Глава 10. Скандал

Когда губы мужчины были в нескольких миллиметрах от губ Ксаны, что-то сверху скрипнуло, и на Игоря упала дверца антресоли.

— Ой… — простонал пострадавший, потирая макушку.

— Папа! С тобой все хорошо? — подскочила Маша, — Ксюша, у вас в холодильнике есть лед? Нужно папе приложить, а то шишка будет, — суетилась девочка.

Игорь поставил Ксану вертикально, бросая на нее странные взгляды, и тихо сказал:

— Не стоит женщине делать мужскую работу. К добру это обычно не приводит. Я сам разберу, — проговорил он, указав на антресоль.

— Но сначала прикрути полки! — встрял Мотя.

— Нет! Сначала лед! — скомандовала Маша.

— Согласна. Лед и ужин! — объявила Ксана и, развернув Игоря, подтолкнула его к столу.

Мужчина ел с аппетитом, Маша придерживала на его макушке упаковку замороженных пельменей. Мотя и Ксана составили им компанию, пили чай. Маша рассказала про Марину. Игорь посмотрел на Ксану с осуждением. Девушка прекрасно поняла чувства отца и тихо сказала:

— Мы больше не будем ездить по квартирам.

— А к знакомым можно? — спросил Мотя.

— Можно, — кивнул Игорь.

— Но знакомые быстро закончатся, — расстроенно заметила Маша.

— У вас на двоих два класса, а это около шестидесяти квартир. Вам хватит на пару лет вперед! — отрезал Игорь.

— Кстати, о школе, — вспомнила Ксана, — Маша тебе сказала, что она хочет учиться в гимназии с Мотей?

Мужчина нахмурился и посмотрел на дочь с упреком:

— Нет.

— Пап, со мной обещал позаниматься Михал Михалыч.

— Наш географ, — пояснил Мотя.

— Бесплатно! — добавила Маша.

— Вступительный тест в августе, — закончила общий рассказ Ксана.

Игорь вздохнул и с очень серьезным видом обратился к Маше:

— Милая, я не против, чтобы ты попробовала. Но я надеюсь, ты понимаешь, что может не получиться. В жизни бывает всякое: и победы, и поражения. Я не хочу, чтобы какая-то маленькая неудача заставила тебя плакать.

— Не бойся, па! Я все понимаю. И уверена в своих силах! — улыбнулась дочь отцу.

— Маша умная, у нее все получится! — заверил мужчину Мотя.

— Хорошо. От меня что требуется? — спросил Игорь.

— Михал Михалыч через пару дней к нам придет, и я у него спрошу, — пообещала Ксана.

Она же вызвалась мыть посуду. Дети остались в комнате, что-то бурно обсуждая. Девушка ковырялась в раковине и каждой клеточкой своего взрослого тела чувствовала, что Игорь смотрит на нее.

— А кто такой Михал Михалыч? — вопрос раздался слишком близко, почти над ухом. Хрипотца в низком мужском голосе, возникающая обычно от волнения, пробудила толпы мурашек на коже Ксаны, а Игорь еще и обнял ее со спины, прижал к себе, вдавился пахом в ее аппетитную попку, шумно вдохнул аромат ее волос и продолжил допрос, — Еще один респектабельный интеллигентный мужчина в твоей жизни?

Ксана не удержалась, откинула голову на плечо мужчины, оставив в покое посуду, и пробормотала, из последних сил собирая мысли в кучу:

— Да, еще один мужчина в моей жизни. Очень надеюсь, что он будет моим зятем.

Игорь резко развернул Ксану к себе лицом, пытливо всматриваясь в осоловевшие зелено-карие глаза:

— Правда?

— Правда. Он безнадежно влюблен в мою дочь, Олю. Ты ей, кстати, по возрасту тоже больше подходишь, чем мне. Сколько тебе? — прошептала Ксана, пытаясь оторвать взгляд от четко очерченного рта мужчины.

Он усмехнулся и легонько поцеловал женщину, сначала в губы, потом скользнул легкими касаниями по щеке, виску и шепнул на ушко, возбуждая горячим дыханием:

— Возраст не имеет значения. Я схожу от тебя с ума. Ты ни на кого не похожа…

Его рука заскользила по обнаженной коже ног Ксаны, задирая подол платья, подбираясь к самому сокровенному, и тут…

— Игорь, давай полки прикручивать! — раздался крик Моти из комнаты, — Мы с Машей написали объявления в наши классные чаты!

