Глава 61

Я спала так крепко и глубоко, что не ощущала ничего, кроме поглотившей меня полностью теплой пустоты. Спала крепко, без снов, как бывает после долгого и насыщенного дня. Совместное утро, помолвка, поздравления, йеринцы с их комментариями, герцогская чета с их советом, Константин, который до самого конца вечера не отпускал мою талию…— Леди! — раздался на ухо быстрый и торопливый голос, вытягивающий меня из пустоты тут же. — Леди, проснитесь!Я распахнула глаза и резко села на кровати, проснувшись мгновенно. И увидела перед собой фигуры Ильзы и Грега, оглядывающиеся постоянно на дверь.— Что случилось? — спросила я, понимая, что они чем-то обеспокоены.— К дому приближается убийца, — выдохнула Ильза, протягивая мне шлафрок. — Профессиональный. Мы с Асланом справимся, но на всякий случай…Я не задавала вопросов. Тут же скинула одеяло и натянула поспешно шлафрок поверх тонкой сорочки, одёргивая его и затягивая туже. Ноги уже нашаривали первые попавшиеся туфли, в которые я поспешила сунуть ступни, нарушив сотни правил дресс кода. И шагнула к Грегу.— Рассчитываю на вас, ребята, — прошептала я. — Позаботьтесь о моей семье.Оба кивнули. Грег подхватил меня также легко, как прошлой ночью, и через мгновение я уже закрыла глаза и слышала только свист в ушах и его тяжёлое дыхание. Мне впервые стало страшно и одновременно в груди клокотал гнев. Подослать к спящей девушке убийцу? Да кто вообще решится на такое⁈ Кто опять хочет моей смерти? Сколько ещё мне нужно вынести?Грег опустил меня на смутно знакомый балкон королевского дворца. Он бесшумно открыл дверь, завёл меня в комнату и исчез также быстро, как появился, не забыв закрыть за собой.Я огляделась, понимая, что в темноте узнаю лишь очертания знакомого интерьера. И запах… лёгкий, почти незаметный запах роз, который напомнил мне лишь одного человека. Я нашла и толкнула ближайшую дверь, оказываясь в просторной спальне. Скрип двери привлёк внимание сидевшей в кресле женщины, которая резко встала и повернулась ко мне.— Амелия?.. — произнесла Августина, шокировано глядя на меня. — Девочка моя, что ты… как ты тут оказалась? Да ещё и в таком виде?Я открыла было рот, чтобы объясниться, но вместо слов поняла, что плачу. Сначала тихо, а потом из горла поднялись рыдания со всхлипываниями. Я хотела рассказать ей об убийце, о «Тенях», о том, что тут, кажется, самое безопасное место в королевстве. Я рыдала навзрыд, дрожа всем телом, чувствуя, как слёзы жгут ещё ледяные щёки.— У-убийца!.. — выкрикнула я между всхлипами, начиная задыхаться, меня охватывала паника. — П-почему⁈Дыхание сбивалось, сердце заколотилось как бешенное, а организм затрясло. Августина подскочила ко мне и крепко обняла, прижав к себе, по-матерински. Я уткнулась носом в её плечо и надрывно зарыдала, всхлипывая, трясясь и бормоча какую-то несусветную чушь из набора букв и звуков.— Тише, девочка моя, тише, — зашептала она, гладя меня по голове и спине. — Ты в безопасности. Ты во дворце. Никто не проникнет сюда, никто не причинит тебе вреда без моего ведома.Я впервые за долгое время рыдала, выпуская наружу всё то, что накопилось. Словно всё произошедшее за последние два месяца решило выплеснуться именно в эту ночь. Попадание сюда, попытки избежать предначертанной, написанной глупым автором судьбы, при этом не высовываться, чудовищное избиение, попытка изнасилования, когда уже казалось, что всё, «суд» надо мной, настоящий суд над Ричардом, где я выступала с обвинением… Мне стоило огромных усилий и большого количества времени, чтобы начать успокаиваться. Я всё ещё хлюпала неприлично носом и всхлипывала без слёз, тяжело дыша, когда Августина наконец заставила меня посмотреть на неё.