Глава 18

Все началось со встречи с управляющим, а дальше понеслось. Оказалось, что быть владелицей и управлять бизнесом – не одно и то же. Мое дело простое – проявлять интерес и регулярно проверять, чтобы прибыль неуклонно росла. А вот, как эта самая прибыль будет достигнута, не моя головная боль. Этим занимается управляющий, и еще с несколько десятков человек, которые наняты думать о том, чтобы мое семейное дело процветало. – И все? – спрашиваю бабушку, когда двери моего кабинета закрылись за управляющим, который только что битый час докладывал о состоянии дел. Мне во время этого отчета труднее всего было удерживать челюсть на месте и сохранять спокойствие. Потому, что поверить в то, что все это, о чем он говорил, мое, трудно, даже теперь. – Это и все мои обязанности? Слушать доклады? Бабушка передернула плечами. – Ты не обязана делать даже этого, – поучает она, – но твой отец всегда говорил, что лучше держать руку на пульсе. Это он обучил тебя всему, что нужно знать. Я едва удержалась, чтобы не хлопнуть ладошкой по лбу. – Ах, ну да! – восклицаю упрямо. – Меня же обучили?! Только это была не я, помнишь? Что еще мой отец забыл мне рассказать, не скажешь? – Не паясничай, Варя, – отрезает бабушка гневно, – он бы с радостью всему тебя обучил, будь он жив. Устало выдыхаю. – Кстати, – вклиниваюсь с очередным вопросом, – а от чего он умер? Бабушка горько выдыхает, опускает взгляд. – Они с твоей мамой погибли в автомобильной аварии. Ужасная катастрофа. Я бы сказала, целый марафон катастроф. Сначала родители, потом отравили меня. – А родители генерала Дологова? – спрашиваю. Вот кто заинтересован во всех этих странностях. – Они где? Бабушка снова подняла на меня взгляд. Ее брови сошлись на переносице. – Опять Дологов?! Ты весь день о нем спрашиваешь! К чему эти расспросы!? К тому, что я никак не могу забыть прошлый вечер. И не могу поверить в то, что генерал хотел меня убить. Вчера он легко мог это сделать. У него был пистолет. Да он и без него бы справился! Куда мне тягаться с генералом армии? Хотел бы, придушил бы и голыми руками! Но он этого не сделал. По сути, если не считать того, что он рылся в моем столе, то генерал ничего страшного мне не сделал. Наоборот, мне очень понравилось то, что он делал. Кстати, а что он хотел найти в моих бумагах? – Изучаю конкурента, как ты и советовала, – отвечаю, вспомнив все нравоучения бабушки. И это сработало, ее рот расползся в довольной улыбке. – Правильно, – кивает она одобрительно. – Ну, так вот. Как я помню, его мать умерла во время родов. Оу! Так наш генерал рос сиротой?! – А отец пропал без вести около года назад, – заканчивает бабушка. – Без вести? Как это? И никто не стал искать? – Искали, – утверждает бабушка, – несколько недель искали. Но так и не нашли. Еще одна странная смерть, и она снова связана с нашими двумя семьями. Теми самыми, которые когда-то основали город. Все спуталось в один клубок, конца которого мне не видать. Я слишком мало знаю, слишком во многом приходится верить на слово. Еще и эти тучи на небе, которые висят прямо над окном. Теперь мне стало ясно, почему здесь так мало высотных домов, и нет многоэтажек, как в моем мире. Из окна квартиры выше пятого этажа ты не увидишь ничего, кроме серого тумана. – Бабушка, а что означают животные, которые изображены на зданиях? Если честно, такого зверинца, сотканного из изысканной лепнины на фасадах, я не видала никогда раньше. Весь центральный район усыпан особняками, на стенах которых можно отыскать зверье любых мастей. Но настоящий зоопарк – это, безусловно, здание Совета. Кого там только нет на стенах и витражах?! – Все просто, Варя, – поясняет бабушка, – у каждой семьи есть свое тотемное животное. Именно его и принято изображать на гербе и на всех фамильных зданиях. И это очень почетно, иметь такой символ. Он означает принадлежность к знатному роду и право на наследование. – У нас это единорог, верно? – Да, правильно. У семьи Дологовых ястреб. Так вот кому принадлежит тот громадный особняк, который мы проезжали, когда водитель отвозил меня к зданию Совета! Каждый выступ на фасаде здания украшен каменными фигурами ястребов. Они сидят на карнизах, выступах балконов и, даже, изображены на стенах. Помню, как такое обилие лепнины показалось мне слишком вычурным. Но, по правде сказать, фигурные изображения единорогов по всему фасаду моего собственного особняка показались мне не менее вычурными, когда я впервые их увидела. Как выяснилось, тут это показатель родовитости и знатности. А, значит, мне нужно просто привыкнуть. – Ястреб – это хищная птица, – размышляю вслух. – Да, – подхватывает бабушка, – все эти Дологовы хищники! Так и норовят прибрать власть к своим рукам! Она опять за свое. И, пожалуй, она права. – А единорог – это мудрость? – спрашиваю, быстро меняя тему. – Знания и мудрость, – подняв вверх указательный палец, важно говорит бабушка, – а еще величие. Ну, тут уж Дологов, уверена, готов поспорить, у какого из животных величия больше. – И мне нужно запомнить весь звериный состав местной знати?! Если придется зубрить еще и это, я просто сойду с ума! – Не все сразу, – успокаивает меня бабушка, – но это придется сделать. Увы, Варя, в нашей реальности дочь и наследница Токмачева обучена этому с пеленок. Есть еще одна причина. Генерал не верит в нашу легенду про двойника, вчера он так прямо и сказал. И он будет искать удобного случая, чтобы подтвердить свою уверенность. А, значит, мне нужно держаться от него, как можно дальше. По крайней мере, до того, как я выучу все звания, титулы и разложу в голове по полочкам этот чертов зоопарк.