Глава 6

– Мирелла, – произнес мэтр, – рад вас видеть. Я выдохнула. Похоже действительно рад, а я сомневалась. – Взаимно, – выпалила я, чуть ли не попискивая от удовольствия. Приятными встречами в последнее время меня не баловали. – Давно ждете? При этом посмотрел на Мариана. – Ничего страшного, – отмахнулась я. И нет, это я не защищала его. У них работа, а я просто с праздным интересом. Почти. – Мои дела не такие срочные. – Почему не предупредили? – упрямо допытывался мэтр у своего бывшего ученика. – Мы были заняты более важными делами, – отчеканил Мариан. Однако какой голос стальной. Выговаривает не только мне, но и мэтру Матею. Видимо, умудрился все же высоко забраться. Теперь я уже забыла о всяком благородстве – желать ему удачи в карьере больше не хотелось. Если он так ею распоряжается и не чтит своих учителей. Мэтра такое заявление не проняло. – Ну что ж, мы уже закончили. Всего доброго. – И он как ни в чем ни бывало повернулся к Мариану спиной. – Прошу. Мне приглашающе махнули рукой в сторону кабинета, дверь которого оставалась открытой. Мариан что-то буркнул в ответ, но я не разобрала, так как уже влетела внутрь. Если не знать, что это кабинет заведующего патологоанатомическим отделением и судебной медицины, то можно было решить, что здесь как минимум филиал ботанического сада. Весь подоконник – в цветах, вокруг стола – кадки с деревцами покрупнее. На полке даже был горшок в виде черепа, вроде бы ненастоящего, хотя мало ли. Из глазниц прорастали длинные мохнатые зеленые росточки. Колоритно. Я была более прагматична в этом плане, в отличие от мэтра, и делила растения на две категории: полезные, которые можно использовать в целительстве, и сугубо декоративные. В последних не слишком разбиралась, поэтому о большинстве здешних экземплярах практически ничего не знала. Но глаз они определенно радовали. – У вас тут… – выдохнула, осматриваясь, – все по-прежнему. – Это хорошо или плохо? – поинтересовался мэтр. – Замечательно, – расплылась я в улыбке. – А вот ты изменилась. Что-то неуловимое, – он тоже улыбнулся. Видимо, это изменение ему понравилось. Но тут же нахмурился. – Я очень надеюсь, что эта встреча… Он махнул рукой в сторону двери. – Случайная. Столкнулись буквально на пороге здесь. Мэтр выдохнул с облегчением. Из всех, кто знал про наши отношения с Марианом, только мэтр Матей и был против. Остальные либо одобряли, как мои и его родители, другие относились ровно. И лишь мой наставник, бывший когда-то таковым и несостоявшегося жениха, не одобрял. Его такт и воспитание не позволяли высказывать это вслух, но я прекрасно видела его реакцию каждый раз, когда он видел нас вместе. Будто отец сокрушался о непутевой дочери. Видимо, уже тогда понимал о Мариане все то, что всплыло позже. Да и сейчас, судя по всему, их отношения не отличались теплотой. Холодный, отстраненный профессионализм. Впрочем, это уже не мое дело. Я еще раз огляделась. Будто попала домой. Знакомая обстановка, атмосфера, даже запах тот же. Нет, на верхнем этаже неприятных трупных запахов не водилось – секционные были на цокольном этаже. Просто особый больничный запах, родной и немного подзабытый. – Как вы поживаете? – спросил мэтр. – Хорошо, учитывая все. Я вас не отвлекаю? – поинтересовалась на всякий случай. – Мне не помешал бы перерыв, – улыбнулся он. Видимо, встреча с бывшим учеником оказалась утомительной. Мэтр заварил чай, оторвал от кустика мяты пару листиков, сдобрил напиток, и протянул мне чашку. Да, мята отлично расслабляет. И полилась беседа. Я рассказала, чем занималась все это время. Мэтр поделился своими новостями. В конце концов не выдержала и спросила: – Мэтр Матей, а как давно вы знаете господина Падуану и насколько хорошо? Он тяжело вздохнул, странно на меня посмотрел, но ответил: – Давненько. Точного срока не вспомню, но лет семь, не меньше. Толковый парень, – хмыкнул он. Учитывая разницу в возрасте, мог себе позволить так