Глава 53

Столичный дом семейства Хайфилд и сад при нём не были никогда так ярко освещены, как в этот вечер. Дженни и Гвен суетились, накрывая на стол в столовой, а матушка почему-то вертелась вокруг меня, пытаясь поправить каждую выбивающуюся из свободной косы прядь. Зачем она это делала — непонятно. Может пыталась показать, какая я красавица, а может пыталась себя успокоить.Майкл пытался не подавать виду, но я видела, как уголки его губ дёргались в предвкушающей улыбке. Он недавно получил самостоятельно неплохую должность в казначействе, самостоятельно сдав сложный многоэтапный экзамен. Он сказал мне об этом в день, когда пришли результаты. Это было тогда же, когда был подписан брачный контракт. И я ему об этом тоже рассказала. Тайна за тайну, так сказать.Сара и Алиса держались в сторонке вместе и перешёптывались. Для них подобное было нормальным. Мы с Майклом для них слишком взрослые, поэтому девочки чаще проводили время друг с другом. Было обидно с одной стороны, с другой… Мы были для них второй парой родителей, особенно для Алисы, к которой по ночам восемнадцатилетняя Амелия вставала.Самым тревожащим меня членом семьи был отец. Он буравил меня с самого утра взглядом. Это было… пугающе. Не страшно, а именно что пугающе. Словно я где-то провинилась и теперь виновата. Но я ничего не сделала такого, о чём отец мог узнать. Матушка сказала, что он не видел новости о нас. Поэтому логичным было посчитать, что он просто недоволен тем, что Константин придёт просить моей руки, а отец с ним не знаком даже.Матушка откуда-то добыла для всех новые светлые платья для сестёр и бордовое для себя и простые тёмно-зелёные сюртуки из добротной ткани для брата и отца. У нас не было семейных сокровищ из бриллиантов, отчего у матери на шее красовалась нитка жемчуга, а у меня в ушах серьги из жемчуга, которые подарил Константин. Я же снова надела синее платье от мадам Клариссы.Карета прибыла аккурат за час до времени ужина. Чёрная, без гербов, лошади без плюмажей. Он сделал всё верно, я из окна коридора на втором этаже видела, как он приехал. Он приехал не как император, а как жених. И эта скромность подкупала. Я видела, как Мартин низко поклонился ему, Диего и Карине, прибывших с ним. И поймала на себе его короткий взгляд. Он искал меня и нашёл в окне.— Ах… Красив, высок, статен… — прошептала стоящая рядом матушка.— А ещё богат, идеально воспитан и любит меня до безобразия… — ответила я ей тихо.— Кто это с ним?— Диего, его адъютант, и Карина, личная служанка, но на самом деле она магичка, — ответила с улыбкой я.Мы смотрели, как он с лёгкой, но явно нервной улыбкой на губах шёл к дому следом за Мартином. Диего и Карина отставали на шаг, каждый из них нёс по несколько коробок разных размеров и несколькими букетами. Подарки семье, как я поняла. Предусмотрительный какой. Лишь надеялась, что он не слишком потратился, а то отец посчитает, что меня покупают как дорогую кобылу или… Да почему опять всплыла ассоциация с проституткой⁈ Я любимая женщина, которая просто… Я почувствовала, как меня изнутри начала сжирать совесть. Не знаю почему, но именно сейчас, в этот момент мне стало совестно. Константин понял, что готов жениться на мне ещё даже до первого поцелуя. А я его соблазняла, подталкивала лишь к одному — просто ночи, которую он мне и подарил. После которой собиралась молча уйти в монастырь. По сути… использовать его. И тогда это скорее… Улыбка расцвела на губах. Тогда это скорее он бы стал, по сути, использованным проститутом. Какая… нелепица. Но нужно будет как-нибудь поговорить с ним откровенно об этом.— Идём, ласточка.Мы с матерью спустились в гостиную, где ждала уже вся семья, кроме Майкла. Он ждал Константина у самого входа, встречая его от имени семьи как наследник. Мы открыли центральные двери дома, смазав и тщательно вымыв их. Дом, созданный идеально для летних каникул, но ставший в итоге семейным убежищем, принимал высоких гостей.— Да принесёт Лиос этому дому благополучие! — послышался голос Константина, это было стандартное приветствие при визите.— Благодарим за визит! — я слышала в голосе брата улыбку. — Проходите, все вас ожидают.Когда Константин с улыбкой зашёл в гостиную, в комнате повисла тишина. Гвен и Дженни, застывшие в поклоне в коридоре, смотрели на него с разинутыми ртами, матушка стала заметно пунцовее, Алиса смотрела на него с любопытством, а вот Сара открыла неприлично от удивления рот.