Глава 19

Обратный полет не показался Элизабет таким захватывающим, как когда они только летели к пещерам. Сейчас в ее душе плескался необъятный стыд и стеснение от того, что она сидит на драконе верхом, и Рафаэль чувствуют горячее тепло укромного местечка у себя на шее. Она не могла с собой совладать и как-то отрешиться от этого чувства бесстыдства. Хоть и понимала, что произошедшее между ними и так стерло все рамки и границы. Лицо полыхало жаром, но не от того, что ветер нещадно таранил ее нежную кожу, а от того, что Элизабет не могла себе представить, как теперь сможет смотреть в глаза профессору.

***

Рафаэль вернул Элизабет в академию, когда на земли Ариона спустились сумерки. Она даже и представить не могла, что они в летучих пещерах пробыли столь долгое время.

Крыло кампуса, в которое завел ее Рафаэль, пустовало, и в коридоре было совсем тихо. Элизабет поежилась невольно, запахнув на груди как можно плотнее пиджак.

– Элизабет, тебе холодно?! – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнес Рафаэль, подходя к девушке и обнимая ее со спины.

Эль в первые секунды хотела дернуться от профессора, но мгновенное тепло, которое охватило ее, заставило, наоборот, теснее прижался к мускулистой груди.

– Все будет хорошо, Элизабет, – шумно выдохнул ей в волосы на макушке Рафаэль, и Эль не поняла совсем, к чему он ей такое сказал.

А потом ее вдруг осенило… она стремительно повернулась в руках профессора и чуть не упала от того, что Рафаэль едва не подмял ее под себя.

– Элизабет, ты что творишь?! – рвано выдохнул он и прижал девушку крепче к себе.

– Простите профессо… Рафаэль, – смешалась Элизабет, – но я хотела бы спросить у вас кое-что.

– Отвечу только в том случае, если пообещаешь, что больше не будешь вытворять подобного. А если бы я не удержал равновесие? Я бы поломал тебя… – пожурил дракон девушку, и Элизабет снова покрылась румянцем. – Так что у тебя, спрашивай…

– Помните… шь, помнишь тот свиток, на котором была прописана моя судьба на древнем языке?

– Помню, – не стал отнекиваться Рафаэль.

– А ты мне не расскажешь, что там было написано? Я еще только начала учить древние письмена, но до того, чтобы перевести, мне еще много время понадобится… – Элизабет просительно посмотрела в его глаза.

– К сожалению, я не помню, куколка, – ответил мужчина, и Эль понурила плечики. – Не расстраивайся, крошка, – стукнул ее по носу пальцем профессор, – приложи к изучению немного усердия, и у тебя все получится. Хотя сейчас у тебя почти не останется времени на посторонние дела, тебе придется трудиться в лаборатории. Но поверь, это того стоит. Твои возможности станут шире…

Эль кивнула в ответ, и они продолжили путь.

Воодушевленная профессорскими словами, Элизабет уже представляла себя в качестве научного сотрудника-помощника Рафаэля, и в ее груди яркими вспышками взрывались источники энергии. Но в радостном запале Элизабет не чувствовала сильных перемен.

Когда они, наконец, добрались до нужной двери, Эль уже вся горела мыслью о том, что она теперь неотъемлемая часть профессора. И пусть все это из-за заклинания, но ведь он не бросил ее там, на растерзание ректора, а пришел за ней и вступился. В груди разлилось тепло.

– Элизабет, – выдернул ее из мыслей низкий голос профессора.

– Да?! – девушка подняла на него взгляд.

– Тебе стоит сегодня отдохнуть хорошенько. За форму не беспокойся, тебе ее завтра доставят к нужному часу, – он говорил, смотря Элизабет в глаза не отрываясь.

– Я все поняла, – ответила Элизабет и чуть прикусила припухшую губку.

– Тогда обещай, что отдохнешь?

– Обещаю, – рвано выдохнула Элизабет и зачем-то перевела взгляд на его губы.

