Часть 11 Король Алекс

Король Алекс

От изумления, вызванного речами моей, в прошлом наивной и глупенькой, жены я оправился довольно быстро, но во мне поселилось почти болезненное любопытство - что же скрывается за этим красивым личиком? Я знаю уже несколько Эрик: Эрика-лунная дева - таинственная и мечтательная, Эрика-магесса - прекрасный теоретик, разрабатывающий весьма изящные структуры заклинаний, Эрика-механикус - утирающая носы кое-кому из университетской профессуры, Эрика-женщина ироничная и умная, умеющая жёстко формулировать, не боящаяся неприятно удивить собеседника. Какая же ты на самом деле, моя королева?

Я предложил ей руку на портальном переходе.

- Задержись, не убегай сразу, - шепнул я ей тихонько, - пойдём позавтракаем, поговорим вдвоем, - и заглянул в глаза, слегка сжимая тоненькие пальчики.

Она кивнула, опустив ресницы:

- Всё по Вашему желанию, Ваше Величество.

- Алекс, Эрика, Алекс. Не надо "Ваше Величество", - она опять стала другой - нежной и робкой, меня начала заводить эта многоликость.

- Хорошо, Алекс.

Нам накрыли в беседке, где полностью создавалась иллюзия уединения. Я что-то рассказывал ей весёлое, она смеялась, забавно морща носик, а я не мог оторвать взгляд от её губ и язычка, которым она слизывала с крохотной ложечки взбитые сливки десерта. Да что со мной? Увлечься собственной женой?! После завтрака я протянул ей руку, чтобы помочь подняться и слегка притянул к себе, тут же обняв другой рукой, наклонился и нежно подул на золотистый своевольный локон, выбившийся на шейку. Она вздрогнула и чуть отодвинулась. Я прошептал ей на ушко: "Скажи - да, Эрика, скажи - да". Она молча отстранилась и не оглядываясь ушла. Я злился еще полдня, а к вечеру решил снять напряжение с парочкой красоток из своего цветника. Тело привычно отзывалось на ласки, но губы помнили её нежный рот и напряжённо бьющуюся жилку на шейке, руки хотели на рассвете пропускать сквозь пальцы её волосы, а глаза хотели смотреть, как они золотятся в лучах светила, уши хотели слышать: "Да, Алекс", но рядом была не она, совсем не она.

Что-то пошло не так после нашего завтрака - я хотел её, очень хотел. Хотел слышать голос, видеть улыбку, обращённую ко мне, хотел её мягкую иронию, хотел её доверие, хотел ощущать её своей, но она не хотела меня. Несколько дней у меня ушло на осознание этого факта. Я принял решение завоевать заново мою Эрику, но как? После того, как она в тот день ушла, меня преследовало ощущение допущенной ошибки. Как исправить её я не знал, но желание увидеть её вновь стало непреодолимым. Потом я подумал, что для меня ведь всё началось с лунного света, лунный свет и она - в этой картине недоставало только эльфийских фиалок. Я отправил вестник одному эльфу, своему давнему приятелю, с просьбой встретить меня на границе Великого Леса - он согласился. Я взял с собой артефакт-невидимку и шагнул, там я объяснил ему, что мне нужны фиалки для жены. Он мечтательно улыбнулся и сказал: "Я тебя понимаю!" - и показал мне полянку, где уже распускались цветы, встречая ночь. Я собрал букетик, поблагодарил приятеля и, надев артефакт, шагнул в Восточный замок. Там я пробрался в её спальню и положил цветы на окно, а сам крадучись вышел в замковый сад. Я видел как мелькал в комнате её силуэт, как погас свет в её окне, а через некоторое время, окно распахнулось и Эрика села на подоконник, прижимая к себе букетик, улыбаясь и глядя в ночь, потом я услышал её тихий голос: "Благодарю тебя, неизвестный даритель, мне так давно никто не преподносил цветов". Это была другая Эрика - Эрика ждущая любовь, но не мою. Ей даже в голову не пришло, что муж может преподнести ей цветы. И меня вдруг захлестнули стыд и раскаяние - я, раздаривающий драгоценности и благовония, присылающий временным любовницам корзины дорогих цветов и сладостей, дожил до времени, когда моя королева благодарит незнакомца за несколько цветочков. Мне не было прощения.