назвать. – Я понимаю к чему вы клоните и что хотите узнать. Он приходил какое-то время назад, наводил о вас справки. Интересовался подробностями вашего дела. Полагаю, обвинение все еще не сняли? – Нет, – удивилась я. – А должны были? – Мне казалось, что Падуану смог-таки найти доказательства вашей невиновности, возможно настоящего преступника. Но, видимо, я поторопился с выводами. – Не исключу, что это мешает нынешнему делу, о котором вы в курсе, – прямо заявила я. – В курсе, конечно. Видел ваши заключения, Фейн передавал мне. Молодец, не потеряли хватки. Я кивнула, принимая похвалу, но насладиться ею не смогла. Наставник, также, как и Падуану, пытался увести разговор. – Мэтр Матей, вы не можете со мной это обсуждать, ведь так? – Вы умная девушка, все верно понимаете. Я не слишком близко знаю следователя – мы общались сугубо по рабочим вопросам и не особо часто, бывало консультировал его, но этого вполне хватает, чтобы кое-что понять. Я верю – он во всем разберется. И судя по всему, это произойдёт уже очень скоро. Хотелось бы. А еще хотелось бы, чтобы эти разборки завершись без жертв. Хватит уже. Мы еще какое-то время непринужденно проговорили, а потом уже мэтр задал вопрос: – Как у вас сейчас со временем? Есть возможность подработки? – Да мне сейчас вообще заняться нечем. Собиралась только почитать новые научные статьи, а то как-то отстала от последних тенденций, – усмехнулась. – Отлично, – обрадовался бывший наставник. – У меня тут скопилась куча отчетов практикантов. Их кураторам некогда ковыряться в бумажках, а вам будет полезно. – Но я же… как же… – растерялась я. – Заодно может вспомните, о чем там был ваш диплом и какую квалификационную работу вы хотели брать. – Думаете, мне разрешат их сдать? – Поживем – увидим, – обтекаемо ответил он. Значит, предпосылки к этому есть… Мы договорились об условиях подработки, и на ватных ногах я побрела к одному их кураторов практикантов. Нежданная радость. И так приятно, что вот они те люди, которые протягивают мне руку помощи, хотя я не ждала и не просила. Я даже чуть слезу не пустила, но удержалась и придала себе максимально серьезный вид. Я не просто мимопроходящая, а внештатный сотрудник. Почти. Официально меня на работу пока ни в каком виде взять не могли. Это же не имперская служба расследований и особо важные следователи. Кем и как я буду числиться, так и не поняла, но мэтр заверил, что это уже не моя забота. Перед дверью в кабинет, куда направлялась, я застыла. И тут успел Падуану! Заранее договорился с мэтром Матеем. Вот откуда растут ноги этих рук помощи! И при полезном деле буду, и меньше времени праздно шататься и попадаться на глаза Драголичам. Так выходит? Я не знала – то ли злиться, то ли радоваться такой предусмотрительности. Мне выдали кучу папок с отчетами и пожелали удачи, не скрывая облегчения, что ковыряться в писанине студентов придется кому-то другому. Я сухо поблагодарила и пошла на выход. И хоть мне и было несколько неудобно – руки оттягивали папки, я всё-таки достала из кармана пропуск и помахала им перед носом дежурного, не скрывая злорадства. Конечно, не стоило ссориться с ним, но удержаться не смогла. За это он чуть не стукнул меня турникетом по заду. М-да, достойный соперник. Обратный путь от корпуса к выходу с территории больничного комплекса показался уж очень длинным. Кипа бумаг оттягивала руки, юбка почему-то постоянно цеплялась за ветки кустов у края дорожки. От натуги я вспотела, из-под шапки выбилась прядь, постоянно норовя попасть в глаз. В очередной раз зацепившись за куст, я остановилась, чтобы выдохнуть. Ох уж эта сирень. Вспомнилась забавная история, связанная с нею. К запаху мертвецкой привыкнуть невозможно. Можно лишь учиться абстрагироваться на время работы, используя сугубо силу воли. Да, консервирующие артефакты помогали сохранять трупы, но на время вскрытия и работы с их содержимым, артефакты отключались, и разложение