Ксана не сдержала смешок, очень уж выразительно отреагировал ее любимый мужчина на призыв внука: закатив глаза, он сдвинул брови домиком и опустил уголки губ в безмолвном страдании. Но быстро отошел от Ксаны и занялся делом.

Девушка успела домыть посуду, поставить вариться бульон и замесить тесто на завтра для курника. Игорь тоже зря времени не терял, прикрутил полки в гостиной и барную стойку на кухне, разобрал антресоль. Пока разбирал, на него сыпалась пыль, опилки, штукатурка и мотки паутины. Так что, когда он закончил, в его волосах и на рубашке красовались следы рабочего процесса.

Маша и Ксана не смогли сдержать смеха, когда увидели припыленного мужчину.

— Тебе лучше сходить в душ здесь! — со знанием дела заявила Маша.

— Да! — согласилась Ксана и извлекла из шкафа чистое полотенце, — И оставь мне свою рубашку, я попробую почистить.

Мужчина возражать не стал, удалился в ванную, предварительно при всех сняв свою рубашку и передав ее Ксане. При этом он явно наслаждался произведенным эффектом: от вида мускулистого мужского тела у Ксаны открылся рот и вырвался едва уловимый вздох восхищения. Хорошо, дети опять были заняты телефонами.

Когда в ванной комнате зашумела вода, Ксана напустила золотые искорки на рубашку мужчины, и та в мгновение ока посвежела.

Восторженные Маша и Мотя прибежали на кухню, где она уединилась, чтобы справиться с волнением от присутствия в доме любимого мужчины.

— Ксюша! — кричали дети наперебой, — Нам один мальчик написал! Мой одноклассник, — пояснила Маша, — у него родители уехали в отпуск. Его оставили с бабушкой, а она завтра записалась к врачу, ее не будет часа два точно. Он просит нас убрать в его комнате и на кухне. Он хочет сделать сюрприз для родителей. За красивые контейнеры и прочие вещи для уюта он готов заплатить, но… — тут дети смолкли и опустили головы.

— Но за работу вы у него не можете попросить, — закончила за них Ксана.

Дети синхронно кивнули.

— Я вас понимаю. Но как же мне начать зарабатывать? — буркнула сама себе под нос Ксана.

— Мы будем зарабатывать на рекламе! У нас на канале всего за пару дней набралось почти пять тысяч подписчиков. Скоро к нам придут с рекламными контрактами!

Ксана мало что поняла в убежденной речи внука, но решила в очередной раз ему довериться. Получив согласие одного из взрослых, дети убежали обратно в комнату, а Ксана решила занести рубашку Игорю.

В ванной все еще шумела вода. Девушка несмело постучала, но ответа не последовало, она попробовала открыть дверь, и та поддалась. Ксана просто хотела положить почищенную рубашку на стиралку и сбежать, но именно в этот момент Игорь выключил воду, отдернул шторку и шагнул из ванной на пол. Ксана от увиденной потрясающей картинки зависла в полусогнутом виде с протянутой в сторону машинки рукой. А Игорь стоял и даже не думал прятаться, давая женщине рассмотреть его во всей красе. А посмотреть там было на что! Широкий разворот плеч, упругие, будто начерченные опытным конструктором мышцы рук, груди, пресса. По смуглой коже, поблескивая, стекали капли, проследив взглядом за которыми Ксана невольно наткнулась на мужское достоинство. Зажмурилась! Все-таки ей не приходилось видеть человеческое тело в таких подробностях, но любопытство взяло вверх, и она открыла глаза. Тут же сильная рука Игоря обхватила ее шею и втянула в ванную комнату, вторая рука прижала девушку к мокрому телу, его губы безжалостно впились в ее, язык властно разомкнул ее ротик и проник внутрь, настойчиво исследуя. Они целовались как сумасшедшие. Его пальцы зарылись в ее волосах и крепко держали голову, не давая девушке отстраниться.

— Дети… — прошептала Ксана, упираясь ему в грудь, когда он выпустил ее рот из сладкого плена и переключился на шею.

Игорь втянул воздух, уперся лбом в лоб девушки и сдавленно спросил:

— Может, расскажем им, что мы встречаемся? Или ты еще не решила?