— Это же… — только и успела выдохнуть она, прежде чем я и мать шикнули тихо на неё.А вот отец… Артур решил занять позицию ощетинившейся обороны, оперевшись на обновлённое недавно кресло и заложив руки за спину. Уверена, если Константин хоть жестом скажет что-то неугодное ему, отец тут же его выкинет из дома, пнув под зад. Должно быть, отец слишком остро воспринял мой рассказ о бесчинствах Ричарда. Диего и Карина тихими тенями возникли за спиной моего жениха.— Позвольте представиться, граф Хайфилд, — Константин слегка поклонился, отдавая дань уважения главе дома. — Моё имя — Константин, герцог Вердиантский. Я прибыл из империи Элиазар, где имею честь служить… государственным интересам.Герцог? Неплохо выкрутился. Скорее всего это один из реальных титулов или даже выдуманный, так называемый «дорожный» титул. Я видела, как взгляд отца прошёлся по Константину и его спутникам с ног до головы и обратно. Стоит отдать должное, одеты они были прилично, с иголочки. Фраки тёмно-синего цвета на мужчинах, и Карина в строгом тёмно-вишнёвого цвета платье.— Прошу, Ваша Светлость, садитесь, — отец жестом пригласил Константина присесть на новый диван, сам сел в кресло. — Кажется, нам предстоит обстоятельный разговор.— Благодарю, Ваша Сиятельство.Я заметила в движениях жениха нервозность, он явно не знал, что ему делать, поэтому просто послушался отца. Стоящая рядом со мной матушка заметно улыбнулась, она поняла мои вчерашние слова. И, должно быть, уже оттаяла к нему. Он действительно нервничал. Так хотелось подойти и хотя бы взять его за руку, успокоить. Никогда не видела этого сильного мужчину таким нервничающим. И, судя по застывшей в уголках губ Диего ухмылке, не одна я.— Он с ума сходить от переживаний сейчас… — произнесла еле слышно Изольда. — Что же будет на свадьбе?..— Тогда будет легче, — со спокойной улыбкой ответила я.— Константин… — обратился наконец отец к нему. — Как долго Вы знаете мою дочь?— Лично — чуть больше месяца, — честно ответил ему Константин.И он был абсолютно точен, с моего фееричного падения в дворцовом саду прошло как раз чуть больше месяца. А вот более тесное общение заняло ещё меньше времени. Я увидела, как Майкл приподнял удивлённо бровь. Ещё бы, я легла в постель с мужчиной, которого знаю так мало с точки зрения общественности. И собираюсь скоро за него замуж. Дожила. Если бы отец знал, он бы был бы в ужасе.— Но… — мой жених немного нервно улыбнулся. — Я видел леди во дворце и ранее. Не смел подходить, ведь она была помолвлена.Я и отец кивнули. Константин и правда мог видеть меня ранее, при дворе, ведь никто не скрывал невесту Ричарда. Напротив, даже до дебюта многие знали, как я выгляжу. А отец, кажется, просто оценил его честность и умение не претендовать на то, что «принадлежит» кому-то.— И Вы, молодой человек, считаете это приемлемым сроком для того, чтобы просить руки моей дочери? — спокойно, но явно разочаровывающе произнёс Артур.— Я считаю этого достаточно для понимания того, чтобы понять, что леди Амелия — человек, с которым я хочу и готов связать свою судьбу, — стараясь придать голосу стальной твёрдости ответил Константин.— Достаточным для понимания? — усмехнулся отец, в этой эмоции не было тепла, лишь пронзающий до мурашек холод. — Вы, Константин, понимаете, что Амелия не игрушка? Моя дочь уже была неудачно помолвлена. Целых двадцать два года. Ею пренебрегали, не любили, унижали. И сейчас я не отдам Амелию кому попало. Даже если ей… — он бросил на меня быстрый взгляд. — … не восемнадцать. Даже если общество окрестит её старой девой. Она в первую очередь моя дочь. И я имею право знать, что пришедший за ней человек достоин её.В комнате повисла тишина. Я увидела, как Диего и Майкл переглянулись, едва сдерживая улыбки. Карина же отличалась поразительным спокойствием, но даже в её глазах затаился смех. Мама покачала головой, спрятав возникшую улыбку за веером. Сара смотрела на сцену с лёгким недоумением, страхом и вопросом в глазах: «Если он так Амелию не хочет отдавать, то что будет со мной?». Алиса же явно поняла только одно — отец раздражён. Поэтому поспешила прижаться к матери. А я понимала одно — папа перебарщивает. И Константин не дрогнул под тяжёлым взглядом отца. Он смотрел на Артура спокойно и уверенно с глубоким уважением.