Дурочка, неужто она надеялась на то, что граф, поцелует ее здесь, в коридоре кампуса, где живут многие преподаватели. Ее глаза блеснули, и девушка опустила взгляд, пряча его на груди дракона.

– Отдыхай, куколка, – прошептал он и еле заметным поцелуем коснулся ее макушки. Резко развернувшись, пошел прочь.

Элизабет хотелось разреветься на месте. Но вместо этого она подставила запястье к считывающей панели возле двери, и стоило той щелкнуть, отмыкая замок, как Эль вбежала в комнату и, упав на кровать, спряталась лицом в подушки, гортанно закричала то ли от радости, то ли от того… что сердце рвала на куски любовь. Откинув подушку в сторону, она повернулась на спину, и широкая блаженная улыбка растянула губы.

– Неужели такое возможно?! – проговорила вслух.

Хотя Элизабет и так нравился профессор, но после того, как он лишил ее девственности, девушка поняла, что это тот мужчина, которого можно полюбить с первого взгляда или раза и навсегда. Элизабет хихикнула в кулак и прижала ладонь к низу живота, где начала отзываться пульсацией новая волна желания к Рафаэлю.

Ну, что ж, профессор сам выбрал ее, а Элизабет… а она не станет отказываться от него, и раз уж ее все считаю ректорской подстилкой, то пусть хоть за дело.

Она приподнялась на локтях и оглядела комнату.

– Оу-у-у, – присвистнула Элизабет, – это вам не комната в общежитии.

Во-первых, эта комната была в несколько раз больше, чем та, которую они занимали с Мелиссой. А во-вторых… она подошла к окну и, раздвинув шторы, ахнула, отпрыгнув на шаг назад.

– Маги Всемогущие! – прошептала одними губами.

Перед ней простиралась непроглядная ночь, мерцая через толстое стекло, которое занимало одну треть стены комнаты. Она подошла вплотную и вгляделась в бездну, простирающуюся под ее ногами. Завораживающая страшная красота приковала все ее внимание к себе. Рафаэль постарался. Ее губ снова коснулась улыбка, и внутри разлилась нежность по отношению к профессору. Она невольно коснулась рисунка на плече.

– Мать Всемогущая Небесная! – зашептала взволнованно Элизабет, направив свой взгляд в небеса. – Сделай так, чтобы Заклятие Радужного Семицвета сошло на нет. Я хочу быть только с профессором Рафаэлем! – она прижалась лбом к стеклу и все повторяла и повторяла про себя просьбу Небесной Матери Магов!

Уже когда сил больше не осталось, Элизабет, замученная сегодняшними событиями, на трясущихся ногах вернулась в кровать и, больше не думая ни о чем, провались в сон. Рафаэль ей сказал отдыхать… а слово любимого профессора закон.

***

Утром Элизабет металась по комнате в поисках всего и сразу. Одежда, обувь, ванна, завтрак… Все кашей смешалось в голове, и девушка каждые несколько минут замирала посредине комнаты и пыталась сообразить, что происходит? И что с ней не так? И только постоянная напоминалка, которая была установлена в запястный синхрон, лежащий поверх формы, возвращала девушку к действительности, заставляя действовать более слаженно с самой собой.

Полчаса понадобилась Элизабет, чтобы освоиться белее-менее в новой комнате и хотя бы поверхностным взглядом охватить то, с чем ей предстоит теперь жить.

Возвращаясь к кровати, на которой лежала форма. Элизабет, пальчиками перебрав ее складочки, грустно улыбнулась. Мало того, что эта форма по цвету отличалось от той, что носили обычные студенты, так на нее еще была прикреплена эмблема с пометкой о том, что теперь она ассистентка научной лаборатории. И теперь-то она была уверена, что жизнь ее круто изменится в Академии. Пересуды и сплетни вряд ли улягутся вокруг нее в ближайшие месяцы, а то и годы… Тяжело вздохнув, она скосила взгляд на плечо, где, щекоча кожу, чем постоянно напоминал о себе, располагался Семицвет. Ее вчерашняя просьба Всевышним Магам была не услышана, и уже по утру она не обнаружила еще одного лепестка на круглой головке. Маги! Как же ей это пережить? Она еще не обсуждала момент встречи ее и графа Габриэля с профессором, но она и так примерно понимала, как будет чувствовать себя при этом разговоре, если от одной мысли ее кидает то в холод, то в жар.

