Глава 22

Посещение мадам Клариссы было назначено на раннее по меркам аристократов утро — в полдень. Я крепко проспала всю ночь и не проснулась, если бы влетевшая в комнату Изольда, кричащая что-то о потрясающих связях её дочери и восторженно пританцовывающая. Голова была немного тяжёлая после вчерашнего «приключения». Я несмело открыла глаза и тут же зажмурилась, ощущая боль от излишне яркого солнечного света где-то в голове.— Амелия, вставай! — матушка не церемонилась, стаскивая с меня спасительное одеяло. — Опоздаешь, если сейчас же не встанешь! Ты ещё и не переодевалась со вчерашнего дня⁈— Ммм…Я лениво потянулась и села на кровати, поворачиваясь спиной к источающему ненавистный сейчас солнечный свет окну. Потерев глаза и наконец разлепив их, наткнулась на недовольное выражение лица матери.— Вы когда вернулись вчера⁈ — прикрикнула она на меня.— М-м… Поздно? — промычала я, морщась от громких звуков. — Не знаю точно…— Не иначе как пила?— Никак нет, матушка, — прикрыв рот ладонью, зевнула, немного потягиваясь.— Поверю, поверю, — скептически произнесла Изольда. — А теперь иди отмывайся и будем одеваться. Опаздывать к мадам Клариссе нельзя!Через час я в смятении и тревоге стояла у дверей кабинета отца на первом этаже в платье, подаренное королевой-матерью. Мне нужен был план порта и города, который отец хранил где-то в глубине этой комнаты. Где? Да я понятия не имела! Ни малейшего! Перерывать всё в его поисках и зайти за воришку? Я не настолько глупа, чтобы такое делать. Мне точно нужна была помощь…— Майкл!.. — дошло наконец до меня, кто мог помочь в этом деле.Майкл как наследник мог знать, где и что находится. Он в курсе всех дел наших земель! Я буквально влетела на второй этаж по скрипучей лестнице и резко распахнула дверь в комнату брата.— Майкл!Благо, он был почти одет, иначе не избежала бы неловкой сцены. Брат воззрился на меня в непонимании. Ни прежняя Амелия, ни я никогда не врывались в его комнату. Как-то непринято было, чтобы взрослая девушка вообще оказывалась в комнате взрослого парня, пусть даже это её брат.— Амелия, выйди, — прошипел он, наспех застёгивая последние пуговицы рубашки.— Ну уж нет! — я крепко, насколько могла, схватила его за запястье и потянула за собой. — Пошли!Едва успевший застегнуться Майкл аж крякнул от моих резких действий и поспешил за мной, даже не успев понять, когда нужно сопротивляться. Я провела его снова к кабинету отца и встала ровно перед дверью. Я знала одно — отец сейчас не там, он с Алисой возился кроликами на заднем дворе.— Ты мне должен помочь, — упрямо сообщила, открывая дверь в кабинет. — И это выбор без выбора.Майкл горько вздохнул и прошёл следом за мной в комнату. В кабинете пахло пылью, старой бумагой, деревом и совсем немного чернилами. Возле порядком замызганного окна напротив двери стоял стол, заваленный бумагами, а возле остальных стен громоздились массивные и повидавшие виды стеллажи с многочисленными книгами по управлению, экономике и законам. И лишь близко к столу стоял ещё низкий шкаф со слегка приоткрытыми створками. Уже порядком выцветший от времени и регулярного использования небольшой ковёр поднял от наших шагов столп пыли, заставив оглушительно чихнуть.— Тихо! — шикнул на меня брат. — Что ты хотела? Давай берём и пошли, пока нас не заметили.— План порта и города.Принялась рыться в документах на стеллажах, ища заветную папку. Но даже за активной деятельностью через пару минут заметила, что брат ничего ровным счётом не делает. Я обернулась и увидела прищуренные в подозрении глаза Майкла. Он не двигался с места.— Что. Ты. Задумала? — тихо отчеканил он.— Наш род спасти от банкротства, развить земли… Это же очевидно. Глупые вопросы задаёшь, брат, — также шёпотом ответила я.— Зачем тебе это? Ты выйдешь замуж, уедешь…— Майкл! — тихо прикрикнула на брата. — Взгляни правде в глаза! Я замуж уже не выйду! Кто в здравом уме возьмёт старую деву да ещё и бесприданницу?— Амелия, ты…— Поэтому замолчи и ищи. Нам это понадобится на аукционе.— Кому ты собралась эта показывать?— Майкл, не беси меня, — я взяла ближайшую папку в руки и хорошенько так шлёпнула ею брата по голове, было не сильно и не больно, зато неожиданно. — Мы идём туда, где собираются самые богатые и влиятельные люди страны! Кто-нибудь да найдётся, кто готов инвестировать в столь серьёзное дело!