— Ваше Сиятельство… — сказал после небольшой паузы Константин тихим, но твёрдым голосом. — Я понимаю Ваши опасения и сомнения. На Вашем месте я думал бы так же. Леди Амелия — величайшее сокровище Вашего дома, сияющий бриллиант, чью ценность нельзя оценить никакими деньгами. Я знаю, что происходило в её предыдущей помолвке. Леди… рассказала мне об этом.— Тогда Вы понимаете, чего я боюсь, — ответил ему Артур, неожиданно сменил гнев на милость. — Я вижу, что Вы пришли с благими намерениями. Однако, мне важно знать, кто Ваша семья, чем Вы живёте, как будете обеспечивать семью.— Моя семья? — кажется, этот вопрос, немного шокировал моего жениха, но всё же он тут же собрался и даже улыбнулся. — Моя матушка, Регина, очень уважаемая в обществе империи женщина. Сейчас она отошла от дел и почти не появляется в свете, занялась поиском подходящей партии для моей младшей сестры Виктории и… воспитанием моего сына Леонардо.— Вы женаты? — удивился отец.— Вдовец. Богиня призвала мою супругу три года назад, — спокойно ответил Константин.— Соболезную, — покачал грустно головой Артур.Их дальнейший диалог свёлся к сухому перечислению обязанностей Константина при дворе (тут я увидела, как Диего уже едва сдерживал смех, отвернувшись, ведь император не перечислил и половины), он рассказал о землях, принадлежащих семье и цифре дохода с них. Отец на всё это кивал спокойно, вдумчиво, анализируя. Картина создавалась просто шикарная и абсурдная. Богатый красавец-жених, вдовец, с обширными землями, который пришёл просить руки дочери обедневшего рода, бесприданницы, да ещё и старой девы. Сцена из сказки наглядно.— Это всё прекрасно, но Вы — аристократ из империи. Насколько я знаю, нужно получить разрешение обеих стран, чтобы Амелия была признана как аристократка. Как Вы, молодой человек, собираетесь добиваться разрешения на этот брак? — серьёзно спросил мой отец.О, эти законы. Согласно им, мой род могли спокойно в империи не признать, несмотря на его древность. И был риск того, что меня приравняют к простолюдинке. И там уже развлекайся как хочешь, а брак признают морганатическим, а, значит, и дети не смогли бы быть признаны.— Я прекрасно это понимаю, поэтому уже обратился к королю Филиппу за подтверждением родословной вашей семьи, — ответил ему Константин.— Браво! — внезапно тихо рассмеялся Артур, всплёскивая руками. — Вы предусмотрительны, как я погляжу. Но как же Вы будете получать согласие императора?— Пха! — раздался со стороны Майкла внезапный смешок. — Да он сам же и есть!.. — и тут же брат поспешил сам себя заткнуть рукой, а поверх прилетела и рука Диего.Повисла оглушающая тишина. В которой быстрее всех среагировала я, видя, как начали округляться в догадке глаза отца.— Алиса! — обратилась я резко к сестре, напугав этим её. — Ты помнишь, где папино успокоительное? — получив кивок в ответ, выдохнула. — Сбегай как можно быстрее!Девочка сорвалась с места и побежала в сторону кухни, следом за ней помчалась Дженни, явно помогать доставать. Я же обернулась к отцу с самой невинной улыбкой. Так глупо спалиться! Хаос бы побрал длинный язык Майкла! Матушка уже зло косилась на явно виноватого брата, а Сара спряталась уже за меня, предчувствуя взрыв.— Амелия… — на этот раз гневно смотрел на меня уже отец. — Объяснись.— Кажется… — я глубоко вздохнула, чувствуя, как сжимается болезненно желудок. — Кажется, моему возлюбленному стоит представиться настоящим именем. Не находишь? — обратилась я к Константину.— Ты абсолютно права, любовь моя, — он встал напротив отца и на этот раз смотрел ему в глаза. — Представлюсь заново. Моё имя — Константин. Константин Элиазар. Единоличный правитель империи Элиазар.Я увидела, как стремительно бледнело лицо Артура. Он осознал. Мы знали и молчали. Константин лгал, пытаясь расположить его к себе без давления со стороны своего статуса. Титул герцога — это тоже не шутки, но с ним отец мог вести переговоры наравне, а тут… Следом лицо его стало багроветь, наливаясь от злости.— Ваше Величество… — произнёс Артур сорванным голосом, поднимаясь с кресла. — Боюсь, я не смогу отдать Вам Амелию.Это было как приговор. Я почувствовала, как матушка дрогнула, а у меня самой сердце ухнуло в пятки. Этого я и боялась. После Ричарда отец, кажется, уже не верил августейшим особам, в особенности мужчинам.— Позвольте узнать, почему? — Константин заметно напрягся, но всё же поспешил узнать почему.— Двор съест её на завтрак и не оставит ни кусочка, — твёрдо ответил отец. — Императорский двор не посмотрит на древность рода, не посмотрит на красоту и ум Амелии. Они увидят бесприданницу, старую деву, кого угодно, но не её саму.