Ксана задумалась. Когда она вернется в свой мир, понравится ли Ксюше Игорь? Захочет ли она продолжать с ним отношения? А вдруг оскорбит, сделает больно? Сердце сжалось от одной этой мысли, но потом пришла другая, еще страшнее: а если Игорь придется ей по вкусу, и она с ним останется. Ревность ледяным сковывающим напряжением прошлась по каждой клеточке женского тела. Мужчина почувствовал и отпустил ее, отвернулся и стал вытираться.

Ксана смотрела на его широкую спину, надежные руки и не выдержала, обняла сзади, прижалась к теплой, еще влажной коже и прошептала:

— Я согласна, только говорить будешь ты!

Игорь накрыл ее узкие ладошки на мужской груди своими широкими и шершавыми, легонько сжал и развернулся лицом к девушке.

«Хочу быть счастливой хотя бы пару недель!» — решила Ксана и, улыбаясь, поторопила:

— Одевайся! — и выскользнула из ванной.

Игорь вышел через три минуты и с недоумением спросил у нетерпеливо ожидающей его девушки:

— Ксюш, ты волшебница? Как тебе удалось так быстро почистить мою рубашку?

— Да, я ведьма чистоты, — не покривив душой откликнулась Ксана и, заглянув в глаза Игорю, серьезно спросила, — А что тебе во мне нравится?

Мужчина снисходительно улыбнулся:

— Женщины, любите вы все рассматривать под микроскопом… Мне нравится, что ты умеешь рисковать. Далеко не каждая решится делать ремонт с детьми. И мне нравится, как ты легко с ними ладишь. Найти подход к подросткам сложно, а рядом с тобой Маша даже захотела учиться в гимназии. Раньше она вообще не стремилась к знаниям. Еще ты современная, позволила им вести свой канал, снимать тебя, квартиру. Вписалась в их авантюру с поиском контента! Ты вкусно готовишь и сногсшибательно целуешься. Меня никогда так не крыло от женщины, — Игорь с нежностью погладил Ксану по щеке, в то время как в его глазах пылала страсть, дикая, едва сдерживаемая.

— И тебя не смущают мои морщинки и живот?.. — допытывалась Ксана, пока все, что говорил мужчина, ей нравилось, ведь все его комплименты были адресованы именно ей, девушке, застрявшей в теле взрослой женщины.

— Глупая… У тебя потрясающая фигура, и я люблю каждую твою морщинку, — ласково прошептал Игорь, обхватывая ее голову широкой ладонью и прижимая к своей груди.

Ксана почувствовала, как он целует ее в макушку, и окончательно растаяла. Именно в этот момент она поняла, что не сможет отказаться от этого мужчины, не сможет отдать его другой.

— А ты уверена, что хочешь встречаться со мной? — раздался хриплый голос над ухом.

— Да! Мне кажется, ты и есть моя судьба… Жаль, у нас не может быть детей, — прошептала Ксана.

Она расчувствовалась, в носу запершило, глаза увлажнились.

— Почему не может? — удивился Игорь.

— Вообще-то, мне пятьдесят, — напомнила Ксана.

— У тебя проблемы по этой части? — уточнил мужчина.

Этого попаданка в чужое тело не знала, поэтому просто пожала плечами.

— Если ты переживаешь только из-за возраста, так я тебя умоляю, это сейчас не проблема. Было бы желание. Вон комикесса одна недавно родила в пятьдесят пять, как же ее фамилия… Неважно. Так что у нас еще пять лет в запасе! Захотим — родим! — уверенно заявил Игорь, с теплотой заглядывая в глаза своей женщине.

— А если не смогу?

— У меня уже есть дочь. А у тебя целых две.

— Хорошо, значит, ты готов быть со мной, несмотря ни на что?

— Да…

Прозвучало это торжественно, будто двое влюбленных обменялись клятвами верности во время брачного обряда. Ксана протянула руку мужчине, и они вместе, плечом к плечу направились в большую комнату, чтобы объявить детям, что у них есть все шансы стать родственниками.

Стоило им выйти в коридор, как уютную тишину квартиры разрезал визг звонка. Ксана вздрогнула. Она уже начала бояться это изобретение нового для нее мира. С опаской она отправилась открывать дверь, извинившись перед Игорем взглядом, он мягко пожал ее руку успокаивая.