— Нужно привести тебя в порядок, пока твой жених не заявился, — с лёгкой улыбкой произнесла она. — Ванная там, — она указала на умело скрытую, но при этом видную под определённым углом дверь. — А я пока поищу тебе успокоительное.Я послушно кивнула и на плохо гнущихся ногах добралась до ванной комнаты. Включив холодную воду в умывальнике, я стояла, уперев руки по обе его стороны, и смотрела на себя в зеркале. Выглядела… ужасно. От бессонных ночей под глазами залегли синяки, а теперь белки ещё и покраснели из-за лопнувших сосудов. Щёки алели, а ещё словно были стянуты из-за оставшихся от слёз следов. Я не просто умылась. Я сунула голову под воду, зашипев от холода. Так нужно. Мне нужно остыть. Очень нужно. Голова намокла вместе с волосами, тонкие струйки воды стекали по прядям на пол. Я подняла взгляд и тряхнула головой. Выглядела хуже пугала, но всё же умылась. Грубо, не жалея себя, вытирала следы слёз и пыталась остудить глаза, прикладывая к ним замерзшие ладони.Я ещё недолго простояла и всё же вышла из ванной, перед этим вытерев голову полотенцем. Августина ждала меня со стаканом в руке, в котором было совсем немного тёмно-янтарной жидкости. Она усадила меня на свою кровать и вручила его. Я принюхалась и чуть не рассмеялась.— Это же не успокоительное, — произнесла с немного натянутой улыбкой.— Это виски. Он ещё лучше.Я выпила его залпом, поморщившись от ударившего мне в нос градуса. Так пить неприлично. Но сейчас мне было плевать на приличия. Я просто хотела хоть немного расслабиться. Это очень нужно было. И хорошо, что ужин был плотный, алкоголь не так сильно ударит в голову.— Охо… Да, пьёшь ты порой как портовый грузчик, точно и одним махом.— Это комплимент?— Считай, что да, — Августина мне улыбнулась и присела рядом. — Теперь ты можешь объяснить, что случилось?— Да… — я глубоко выдохнула и взглянула ей в глаза. — Кто-то подослал ко мне убийцу. Константин приставил ко мне охрану, они и принесли меня сюда.— Предусмотрительный мальчик, — покачала головой королева-мать. — Готова на что угодно поспорить, что не пройдёт и пары минут, как он окажется здесь.— Я в этом и не сомневаюсь.Августина посмотрела на меня, потом ненадолго отошла и вернулась с бутылкой виски и ещё одним бокалом. Налила и себе, и мне. Мы выпили вместе, чокнувшись в воздухе. Никогда раньше так панибратски не пила с человеком выше меня по титулу. Но это позволило мне согреться изнутри и расслабиться хоть немного. И знаю, что после такого спать я буду очень крепко.Дверь распахнулась так резко, что мы обе вздрогнули. Константин буквально влетел в покои Августины, словно за ним неслась какая-то злобная нечисть. Растрёпанный, со следами сна на щеке и тяжело дышащий.— Амелия!— Я в…Он не дал мне договорить. Подлетел к кровати и прижал к себе так крепко, словно пытался слиться со мной, чтобы не отпускать больше никогда. Он просто обнимал, прижимая мою голову к своей груди. Я слышала его бешено бьющееся сердце, Константин явно испугался. Я обвила его руками за шею, прижимаясь так крепко, насколько хватало сил.— Со мной всё хорошо, — прошептала я, понимая, что теперь и правда в безопасности.Он отстранился, взяв моё лицо в свои ладони и принялся в него всматриваться.— Ты плакала, — констатировал, увидя мои заплаканные глаза.— Это неважно…— И пила, — тут Константин нахмурился и перевёл взгляд на Августину. — Много Вы ей налили?— Столько, чтобы она не устраивала мне тут истерик, мальчик мой, — строго ответила королева-мать.— Я заберу её к себе… — начал было он, но Августина его прервала:— Она остаётся здесь до утра.