— Вы ошибаетесь, граф, — в голосе моего жениха появилась императорская твёрдость. — Блестящий ум Вашей дочери поможет ей не просто выжить при дворе, но и стать одной из величайших женщин в истории.— Нет, Ваше Величество! — взревел Артур. — Моя дочь не станет заложницей золотой клетки! Я не даю согласия!На этих словах отец рухнул на кресло, гневно сжимая переносицу. Благо, в этот момент прибежала Алиса с настойкой успокоительного. Я забрала его из её рук и, тихо подойдя к креслу, села на коленях на пол, сделав себя будто ниже, смотря на отца снизу вверх.— Отец… — робко начала я. — Я прошу Вас сменить гнев на милость. Взгляните, пожалуйста, на меня.Артур поднял на меня полный гнева, скорби и разочарования взгляд. Я знала, что ему больно. Ему ужасно больно отказывать Константину, который по всем параметрам лучший для меня жених. Но гордость и страх за родную кровь был выше этого. Он знал лишь часть того, что делал Ричард, но ему хватило, чтобы теперь стараться уберечь меня от участи быть женой монарха.— Ты хочешь сказать, что готова быть императрицей?.. — сорванным голосом прошептал он.— Нет, отец. Быть императрицей — тяжкий труд, к которому никто не может быть готов в полной мере, — грустно улыбнулась я ему. — Меня долгие десять лет учили быть королевой. Меня учили подмечать, замечать, запоминать и применять в деле всё, что я только увижу, услышу или пощупаю. Меня учили править вместо Ричарда. Королева-мать знала, что он вырастет повесой, каких ещё поискать надо.— И она оказалась права, — усмехнулся мне в ответ отец.— Как видите, — я мягко вложила в его ладонь уже открытое успокоительное, накрыв её своей. — Мне двадцать восемь отец. В моём возрасте у женщин двое или трое детей. У меня — ни одного. И не будет никогда, если Вы не позволите мне выйти замуж за любимого человека.— Амелия…— Отец. Я слишком долго ждала этого человека. Кажется даже, что всю жизнь, — почувствовала, как в глазах встали слёзы. — Вы учили меня быть сильной и гордой. Я и буду сильной и гордой. Да, двор жесток, но со мной будет любимый муж.— Дорогой… — подала голос мать, подходя к нам. — Амелия права. Ты напрасно гневаешься. Константин пришёл к тебе с открытым сердцем. Ты посмотри, как он на неё смотрит сейчас.Мы все повернули к нему головы. Встретившись с ним глазами, я готова была разрыдаться от счастья здесь и сейчас. Он смотрел на меня с такой смесью любви, нежности и обожания, что сердце замирало. Хотелось встать и обнять его.— Матушка права, отец, — выступил вперёд Майкл. — Я видел, как он с ней обходился. Ни одного дурного слова или жеста, лишь уважение и любовь. Да и Амелия духом сильнее нас всех вместе взятых. Она этот двор скорее сама съест и не подавится, — на последнее он усмехнулся.— Я… Я тоже видела, — робко прошептала Сара. — Т-тогда в приюте…— Мы тоже свидетели, — произнесла молчавшая до этого Карина. — Его Величество искренен в своих чувствах.— Даже слишком… — произнёс, сдерживая смех, Диего, но охнул, получив от коллеги точный тычок в рёбра.Я фыркнула, сдерживая смех. Они правы все. Отец, поглощённый страхом, смотрел на картину под одним углом, не видя её всю. А вся она была красочная, полная различных, подчас простых и весёлых событий. Нам ещё предстоит большая дорога, но, я уверена, мы пройдём её с достоинством и пронесём чувства сквозь года.— Граф, я не прошу её быть безвольным украшением на троне. Я прошу её быть моей императрицей, любимой женой и, уверен, самой лучшей матерью нашим детям. Никто не посмеет и слова сказать против неё, пока Богиня Лиос не призовёт меня.Отец будто заново взглянул на Константина. Медленно, изучающе. Словно пытался понять наше с ним будущее. Пытался понять, буду ли я, его любимый первенец, счастлива в этом союзе. Артур медленно опустил взгляд на свои руки, где был всё ещё пузырёк с успокоительным, я ладони уже убрала. Длинные несколько минут он так думал, а после рывком выпил лекарство и встал.— Что ж… Я склонен верить в прекрасное, — Артур неспешно подошёл к Константину. — А любовь — это прекрасное чувство. Благодаря ему в моей жизни появилась жена и четверо прекрасных детей. И я… Я лишь буду верить, что Вам удастся сделать её поистине счастливой… зять, — и протянул руку для рукопожатия.— Я не подведу Ваше доверие, уважаемый тесть, — с облегчённой улыбкой произнёс Константин, крепко пожав руку отцу.