На пороге стояла счастливая Оля. Волосы ее были распущены. А такая мелочь, как две расстегнутые верхние пуговицы на классической белой рубашке, делали строгий костюм глубокого синего цвета уже не таким и строгим.

— Мама, привет! Я заехала за машиной и забежала поздороваться!

— Проходи, милая. Как ваша вчерашняя поездка с Михал Михалычем?

— Он такой интересный! Так много знает! И чувство юмора у него замечательное, — не переставая улыбаться, делилась впечатлениями дочь.

— Я знала, что у вас все получится, — заявила Маша, выскакивая из комнаты.

— Он обещал заглянуть к тебе завтра и провести первое занятие, — сообщила Оля девочке, — Ма, как ты думаешь, если я тоже случайно к вам загляну, это не будет слишком… очевидным? — смущенно краснея, спросила Оля.

— Заходи, конечно! Для Михаила это будет знак одобрения. Он не очень решительный, ему нужны такие знаки, — искренне радуясь за молодую женщину, посоветовала мать.

— Добрый вечер! — напомнил о себе Игорь.

Ксана встрепенулась, тоже густо покраснела и представила мужчину:

— Оля, познакомься, это Игорь…

— Мой папа! — вставила Маша.

— Игорь, это моя старшая дочь — Оля! — закончила Ксана.

Мужчина улыбнулся, и обе женщины непроизвольно ответили тем же: очень уж хорош был спасатель.

— Мама, попьешь с нами чаю? — спросил Мотя, обнимая свою деловую родительницу.

Возражать никто не стал, хоть чай хозяева пили уже дважды: во время ужина и с Игорем. Но почему бы не выпить и в третий, если компания хорошая.

Дети быстро накрыли на стол. Ксана выложила в вазочки печенье и два оставшихся куска пирога, которые умяли Игорь и Оля.

Балконная дверь была открыта, поэтому в комнату с улицы доносился успокаивающий шорох кленовых листьев на ветру. В теплом семейном кругу, насытившись пирогом, Игорь спросил у Оли, чем она занимается, и ее понесло. Она могла часами говорить о продажах канцелярии, о крупных корпоративных заказчиках, о брендировании, о премиях, о несправедливом распределении обязанностей… Остановил мать Мотя.

— А к нам вчера дедушка приходил, — как бы между прочим сообщил он.

Оля тут же замолчала и уставилась на мать. Игорь тоже.

— Он хотел вернуться, заливал, что крысе с ребенком он будет помогать, но любит только меня, — опустив голову, сообщила Ксана, — А на самом деле хотел подписать…

— Брачный договор! — подсказал Мотя бабушке, — Хотел под шумок разделить имущество.

— Я ему напомнила про компенсацию, — пояснила Ксана.

— Молодец! Если решила — разводись.

Тут Ксана бросила вопросительный взгляд на Игоря, тот ответил полуулыбкой и едва уловимым подбадривающим кивком.

— Дорогие мои, Оля, Мотя и Маша, — откашлявшись, начала Ксана, а у самой язык высох, пальцы рук и ног заледенели, воздух никак не хотел проникать в легкие, метался в носоглотке, заставляя дышать часто, но бесполезно. Чтобы прекратить уже эту муку, она выпалила, — Я не только решила развестись. Мы с Игорем решили встречаться.

Мужчина, сидящий по левую руку от женщины, обнял ее за плечи. За столом повисла тишина.

— Что? — зашелестел едва уловимо вопрос.

Прозвучал он так тихо, что невозможно было понять, кто из трех слушателей его произнес.

— Мы решили попробовать создать семью, — еще более откровенно проговорил Игорь.

— Но вы же младше мамы… лет на десять… — растерянно проговорила Оля.

Ксана опустила глаза, а Игорь нахмурился.

— В Ксюше столько энергии, что она может дать фору любому, — ответил он.

— А я рад, — улыбнулся Мотя, — Игорь классный. Будет помогать делать нам ремонты…

— Папа, но ведь Ксюша бабушка… И вообще… Как же мама?.. — глотая слезы, спросила Маша.

Ксана растерянно посмотрела на девочку. В ней почему-то была уверенность, что дочь Игоря их поддержит. Это было самонадеянно.

— Милая, но ведь мамы нет уже давно. Мы ее любим и всегда будем помнить. Однако жизнь продолжается… — начал мягким, вкрадчивым голосом отец.

— Но не у нее! — гневно выкрикнула Маша и выскочила из-за стола, а потом и из квартиры.