Королева Эрика

Я примерная ученица, я очень хорошо усвоила знания, данные мне Сольвейг - не делать первый шаг, не соглашаться на первое предложение... Не сделала, не согласилась - теперь рыдаю в своей спальне, одна... Потом вытерла слезы, умылась и подумала, что Сольвейг никогда не обманывала меня - если она так сказала, значит так правильно, но как же больно и тоскливо! Так, Эрика, соберись, что ещё говорила Сольвейг? Если больно - бегай, фехтуй, магичь. Пойду фехтовать.

Через седьмицу впечатления от того завтрака с Алексом поблекли, да и физические нагрузки помогали и вновь пошла череда обычных дней. Он не приходил, не присылал личных вестников, и я в очередной раз убедилась в правоте своей названной сестрицы. Что было бы со мной, согласись я тогда остаться с ним? Я даже думать об этом не хочу. А сегодня ночью, уже засыпая, я почувствовала запах ночных фиалок, которые растут только у эльфов в Великом Лесу. Откуда в моей спальне эльфийские фиалки? Почудилось? Нет, не почудилось - на подоконнике лежал букетик тех самых фиалок. Откуда? Спать уже не хотелось, я присела на подоконник, и с улыбкой прижимая к себе цветы, смотрела в ночь. Потом окунулась лицом в этот аромат: "Благодарю тебя, неизвестный даритель! Мне так давно никто не преподносил цветов".

С этой волшебной ночи начался чудесный сон - по утрам я находила на подоконнике ягоды или фрукты в красивых корзинках, ночь всегда встречала меня цветами и конфетами. Я влюбилась в того, кто дарил мне радость, даже не видя его ни разу. А потом случилось. Я была у Сольвейг в Тагоре, но отчего-то захотелось вернуться раньше. Никого не беспокоя в замке, оставив охрану в караулке, у замковых ворот, не зажигая огней, я тенью проскользнула в свою спальню - в лунном свете на моей кровати снова лежали эльфийские фиалки, ещё покрытые капельками росы, я потянулась к ним и вдруг наткнулась на чужую невидимую руку. "Это ты?" - спросила я, он молчал, я осторожно провела пальцами вверх по его руке, он взял мою руку и поцеловал, а я в ответ поцеловала его ладонь. Я почувствовала, как он замер и будто лавина налетела или шторм захлестнул - губы, руки, плечи - с меня слетала одежда, будто лепестки цветов яблони облетали под ветром. Я чувствовала его тело, но не видела его, я изучала его губами, руками, как слепая - он только вздрагивал и стонал. Когда он вошел в меня, мне показалось, что я превратилась в огонь, а он был ветром, что раздувал то пламя.

Так началась моя новая жизнь. Я была абсолютно счастлива, я ни о чём его не спрашивала, он вообще никогда ничего не говорил. Иногда я рассказывала ему о себе, о своих занятиях, о своем детстве, о Сольвейг, только никогда не говорила о короле. Однажды, примеряя украшения для бала, я открыла шкатулку, в которой лежали коралловые бусы, что подарил мне король, я хотела закрыть её, но он задержал мою руку, и я поняла, что он хотел бы узнать о них. Я улыбнулась и сказала:

"В этой шкатулке лежит моя память, - я почувствовала его удивление и продолжила: - Когда-то давно Сольвейг спасла меня от сумасшествия этих бус, сейчас они не опасны, но тогда, они несли в себе боль, ненависть и презрение, что я испытывала к себе".

С королем у меня установились прекрасные прохладные отношения - я прихожу порталом на официальные мероприятия, посещаю балы и другие празднества, но сердце моё там, в Восточном замке, где меня ждёт мой нежный, таинственный друг. Меня вообще перестали волновать придворные красотки, хотя они куда-то пропали в последнее время, а официальная фаворитка получила отставку, но меня это не интересует. Я понимаю, что даже Сольвейг я стала сейчас улыбаться, как будто издалека. Она немного встревожено смотрит на меня и часто спрашивает - всё ли у меня в порядке. "Да, дорогая, у меня всё прекрасно", - а мысли мои там, с ним - не знаю где, но с ним.

Потом со мной случилось чудо - я поняла, что забеременела, это такое счастье! Я сказала ему, он кружил меня по комнате, целовал, потом приник к ещё плоскому животу и очень нежно погладил его. "Любимый, - сказала я ему, - я обязана известить короля и попросить развод, - он стиснул мои руки, а я улыбнулась, - он даст мне развод, он не любит

меня и никогда не любил, я всего лишь обременительное приложение к удобным гаваням. Я уговорю его, я свяжусь с моим царственным братом и объясню, что это я причина развода. Алексу этого будет достаточно, Богиня тоже, думаю, не откажет - ведь я жду ребёнка!"

