Глава 20

Утро, несмотря на позднее засыпание, снова началось, когда солнце ещё не взошло. На этот раз я не мчалась, а неспешно оделась, взяла с собой простой тёмный плащ с капюшоном, перекинув его через руку, даже успела украсть из кухни кусок вчерашнего капустного пирога и направилась на встречу с Артуром, жуя на ходу.От недосыпа слипались немного глаза, и только какой-то внутренний двигатель держал меня на ногах. Проходя мимо главной площади, я уловила стойкий запах свежесваренного кофе. Кофе тут не было особенно дорогим продуктом, но однозначно редким. Да и мало кто умел его готовить. Я тоскливо вспомнило о любимом в прошлой жизни американо со льдом. Лёд в этих широтах крайне редко был для простого народа, его было трудно и тяжело везти с северных озёр. Да и никто кофе им не разбавлял, редко даже просто воды добавляли, предпочитая сваренный в турке на разгорячённых углях или песке эспрессо.Я вновь с удовольствием вдохнула запах кофе и всё же поспешила, не нужно опаздывать в такой день. Мне после посещения Лиры нужно будет спешить снова в приют. Артур уже стоял на пороге закрытой таверны в ожидании, когда я показалась из-за угла.— Плащ взяла? — в ответ лишь кивнула. — Пойдём. Только не отходи от меня ни на шаг, могу за руку взять, если хочешь.— Не нужно, просто постараюсь не отставать.Увы, дорога до лекарши была через самый известный квартал красных фонарей. И безумным было то везение, что поутру похмельные мужики и сонные как мухи работницы мало интересовались проходящими мимо людьми, своё они уже получили или отработали. На некоторых участках мощёной дороги юбку приходилось приподнимать до колена и прыгать, обходя дурно пахнущие лужи и даже целые ручьи. В какой-то момент Артур остановился у неприметного двухэтажного здания.— Она снимает весь второй этаж. Поднимайся по лестнице, трижды постучи, пароль «Голубая лагуна». Я подожду тут.Лестница слегка поскрипывала под ногами, пока я по ней шла. Заляпанная и немного покорёженная, но всё ещё крепкая дверь отделяла меня от первого в этой жизни посещения «гинеколога». Глубоко вздохнув, громко постучала трижды в дверь. И прислушалась. В ответ была сначала тишина, а после что-то с грохотом упало и послышались быстрые шаги.— Кто там?— Голубая лагуна.Дверь слегка приоткрылась, и первое, что я увидела, была взлохмаченная русая голова заспанной девицы, под её серыми как осенний туман глазами засели излишне тёмные синяки, отчего создалось впечатление, словно она толком и не спала, но скорее всего так и есть. Что уж говорить о замызганной ночной рубашке.— А… От Артура. Ну… — Лира открыла передо мной дверь, жестом приглашая внутрь. — Заходи что ли.— Спасибо… — немного замялась на входе я, но всё же зашла.— Третья комната слева, — подавляя зевоту произнесла девушка и зашла в ближайшую же комнату.Я успела увидеть лишь разбросанные по полу книги, занавешенное чем-то окно и не заправленную кровать, почти полностью занимавшую собой пространство комнаты, прежде чем дверь в неё закрылась. Пожав плечами, решила не любопытствовать и направилась к указанной комнате. Вторая по счёту была закрыта, и ломиться туда не стала. В отличие от предыдущей, тут было светло и убрано. Судя по стоящей посреди всего простенькой узкой кушетке, напоминающий отдалённо знаменитое гинекологическое кресло своими «подставками» для ног, стулу и ширме, это был её кабинет. Я встала у входа, не зная, куда себя деть, ведь была впервые в столь допотопном «кабинете врача».— Чего стоишь? — возникла как чёрт из табакерки Лира (или это я её не заметила?). — Проходи, снимай одежду, рассказывай.Выглядела она уже лучше, если это вообще можно так назвать. По меньшей мере причесалась и переоделась, но усталый вид не пропал. Она усадила своё бренное тело со вздохом на стул и подняла на меня откровенно замахавшийся взгляд. Я поспешно сняла плащ и принялась аккуратно, стараясь не порвать тонкие нитки или ткань, снимать платье.