Глава 29

Рассвет едва забрезжил на востоке, когда к нашему дому подкатили две кареты без опознавательных знаков. Из одной из них вышел немного помятый и сонный маркиз Хайрок в простой одежде горожанина. Мы стояли у ворот со своими вещами в сумках и просто ожидали его прибытие. Я несколько раз пронзительно зевнула, прикрывая рот ладонью или отворачиваясь.Вчерашний вечер закончился очень ярко и весело. Веселившиеся допоздна леди начали разъезжаться только тогда, когда обычно стойкая королева-мать отправилась в свои покои. Я поспешила уйти одной из первых, сославшись на всё ещё дурное самочувствие и ранний подъём. На деле чувствовала себя неплохо, не считая всё ещё терзающей боли внизу живота. И всю дорогу обратно улыбалась как дура, радуясь столь замечательному вечеру.Но, увы, поспать мне удалось лишь немного, ещё посреди ночи пришлось проснуться, чтобы собрать оставшиеся вещи. Также я достала платье, которое столь долгое время прятала ото всех. То самое, которое Константин подарил мне, тогда ещё невесте принца. Голубое платье как нельзя лучше впишется в тему дворцового бала-маскарада. Я оставила его вместе со всеми прилагающимися аксессуарами на столике в комнате матери, аккуратно пробравшись туда, пока та спала и видела пятый сон. Также я не забыла оставить записку с пожеланиями по его украшению в соответствии с тематикой бала — море. Надеюсь, матушка не будет сильно гневаться за то, что скрыла от неё такую красоту.Маркиз поприветствовал нас по отдельности: мужчин рукопожатиями, девушек улыбками. И они с отцом теперь тихо переговаривались, обсуждая путь, где будут останавливаться и так далее. На деле вся дорога должна занять примерно четырнадцать часов, вечером, на самом закате, мы будем уже в имении.— Амелия… — Алиса несмело потянула меня за юбку, я впервые видела эту энергичную девочку такой нерешительной. — А ты была уже там?— В имении? — я подавила зевок, нужно будет поспать в карете, если будет возможность. — Конечно, Алиса. Я там родилась, помнишь, я тебе рассказывала?— Помню… — немного растеряно произнесла сестра. — А как там? Будут ли нам рады?— Алиса… — я присела на корточки перед ней с улыбкой. — Мы едем тайно. Никто не будет знать, что мы графская семья, хозяева земель. Мы будем просто семьёй, которая приехала отдохнуть. Ты сможешь пообщаться с детьми из деревни, расскажешь им про наших кроликов, про прочитанные тобой книжки.— Они не будут меня задирать?— Не должны. Но если будут — скажи мне или Майклу. Мы мигом им уши надерём!На губах Алиса расцвела искренняя улыбка, она даже тихо рассмеялась и порывисто обняла меня. Я с такой же улыбкой обняла сестру в ответ. Было приятно, что она волнуется только о таких мелочах, а не о чём-то серьёзном.— Амелия, Алиса, вы едете во второй карете, там вам будет спокойно и безопасно, — произнёс подошедший Майкл. — Нам с маркизом ещё много что нужно обсудить.— Хорошо. Алисе так будет спокойнее, — кивнула на его слова я.Мы быстро погрузились в разные кареты, не желая задерживаться. Несмотря на внешнюю скромность, я почувствовала под руками дороговизну тканей, обивающих сиденья кареты. А когда двинулись… О, это ни с чем не сравнимое чувство, когда в карете есть амортизация и никакая кочка не страшна.Когда мы выехали за город, рассвет едва настал, а я почувствовала, как меня откровенно клонит в сон. Организм, ещё ослабленный месячными, пусть уже и без болей, хотел отдыха, а его ему не давала. Решено! Эти три дня буду наслаждаться погодой, природой и отдыхать! Я живой человек, в конце концов, нужно заботиться о себе.— Алиса… Я посплю, хорошо? Разбуди, если будет стоянка.— Хорошо.И я нагло позволила себе лечь на сидение кареты и благополучно уснуть.* * *— Девочки, остановка! Время обеда!Из сна меня выдернул громкий голос отца, который открыл дверь кареты. В лицо ударил яркий солнечный свет, заставив зажмуриться от боли в глазах. Но свежий воздух… В душной, жаркой карете этого категорически не хватало. Алиса с визгом выскочила наружу, оставив открытой дверь. Я с усталым стоном села на сидении и щурилась от пробивающегося в карету света, потирая сонно глаза и зевая.— Леди? Вам плохо? — у кареты появился маркиз, он немного не понимал, что происходит, почему я не вышла.— Можно просто Амелия, — как можно вежливее, но всё также сонно улыбнулась я. — Просто уснула. У Вас восхитительные кареты, в них не грех поспать.