быстренько брало свое, что не успело сделать ранее. Моя сокурсница, когда мы первый раз пришли сюда на практику, додумалась облить свою марлевую маску духами с запахом сирени. Первое время это действительно помогало, одногруппники даже придумали ей прозвище – Цветочек. Потом Цветочек свыклась с местными ароматами, духи уже не по назначению, да и вообще, не использовала, но прозвище закрепилось. А вскоре пришла весна, и вдоль аллейки зацвела сирень. В общем, Цветочек своим обедом удобрила тут не один куст. История эта быстренько разошлась среди студентов, и больше уже никто не рисковал экспериментировать с маскировкой запахов. А Цветочек ещё долго не выносила запах сирени – тошнило мигом. Вернувшись в квартиру, я в гостиной заняла весь стол – разложила бумажки и принялась изучать. Не сказать, что занятие оказалось очень уж увлекательным, но в целом я втянулась. Пришлось пораскинуть немного проржавевшими мозгами. Шестерёнки закрутились, живительное масло знаний потекло по застоявшимся узлам, хоть те и поскрипывали. При этом я признавала, что кое-что забыла, а что-то и вовсе не знала. Я кропотливо выписывала себе те темы, что не мешало бы подтянуть, и продолжала скрупулёзно проверять студенческие работы. В общем-то и неудивительно, что куратор группы так обрадовался, что спихнул эту монотонную работу на меня. Но мне действительно это оказалось полезнее и важнее. А недостающие знания придётся почерпнуть из учебников и справочников и отправиться за ними к родителям домой. Там у меня осталось приличная такая учебная библиотека. Я с грустным видом подпирала голову ладонью, когда в квартиру залетел обрадованный Шербан. Он оглядел завалы бумажек на столе, присвистнул и выпалил: – Ого! Что за архив? – И не дождавшись ответа продолжил: – Ты не представляешь, что мы сегодня раскопали. И принялся возбуждённо выкладывать – что, откуда, как и когда выяснили. Схемы взаимодействия банды, каналы поставок, сети осведомителей и исполнителей. И прочее, и прочее, прочее. Мой и без того уставший и перегревшийся мозг чуть не закипел. – Пф-ф-ф, – выдохнула я. – Потише-потише, а то снесёшь меня своим энтузиазмом. Если хочешь, чтобы я тебя выслушала, то пожалуйста, помедленнее и поспокойнее. Ионит недовольно надул губы, точно ребёнок, но его настолько распирало желание всё рассказать, что он улыбнулся, кивнул и продолжил уже не столь бурно. Я же пока заварила чай. По мере рассказа брови у меня поднимались всё выше. Ничего себе эти бандиты устроились! И Промб вместе с ними. Возможно не только Промб – всех подельников ещё не определили. А уж размах у них: от безобидных, относительно конечно, делишек, до тех самых препаратов на крови с ментальным воздействием. И это помимо помощи в умерщвлении слишком долго живущих родственников, похищение людей на опыты и другой жути. – Похищение? – встрепенулась я. – Нет, это с нашим делом не связано. Там просто ещё один Доктор Смерть затесался. Платил банде за поставку всяких бродяг и прочих личностей, кого не кинутся искать. Что с ними делал он ещё не знаем, но с бандитами расплачивался в том числе и препаратами на крови. Значит, действительно не только Промб. – И нашли этого Доктора Смерть? – поинтересовалась я. – Увы, ещё нет. Ищем. – Нашли, – раздался голос Падуану. Мы с Ионитом вздрогнули. Не услышали, как тот зашёл. – И? – протянула я в нетерпении. Следователь устало выдохнул, плюхнулся на стул, неаккуратно сдвинул разбросанные бумажки и опёрся о стол. Я быстренько собрала листы в кучу. – Мэтр Вэли. Знаете, такого? Я закусила губу и задумалась. Ничего. – Нет. Откуда он? – Местный. Очень увлекающийся тип, задавшийся, как и все эти, – Падуану поморщился, а я не поняла – кто «эти», – благородной целью создать протезы, которые станут настоящим спасением для инвалидов. Теперь я поняла о ком речь, и что за методы они использовали. Во рту стало горько, и я поспешила глотнуть чаю. – Опыты на людях, да? – тихо