Я кивнула. Это разумнее, чем сейчас через половину дворца идти к нему в покои фактически в одном нижнем белье. Да, мы теперь официально помолвлены, но ночевать до свадьбы вместе всё ещё скандально. А оказаться же утром в покоях королевы-матери будет разумнее, пусть и вызовет ряд вопросов.— Тогда…— Тогда ты идёшь к себе и спокойно засыпаешь, — ответила ему я, едва улыбнувшись. — Я здесь в безопасности.— Придёшь утром, позавтракаем все вместе и решим, что будем делать, — дополнила мои слова королева-мать.Он с трудом разжал объятия. Напоследок Константин коротко поцеловал меня, кивнул Августине и наконец вышел. Едва за ним закрылась дверь, я упала спиной на кровать и тихо захихикала. Он всё ещё думает, что я хрупкая и могу сломаться. Но я кремень, железо, алмаз. Я не ломаюсь под тяжестью, она лишь меня закаляет.— Ложись спать, дитя, — сказала Августина мягко.Я кивнула и с трудом приподнялась, чтобы откинуть одеяло и забраться под него. Августина, кряхтя, забралась на вторую половину кровати. Благо, она была достаточно большая, чтобы мы не соприкасались.— Забавный он с тобой стал, — усмехнулась королева-мать. — Он всегда был собран, холоден, серьёзен. А тут… Никогда не думала, что такой серьёзный человек способен на такие глупости и странные порывы. Но так даже хорошо. Вы оба словно ожили в этих отношениях.Я слушала её и глупо улыбалась, чувствуя, как меня начинает вырубать. Кажется, нервы и алкоголь сделали своё дело, и вскоре я провалилась в сон.* * *— Это виконтесса Кроу, — заявил Константин, едва переступив порог балкона, где мы с Августиной уже ждали его к завтраку.Королева-мать меня с помощью служанок переодела в одно из платьев её дочери Лейлы. Оказалось, то белое тоже было от неё. И, благо, мы с принцессой были схожего телосложения, разве что она худее и ниже немного. Но теперь в моей коллекции было прекрасное изумрудное платье из тяжёлого шёлка с длинными рукавами-фонариками и аккуратным вырезом буквой V. Оно, конечно, явно было бальное, судя по обилию украшений, а не для завтрака, но Августина мне и пискнуть против не дала.— Ей-то я что сделала? — я на мгновение застыла с чашкой свежего кофе, пытаясь понять, почему именно она. — Точнее… почему она вообще решилась?— Её муж по твоей наводке скоро будет казнён прилюдно, — спокойно пояснила королева-мать, изящно намазывая сливочное масло на мягкую булочку. — Но она и правда дура, раз решилась такое сделать. Теперь она отправиться вслед за мужем.— У них есть дети? — поинтересовалась я.— Во дворец точно присылали сведения о рождении двоих сыновей и дочери. Им сейчас всем нет и десяти лет от роду, — произнесла, покачав головой, Августина. — Поэтому и говорю, что дура. Её на плаху, детей в приюты, если кто из родственников не возьмёт, земли и драгоценности рода уйдут в пользу корону или родственникам.— Ты уверен в том, что это она, Константин? — спросила я жениха, глядя как тот задумчиво пьёт кофе, а потом заметила следы недосыпа на его лице. — Ты не спал, — горько выдохнула, понимая, что его переживания доведут до чего-нибудь.— Спал, но плохо, — он сдержано улыбнулся. — И я уверен. Нанятый убийца сам показал договор и даже показал залог — семейное украшение семьи Кроу. Он жив, сейчас у полиции даёт показания против неё. Её тоже скоро арестуют.— Идиотка… — произнесла Августина с усмешкой. — Детей жалко только, они ведь не при чём.— Может, герцогская чета Кроуфордов возьмёт их? — предложила я, отрезая кусочек омлета. — Всё же одни и ближайших родственников.— Это разумно, — кивнула на мои слова королева. — Я напишу этому старому лису после завтрака. И… Амелия, как ты смотришь на то, чтобы переехать в мой дворец, скажем… — она на мгновение задумалась. — Скажем, до самой свадьбы.