Она действовала так стремительно, что ее никто не успел остановить. Игорь пришел в себя первым и бросился за дочерью, попросив на ходу:

— Ксана, побудь здесь на тот случай, если она вернется.

Мотя побежал искать подружку следом, за сыном увязалась Оля. Квартира тут же опустела. И несмотря на светлые стены и симпатичные полки, на которых Мотя успел расставить мелочи, создающие уют, но не перегружающие пространства, гостиная сразу стала холодной и пустой.

Ксана обхватила себя руками и заплакала. Все против ее счастья. В собственном мире Трофим ее не желал, а мать его, ведьма, так и вовсе прокляла девушку, молодую и глупую. Теперь она опытная женщина, а по всему выходит, окружающие снова против, чтобы она обрела свое счастье. Видимо, возраст — оберег от любви. Старухи не имеют права на личную жизнь?

Кроме обиды, Ксану грызло чувство вины:

«Если с Машей что-то случится, я себе этого не прощу. Я не должна была поддаваться сладким речам Игоря… Какая из нас пара? Просто смешно! Но я же его люблю! Почему я должна прислушиваться к тем, кто не знает наших чувств? Потому что они наши родные. Сможем ли мы быть счастливы с Игорем, если от нас отвернутся дочери?»

Ее мысленный диалог с собой прервал все тот же визгливый звонок, больно резанув по и без того натянутым нервам.

— Хоть бы это Маша! — обратилась Ксана к небесам, но ее надеждам не суждено было свершиться…

На пороге стояли Лида и Антон.

— О нет, дети, мне совершенно не до вас. У меня ребенок пропал…

— Мотя? — встрепенулся Антон.

— Нет, Маша, — грустно вздохнула Ксана.

— Ты о чужих детях думаешь, а на свою дочь и внука тебе плевать! — возмутилась Лида, — Папа звонил, сказал, что ты совершенно спятила. Требуешь у него пять миллионов!!! Откуда у него такие деньги? Он мне пятьсот тысяч обещал дать на квартиру, но ты хочешь его по миру пустить… и мою семью заодно!

Ксана устала от постоянных обвинений этой наглой особы. Видимо, Ксюша ей уступала, потому что выносила ее с трудом и хотела от нее побыстрее избавиться…

— А ты думаешь, мама для себя эту компенсацию выбивает? — возмутилась Оля.

Она, Мотя, Игорь и Маша стояли на лестнице пролетом ниже и прекрасно слышали обличительную речь Лиды.

Ксана, увидев Машу, кинулась к ней, обняла и, заглянув в грустные глаза девочки, спросила:

— С тобой все в порядке?

Та кивнула и шмыгнула носом, красным и распухшим, глаза были не лучше.

— Прости, Ксюша, — тихо проговорила Маша, — Я на эмоциях… Ты хорошая, и папа, кажется, в тебя действительно влюблен. Я буду рада, если вы начнете встречаться. И очень надеюсь, если у вас ничего не получится, мы с тобой останемся подругами.

Ксана бросила быстрый взгляд на Игоря, тот по-доброму улыбнулся в ответ.

— Конечно, Машуля. Я рада, что папа смог тебе все объяснить.

— Это Мотя, — сообщила девочка и добавила с хитрым прищуром, — Если вы поженитесь с папой, он будет мне племянником!

Мотя закатил глаза. Ксана успокоилась окончательно и переключила все внимание на младшую дочь.

— Лида, я понимаю, что тебе сейчас сложно думать, — выпрямившись и развернувшись к дочери, заговорила Ксана, — Но пятьсот тысяч для твоего отца — это слишком низкая цена за свободу. Когда у него родится сын, ты от него ни копейки не получишь. Я готова ему уступить немного, но сумма компенсации точно должна быть внушительной. Я тебе дам часть, Оле за работу, и себе оставлю. Все поделю по справедливости.

Лида стояла и смотрела на странную компанию округлившимися от удивления глазами.

— Ма, что тут происходит? Ты реально встречаешься с этим мужиком? — явно пропустив мимо ушей речь Ксаны, возмутилась Лида, — Да он же тебе в сыновья годится. Что его может в тебе заинтересовать? Только квартира! Скажите, Игорь, не знаю, как вас по отчеству, у вас есть жилплощадь в Москве?