Король Алекс

Король пребывал в тоске и это чувствовал весь двор: он не выходил из своих покоев, красоток, что ранее могли развлечь Его Величество, он разослал ко дворам герцогств, фаворитку выдал замуж на другой конец королевства, нынче король или работал, или исчезал в неизвестном направлении. Граф Данри, уже несколько столетий, бессменно возглавляющий Королевский Совет (а потому чующий неприятности задолго до их возникновения), решился поговорить об этих нововведениях с братом короля, для чего подал формальное прошение об аудиенции у главы Тайной канцелярии:

- Ваше Высочество, я вынужден обратиться к Вам с просьбой - поговорите с Его Величеством.

- А в чем дело? - Ольгерд действительно чувствовал себя слегка виноватым - после возвращения Сольвейг и сына, он всё свое свободное время проводил с семьей и как-то выпустил брата из виду.

- Король тоскует и не просто тоскует - он исчезает неизвестно куда.

- Надолго?

- Нет, только ночами.

Ольгерд с облегчением вздохнул:

- Вероятно, это новая пассия, пройдёт.

Данри покачал головой:

- Не думаю, Ваше Высочество.

Ольгерд насторожился, он был склонен доверять суждениям старого пройдохи, всё-таки тот служил уже не первому поколению Тагоров.

- Граф, на что похоже состояние брата?

- Не берусь обсуждать коронованных особ, - чопорно ответил тот, - однако, мой долг сообщить Вам, что состояние короля может сказаться на его здоровье.

Ольгерд направил мне личного вестника с приглашением на семейный обед, то есть я мог не напрягаться - прийти порталом, один и в неофициальной одежде. Обед действительно был домашним, накрыт на террасе, обедающих всего трое: я, брат и Сольвейг. Малыш Олег гулял с нянями в поле нашего зрения. После обеда мы устроились в небольшой гостиной с огромными окнами в сад, мне было хорошо среди родных.

- Алекс, - сказал брат, - скажи мне, что с тобой происходит, ты на себя не похож в последнее время.

- Всё в порядке, брат.

- Не всё, - заметила Сольвейг, - и ты, и Эрика в последнее время ведёте себя крайне странно, я чувствую, что что-то не так.

- Говори, - нахмурился Ольгерд.

- Эрика собирается со мной разводиться.

- Почему она решила так поступить? - поджав губы, спросила Сольвейг.

- Она беременна и собирается получить разрешение богини на развод, как раз по этой причине.

- От кого беременна? - ошарашено спросил брат.

- От меня.

- И собирается с тобой разводиться?

Сольвейг развернулась и впилась в меня взглядом:

- Быстро говори, что ты наделал!?

Я всё рассказал: и про мою слежку за Эрикой, и про цветы из Великого Леса, и про то, что хотел открыться, но боялся потерять её доверие, что она холодна, и отстранена от меня-короля, но любит меня-невидимку и незнакомца.

- Я не знаю, что мне теперь делать, - закончил я рассказ, - я ревную Эрику к самому себе и готов прибить самого себя.

Брат захохотал:

- А я считал, что в Доме Тагоров только у меня в голове пауки бегают.

- Тараканы, - не отвлекаясь от своих мыслей, поправила его Сольвейг.

- Кто такие тараканы? - заинтересовался Ольгерд.

- Потом, - махнула она рукой.

- Делать-то чего? - снова затосковал я. - Она же ко мне вот-вот придёт развод просить.

- Иди к ней прямо сейчас. Один, без свиты и сопровождающих и без невидимости, - выразительно глянула на меня Сольвейг, - иди как есть, проси прощения.

- За что?

- За всё, - рыкнула эта невозможная женщина, - просто так, проси прощения, расскажи ей, почему ты выбрал эльфийские фиалки. Потом логика разговора подскажет тебе, что делать.

Я посмотрел на брата:

- У меня с собой только артефакт с привязкой ко дворцу.

Брат хмыкнул:

- Выручу. Я тебе дам разовый артефакт - это особый ненаведенный, нестационарный портал, новинка - только ты должен очень чётко, в деталях представить себе место, куда хочешь попасть. Уйдёшь отсюда.

