25. Комплект

Целует его неуверенно и с полной отдачей, а у него разум отключается. Бывали с ним девахи умелые и изобретательные, а эта обвивает его доверчиво своими тонкими руками, и он тонет в ней. Плющит её призывные соски об себя и жаром исходит, всю в себя вобрать готов. Втянуть, зацеловать и не отпускать.

Она снова всё ему позволяет. Хотя злится по инерции, не верит ещё, что нужна ему. И тут же тянется, и вручает себя, без условий, требований и ожиданий. Здесь и сейчас. Он и сам пока не понял, насколько глубоко она в него проросла, быстро и без спроса. Лишь одна мысль красной линией — его она, и больше, чем здесь и сейчас. Шальная, бесстрашная, настоящая.

Скользнул руками на её бёдра, а губами под подбородок. Она голову откинула, открываясь. Пальчиками полетела по его плечам.

— Аня… — ответом ему пульсирующая жилка под нежной кожей. Все слова застряли, увязли в непреодолимом стремлении касаться кончиком языка и ловить этот отбивающий ритм её желания.

Он присел перед ней, стянул штаны, оглаживая ноги по всей длине, поцеловал каждую коленку, взглянул на неё. Стоит, подрагивает, глаза прикрыты, грудь вздымается под мягкой тканью. Подцепил майку и потянул вверх, прокладывая дорожку прихватывающих поцелуев по плоскому животу от края простых белых трусиков к маленькому пупку. Привстал, параллельно избавляясь от своей одежды. Она руки вверх подняла, помогая ему снять с неё майку. Подхватил её ладонью между лопаток, развернул и уложил на кровать. Она пальцы ему в волосы запустила, сама притянула к своим губам. Он сжал её грудь и приник к ней, посасывая острую вершинку. Она застонала и вдруг прижала его голову.

— Егор, — прошептала встревоженно.

Он отлепился от её груди.

— Что такое?

Ему не показалось — она была обеспокоена.

— Кажется, у меня снова кровь… Там, — уставилась на него.

Он приподнялся и скользнул взглядом вниз. Накрыл ладонью её лобок. Затронул легко, и она внезапно подалась к нему в руку. Испугалась своего тела и отпрянула. Он улыбнулся и показал ей свои пальцы.

— Всё в порядке, не волнуйся.

Она свела брови.

— Но мне как будто сыро.

Он улыбнулся шире.

— И хорошо. Значит, ты готова меня принять.

Она выдохнула:

— Так и иди в меня.

Он напряг все мышцы, нависая над ней.

— Обкончаться с тобой можно… Никакой выдержки не хватит.

Аня вскрикнула и выгнулась, потому что он вновь поймал в плен её грудь. Его губы отметили её рёбра и спустились на живот. Руки скатывали бельё, поцелуи неотступно следовали за ними, лаская новые открывающиеся участки тела.

— Что…ты…делаешь? — рваными выдохами от неё, ноги сводит, а сама гладит его плечи и не останавливает.

— Ты сама разрешила целовать везде. Доверься мне.

Аню окутали такие острые ощущения, что она поддалась им, издавая неконтролируемые звуки и комкая пальцами то ли простыню, то ли кожу Егора. Вдруг какая-то сила приподняла её. Она обхватила его затылок, вдавила в себя, издала протяжный стон, откинулась назад, дёрнулась и резко свела бёдра. Он не подрассчитал её чувствительность и естественность реакции, за что смачно отхватил ляжками по ушам. Высвободил зашумевшую голову, тряхнул ею, нашарил презерватив. Провёл руками по её сжатым коленям, прочертил языком дорожку между грудок к шее и проник в неё. Она распахнула подёрнутые поволокой глаза.

— Больно? — он заставил себя замереть, а у самого каждый позвонок перещёлкивает в нетерпении.

— Нет, — головой отрицательно по подушке. — Много. Тебя так много.

И глаза круглые, невозможные. Что с ней делать? Много его — хорошо это или плохо?!

Они уснули. Оба переполненные и опустошенные. Вымотанные неприкаянностью прошлых ночей. Егор перекатился на спину, подтянул обессиленную Аню себе на плечо. Она прижалась к нему и очень быстро затихла. Сложенная у неё под подбородком рука расслабленно упала ему на грудь. Он накрыл её своей рукой и тоже провалился в сон.

Проснулись друг за другом. Полежали в тишине, приходя в себя.

— Попробуем внести в наши отношения частицу привычного и банального? — спросил Егор, а у самого глаза лукаво блеснули.

— Предлагаешь выбраться из постели и сделать вид, что мы до неё ещё не добрались? — Аня задрала голову, не отрываясь от его плеча.

Он рассмеялся.

— Не совсем. Я не железный и терпение не мой конёк. Уроки с тобой слишком приятны, чтобы вдруг от них совсем отказаться. Я не предлагаю начать заново — лишь добавить нормальности.

Аня потянулась, потеревшись об его бок. Он напрягся. Она хмыкнула.

— Я же ненормальная, ты забыл?

— Разве такое забудешь? — он обвёл её плечо, выглянувшее из-под простыни. — Давай сходим в кино?