Ксана заметила, как ее мужчина подобрался, превратившись в неприступную скалу, но ответил он ровным, почти вежливым тоном:

— У меня нет отдельной жилплощади в Москве, меня пригласили сюда работать год назад. Обещали служебную, но пока мы с дочерью живем в общежитии…

Он хотел еще что-то добавить, но Лида его перебила. Громко хлопнув в ладоши, она воскликнула:

— Вот! Что и требовалось доказать! Этот молодой альфонс просто польстился на твою квартиру. Ты же старая, зачем ты ему нужна?

— Ваша мама, Лидия, нестарая. Она прекрасно выглядит, и рядом с ней тепло…

— С вами все понятно, можете не продолжать, Игорь, — усмехнулась беременная женщина, спускаясь вниз, неловко переваливаясь с бока на бок. Верный Антон придерживал жену под локоть, — А ты, мама, на старости лет впала в маразм. Когда он тебя кинет, ты очнешься и поймешь, насколько жалко выглядела. Поплакаться приходи к Оле, кажется, ее твои предпенсионные приключения вполне устраивают. Возможно, отец и прав, стоит признать тебя недееспособной.

Ошарашив всех этой фразой, Лида в компании мужа удалилась. Пока за ними не захлопнулась дверь подъезда, все стояли в звенящей тишине, наполненной недоумением.

— Оля, они могут? — испуганно спросила Ксюша.

— Пусть только попробуют. У меня есть отличные юристы. Пойдем в дом, я позвоню папе и популярно объясню, что деньги лучше тратить на компенсацию, а не на взятки психиатрам.

— Хорошо, — согласно кивнула Ксана и предложила, — Игорь, Маша, уже поздно, хотите, переночуйте у нас. Оля, ты же на машине, ничего, если я тебя не оставлю?

Дочка с улыбкой заверила мать:

— Мне нужно завтра рано на работу, так что меня бесполезно умолять остаться. Сейчас отцу позвоню и убегу. Но завтра я снова у вас, не забудьте!

Все потихоньку стали подниматься в квартиру, и только Игорь остался стоять на площадке и, крепко обхватив Ксану за руку, попросил:

— Можно тебя на минутку?

Дети и Оля понимающе переглянулись и скрылись за железной дверью. Ксана внимательно посмотрела на расстроенного мужчину.

— Конечно, давай поговорим. Прости меня за Лиду. Я ужасно ее воспитала. Она хуже змеи, каждое ее слово яд. Прошу, забудь все, что она наговорила.

— Ксюша, ты правда ни на секунду не усомнилась во мне? — тихо спросил мужчина, при этом он пристально смотрел в ее глаза, затаив дыхание.

Ксана улыбнулась, погладила взволнованного мужчину по щеке и прошептала, прижавшись к нему:

— Правда. Ни на секунду. Я знаю тебя. Ты спасатель, открытый, честный, готовый прийти на помощь всем, терпеливый, преданный, ответственный, и отец отличный. Маша замечательная девочка, значит, у вас с женой была чудесная семья.

— Я рад, — выдохнул Игорь, — Потому что твоя дочь неправа. Я влюбился в тебя почти сразу. С первых твоих слов и растерянных, но любопытных взглядов. Ты как свежий ветер, теплый и ласковый. И если что, я откладывал деньги весь год и продал родительскую квартиру в Туле, хотел купить домик под Москвой. Но нам двоим с Машей в доме было бы пусто. А вот с тобой и твоими дочками будет в самый раз.

— Тебе хватит на целый дом? — удивилась Ксана.

— На дом не в самом престижном районе. Вернее, на половину. Но вторую половину я возьму в кредит.

— Посадишь меня себе на шею, я ведь безработная, еще и кредит возьмешь? — усмехнулась Ксана.

— Я же уже сказал тебе — да! — улыбнулся Игорь и притянул к себе любимую женщину, жадно целуя.

Только Ксана оплела мужскую спину руками, как у Игоря зазвонил телефон.

— Прости, я должен быть всегда на связи, — пояснил спасатель и ответил, — Алло.

Внимательно выслушав собеседника, он попрощался и убрал телефон в задний карман джинсов.

— Меня срочно вызывают. Сложная ситуация. Можно, Маша у вас останется?

— Конечно, я же вас уже пригласила, — улыбнулась Ксана и строго наказала, — Игорь, береги себя!

Мужчина усмехнулся, чмокнул ее в нос и убежал.