Глава 20

Еще одна долгая ночь, и я снова не могу уснуть. А, когда забываюсь коротким сном, то мне снится, как густые серые облака врываются сквозь открытое окно и тянут ко мне свои щупальца. Они мокрые и холодные, я пытаюсь отбиваться, а кислорода не хватает. Но потом туман рассеивается, и я вижу, как надо мной склоняется генерал Дологов. От него исходит сила, которая может защитить. Только, я точно знаю, что этот человек пришел, чтобы убить меня. Сердце начинает биться все быстрее, дыхание рвется. Генерал склоняется к моему уху. Его горячее дыхание касается шеи, путается в волосах. Замираю, боясь вдохнуть. – Тебе не уйти от ответов, детка, – шепчет он зловеще. Пытаюсь его оттолкнуть, но тут же замечаю, что не могу пошевелиться. Мои руки прикованы наручниками к кровати. Ноги тоже в кандалах. Я пленница. Прямо здесь, в своей собственной постели. Каким-то образом генерал смог связать меня, пока я спала. – Пожалуйста, – умоляю, – отпусти меня. Но генерал не собирается давать мне свободу. Выпрямившись, он надменно смотрит на меня сверху-вниз. – Зачем ты пришла? – спрашивает он властно. Руки заледенели, колени отбивают дробь. Ужас подкатил к горлу вязким комом. Он знает, кто я. Знает, что я не из этого мира. Этот монстр теперь точно уничтожит нерадивого Председателя, чтобы окончательно и полноправно занять мое место. И никто не придет спасти меня. Я хотела только отыскать мужа. Своего Тимура, а не это исчадие ада. Но теперь моя игра кончена. И Дологов заберет себе все, включая мою жизнь. Как он узнал? Кто сказал ему? – Теперь ты убьешь меня снова? – спрашиваю, глотая страх. Одно его движение, и я покойница. В ответ на мой вопрос генерал вдруг начинает хохотать. Дьявольски, будто, издеваясь. Или он всегда такой? Боже, помоги! Кричу, что есть мочи, и просыпаюсь. Я в своей спальни, в своей кровати. Кручу головой по сторонам, но Дологова нигде не видно. Слава Богу, это был просто сон. Кошмар, очень реалистичный. Кажется, будто, генерал, в самом деле, был здесь, рядом со мной. Чуть уловимый запах морозного морского бриза, аромат сильного мужчины, кажется, что он витает в комнате. Но нет, его здесь нет. Это только сон. И моя бурная фантазия. За окном светло. Несмотря на густой туман в облаках, я понимаю, что уже утро. Такое же хмурое, как и вчера. В общем-то, как всегда. И все из-за каких-то разработок, о которых мне так красиво рассказали ученые из нашего научного центра. Те же самые, что придумали теплицы, в которых теперь не нужны работники. И никто из моих управляющих и словом не обмолвился о тех несчастных, которые вынуждены попрошайничать после Великого перехода. Отбрасываю одеяло, встаю с кровати и привожу себя в порядок. На этот раз я не стала звать бабушку, и сама себе выбрала платье. Зеленый – цвет нашей семьи. Старалась подыскать с юбкой покороче, но так ничего и не нашла. Что ж, ладно, человек ко всему привыкает, даже к жутко неудобным туфлям. Легкий быстрый завтрак, во время которого бабушка рассказывала мне о том, как она вчера провела время, а я ее не слушала. Мне нужно в город. Чем раньше, тем лучше. Я хочу понять, как так вышло, что о повышении цен на овощи мне никто не сказал. Так и подмывает высказать подчиненным все, что о них думаю! Но оказалось, что все не так просто. – Цены выросли из-за увеличения стоимости горючего, мы тут не при чем, – ошарашил меня управляющий. Зависнув с открытым ртом, я пытаюсь переварить услышанное. – А кто повысил цены на горючее? – спрашиваю. Может, мне повезет, и эту часть жизни города тоже контролирует наша семья? – Цены выросли после того, как генерал Дологов приказал проводить тщательный досмотр всех грузов, которые въезжают в город, – поясняет управляющий. – Кроме того, теперь на ввоз нужно дополнительное разрешение от коменданта города. – Дологов так решил? – переспрашиваю. Котелок начинает закипать. У всего города проблемы из-за каких-то дурацких разрешений! А все потому, что Дологов никак не примет тот факт, что к креслу Председателя ему вход закрыт?! – И Совет одобрил? – спрашиваю. Меня так и распирает от злости на треклятого генерала. От этого забываю, что я, по роду своей службы, должна знать ответ на этот вопрос лучше, чем кто-либо. – Не знаю, Варвара Андреевна, – отвечает управляющий, – мне Совет подробности своих решений не докладывает. Он удивленно посмотрел на меня. Как бы намекая на то, что как раз мне, то есть Председателю, Совет обязан отчитываться о таких вещах. Этот взгляд немного остудил мой пыл, напомнив о том, что можно говорить, а чего не следует. Вздернув гордо подбородок, как учила бабушка, я смерила властным взглядом управляющего. – С этого дня у вас появится новая обязанность, – чеканю жестко, – вы будет докладывать мне о любых колебаниях цен на продукты. Глаза управляющего испуганно забегали. – Лично! – рыкнула на несчастного, дабы у того не возникло желания соскочить. – Хорошо, Варвара Андреевна, – кивнул он. А куда ему еще деваться-то? Из офиса я вышла в ужасном настроении. Хочется прибить кого-нибудь. Вернее, не кого-то, а конкретного человека. – Отвези меня к особняку Дологовых, – приказываю водителю, забравшись в машину. – Как прикажете, Варвара Андреевна, – кивает водитель. Вот, кто виноват в том, что та несчастная женщина, и многие другие, ненавидят меня! Они думают, что это все я подстроила, наживаюсь на их горе. А проблемы-то все от того, что, видите ли, генералу резко понадобилось установить свои порядки для всех, кто въезжает в город. Ну, не гад ли?! Всю дорогу я продумываю слова. Но они теряются в потоке эпитетов, которыми я мысленно окрестила этого мерзавца. И, едва машина остановилась перед крыльцом дома с ястребами на фасадах, выскакиваю на улицу и иду к двери. Нажимаю на кнопку звонка. Несколько раз, прежде, чем мне открывает мужчина в красной форме лакея. – Мне нужен генерал Дологов. Он дома? – спрашиваю его резким тоном. Если его здесь нет, я все равно найду. Хоть из-под земли достану этого гада! И прибью! – Тимур Дмитриевич просил его не беспокоить, – говорит мужчина почтительно. Вот как? Может, в этой реальности и не принято вести себя так, но мне плевать. Уходить я не намерена. Даже, если завтра все газеты напишут о том, что Председатель городского Совета сошла с ума. – Придется нарушить его покой, – заявляю резким тоном. – Дело срочное, поэтому поспешите позвать генерала! – Но он сказал… – А мне плевать! Сжав руки в кулаки, я подаюсь вперед. Несчастный управляющий был вынужден отскочить на шаг назад, опасаясь моего гнева. – Немедленно проведите меня к нему! – говорю, повышая тон. «Иначе, я сама прорвусь, и тогда вам всем крышка», – хотела я добавить. Но не успела. – Кто там, Давид? – донесся до меня голос Дологова.