— Я ни с кем из мужчин ещё не спала, но… — начала рассказывать, раздеваясь. — Один пытался недавно насильно обесчестить, но не туда попал. Слишком пьян был.— Вот поэтому к проституткам-девственницам не пускают пьяных, — хохотнула Лира. — Тогда просто наклоняйся и поворачивайся задом. Посмотрим, что он там натворил.К концу разговора я уже сняла панталоны, оставшись в одних лишь уже порядком старых, но таких нужных чулках, и сделала, как она просила. В прошлой жизни особо врачей не любила из-за цен на их услуги, а в этой при условии отсутствия одноразовых шприцов и остальных расходников… Я не особенно хотела бы когда-то оказаться в ситуации, где нужна какая-то операция или даже простой укол.— Хм… Тебя кто-то до этого лечил? — спросила лекарша, осматривая меня.— Да… Она же тебя и посоветовала.— Ладно…. А от меня что хочешь?— Кхм… Я знаю, что этот… — я запнулась, перебирая слова помягче. — … человек очень любит ходить по всяким борделям. И мало ли что подхватил, а мне не хочется от всякой дряни потом лечиться.— Что ж… Я тебе снова всё помажу и выдам лекарство.Сзади послышался звук отъезжающего стула, какой-то звон склянок, а следом какая-то невероятно холодная и щиплющая мазь оказалась между моих ягодиц.— Ащ…— Потерпи. Гадость редкостная, но заживляет всё на раз-два.И я терпела. Через время мазь была аккуратно вытерта, а мне стало значительно легче. Конечно, после первого лечения ничего не доставляло проблем, но, кажется, остались мелкие раны, которые сейчас и были залечены.— Одевайся.Я взяла в руки панталоны и брезгливо сморщилась, глядя на них. Ей богу, научусь пользоваться местной машинкой и сошью себе ворох трусов, этот допотопный предмет нижнего белья меня рано или поздно доведёт до истерики своими завязочками. Даже корсет уже не так бесит. Но всё же привычка одеваться без помощи сыграла своё, и через несколько минут на мне уже была вся одежда, кроме плаща.— А ты будешь сдавать мне кровь на исследование?.. — спросила Лира.— Прости, что?.. — я подумала, что мне послышалось и воззрилась удивлённо на девушку.— Я проверю её на различные заболевания. Это займёт минут десять от силы, — уговаривала лекарша. — Ну пожалуйста, я и так редко у кого её могу взять! Не у проституток же, они насквозь напичканы всякой дрянью и редко когда трезвые, особенно опытные.— Хорошо…Обрадованная Лира принялась суетиться со стерилизацией шприца. Уж не знаю, в чём она его кипятила и обрабатывала, но выглядело внушительно. Точно там был спирт, его яркий запах заполнил комнату. Я несмело присела на кушетку и задрала рукав платья, наблюдая за её манипуляциями. В конце концов она с немного пугающей улыбкой склонилась над моей рукой с ваткой и шприцем. Лёгкий укол в сгиб локтя, и в сосуд равномерно полилась венозная кровь. Меня предательски затошнило от вида крови, и я отвернулась, предпочтя на это не смотреть.— Ну вот и всё! — Лира приложила к сгибу ватку со спиртом и согнула мне руку. — Голова не кружится?— М… Нет, не кружится.— Отлично! Сейчас всё проверю и приду!Она буквально выскочила из комнаты в крайне приподнятом настроении и, судя по звукам, убежала в соседнюю комнату. Я неспешно встала и, не забыв прихватить плащ, направилась туда же. Через открытую дверь была видна импровизированная лаборатория с металлическим столом, микроскопом, разными склянками, пипетками и прочим безобразием, назначение которого даже не знала. Светло здесь было, но немного заглушено из-за плотной белой ткани на окне.