Она приподнялась на локте. Его взгляд потяжелел, и она придержала покрывало на груди. Они оба поняли, что, если оно сползет ниже, кино, как и все традиционные намерения, накроются медным тазом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Давай, — согласилась и растерялась. Кто она ему теперь? Безотказная любовница? Девочка-ответственность? Или его девушка? Не рискнула спросить напрямую. Слишком рано, наверное.

Они приехали в большой торгово-развлекательный центр.

По пути Аня отправила сообщение Василисе о том, что ей потребовалось съездить домой, и пообещала выполнить за подругу требуемую завтра часть трудовой повинности в общаге.

От Васи пришёл ответ: «Ты там, где хорошо так, что страшно?»

Аня сжала телефон и честно написала: «Да».

Василиса прислала воздушный поцелуй и «Тогда не теряю».

Егор взял её за руку и уверенно направился в противоположную от зоны кинотеатра сторону.

— Мы разве не в кино? — Аня пыталась подстроиться под его шаг, ликуя каждой линией своей ладони от прикосновения его сильных пальцев.

— В кино, — Егор выискивал что-то, пробегая глазами по витринам магазинов. — Только сначала прикроем тебя.

Аня не успела возмутиться, как они свернули в отдел женского белья. Она упёрлась, вырывая руку. Он отпустил, тут же подловив её за талию.

— Я же сказал, что кое-что видеть буду только я, — и откровенно уставился на её грудь.

— Хорошо, — прошептала ему в шею, заметив приближающегося консультанта. — Перестань так нагло пялиться.

— Подбери такое, чтобы ничего не торчало на всеобщее обозрение, — шепнул он в ответ и, погладив её по ягодице, развернулся к подошедшей к ним девушке.

Аня примерила три варианта. Сама себе она не позволяла подобные ценники на бельё. Устраивать прилюдные разборки с Егором тоже не хотелось. В конце концов, всучит ему после кино и пусть делает со своим лифчиком, что захочет. Она выбрала светло-синий цвет. Вышла к нему, намеренно обозначив лямочки видными из-под майки.

Он приподнял бровь в немом вопросе. Она пожала плечами.

— Разве что-то торчит?

Он усмехнулся и направился к кассе.

— Возьмёте только верх или полный комплект? — поинтересовалась продавец.

— Комплект, — подтвердил он.

— Егор, — Аня тронула его за локоть, — не нужно.

Он дождался, когда она на него посмотрит.

— Это моя прихоть, не твоя, — рассчитался за покупку, отказался от предложенного пакета, засунул новые трусики себе в карман, не таясь, и снова взял Аню за руку.

Перебив аппетит попкорном, они не стали задерживаться перекусить. Егор завёл машину и повернулся к Ане.

— Я хочу, чтобы мы поехали ко мне. Даже смена белья для тебя имеется, — он похлопал по карману джинсов. — Но если захочешь в общагу, отвезу тебя туда.

Она смущенно сглотнула, щёки порозовели, но взгляд не отвела.

— Попробуем соединить комплект.

Вечер завершился совместным приготовлением ужина, молчаливыми переглядываниями, подлавливанием друг друга за наблюдением и рассматриванием.

Ане хотелось не мешать Егору в его пространстве, в котором ей самой было удивительно хорошо. Наверное, такое ощущение и называют чувством дома.

Она ему не мешала. Напротив, как и в первый раз, его жилище словно приняло её, она была на месте тут, рядом с ним. Наверное, таким ощущением и называют своего человека.

К следующему дню ему нужно было отсмотреть записи трёх претендентов на грядущие региональные соревнования. Егор устроился на диване с ноутбуком, пока Аня ходила в ванную. Мысленно он внёс совместный душ в их «учебную программу», как и многие другие пункты, сплошь первые. Он и себя с ней во многом впервые открывал, что удивляло и воодушевляло.

Она снова надела его футболку, забралась с ногами в угол дивана и внимательно следила за происходящим на экране. Егор периодически ставил видео на паузу, делал отметки и отсечки по времени, что-то пересматривал повторно и, не задумываясь, постоянно возвращал руку на колено девушки, накрывал, сжимал и поглаживал.

Аня не отвлекала его вопросами или разговорами на посторонние темы. Егор закончил, отставил ноутбук и развернулся к ней. Она спала. Привалившись на спинку дивана и пригревшись под его рукой. Голова слегка запрокинута. Шея открыта и больше не держит оборону, а хранит тайну, немного изогнута и хочется пройтись невесомыми поцелуями по всей длине от ямки под ухом до впадинки у плеча. Дышит тихо-тихо, не слышно совсем. Коснуться бы приоткрытых губ и провалиться в её бездонные глаза. Егор медленно выдохнул. Пацанка на первый взгляд. Юркая, настороженная. С показной грубостью черт и движений. Девчонка-боец с горящими щеками. Неуверенная, колючая. Девушка с полыхающим взглядом, осыпающая его тумаками. Дерзкая и с характером. Женщина, раскрывающаяся с ним, ещё не осознающая всей притягательности в своей беззащитности и доверчивости. Пуля, которая ранила и собой же рану запечатала.