разве, вы не друзья моей дочери?

— Друзья, — хлопнул глазами Андрей. — Я точно ей друг, хоть и развелся всего несколько часов назад.

— Так она здесь, на Земле? — немедленно навис над ним кот, отчего у мужчины снова пропал дар речи.

— Пойдем на выход, Спрут! — повысил голос Элтон, призывая того следовать за ним. — Я поделюсь с тобой всеми сведениями, что успел разузнать сам. Нечего здесь сеять панику, — и далее обратился к матери Мирославы. — Извините нас. Нам уже пора уходить. Был рад познакомиться.

— Думаешь, я поверю хоть одному твоему слову? — зло сплюнул Вальтер, когда они уже оказались на улице. — Я лучше дождусь то чучело и выжму все сведения о Славе у него.

— Как хочешь. Но только зря потеряешь время. Он ничего про нее не знает. Мира вызвала его на развод, но ее представлял доверенный.

— Врешь! Это все твоих рук дело! Скажешь, не ты помог ей сбежать от меня?

— Я желал этого. И планировал. Но она справилась и сама. Рыжик всегда была умненькой девочкой, и очень решительной в ответственный момент. Да, я следил за вашими отношениями. Был момент, даже решил, что навсегда ее теряю. У тебя был шанс приучить ее к себе. Только приучить, Спрут! Любит она меня. Не рычи! Так оно и есть — я чувствую это.

— И так! Она свободная женщина сейчас, — прищурился Вальтер. — Я стану ее искать. Так понимаю, ты тоже.

— Обязательно! И найду, и открою свои чувства.

— Как бы, не тик! Я всегда был шустрее тебя, Элтон.

— Это не соревнование, Спрут. Это вопрос всей моей дальнейшей жизни.

— Прощай! Но удачи я тебе нисколько не желаю.

И мужчины разошлись в разные стороны. А спустя полчаса из парадного дома воровато высунулась всклокоченная голова Андрея. Он настороженно оглядел окрестности, лишь после этого вышел из-за двери. Дальше, нисколько не задерживаясь, зайцем помчался прочь, подальше от этого двора. Он хоть и назвался недавно другом своей бывшей жены, но чувствовал, что лучше для его здоровья было не видеться с ней никогда более. Да и в голове его начал крепнуть совсем новый план. А что? Деньги у него с некоторых пор завелись. Их было достаточно, чтобы закрепиться здесь, на родной планете, и основательно. Да и жизни его теперь ничто не угрожало, раз оформил развод и теперь ни для кого помехи в жизни не представлял. Планировал купить приличный дом на окраине города и зажить в спокойствии. Зарегистрировался бы в соответствующей инстанции, что является вполне здоровой мужской особью, а дальше уже их проблема разослать его данные женщинам, которые числятся в базе, как желающие иметь детей. Да, отдавал себе отчет, что неказист. И что? Большой поток клиенток ему и ни к чему. Лорд Элтон и так обеспечил ему безбедную жизнь на несколько лет вперед.

— Такая жизнь по мне, — улыбался своим мыслям, когда благополучно достиг станции подземки. — Если рассудить, то Земля стала раем для мужиков. А мы-то дураки нос воротим от такой манны небесной. Нет, работать в космосе я больше не псих. Мне и здесь устроиться хорошо получится.

А лорд Элтон в это время подлетал к космопорту на автолете, чтобы потом погрузиться на свой корабль и отбыть в одном ему известном направлении. Решение такое он принял недавно, после непродолжительной беседы с доверенным лицом Миры, представлявшим ее при разводе. Благодаря своему умению убеждать людей, Марк получил некоторые ценные сведения, где вероятнее всего было искать Рыжика. Его девочка здорово рисковала, затеяв бракоразводный процесс, и, хоть и подготовилась к нему основательно, подвергла все же себя серьезной опасности быть обнаруженной не только им. Но ничего, он позаботился о ней, вот только места себе теперь не находил. И все от одной мысли, что, подозревал, нисколько не даст ни спать, ни есть, ни…

— На кой дьявол, ей понадобилось разводиться именно сейчас?! Что у нее там происходит? Что если… Черт! Что бы ей вернуться на Землю?! Здесь у них всего полтора мужика осталось! Так нет же! Наверняка внедрилась в какую-нибудь глухомань, типа лагеря на Картрузе, где сплошь мужичье вокруг вьется! Детка! А как же твоя мечта? Ведь вот же я, с радостью готов ее осуществить… Если ты меня можешь почувствовать, Рыжик… Не смей, слышишь! Даже не думай! Я уже лечу к тебе, моя Микки.

Марк стартовал с Земли, а Вальтер Спрут в это время вел серьезный разговор со своими людьми, нанятыми им, чтобы наблюдали за матерью Славы и вели поиски ее самой. Он требовал от них, чтобы указали ему на человека, что выступал на разводе по поручению жены. Те только разводили руками и еще сыпали уверениями, что сделали все возможное, чтобы выйти на него, да кто-то их опередил.

— Он как в воду канул. Мы ждали его в десяти шагах, а его след простыл, словно всю жизнь только и делал, что уходил от слежки. Гостиницу, где остановился, мы проверили…

— Так понял, он туда больше не явился, — все большей мрачностью наливался Вальтер.

— Точно. Подключили нужных людей, чтобы пробить любые сведения о том типе. Он оказывается с Марса. И уже семь часов, как летит к своей планете.

— И туда мне путь заказан… — в суровой задумчивости произнес пират. — А если не встретиться с этим типом, то искать жену буду еще очень и очень долго. Что же! Понял! А значит, придется рискнуть.

И он тоже, не мешкая и не колеблясь, направился в космопорт. Когда отдавал своим людям приказ брать курс на Марс, они посчитали, что командир сошел с ума. Но спорить с ним и призывать к осторожности смельчаков не нашлось — уж больно пламенели желтым его глаза в тот момент. Команда знала его давно и привыкла к тому, что был одержим участием в сражениях, ломкой чужого сопротивления, упивался своими стремительными победами. А теперь, сознавали они, командир был одержим женщиной.