Элизабет, аккуратно переложив юбку на другое место, достала блузу и…

«О, Маги!» – ее щеки вспыхнули румянцем, когда она обнаружила под рубашкой нижнее белье. Неужели профессор сам покупал это? Но когда? Ведь они практически весь день вчера были вместе. Элизабет ощутила прилив густого жара к тем участкам кожи, которых вчера касался Рафаэль.

«Нет. Прекрати. Сейчас не время об этом думать, – приказала себе девушка, – не хватало еще опоздать на лекции».

Натянув на себя тончайший хлопок, больше напоминающий витиеватые кружева, сплетенные виртуозным мастером, разгладив на бюстике невидимые складочки, еле касаясь, надавила на сосочки, попыталась придавить их, чтобы они не выпирали острыми вершинками.

– Демоны, – досадливо прошептала она, когда под белой блузой оказались четко видны упругие горошины.

Девушка сжала губы, она любила свои бюстики именно по этой причине. Ведь из-за плотной ткани, пусть и грубой, вот таких подробностей в виде торчащих сосочков не было заметно. Натянув пиджак и юбку, она осмотрелась по сторонам в поисках гольфов. Они обнаружились тут же, рядом с галстуком. Облачившись в новую форму, Элизабет надела синхрон, подхватила рюкзак и в предвкушении встречи с профессором вышла из комнаты.

До верхних этажей, где проходили занятия, Элизабет так и не дошла. Встретив в лифте научного ассистента, она узнала, что лекции для ассистентов проходят в другом крыле, и что она может проследовать вместе с ним. Ассистент-маг как раз направлялся в нужное Элизабет крыло. В первые секунды девушка смутилась и разозлилась от того, что профессор ничего ей не сказал, а так и оставил в неведении, но потом, вспомнив, при каких обстоятельствах они расстались, укорила себя за подобную несдержанность. А еще ей подумалось, что нужно было дождаться звонка от Рафаэля. Посидеть спокойно в комнате, и ничего бы страшного не произошло, если бы она один день пропустила.

– Вот здесь проходят занятия, – вырвал ее из задумчивости голос молодого мага.

– Спасибо, – проговорила она, стараясь как можно быстрее отвязаться от навязчивого провожатого.

– Ну, вы, если что, обращайтесь, хотя, возможно у нас и так будут совместные лекции…

– Да-да… – закивала Элизабет, уже не поворачиваясь к магу лицом, уходя по коридору вперед, к открытым дверям аудитории.

На занятиях Элизабет постаралась как можно глубже погрвузиться в тему, чтобы хоть немного отвлечься от будоражащих ее рассудок мыслей о Рафаэле. Элизабет казалось, что все, что происходило между ней и Рафаэлем, было настолько естественным и правильным, что она совсем не чувствовала себя испорченной порочной шлюшкой, а наоборот, хотела бы встретиться с ним еще раз и, возможно, не один. Ее лицо пыхнуло жаром. Все внутри заклокотало от противостояния. Как быстро она ступила на порочный путь, ведь только несколько дней назад она даже и в мыслях себе не могла представить, что отдаст самое ценное, что у нее есть, свою невинность первому встречному, а ведь если рассуждать логически, Рафаэль таковым и являлся. Но не только в этом была ее распущенность… нет… она (Маги Всемогущие!) даже себе боялась признаться в том, что где-то глубоко внутри желала бы повторения того, что делал с ней граф Габриэль.

