Глава 21

Давид вздрогнул, резко оборачиваясь. Это позволило мне сделать шаг вперед и переступить порог дома. Теперь, чтобы заставить меня уйти, Дологову придется буквально вытолкать меня за дверь. – К Вам Варвара Андреевна, – запоздало сообщил Давид, – я сказал, что вы не принимаете, но она настаивает… – Ясно, – оборвал его генерал, спускаясь по лестнице. В длинном домашнем халате и с влажными, зачесанными назад, волосами, Дологов выглядит совсем иначе. Не таким воинственным что ли. К несчастью, это не делает его менее опасным. Он посмотрел сначала на растерянную физиономию Давида, потом на меня. Наши взгляды встретились. «Какого черта ты здесь делаешь?» – говорит его взгляд. Расправив плечи, я всем своим видом даю понять, что уходить не намерена. – Дело срочное, генерал, – отвечаю сквозь зубы. Дологов закатил глаза. Набрал в легкие побольше воздуха, резко выдохнул. Схватил меня под локоть. Да так, что я подпрыгнула на месте и попыталась высвободиться. Куда там?! Хватка у генерала крепче стальных клещей! – Ты свободен, Давид, – прошипел мужчина сквозь зубы, даже не глядя на несчастного Давида. – Мы с Варварой Андреевной побеседуем в моем кабинете. Проследите, чтобы нас никто не беспокоил. – Да, Тимур Дмитриевич, – опешивший от происходящего, Давид, кажется, рад, что дальше разбираться с незваной гостьей придется не ему. Нерадивый слуга тут же смылся. А вот меня Дологов утащил в свой кабинет, еще и двери закрыл на замок. Осматриваю помещение. Вся обстановка просто вопит о том, что это сугубо мужской кабинет. Темные стены и обилие отделки из дерева, массивный письменный стол, высокое кресло, камин из темного мрамора. Как ни странно, такого обилие темных цветов не делает эту комнату мрачной. Наоборот, она кажется какой-то уютной что ли. Интересно, мой двойник бывал здесь раньше? – Тебе нельзя вламываться ко мне вот так, – шипит Дологов, подходя ко мне сзади и царапнув щетиной по моей щеке. – Мы, ведь, договорились. Я думал, ты умнее. Кожу обдало огнем, и по венам прокатилась раскаленная лава. Мне резко захотелось прижаться спиной к груди мужчины. Но усилием воли я подавила порыв. И, даже, сделала шаг вперед, для верности. – Расскажи лучше о том, что ты устроил на границе!? – спрашиваю, резко разворачиваясь к мужчине. Теперь мы стоим друг напротив друга, лицом к лицу. – Зачем все эти проверки и разрешения, м? Это же просто маразм, держать доставку в город часами, только для того, чтобы повысить свою самооценку! Брови Дологова взметнулись вверх. Но генерал, тот еще тертый калач, быстро взял себя в руки. – Что повысить?! – переспросил он, сузив глаза. Он так свел челюсти, что я услышал, как скрипнули его зубы. Темные глаза генерала, кажется, стали еще темнее. – А как еще объяснить твое стремление напакостить мне?! – шиплю на него. – Вот как?! По-твоему, я тут в шута горохового играю?! – на скулах генерала заиграли желваки, а глаза стали метать молнии. Ох, как бы я тебе сказала сейчас! – По-моему, тебе нужно принять тот факт, что кресло Председателя тебе никогда не достанется, – говорю резким тоном. Еще и подняв подбородок, как учила бабушка. – Прикажи прекратить досмотры фур на границе! От этого растут цены на горючее, и, как следствие на все остальное тоже! Бедные люди, не знают, как прожить в мире, где цены растут день ото дня. А все из-за твоей прихоти! Дологов напряженно выдохнул. – Я делаю только то, в чем есть необходимость, – отчеканил он, по-военному жестко. Даже в домашнем халате, генерал остается тем, кем он является, – солдатом высшего порядка. – Моя задача – обеспечить безопасность граждан. И я буду делать это, даже, если