Смотря на Лиру, я невольно залюбовалась. Фанатичные и тем более профессиональные в своём деле люди были прекрасны, но возникал невольный вопрос. У Лиры нет лицензии. Если она была ученицей дворцовой лекарши, то не могла её не иметь когда-то. А это значит, что её отняли. Прокрутила в голове возможные причины отнятия, но все они были чудовищно серьёзными, вплоть до смерти пациента по вине врача.— Почему у тебя отняли лицензию? — спросила я, облокотившись на косяк двери и всё ещё держа руку, согнутую в локте.— … Я не особенно хочу об этом говорить, — отрезала девушка, продолжая делать анализы, но её настроение явно испортилось.— Вернуть нет возможности?— Я пыталась. Всё без толку, не вернут.— А что ты сделала? Из-за чего отняли? — не унималась я, на что Лира посмотрела на меня уже злобно.— Ни-че-го! — отчеканила она. — Перестань уже донимать!— Прости, просто стало интересно.Она кивнула, будто принимая мои извинения. Дальше общение не продолжилось, я молча смотрела, как Лира возится с моей кровью. В конце концов недосып, тишина и духота начали смаривать меня, заставляя пронзительно зевать. На третьем зевке лекарша уже подошла ко мне с какими-то бумагами.— Пойдём, а то уснёшь.Она аккуратно толкнула меня в сторону предыдущей комнаты. Я проследовала туда, пытаясь взбодриться хоть как-то, но не особо выходило. Там Лира снова загремела склянками, а после выдала мне наполненную доверху большую кружку воды и небольшой бутылёк.— Выпей очень быстро лекарство и запей всей водой, что есть в кружке. На вкус редкостная гадость, но она тебе нужна.Я последовала её рекомендациям и тут же пожалела. Лекарство оказалось одновременно ужасно горьким и обжигающе-острым. Холодная вода спасла от первых ощущений, но мерзко послевкусие осталось, неприятным осадком оставшись во рту.— Какая… дрянь! — проговорила я, немного закашлявшись. — От чего же это?— На всякий случай, если всё же какая зараза возьмёт позже, — Лира равнодушно пожала плечами. — Утром седьмого дня жду тебя, проверим, всё ли хорошо подействовало, и не прицепится ли что.— Спасибо. Сколько с меня? — спросила я и потянулась к кошельку.— Три серебряника.— Я отдам вот так, — и протянула ей целый золотой, это было много, но так нужно было. — Считай, это ещё и за следующий раз.— Хорошо, — непонимающе и чуть заторможенно ответила девушка.Артур стойко ждал меня на улице, явно нервничая. Едва я показалась на пороге в плаще, он резко сорвался с места и быстро пошёл прочь из района. Пришлось буквально бежать за ним, несмотря на отсутствующую разницу в росте, он ухитрялся идти очень и очень быстро. Дыхание уже хорошо так сбилось, когда мы оказались аккурат у поворота, ведущего к приюту.— Слушай внимательно и запоминай, — быстрым шёпотом начал произносить Артур, остановившись, схватив меня за локоть и чуть наклонившись к уху. — Гильдия заинтересовалась тобой и твоим заказом, они свяжутся сегодня вечером, будь готова.И поспешил отпрянуть и исчезнуть в лабиринтах улиц. Я недолго постояла, восстанавливая дыхание и улыбаясь как дурочка. Половина дела сделана! Осталось только уговорить гильдию на столь большой объём работы. Когда наконец успокоилась после резкой утренней беготни, направилась к приюту, не забыв снять плащ.А там уже вовсю кипела жизнь, создавалось впечатление, что они начали задолго до рассвета. На крыше уже вовсю работали нанятые императором плотники, которые ломали старые стропилы, которые порой с оглушительным звуком падали на землю, разлетаясь на щепки, и ставили новые, явно вырезанные аккурат этой ночью. С ними на крыше были уже Константин, Диего и Максимилиан, помогающие им в нелёгком ремесле. Александр с уже пришедшим Майклом избавлялись от строительного мусора, который накопился за вчерашний день. Карины же я не наблюдала, должно быть, она была внутри. Подойдя ближе, я заметила, что выстиранное вчера бельё ещё сушилось, но также наружу выставили абсолютно все кровати. Выглядели они посредственно: старые, замызганные, частично испорченные детскими красками и немного изъеденные жуками. Должно быть, мужчины их вынесли для ремонта комнат, а, возможно, и для «обновления» самих кроватей.