Эти постыдные желания, отозвавшиеся внизу живота обжигающим пламенем, затопили все ее существо сладострастной негой. Элизабет тряхнула головой, отчего плохо закрепленные локоны выпали из тугого хвоста. Да как такое вообще возможно?

В конце концов, ей нужен-то только профессор, так отчего сейчас мысли все крутятся вокруг Габриэля?

Или всему виной это проклятое заклинание Радужного Семицвета, которое не отпустит ее, пока она не исполнит предначертанное до конца. Хотелось бы верить, что после того, как все случится, с нее сойдет эта волна грязной похоти. Вот только, как после этого ей в глаза Рафаэлю смотреть? Загадка!

Элизабет настолько была взвинчена всем происходящем, что у нее в руках все горело… Все магические заклинания, которые им демонстрировали на лекциях, она схватывала на лету, ей даже казалось, что она уже все это проходила, и сейчас ей не составляло никакого труда выловить из прозрачного резервуара сущность стихийного потока и преобразовать – она задумалась лишь на миг – например, в небольшой ветряной поток. Пропуская между пальцами струи воздуха, она закрутила в правильную форму воронки потоки и, замкнув их между собой, заставила мини-смерч крутиться в том направлении, в котором ей было нужно. Элизабет полностью была довольна собой, жаль, что в аудитории никого нет. Все студенты сейчас в столовой, а вот ей, Элизабет, даже кусочек маленького десерта в горло не полезет. Она, тихо хихикая, все быстрее и быстрее крутила пальчиками потоки воздуха. Девушка так увлеклась процессом, что громкое эхо, разносящееся по пустой аудитории, сначала приняла за звенящий от напряжения воздух, и только когда за спиной услышала знакомый голос…

– Хм, а я недооценил братца… – прокатился по аудитории низкий баритон, и Элизабет резко повернулась к графу Габриэлю лицом, отчего юбка в мелкую складочку взметнулась, оголяя бедра девушки, намного выше резиночек гольфов.

– Господин Габриэль, – вырвалось у Элизабет, и в груди адовым пламенем вспыхнуло предвкушение.

Граф оттолкнулся от дверного косяка и сделал широкий шаг по направлению к Элизабет. Его черные дыры впились в ее лицо немигающим взглядом. Горло Элизабет дернулось, и девушка попятилась назад.

– Граф Габриэль, но как вы тут… кто вас… – она, заикаясь, наблюдала за тем, как в мгновение ока расстояние между ними сократилось, и теперь Габриэль стоял перед Элизабет не дальше, чем на вытянутую руку.

– А для меня, куколка, нет преград, – прохрипел он, и его глаза полыхнули сине-черным огнем.

Элизабет задержала дыхание, когда граф протянул руку и, схватив ее за хвост, притянул к себе.

Его длинная прядь волос выбилась из шевелюры, зачесанной назад, и, ниспадая на лоб, закрывала левую сторону лица, но это никак не мешало его глазам гореть страшным огнем.

– Но, граф… сэр… – Элизабет заметалась мысленно, не зная, что делать. Ведь то, что хотел граф от нее, слишком явственно читалось во взгляде, и от этого взгляда Элизабет плавилась, будто сахарная вата, оказавшаяся на языке дракона.

– Что, Элизабет Райтон, вы мне хотели сказать? – граф прищурился и криво усмехнулся.

От его усмешки сердце зашлось в груди, а потом с высоты бухнулось в пятки. Воздух в аудитории так зарядился, что Элизабет кожей ощущала токовые покалывания. Захотелось сорваться с места и сбежать несмотря на то, что все ее естество, что находилось ниже пояса, желало обратного. Граф до миллиметра сократил расстояние между их губами и, чуть высунув кончик языка, легонько провел им по вмиг пересохшим губам Элизабет. Рисунок, будто почувствовав что-то знакомое, неприятно защекотал кожу, и Элизабет дернула плечами.

– Хм, а ты, я вижу, девочка с норовом, не нравится, что прикасаюсь к тебе?! – неправильно интерпретировал ее жест граф.