— Я хотел предложить подобное, — поддержал её слова Константин. — Тебе тут будет безопаснее.— Это… Это неожиданно, но разумно. К тому же моя учёба явно будет проходить здесь, так что можно прикрыться этим. Но… — я напряжённо вздохнула. — Родителям всё объяснять придётся… Вещи собирать… Ненавижу это делать.— Я уже отослала им письмо, что ты у меня, — спокойно сказала Августина. — Объяснишь им, что случилось, накажи нанять охрану. И, если они могут, пускай уезжают в родовое имение.— Не смогут, — покачала головой, вспоминая состояние родового гнезда Хайфилдов. — Имение больше двадцати лет стоит в запустении, нужен ремонт и уборка, нанять слуг и много чего ещё. К следующему лету или осени можно будет переехать.— Сколько тебе дней нужно, чтобы собраться? — поинтересовалась королева-мать.— Думаю, к вечеру уже будет всё собрано.* * *Я вошла в свою комнату и на мгновение застыла на пороге. Всё было как всегда, разве что отсутствие шлафрока и развороченная постель. Пять минут назад я рассказала родителям о покушении. Отец порывался сам пойти в полицию, но мать его остановила, сказав, что пускай этим профессионалы занимаются. Но охрану он всё же решил нанять, так будет спокойнее. И, как появятся деньги и возможность, наймёт людей для ремонта родового имения.А теперь мне предстояло уехать. Скорее всего уже навсегда. Может быть, я ещё вернусь, чтобы что-то доделать и забрать, но переезжала окончательно. Из дворца королевы-матери после свадьбы уже поеду в императорский дворец, где и будет мой новый дом. До конца моих дней.Я открыла шкаф и начала доставать сложенные в аккуратные стопки вещи, снимать и бережно укладывать немногочисленные платья. На дно дорожной сумки легло нижнее бельё, расчёска и гребень. Сверху одно простое платье и тёмный плащ на случай тайной вылазки в город, а поверх оставшиеся повседневные и парадные платья. Я оставила только два — это многострадальное зимнее и бальное, которое было на мне в злополучный вечер с Ричардом. Нужно попросить матушку их уничтожить. Небольшая шкатулка с украшениями оказалась на самом верху. Там лежали только две пары серёжек, да украшения, подаренные Константином.Не могла долго решить, что из книг взять, когда взгляд упал на матрас, под которым прятался дневник Амелии. Я медленно достала его. И поняла, что не открывала его с тех самых двух недель в начале своего пребывания здесь. Я читала его внимательно, впитывая каждое слово, но захотелось его пролистать. Кровать заняла сумка, поэтому пришлось сесть на пол, скрестив ноги в своём красивом платье.Первая попавшаяся запись гласила:«Восьмое августа. Сегодня день рождения королевы-матери Августины, юбилей, семьдесят лет. Матушка сказала, что мне необходимо на нём быть и поздравить от имени нашей семьи. Но я не хочу! Если я попадусь на глаза Ричарду, он непременно начнёт меня унижать или… Ох, не хочу даже думать о том, чтобы снова прятать синяки от родных. Почему эту помолвку нельзя разорвать?..»Следующая запись была:«Девятое августа. Он меня избил. Просто так догнал в галерее замка и несколько раз ударил по ногам и рукам. И когда-то я его любила… Глупая девчонка. Правильно меня Августина так назвала.».Я перевернула страницу, не желая задерживаться. Читать подобное было невыносимо. Я пролистала в конец, где была запись за первое июня этого года:'Я посчитала. Я умирала уже семнадцать раз! Семнадцать! Я не могу больше выносить это! Каждый раз по-новому, каждый раз заново! Я не хочу умирать! Я хочу жить! Я хочу больше никогда не просыпаться снова в этот день, только потому что моя жизнь оборвалась.