— Отец искал…— Майкл! — в очередной раз зашипела на него я. — Богиня, дай мне терпения!.. Мне ещё раз повторить?— Нет.— Вот и молодец. Ищи давай!— Я знаю, где она.Я посмотрела на него и возникло абсолютное и неотвратимое желание здесь и сейчас задушить этого засранца.— И ты молчал⁈— Да, — с улыбкой ответил он. — Она в сейфе.— И как его открыть ты, конечно же, знаешь?— Конечно.— О Богиня… — я воздела глаза к потолку, пытаясь наконец успокоить желание кровавого убийства. — Открывай тогда! И пошли уже наконец!Брат подошёл к шкафчику и, открыв его, недолго что-то проворачивал в сейфе, а после его открытия достал оттуда несколько одинаково толстых белых папок. Я выглянула из-за спины Майкла и успела рассмотреть лишь две из папок, на одной из которых виднелась надпись «Шахта», а на второй «Порт». Брат взял как раз вторую, остальные обратно уложил в сейф и закрыл его до характерного щелчка.— А теперь идём, пока нас не увидели! — проговорил он.Мы как можно быстрее ретировались из комнаты, не забыв перед этим прислушаться и осмотреться на предмет других членов семьи. Дойдя быстрым шагом до чёрного входа в дом, рядом с которым была лестница на второй этаж, я всё же отняла у брата папку.— Иди оденься до конца, я подожду на улице. Скоро прибудет карета, мы не можем опоздать к мадам Клариссе.Майкл молча кивнул и скрылся на втором этаже, а я поспешно ретировалась на улицу. Там, остановившись под тенью раскидистого дуба, наконец открыла папку и принялась вчитываться. С каждым новым листом моё изумление росло. Теперь я понимала, от кого унаследовали свой пылкий и острый ум Амелия и Майкл. План был почти идеальным, со всеми сводками, диаграммами, графиками, оценкой рисков и доходности он выглядел и вовсе безупречным. Уверена, если правки и будут, то минимальные.Когда, судя по стуку колёс и цокоту копыт, карета уже оказалась у ворот, я поспешила оторваться от плана и увидела спешащего из дома Майкла, поправляющего воротник на ходу. Я помахала ему, призывая поторапливаться, и поспешила к воротам. На этот раз, судя по приличному виду кареты, отец позволил себе раскошелиться немного. Это, правда, не сильно сгладит наши аккуратные, но откровенно старомодные наряды.* * *Карета неспешно приближалась к салону мадам Клариссы, а я чувствовала, как накатывает волна нелепого, поистине детского страха. От волнения дрожали колени под многочисленными юбками платья. Никогда прежде прошлая Амелия не была в столь значимом месте. А для меня, выросшей в современности, в эпоху массмаркета и интернета, это было сродни… Да сродни выходу в открытый космос без должной подготовки.Карета остановилась, вместе с ней замерло на мгновение сердце, а после заколотилось с удвоенной силой. Нервы накалились до предела, к горлу подступила мерзкая тошнота, ладони вспотели, как у грешницы в церкви. Должно быть, Майкл заметил моё беспокойство, поэтому его рука вдруг накрыла мою, холодную и дрожащую. Я встрепенулась от неожиданности и встретилась с ним взглядом.— Не волнуйся, — брат немного натянуто улыбался, он сам явно не был спокоен. — Как ты верно и сказала, это шанс для нашей семьи. Нужно быть стойкими. И улыбаться, несмотря ни на что.Я медленно, словно несмазанная кукла кивнула и, глубоко выдохнув, натянула дежурную улыбку. Он прав, нужно быть стойкими, ведь впереди будет всё ещё хуже. Брат поспешил выйти из кареты и протянуть ладонь мне. Я же, чинно придерживая юбки, поспешила за ним. Карета с характерным звонким «Но!» от возницы отъехала так быстро, что я едва успела оправить немного помявшиеся за время поездки юбки. К счастью, на этой улице в столь ранний для аристократов час была пуста, лишь слуги и курьеры изредка проходили мимо.Салон мадам Клариссы Фэрчайлд располагался в самом дорогом районе Савоны, где подчас годовая аренда самых больших помещений была чуть меньше всего дохода наших земель за тот же период. Что уж говорить о стоимости за изделия местных мастеров, она была баснословная. Салон мадам сверкал чистейшей витриной из хрустального стекла, украшенную золотыми узорами и обрамлённую в безупречную раму из тёмного неизвестного мне дерева.Майкл подставил мне свой локоть, и я вцепилась в него как в спасательный круг. Мы посмотрели друг на друга и кивнули. Задержимся — выскажем неуважение мастерице и её команде. Звон колокольчика оповестил о нашем прибытии весь салон прелестной трелью.