— Лия! — закричал при виде меня брат, а когда я подошла ближе, сказал: — Карина внутри, уже очищает стены. И где ты была всё это время?— Всё тебе расскажи! — фыркнула на его слова и поспешила в дом.Со второго этажа слышалось бормотание и тихая ругань Карины. Будучи благородной дамой, она была не обременена «чёрной» работой, это я ещё вчера поняла. Поднявшись, я застала её скребущую стену в попытках избавиться от плесени. Всё бы ничего, но делала она это с закрытыми окнами и без даже простой маски для защиты дыхания.— Карина! — я подскочила и схватила её за руку, вытаскивая её за пределы комнаты. — Давно ты это делала?— Недолго, я почти ничего не успела сделать, — немного шокировано посмотрела Карина на меня. — Что-то не так?— Всё не так! Слава Богине, ты почти не надышалась этой плесенью!В кухне я нашла немного марли и ваты и смогла сделать для нас обеих своеобразные «маски», чем-то напоминающие хирургические. Открыв все окна на втором этаже, мы с Кариной вооружились скребками и принялись проходить по стенам, очищая их от слоя «заражённой» штукатурки. В большинстве мест требовалось лишь немного снять штукатурку, но в месте самой сильной протечки пришлось поковырять вплоть до досок, из которых и делали внутренние стены. Выглядело это ужасно,— Шпаклевки понадобится много… — как-то грустно произнесла Карина, смотря на обнажённые стены.— Это уж точно…Уксус, хвала всему, нашёлся на кухне в одном из верхних шкафчиков. Перчаток, увы, не нашлось. Пришлось искать какие-нибудь кисточки или что-то подобное и, на счастье, нашлись в одном из ящиков. Потрёпанные, видавшие виды и покрытые засохшей побелкой, они были лучше, чем полное отсутствие каких-то средств для нанесения.Густой запах уксуса противно щекотал нос, пока мы слой за слоем, комната за комнатой обрабатывали стены. От него немного кружилась голова и даже начала подступать тошнота. Никогда не любила этот запах, но приходилось его терпеть.Когда всё было закончено, я буквально перегнулась через окно второго этажа и сняла надоевшую маску. Свежий воздух обдал лицо, заставляя вдыхать его как можно глубже. Стены подсохнут до обеда, и можно будет покрывать их штукатуркой. Карина последовала моему примеру, и мы вместе наслаждались тихим спокойствием.— Лия, спускайтесь! Обед уже привезли, — послышался снизу голос Константина.Я опустила взгляд вниз, кивнула ему и обернулась в комнату. Карина уже выходила из неё, а я… абсолютно не желала оказаться на воняющим уксусом этаже. Оценив расстояние до земли, неспешно села на подоконник и перенесла ноги на улицу, удобно устроившись на нём.— Лия! Ты что делаешь? — на лице императора я увидела испуг, наверное, он думал, что сейчас убиваться буду.— Всё хорошо, сейчас спущусь!Ухватившись за подоконник руками, я аккуратно «скатилась» с него попой и повисла в чуть больше метре от земли, этажи здесь были очень низкие. Падать будет не больно, в детстве и не с такой высоты падала. Немного успокоившись, я отпустила руки, намереваясь через секунду оказаться на земле, но оказалась поймана. Константин держал меня настолько крепко, что невольно испугалась, а не сломает ли он мне чего.— Ты что творишь⁈ — прикрикнул он на меня, опустив на землю. — Ты могла!..— Не могла. Я и не с такой высоты падала, даже будучи ребёнком, — ответила спокойно и даже с улыбкой.— Сумасшедшая…— Какая есть! — и поспешила всё же уйти к обеденному столу, но перед этим ненадолго развернулась и коротко произнесла: — Перестань ко мне относится как к хрупкой вазе. Я сильнее, чем ты думаешь.