Я… Я найду способ это остановить! Я пробовала уже всё! Убежать, спрятаться, играть по правилам, просить помощи… Осталось лишь… Нет, это смешно! Лиос не будет размениваться на помощь какому-то жалкому человеку! Или будет?.. Мне нужно в храм. Туда я ещё не ходила, но, может, Богиня услышит мои мольбы?..'Второе июня:«В храме ко мне подошла какая-то женщина. Она была со мной так добра, что я рассказала ей обо всём. Зачем я это сделала? Не знаю. Но она посоветовала мне найти некую Ведьму Жизни. После храма я зашла в таверну. Ханны не было на месте, а Артур вообще впервые услышал о таком.»Третье июня:«Я нашла её! Она живёт далеко за городом, но я нашла её по записке, которую мне прислали в дом. Наверное, это Артур! Сегодня я пойду к ней.».Четвертое июня:«Она дала мне какое-то средство. И сказала странное. Я должна его выпить в ночь перед началом менструации, лечь спать, а наутро я уже буду свободна. Она… Я поверила ей. Это не яд, пусть и пахнет паршиво. Она сказала, что моя душа истощена семнадцатью перерождениями, и восемнадцатое я не переживу. Она… заменит мою душу на другую. Найдёт подходящую. А меня попросила оставить подробные протоколы действия, кому можно доверять, кому нет. Я хотела сопротивляться, мне не хочется, чтобы кто-то ещё страдал, пусть и неведомый мне. Но… она была так убедительна. Надеюсь, новая хозяйка моего тела меня простит.»— Прощу… — я почувствовала, как по щекам полились горькие злые слёзы, а руки сжали бумагу. — Прощу за одну только возможность жить и мстить за тебя. И за него, конечно же…Девятое июня:«Я написала всё. Всё, что должна знать она, если окажется в моём теле. Я надеюсь, воспоминания ей передадутся, но на всякий случай принесла несколько книг по этикету и манерам вести беседы. И дневник оставлю на самом видном месте. Я… я обняла всех так крепко, как только могла. Надеюсь, она позаботиться о них. И полюбит их, как любила их я. Скоро всё свершится.»И наконец отдельно вложенное письмо, предназначенное мне. Я прочитала его лишь единожды и вскользь, когда только оказалась тут. Но оно было прекрасно. Я развернула его и принялась читать:'Приветствую тебя, новая хозяйка моего бренного тела.Если ты читаешь это, значит, у меня и Ведьмы Жизни всё получилось. Значит ты сможешь то, что не смогла я.Я не знаю, кто ты, откуда, какая ты. Но я знаю одно — ты будешь жить по-другому. Не повторяй моих ошибок, молю тебя! Пожалуйста, живи! Ричард коварен и силён, но я оставила для тебя всю информацию о том, кто, как и когда меня убил в эти семнадцать раз. Я надеюсь, у тебя выйдет лучше, чем у меня.Моя семья — хорошие люди. Уверена, они полюбят тебя также, как и ты их. Береги их, пожалуйста.И… Попроси прощения от меня перед королевой-матерью. У меня не хватило храбрости извиниться перед ней за то своё отвратительное поведение тогда. Надеюсь, она великодушно простит меня.И знаешь… Элиза очень милая девушка. Не будь Ричарда, уверена, мы бы подружились с ней. Может, у тебя получится?..Благодарю тебя за всё.Прощай.Амелия Хайфилд'Я молча и горько плакала, чувствуя, как мне стало внутри больно. Больно за неё. Больно за ту, что подарила мне своё тело. Она не познала истиной любви, знала лишь унижения и смерть. А теперь… Теперь она может быть свободна. Ричард и его приспешники наказаны, я скоро выйду замуж и буду жить за неё и за себя. Править, как её когда-то учили. Любить, как умею. Рожать детей любимому. Стареть рядом с ним. Амелия не шагнула за порог двадцати девяти. Но это сделаю я.Я вытерла слёзы ладонью, по-простому. Неспешно поднялась и продолжила собираться. В сумку пошёл дневник, письма, книга о травах и ядах, личные заметки Амелии, которые она делала во время обучения во дворце. Сзади скрипнула дверь. Я обернулась в пол оборота и увидела растерянную Сару.