спросила я. – Все так. Если вам интересно, могу поделиться подробностями… – ответил следователь. Добренький какой, поделиться, когда прошу информацию о нашем деле – ни в коем разе, а тут – да, конечно. – Нет, спасибо. Пожалуй, обойдусь, – сухо возразила я. И все же добавила: – Ответьте только, к этому имеет отношение господин… –Альен? – спросил Падуану за меня. Я кивнула. – Думаю, да. Степень его вовлеченности ещё выясняем. Либо он ничего не знал, а значит, просто был лицом кампании, что мало вероятно, либо принимал непосредственное участие. Вы огорчены? Я передёрнула плечами. Вот ещё. Ни огорчения, разумеется, ну и не злорадства. Он сам виноват, и ко мне это не имеет, Слава Богине, никакого отношения. Со стороны Ионита раздался какой-то странный звук – то ли фырканье, то ли хмыканье. – Что? – буркнул он, глядя на нас. – Мне за это дело такую премию дадут. Он улыбнулся. – Кстати, – воодушевилась я. – А мне какие-нибудь преференции положены? Всё-таки я тоже не мимо проходила. Падуану едко, с толикой предвкушения, улыбнулся. – В первую очередь вам положен выговор. – Я поперхнулась возмущением. – За самодеятельность не стал распекать вас сразу, дал время немного прийти в себя. А теперь… – протянул он. – Может обойдёмся? – пробормотала я. – Я всё осознала, раскаялась и далее по списку. – Ни в чем вы не раскаялись, – хмыкнул следователь. – И всё-таки я бы рекомендовал вам в следующий раз вести себя осмотрительнее и менее безрассудно. – Думаете, следующий раз будет? – хмыкнула уже я. – Будете себя плохо вести, обязательно, – подтвердил Падуану. При этих словах Шербан тихонько встал из-за стола и принялся бочком двигаться к своей комнате. Не поняла, это был намёк на флирт от следователя? Или мне показалось? Усугублять я всё-таки не стала, поэтому деловито поинтересовалась: – Ну так что, даже благодарственного письма не будет, если премию заж… не дадите? Падуану тяжело вздохнул, бросил укоризненный взгляд на племянника и ответил: – Не переживайте, вам воздадут сполна, когда мы завершим наше основное дело. И ответ этот радости не добавил. Звучал скорее, как приговор. *** Я не испытывала тоски по родительскому дому. Отчётливо это поняла, когда выходила из квартиры. Дом в Брышеве ощущался более родным, чем тот, в котором я жила до ареста. Родилась и выросла я далеко от столицы. Родителям пришлось поездить по гарнизонам. Но даже в самом северном и холодном городке страны мне было теплее, чем тут. Возможно когда-нибудь отношения с родителями и наладятся, но пока что к ним домой я шла, только потому что вынуждена и с большой неохотой. В любом другом случае предпочла бы пересечься с ними на нейтральной территории. Сначала думала пройтись пешком – оттянуть не самую радостную встречу. Но все же решила, что малодушничать нужно прекращать. Чем быстрее разберусь, тем лучше. Только я вышла за калитку, как меня окликнули. – Мирелла, добрый день. Я обернулась. Дориэн Драголич. Я бы слукавила, сказав, что не обрадовалась встрече. Вроде бы и не было повода, а поди ж ты, застучало сердечко. – Добрый, – сдержанно кивнула я. – Как поживаешь? В пику мне он прямо-таки лучился доброжелательностью с легкой насмешливостью, будто подначивал. – Странно, – пожала я плечами. Чёткого и однозначного ответа у меня не было. – Ещё бы, – хмыкнул он, почесал бровь и произнёс: – Может прогуляемся, если ты не занята или… – Занята, – перебила я, – к родителям собираюсь. – И не знаю, что дернуло за язык, но я сказала: – Хочешь составить мне компанию? Дориэн как-то нервно хмыкнул. – Вот так сразу? – Отца скорее всего дома не будет, на службе. А вот маму точно застанем. – Ну если только маму, то почему бы и нет, – согласился он. Признаюсь, я не ожидала, что он примет шутливое предложение. Идти на попятную поздно, поэтому я выдохнула сквозь зубы и попыталась выдавить из себя улыбку. Вот тебе и возвращение в родные пенаты. Впрочем, может оно и к лучшему – матушка отвлечётся от меня на гостя. Дориэн поймал экипаж, любезно помог мне забраться и уже с довольным видом устроился напротив. Смущения, мелькнувшего на его лице ранее, как и не бывало. Ла-а-адненько. – А что подразумевалось под или? – полюбопытствовала я. – Что? – недоумённо переспросил он. – Ты предложил погулять или… – А-а, вот, – он достал что-то из кармана, – билеты в естественно-научный музей. Решил, что тебе будет интересно. Необычное место для… Почему-то даже про себя не сразу решилась произнести слово «свидание». – Пожалуй, – протянула я. – Жаль пропадут билеты. – Ну почему же, – ухмыльнулся Дориэн, – они с открытой датой, я предусмотрел. Однако. Сначала я улыбнулась, а потом мысли перетекли в другое русло. Улыбка исчезла. Я отвернулась к окну и не громко произнесла, не глядя на него: – Помнится, в нашу первую встречу ты отнёсся ко мне… – Не слишком доброжелательно, – перебил он. – И прощения за это просить не буду. – Вот как? Я резко повернулась. Веселья в нём также не осталось, наоборот, предельная серьезность и звенящая напряженность в позе, будто я собираюсь напасть на него. – Скажешь, у меня не было повода относиться к тебе… С подозрением и неприязнью? – сухо спросил он. – Не скажу, – выдохнула я. – Но о дуэли наших братьев я ничего не знала. – Теперь уже понимаю это, – он тоже тяжело вздохнул, – да и я сам смог составить впечатление о тебе, а не с чьих-то слов. Тем более, если это слова Тобиара. Он хотел взять меня за руку, но я нервно отдёрнула. Не сейчас, не время ещё. – Думаю, у тебя и самой было предубеждение относительно меня, – уже мягче произнёс Дориан. – Теперь его нет, но… Слова после «но» застыли воздухе, развеялись со вздохом так и не превратившись в звук. Краем глаза заметила, что рука Дориана вновь дёрнулась в попытке взять мою, но ладонь застыла и вернулась на колено, сжавшись в кулак. В тягостном молчании невысказанных слов мы и провели остаток пути, благо недолгий. На выходе из экипажа мне все же пришлось опереться на руку Дориэна, чем он и воспользовался – крепко перехватил мою ладонь и положил на сгиб локтя. Вырывать уже не стала, так и дошли до крыльца. Я вполне могла и сама отпереть дверь, но из чувства, что пришла в гости, а не домой, постучалась. Дверь открыла монументальная женщина. И не в плане комплекции, нет. Она была вполне себе миниатюрный. В плане своего влияния в этом доме. Главным человеком здесь, безусловно, была мама. Папа, конечно, думал иначе. Но кто в доме, тот и хозяин в общем-то – мама же больше времени там проводила. А вот домоправительница, мама называла её просто своей помощницей, госпожа Джофранка, была вторым по старшинству в доме. Мы с Фонсо по уровню влияния болтались где-то в конце списка, скорее всего даже после конюха и садовника в одном лице, не говоря уже о горничных и кухарке. – Добрый день, госпожа Мирелла, – подчёркнуто вежливо произнесла Джофранка. – Добрый, – кивнула я. – Со мной гость, господин Дориэн. Я попыталась войти, но домоправительница не сразу пропустила. Через мою голову Дориэн также поздоровался. По нему лишь мазнули не слишком довольным взглядом, а потом блеклые голубые глаза вперлись в меня. – Меня не предупредили ни о вашем визите, ни о… вашем госте. Я хмыкнула и обогнула её. Ничего не поменялось. Я оказывается должна была предупредить, что являюсь к себе домой. Мило. – Организуйте моему гостю чай, пожалуйста, – попросила я, когда мы всё-таки оказались в холле и принялись раздеваться. Ещё один недовольный взгляд. Мне стало весело. Обернулась к Дориану и произнесла: – Извини, мне нужно отлучиться. Я быстро. Он кивнул, уголок рта дёрнулся, но усмешка не прорвалась. Да-да, я жутко гостеприимная. Но ведь и тут не Брышев. – Госпожа Джофранка, мама дома? – прежде чем уйти в свою комнату, спросила я. – Да, – буркнула она. – Позвать её? – Нет, спасибо, не стоит беспокоиться. Я сама к ней зайду чуть позже. В комнате было чисто, ни