Моя искренность вызвала в нём сначала недоумение, а следом громкий смех. Под его гогот я вышла всё-таки из кареты и потянулась, разминая затёкшие мышцы. И ещё почувствовала, как мне категорически стоит умыться.— Простите, а как Вас зовут? — виновато улыбнулась я. — Мы так друг другу толком и не представились.— О! Точно. Меня зовут Бенедикт, можете меня в этом путешествии так и называть, — добродушно произнёс маркиз.— Очень приятно, — улыбнулась я ему в ответ. — Бенедикт, а Вы случайно не знаете, есть ли поблизости ручей или река?— Леди, ручей есть в трёх шагах отсюда, — вмешался в наш разговор один из кучеров, худощавый мужчина средних лет, указывая куда-то в сторону. — Мы скоро поведём туда лошадей на водопой.— О, прекрасно. Вода для готовки понадобится? Я могу принести.— Да, одного чайника хватит, — кучер указал на стоящие чуть поодаль предметы быта.— Амелия, для Вас это будет тяжело, — вмешался маркиз.— Ошибаетесь, я и больше таскала, — и с лёгкостью взяла порядком закопчённый медный чайник. — Скоро буду!Небольшой, но густой пролесок тут же скрыл меня от импровизированного лагеря. В тени деревьев было свежо и прохладно, а мирное журчание воды где-то неподалёку говорило о том, что я на верном пути. Я на мгновение замерла, позволив себе прислушаться. Щебетание различных птиц и громкий смех, доносящийся из лагеря, были контрастны, но при этом прекрасно сочетались.Кучер не ошибся. Холодный неширокий ручей действительно протекал неподалёку. Его каменистые берега и дно, видное сквозь прозрачную воду, говорило о подземном или горном происхождении. Я наклонилась к нему, засунула ладонь в воду и через пару секунд с шипением вытащила. Как и ожидалось, она даже в эту жару была ледяной. Но мне ужасно хотелось ополоснуться в ней, чтобы смыть всю накопившуюся грязь и хорошенько остудиться.Осмотревшись на предмет любопытных глаз, я аккуратно сняла с себя всю одежду и обувь, не забыв сложить её аккуратно на траве, и поспешила зайти в ручей как можно скорее. От холода из лёгких будто выбили воздух, от чего едва слышно взвизгнула и отчётливо застучала зубами. Но я пересилила себя и резко погрузилась в воду, растирая быстро-быстро все возможные участки кожи. И с новым, уже более громким визгом выскочила из воды, громко стуча зубами и покрываясь от холода мурашками. Волосы тяжёлой мокрой стеной прикрыли мою обнажённую грудь, совсем не согревая её, а наоборот.И в миг, когда я потянулась за одеждой, до меня дошло чувство. За мной кто-то пристально и внимательно следил. Я чувствовала, как чужой взгляд пытается пробраться под кожу, исследуя меня, обнажённую, лишённую всего и вся. Мои глаза судорожно забегали по окружающему пространству, наскоро осмотрели берега, а руки непроизвольно прикрыли все интимные места, пытаясь создать хоть какую-то защиту.— Кто здесь⁈ — недовольным, но при этом дрожащим от холода и накатившего страха произнесла громко я. — Почему ты следишь за мной⁈Чувство мигом пропало, словно его и не было. Наблюдавший за мной отвернулся? Испугался, что его заметили и сбежал? Кто это вообще был? Я поспешила надеть на ещё влажное тело нижнюю сорочку, чтобы не разгуливать голой. Зубы всё ещё стучали, но не так сильно, скоро совсем перестанут. Волосы у меня тяжёлые, плотные, значит высохнут быстро. Я села на траву, подтянув к себе колени и молча уставилась на воду. Может, мне показалось? От усталости и сидящего где-то в глубине страха того, что мне может прилететь от кого-то, под кого мы, я и гильдия, копали. Правда, они сейчас в столице, скорее всего уже все под стражей, но… Я помотала головой. Нет, это невозможно. Лишь несколько человек в курсе, где я и куда направляюсь. Может это просто зверь какой, а мой крик его напугал?Через чуть больше, чем десять минут волосы перестали истекать водой и стали высыхать, увы, ужасно пушась, я принялась поспешно одеваться: короткие панталоны, простенькие чулки, мягкий корсет без косточек, а сверху простое льняное платье до щиколоток с неглубоким круглым вырезом на груди и завязками на боках. Наполнив чайник, не забыла обуться в простые дорожные ботинки из грубоватой кожи. Волосы некрасиво попытались опуститься в воду, отчего я поспешила ими наконец заняться. Используя лишь свои руки, наскоро их «причесала» и заплела косу. Так сохнуть они будут дольше, но хотя бы будут прилично выглядеть.— Амелия! Ты где была? — спросил Майкл, едва я показалась на поляне, и поспешил забрать у меня чайник.