Я взял артефакт, закрыл глаза, представил себе спальню Эрики в Восточном замке, хрустнул оболочкой кристалла, шагнул.

Королева Эрика

Я работала в своей механической лаборатории, когда услышала чьи-то шаги, обернувшись, я с удивлением увидела короля:

- Ваше Величество, какими странными путями Вы оказались здесь?

- Приветствую тебя, Эрика.

- О, простите, Ваше Величество, - я присела в реверансе, впрочем, не очень удачно, так как делать реверанс в штанах на лямках не очень эстетично.

- Нам надо поговорить - это очень важно.

- Согласна, нам надо поговорить.

Он поднял руку:

- Эрика, сначала скажу я, а после, ты можешь сказать мне всё, что захочешь.

- Всё по Вашему желанию, Ваше Величество, - он поморщился.

- Алекс, Эрика, Алекс, - я кивнула, - хорошо, пусть будет Алекс.

Король сцепил руки за спиной:

- Присядь, Эрика, разговор предстоит долгий или давай пройдём в сад, там будет удобнее.

Я кивнула:

- Прошу Вас, - и жестом пропустила его вперёд.

- Тебя, Эрика, тебя.

Я недоуменно пожала плечами:

- Хорошо, тебя.

Он провёл меня к моей любимой беседке. "Интересное совпадение", - подумала я.

- Эрика, прежде всего, я хочу попросить у тебя прощения.

- За что Ваше... Алекс?

- Есть за что, да ты и сама знаешь - наше прошлое было не безоблачным.

- Вы... ты прав.

- Так ты сможешь простить меня?

- Я простила тебе прошлое, в настоящем же ты ничего плохого мне не делал.

- Нет, так ничего не получится, - пробормотал он, - Эрика, давай я тебе расскажу всё с самого начала, так мне будет легче.

Я молча склонила голову.

- Эрика, ты королева и даже удалившись сюда, ты вряд ли могла рассчитывать избежать внимания Тайной канцелярии. Твои действия, встречи, разговоры отслеживались, сопоставлялись и предоставлялись мне в обязательном порядке.

Я пожала плечами:

- Что тут удивительного, мне это понятно.

- Я не мог не заметить то, как ты изменилась, как изменился круг твоих интересов, круг твоего общения, я решил посмотреть всё сам.

- Это тот твой визит?

Король скривился, как от кислицы:

- Нет, визит был прикрытием, пустой формальностью, способом проникновения.

- Ты говоришь будто про вражескую территорию, - я усмехнулась.

- Прости, тогда я так и расценивал ту поездку. Я отослал свиту, а сам остался. Я стал твоей тенью, Эрика, - я вздрогнула, король продолжил: - Я увидел тебя ночью в окне твоей спальни - ты была, как лунная дева.

- Так вот откуда эльфийские фиалки, - прошептала я.

- Да. Лунные девы плетут венки из ночных фиалок, так сказано в легенде, ты и эти цветы - это было так чудесно...

Мои глаза наполнились слезами:

- Мой прекрасный незнакомец - это ты?

- Да, Эрика, я люблю тебя, Эрика, но я слышу разочарование в твоём голосе, не прогоняй меня, прошу, - Алекс опустился на колени и уткнулся лицом в мой живот, - девочки мои любимые, - почти простонал он своим бархатным голосом, - Эрика, всё будет так, как ты захочешь, только не отталкивай меня, прошу.

Он смотрел на меня синими-синими молящими глазами, а я просто не могла ничего ему ответить - горло сжал спазм. Эта невольная пауза всё длилась и длилась и Алекс быстро заговорил, будто боясь, что я сейчас скажу что-то непоправимое:

- Ты не представляешь, как я мучился из-за того, что струсил сразу тебе признаться. Знаешь, я ревную тебя к себе, я готов был себе в морду дать, когда ты во дворце смотрела на меня так холодно, так отстраненно, я же знал, что тогда ты думала обо мне.

Я засмеялась сквозь слёзы:

- Алекс, ну подумай, какой бред ты сейчас несёшь!

- Знаю, что бред, но ничего не могу поделать. Скажи, что любишь меня, скажи, что вернёшься ко мне!

- Встань, - он поднялся, - я люблю тебя, Алекс Тагор, мой король.

- Я люблю тебя, Эрика Тагор, моя королева!