пылинки, все вещи лежали на тех же местах, что я и оставила когда-то. И все же было видно, что тут давно никто не жил. Почему-то даже тени тоски или ностальгии не промелькнуло. Было и было. И вообще, я пришла сюда с конкретной целью. Быстро подошла к полке, взяла нужное и направилась к выходу. Однако, взявшись за ручку, замерла. Развернулась и направилась к комоду. Выдвинула верхний ящик. Кружевные платки аккуратной стопкой лежали как ни в чем не бывало. Понятия не имею сколько их было изначально, но на всякий случай пересчитала. На каждом из десятка штук собственноручно я вышила свои инициалы. Когда-то мама не оставляла надежды привить мне хоть что-то, что, по её мнению, должна уметь девушка. Вышивать я действительно научилась, тем более что это умение потом пригодилось, когда пришлось столкнуться с накладыванием швов. Получалось у меня недурно, да и рука оказалась легкой. Никто не жаловался, а куратор так вообще хвалил. Сюда, в дом, да ещё и ради моего платка, вряд ли мог пробраться злоумышленник. Тем интереснее как же к нему он попал. Сама я никому не отдавала. Потеряла? От размышления меня отвлекли шаги в коридоре. Джофранка небось караулит. Я действительно задержалась. Дориэн вероятно уже не одну чашку чая употребил. И к маме стоит заглянуть. Оказалось, мама и сама заглянула. – Мирелла, – прозвенел её голос, как только я вошла в гостиную. Она переводила удивленный взгляд со состоящего у стола Дориэна на меня. И было что-то ещё в выражении её лица, что заставило меня напрячься. – Мама! Я подлетела к ней и клюнула в щеку. Поцеловать не получилось – я суетилась в попытке отвлечь маму от этого странного состояния. Что-то маячило в мыслях, но так фоном, уловить я не смогла. – Познакомься, это Дориэн Драголич. Он любезно согласился составить мне компанию. Мне вот, – я потрясла стопкой книг в руках, – нужно было забрать. Обычно вежливая мама, сейчас с суровым видом повернулась ко мне, игнорируя присутствующего гостя, прямо как Джофранка ранее. – Зачем тебе составлять компанию? Учебники не настолько тяжелые. Я захлопнула рот и с трудом сглотнула. Такого приема я не ожидала. Она обиделась, что я так и не помирилась с отцом? А потом я перевела взгляд на Дориэна. Богиня, ну что я за идиотка? Просто первостатейная! Она явно в курсе о подробностях дуэли Фонсо, и если в причастность самого младшего Драголича к моим бедам она и не верила, а я собственно и не убеждала её в этом, – это Фонсо как-то ей проболтался, то о причастности Тобиара к бедам уже самого Фонсо, она точно знала. Иначе бы её удивление не сменилось злостью. – Дориэн – мой друг, – веско сказала я. – Поэтому почему бы ему не отправиться со мной в родительский дом. – Друг? – сипло прокаркала мама. Словно я сообщила, что он мой подельник и мы только что ограбили банк. Я закивала. Обошла её, положила книги на стол и повернулась к другу. – Ещё чаю? – Спасибо, уже хватит, – ровно выговорил он. Обиды у него не было, вот огорчение – вполне возможно. Ещё бы, такая щепетильная и не слишком приятная ситуация. Впрочем, помнится его отец при виде меня лицо не кривил, выглядел вполне благодушным, местами, как мне показалось, чересчур. А ведь он точно в курсе если не всех подробностей и всех выходок своего сына относительно меня, то дуэли уж точно. В этом нет сомнений. – И как же вы подружились? – чуть более спокойным тоном поинтересовалась мама. – Может тебе чай тогда налить? – вместо ответа спросила я. Посылать явно подслушивающую Джофранку за ещё одной чайной парой я не стала. Вместо этого закрыла дверь нарочито спокойно, услышав шуршание юбки за ней, и прошла к буфету. Сервиз блестел чистотой, поэтому я спокойно могла взять чашку и блюдце. Мама молча села напротив Дориэна. Тот тоже вернулся за стол. Я налила чаю маме, организовала добавки и гостю. Дориэн сопроводил это насмешливым взглядом. Точно, ему уже хватило. А вот мне – нет. На дне чашки плескалось пару капель