Многочисленные витрины со сверкающими украшениями, стойки с изящными и богато украшенными шляпками разных форм и размеров. А в глубине зала стояла платформа, на которой и надлежало стоять клиентам. Массивное трёхстворчатое зеркало позволяло, не сходя с места, осмотреть себя и готовый наряд с ног до головы.Мадам появилась, словно по мановению волшебной палочки или как джинн из лампы, из глубин салона. Её сияющая улыбка сопровождала её также, как и шесть помощниц. Выглядела она чуть старше нас: тонкая, изящная и статная, несмотря на давно известное всем низкородное происхождение. Кларисса была живым воплощением фразы «Из грязи в князи».— Ах! Виконт и леди Хайфилд! Мы вас ждали!— Доброе утро, мадам Кларисса, — Майкл подошёл и, взяв её руку в свою, поцеловал в знак приветствия тыльную сторону ладони. — Благодарим, что нашли для нас время.— Что вы, что вы! Для меня честь принимать вас! Леди, прошу, проходите первой вслед за Марианной. Мы снимем с Вас мерки и обсудим детали.Две помощницы провели меня в небольшую комнату с большим зеркалом и небольшим диваном, под потолком ярко светил магический шар, и помогли раздеться до нижней сорочки и корсета с чулками. Было немного неловко находиться перед совершенно незнакомыми людьми, но я не стушевалась. Мадам прибыла вскоре.— Так-так-так… Какая фигура! Блеск! — говорила она, рассматривая меня как товар на витрине, с неподдельным восхищением. — Вы бы знали, леди, как я рада одевать столь аппетитную фигурку! А то надоели уже эти худые как спички девушки! Даже оформить нечего. А у Вас… — она многозначительно посмотрела на виднеющуюся и слегка выпрыгивающую из-под корсета грудь. — Явно есть что.Она принялась обвивать своим портновским метром каждый изгиб моего тела, называя вслух параметры, которые одна из помощниц записывала быстро и точно. Мадам ещё несколько раз меня обошла, а после кинула короткий взгляд на полученные данные, и словно сама себе кивнула.— Какое платье будем шить?— Самое простое?.. — брови мадам полезли на верх от удивления. — Простите, я совершенно не знаю, что мне может подойти. Но я точно не хочу оборок, кружева и излишне больших юбок.— Хм… — Кларисса снова меня обошла, на этот раз медленно, словно изучала внимательнее, чем прежде. — Я, кажется, знаю, что вам подойдёт. Но нужно выбрать ткань… Шёлк, бархат, атлас?— Любую, мадам. Вверяю всё вашему чувству прекрасного.Кажется, мои слова подействовали на неё как вода на умирающего в пустыне от жажды человека. Мадам Кларисса буквально расцвела и расплылась в самой искренней своей улыбке. Казалось, она сейчас пуститься в пляс прямо здесь, при всех, потеряв свой облик серьёзной женщины.— За такое, леди, я обязана буду сделать для Вас лучшее из моих платьев!Мадам вышла вместе с помощницами, оставив меня наедине с собой. Я выдохнула и присела на диван. Какой-то дурдом! Амелия никогда, кроме совсем юного возраста, не заказывала платья, тем более у столь известного мастера, предпочитая для повседневной жизни простые готовые платья, а для дворянских собраний матушка шила ей новые или перешивала из своих старых.Прошло, кажется, порядка часа, прежде чем мадам вернулась с перекинутым через руку подходящим вариантом платья. Глубокий тёмно-синий, сапфировый цвет атласа, слегка поблёскивающей в свете шара, поразил меня, заставив охнуть. Я даже не заметила, как вошли ещё несколько помощниц, настолько меня всё заворожило.— Вставайте, леди. Всё почти готово.Стоило им одеть меня в него… Я ахнула и замерла. Приталенное, чуть расклешённое к низу платье струилось до самых щиколоток и обтягивало там, где это было необходимо. Ткань мягко легла на грудь, подчёркивая, но при этом не акцентируя на ней. Неглубокий квадратный вырез спереди и сзади открывал немного спину, ключицы и декольте совсем немного не доходило до неприличного уровня, оставаясь на приемлемом. Пока я любовалась, мадам аккуратно прикалывала к платью длинные, прямые и сужающиеся к запястью рукава. И даже торчащие нитки, отсутствие застёжки на спине или следы от мелка ничуть не портили его.— Потрясающе… — восхищённо пролепетала я, смотря на себя в зеркало, никогда прежде у меня не было подобной красоты.— Это лучшая похвала, леди. Но скоро вы увидите всё его великолепие.