тебе это не нравится. Взгляд мужчины полоснул по моему лицу, скользнул вниз, замер на губах. Кожу на них окатило огнем, дыхание перехватило. Сердце забилось быстрее. Да что же это за чертовщина?! Теперь я всегда буду так реагировать на этого мужика? Даже, колени предательски дрогнули. Сглотнув, Дологов поднял глаза, встречаясь со мной взглядом. – Признайся, – говорю. Почему-то мой голос вдруг осип, – ты сделал это, чтобы насолить мне. Теперь каждый в городе считает, что это я взвинчиваю цены. Хочешь, чтобы мое имя мешали с грязью на каждом углу? – Кто-то осмелился неуважительно высказываться в твой адрес? – реагирует Дологов, и совсем не так, как я ожидала. – Скажи мне, кто это был, и я разберусь с ним. Боже! Только этого мне не хватало! Бедные люди, им уже и правду говорить нельзя?! Интересно, в этой реальности кто-то слышал про демократию и свободу слова? Мне, все же, казалось, что тут более терпимое общество. – Нет! Не смей никого трогать! – вырвалось у меня. От одной мысли о том, что кто-то пострадает только от того, что я вот так влетела к генералу домой, стало не по себе. – Просто отзови своих вояк с границы. Ну, или пусть они не мешают обычным людям делать свою работу, – напряженно подбираю слова, чтобы этот ненормальный, чего доброго, еще и обыски в домах граждан не учинил. Как знать? С него станется! – Вот как?! Работу, говоришь? А я что, по-твоему, делаю, м? Развлекаюсь, чтобы возвыситься и набить себе цену? Так ты думаешь?! Судя, по его словам, и тому, как они были сказаны, попытка смягчить удар не удалась. Мои упреки угодили точно в яблочко – уязвленное самолюбие властного генерала. – Или ты считаешь, что мне нравится держать на границе военный контингент? – продолжает Дологов, подаваясь вперед и заставляя меня сделать шаг назад. – Проверять посты и контролировать каждую мелочь?.. – Но нет же никакой опасности… Дологов сделал шаг вперед, а мне снова пришлось отпрыгнуть назад. Что это он задумал, а? – Мне виднее, есть опасность или нет! – прогремел мужчина, теряя самообладание. – Или, может, ты не доверяешь моим методам, м? Мужчина снова шагнул вперед. Его аура, властная и опасная, окружила меня со всех сторон. Темные глаза стали совсем черными. И, судя по огню, который в них полыхает, от заслуженной кары мне не уйти. – Я… просто…, – пытаюсь подобрать слова, но они все вязнут в сером омуте бессвязного набора слов, которые вертятся в голове сейчас. Весь бравый настрой слетел с меня, будто и не было. Реальность вокруг нас размылась. Все перестало существовать, утонуло в неразборчивой дымке. Как загипнотизированная, я смотрю на мужчину, который все ближе подбирается ко мне. Сердце гулко отсчитывает удары до того момента, когда наши тела соприкоснутся. И, самое ужасное, мне дико хочется, чтобы это обязательно случилось. Но так, же, не должно быть! Это неправильно! Меня не может тянуть к этому человеку! В теле напряжена каждая клеточка. Электрические заряды проносятся по нему, как по оголенному нерву, заставляя дрожать от нетерпения. Опускаю взгляд на грудь мужчины. В вырезе халата хорошо виден рельеф мышц. Кончики пальцев закололо от желания прикоснуться к этой красоте. Сдерживаю себя из последних сил, но и они на исходе. Во рту скопилась слюна, и я шумно ее сглатываю. Мне нужно бежать отсюда. Как можно, скорее. Он опасен. И он делает все, чтобы уничтожить меня. Любым способом. Пусть, даже, пытаясь снова соблазнить. И, самое странное, мне нравятся эти его методы, а тело уже радостно подпевает, ожидая продожения. Зажмурив глаза, мотаю головой, чтобы отогнать порочное видение. Вдох-выдох. Снова вдох. Его губы накрывают мои.