— Ты уезжаешь, — произнесла сестра с утверждением.— Да, Сара, — с лёгкой грустью в голосе ответила я, улыбнувшись ей. — Уезжаю. Теперь я буду жить во дворце.— Но… Но почему, Амелия?.. — со страхом спросила она, глядя на меня испуганными глазами. — Почему ты не можешь остаться? Что случилось?.. Мама не говорит, но…— Сара, — подойдя к ней, мягко взяла её за руки. — Порой нужно уйти, чтобы спасти остальных. Я переселяюсь во дворец не потому, что хочу покинуть вас, а потому что мне нужно учиться быть императрицей. И так будет безопаснее. Для меня и для вас.— Но как же мы без тебя?.. Ты… ты же… — девочка начала хлюпать носом, не сдерживая рвущиеся слёзы. — Ты же всегда была рядом!.. С самого детства!..— Сара, моя ты хорошая девочка, — я мягко поцеловала сестру в лоб. — Я рано или поздно бы вышла замуж и уехала. Но сейчас я недалеко уезжаю, всего лишь во дворец. И вы с Алисой сможете ко мне приезжать. Только пишите заранее, чтобы я не была занята на это время.— Правда? — Сара удивлённо воззрилась на меня, всё ещё шмыгая родом.— Правда, — улыбнулась я и добавила, чтобы немного разрядить обстановку: — И вообще, ты теперь можешь занять мою комнату. Вам с Алисой давно тесно в одной. А здесь — кровать большая, свободный шкаф и никого. Забирай, не жалко!— Ты шутишь? — сквозь слёзы фыркнула она.— Не шучу, — кивнула я. — Забирай, я сюда не вернусь уже никогда. Я собрала на своих полках лучшие книги по этикету, математике и экономике. Они тебе пригодятся перед дебютом и замужеством.Сара улыбнулась, вытирая слёзы рукавом. А потом порывисто меня обняла. Я прижала девочку к себе, ласково гладя по голове. Она такая ещё маленькая, покидать её так не хотелось, я о многом не рассказала. Но у меня больше месяца до свадьбы, успею. Кстати, о ней…— И ещё кое-что… Я бы хотела, чтобы вы с Алисой, если, конечно, хотите, понесли мою фату на свадьбе. Обычно это делают девочки или мальчики куда младше, но я хочу, чтобы это были вы.— Правда⁈ — восторженно выдохнула она, поднимая на меня счастливые глаза. — Хотим! Конечно, хотим!— Тогда иди, обрадуй Алису.Сара тут же выскочила за дверь и с криком «Алиса! Ты не представляешь, что мы будем делать!» исчезла на первом этаже. Я тихо хихикнула и продолжила сборы.Сумка была набита всем, что необходимо, лишь к вечеру, как и рассчитала. Я не могла остаться на ужин, но передала на стол через Гвен бутылку вина, которая пылилась в моей комнате. Та самая из корзинки, подаренной Константином. Негоже ей без дела стоять.Семья провожала меня со слезами и улыбками. Отец взял с меня обещание беречь себя, матушка просто обняла со слезами. Сёстры облепили меня и сказали, что непременно будут лучшими цветочницами на моей свадьбе, вызвав у всех смех. Майкл не дал Мартину забрать у меня сумку и взял её сам. Даже Гвен меня сдержанно обняла, вытирая искренние слёзы. Дженни же шепнула на ухо, что искренне мне завидует, такого красивого мужчину отхватила. Я рассмеялась и сказала, что она себе такого же найдёт. И вообще главное — это чтобы любил. Мартин пожелал мне только быть счастливой. Майкл провожал меня до прибывшей за мной дворцовой кареты. Он был явно напряжён, но сдерживался.— Амелия… — сказал он перед тем, как помочь мне забраться в карету. — Знай, что чтобы не случилось, мы рядом. Если… Если он что-то сделает…— Не сделает, — твёрдо отрезала я. — Майкл, не надо думать о таком. Просто… Верь в лучшее.— Тогда… Благослови тебя Лиос.На этих словах я села в карету, и она повезла меня в новый, пусть и временный дом.