и три чаинки. – Итак? – напомнила о своем вопросе мама. Я открыла рот и закрыла его, так ничего и не выдавив. Банально не знала, что ответить. Как мы подружились? Когда это произошло? Всё как-то завертелось. Одно, другое. Да и подружились ли? Я просто ляпнула первое, что пришло в голову. Было ли это правдой… Даже не знаю. – Мирелла очень мне помогла. Я упал с лошади, а она… И дальше последовала совершенно невероятная история. Я прямо-таки заслушалась. Оказывается, я – настоящая героиня. Надо же. Так самоотверженно ринулась спасать почти умирающего человека. Пока слушала, даже не заметила, как опустошила чашку, незаметно подсунутую мне рассказчиком. Такую историю требовалось обязательно запить. С каждым словом хмурое лицо мамы разглаживалось, взгляд теплел. В какой-то момент я и сама готова была поверить в свое героическое прошлое. М-да, в ком-то явно пропадает ещё и сочинительский талант. – Ничего себе, – только и пробормотала мама, явно впечатлённая историей. – Угу, – буркнула я, пряча лицо за чашкой. Только бы не рассмеяться. – Я и не сомневалась в самоотверженности дочери, но, чтобы прямо так… – О, ваша дочь на многое способна, – с важным видом закивал Дориэн, – сразу видно отличное воспитание. Я же в этот момент вспомнила его похвалу моим стрелковым навыкам. Веселья поубавилась. Подвинула чашку обратно к нему. Мама зарделась – ей явно были приятны комплименты – как в свою сторону, так и в мою. – А что же мы просто так чай гоняем, – спохватилась она. – Останетесь на обед? За чуть оттаявшей мягкостью я все же видела настороженность. Вероятно, дальше начнутся расспросы о семье Дориэна. Дружба дружбой, но обиду за старшенького мама просто так не отринет. – Прости мамуль, как-нибудь в следующий раз. Мне нужно работать. Судя по поджатым губам гостя, тот видимо был бы и не прочь ещё погостевать. Неужто ещё сказок припас? То, что он с лёгкостью бы отбился от маменькиных расспросов, я уже не сомневалась. Но ей, пожалуй, хватит на сегодня увлекательных историй. Да и работа действительно заждалась. – Хорошо, в следующий раз, – легко согласилась мама. – Надеюсь, вы предупредите. Отцу тоже будет интересно послушать о подвигах дочери. А я надеюсь, к тому моменту их список не пополнится. При упоминании отца Дориэн чуть поморщился, но мама не успела заметить. Мы спешно засобирались. Мама проводила нас до выхода, заручившись обещанием, что обязательно в скором времени наведаемся уже как положено. Что она подразумевает под этим «положено», уточнять не стала. Достаточно уже потрясений. Как только дверь за нами закрылась, мы с Дориэном переглянулись и дружно расхохотались. Чуть переведя дыхание, я пробормотала: – Вот уж не думала, что ты такой выдумщик. Он покачал головой. – Не одной же тебе талантами блистать. – Дориэн резко замолчал, стерев улыбку с лица. – Прости, я почему-то не подумал, что моё присутствие может оказаться некстати. Как-то не пришло в голову… – Не стоит, – перебила я. – Это моя забота и мой просчет в первую очередь. А ведь мы о дуэли говорили по дороге сюда… И почему-то ничего в мозгу не щелкнуло. Я вздохнула. – Мы не можем отвечать за действия других людей. Даже если эти люди – близкие родственники, – мягко произнёс он. С намёком или только применительно к этой ситуации? Впрочем, не буду додумывать. Видно будет как оно на самом деле. – У тебя действительно ещё много дел? – поинтересовался Дориэн. Я кивнула. – Иначе бы зачем мне это, – я потрясла стопкой книг. – А ты что же прохлаждаешься? – Проект следующий только весной, а пока занимаюсь бумажной работой, её можно провести вечером. – Интересный режим работы, – хмыкнула я. – Не жалуюсь, – он пожал плечами. – Тогда провожу тебя, раз уже пора. Обратный путь прошёл спокойно, тихо. И тишина эта, в противоположность прошлой поездке, не была неловкой или тягостной. О следующей встрече Дориэн не напоминал, но сама я помнила о билетах в сумке. Нужно подумать…