— Быстро искупалась, пока есть возможность, — произнесла, спокойно пожав плечами.— О, и как вода? — с шуткой спросил маркиз.— Ужасно холодная, не рекомендую, если не хотите превратиться в ледышку, — вернула шутку я.— А мне можно искупаться? — задорно спросила Алиса.— Потерпи до имения. Я крепкая, выдержу. А ты… — я слегка потрепала сестру по голове. — А ты простудишься и проболеешь до конца поездки. Оно тебе надо?— Нет!— Вот и умница, — улыбнулась на её слова. — Что у нас на обед?— Хлеб, ветчина и сыр, а скоро будет и чай, — ответил отец, протягивая мне подобие сэндвича, он будто делал это всем, ведь похожие были у окружающих людей.— Спасибо!Я уселась на поваленное бревно и принялась за неожиданно вкусный и простой обед, наслаждаясь едой и тёплой погодой. Маркиз рассказывал какие-то байки, связанные с его бизнесом, но, к своему стыду, слушала его в пол уха. Я решила ничего не говорить о том, что возможно за мной следили, расслабиться и всё-таки наслаждаться отдыхом.Через какие-то тридцать минут наш привал закончился, когда весь чай был выпит, кони напоены и накормлены, а мы загрузились обратно. Теперь до самого вечера не будет отдыха, а, значит, придётся чем-то занять себя и Алису. Пришлось достать гребень из сумки и, пока приводила в порядок волосы, рассказывала сестре истории о наших родных краях, легенды и сказки, говорила о море, о мифах о русалках, домовых и прочей нечисти. И так до самого вечера…* * *— Наконец-то!Я ужасно засиделась в карете, и прибытие в имение стало для меня спасением. Мы остановились у главных ворот. Вид, встретивший нас, немного удручал. В воспоминаниях Амелии всё было по-другому. Некогда красивый, ухоженный сад пришёл в запустение, высокие деревья настолько разрослись кронами, что почти полностью скрывали стоящий в глубине территории дом. Даже поржавевшие и утратившие краску ворота украшали теперь какие-то вьющиеся растения. Некому было ухаживать за ним, и это расстраивало.— Ну… Надеюсь, внутри не так всё печально… — произнёс тихо Майкл, и мы с ним переглянулись, словно ища поддержки друг у друга.На удивление, ворота легко подались, пропуская нас внутрь. В самом саду всё было не так плохо, как представлялось. Да, кустам не хватало формы и аккуратности, но ни один цветок, кустик или дерево не засохли, а основные дорожки не заросли. За садом ухаживал явно непрофессионал, но с душой и трепетом он приводил его в тот порядок, о котором имел представление.Всего пару минут, и мы оказались возле имения. Большое двухэтажное здание в классическом стиле сейчас стояло безмолвным памятником прежней жизни. В некогда чистейших и блестящих окнах теперь не отражались теперь лучи закатного солнца. Краска на стенах облезла без обновления, колонны покрыли трещины и сколы. Имение нуждалось в ремонте, но всё было не так критично, как могло бы быть.Раздался пронзительный скрип двери главного входа, и появился сухонький пожилой мужчина с глазами немного навыкате. Одет он был скромно, но добротно и, что самое главное, чисто. Мужчина шёл, опираясь на трость, но, завидев нас, в шоке уронил её и засеменил к нам. Я увидела слёзы на его глазах, но самого мужчину, если честно, слабо узнавала. Тот подошёл к моему отцу, и они по-дружески тепло обнялись, хлопая друг друга по спинам и посмеиваясь.— Милорд! Я не чаял надежды увидеть Вас!— Мартин! Рад видеть тебя, старый друг!Мартин… В памяти Амелии всплыло это имя и всё связанное с ним. Он был другом отца и заодно управляющим этим поместьем. Единственный из слуг, кто остался его охранять и оберегать. Должно быть, это он ухаживал за садом как мог.— Мартин, а это!..— Ох! Это же юный лорд! Вы так выросли! — произнёс он, обращаясь к брату. — Я помню Вас совсем крохой.— Я тоже рад Вас видеть, Мартин, — Майкл слегка отошёл, раскрывая вид на меня. — А это…— Леди Амелия! — на глазах старика возникли слёзы какого-то умиления. — Вы так похожи на свою матушку в молодости…— Не больше, чем другие сёстры. Вот одна из них, — я улыбнулась и слегка подтолкнула вперёд стоящую за мной испуганную Алису. — Это наша самая младшая, Алиса.Мартин воззрился на девочку с нескрываемым удивлением. В его памяти не было иных детей у графа, кроме меня и Майкла, ведь Сара и Алиса родились уже в столице. Старик мягко улыбнулся и сделал лёгкий поклон.— Рад видеть Вас в родовом имении Вашей семьи, леди Алиса.