Элизабет вздрогнула от его слов, будто от удара.

– Нет, сэр… – попыталась она разуверить Габриэля, но, посмотрев в его глаза, в которых полыхнула ярость, впала в ступор.

– Граф Габриэль, – пискнула девушка и попыталась высвободить подбородок, который секунду назад оказался в крепких пальцах графа.

– Ты так сладко пахнешь, Элизабет, – протянул граф, и взгляд его полыхнул не то желанием, не то злобой, – особенно на пользу тебе пошел трах с Рафаэлем. Как тебе он? Сумел вылизать твою дырочку до скрипа, м-м-м?

Элизабет покраснела, будто помидор. О том, что было между ней и Рафаэлем, ей уж точно ни с кем делиться не хотелось. И граф Габриэль не дождется от нее ни единого признания!

– Это вас никак не касается, сэр, – прохрипела Элизабет, так как ее скулы были зажаты в тиски мускулистых пальцев.

– Ну, мы же теперь, можно сказать, что в одной лодке?! И разве мне нельзя поинтересоваться, справился ли Рафаэль со своей задачей?!

Элизабет показалось, что последние слова он прорычал. девушка изо всех сил старалась не отводить взгляд от полыхающих дьявольским огнем глаз Габриэля. Но эту битву она не сможет выиграть, заранее знала, что проиграла. Элизабет почувствовала себя в ловушке, выход из которой захлопнулся сразу, стоило только оказаться внутри.

Габриэль свободной рукой прижал ее за талию к себе, второй продолжая фиксировать ее голову, удерживая за хвост.

– Ты, знаешь, куколка, я слишком долго ждал, чтобы оттрахать тебя, даже переключение на опытных шлюх не смогло вырвать из мыслей ни твои образы, ни твой запах. Я чувствую, и ты хочешь меня, значит, Рафаэль оказался недостаточно хорош для похотливой сучки… – он резко развернул Элизабет спиной к себе и задрал юбку.

– Габриэль, – выдохнула Элизабет, услышав за спиной рваный выдох, затряслась всем телом.

– Лучше молчи, крошка, иначе твой ротик займется достойным его делом… – он зло фыркнул, и Элизабет почувствовала, как его пальцы скользнули под резинку трусиков и одним движением сорвали их, неизбежно испортив. – …будет сосать.

Элизабет лихорадочно затрясло.

– Пустите, – просипела она. Ей стало не по себе от таких заявлений.

Она не готова была делать минет графу, да и в задании нигде на прописано такого… Так что, пошел он к демону.

– А-а-а-ах-а-ах-х, – вскрикнула Элизабет, когда на ее мысли пришла грубая реакция Габриэля.

Он вжал бедра девушки в себя так, что Элизабет не смогла сдержать стон, упала грудью на парту, где докручивались последние вихри воздушных потоков.

Глаза девушки заслезились, она не знала, что делать, как вести себя в этой ситуации. Ведь по логике вещей Габриэлю стоит отдаться, и тогда она выполнит задание, и заклинание повернется вспять. Прошло несколько секунд, и созданный ею маленький смерч распался. Элизабет приняла решение следом. Она расслабилась в руках графа, полностью отдавая ему себя.

«Так нужно», – уговаривала она себя, ведь так она спасет свою жизнь…

Мускулистые пальцы с силой сжали ягодицы. Элизабет вдавила ноготки в ладошки. Маги! Ну что она так нервничает… да, в прошлый раз не получилось, но в этот раз она постарается быть расслабленной. Но вместо этого она только сильнее напряглась. За их спинами раздался посторонний шум, и Элизабет вся скукожилась от страха быть застуканной с задранной юбкой, да еще и в руках графа.

– Расслабься, куколка, – хмыкнул граф, – сюда никто не войдет, а если и осмелится, то вряд ли получится выйти.

Элизабет вскрикнула в тот момент, когда в ее разгоряченное местечко, уперлось что-то твердое и упругое. Ее поясницу пронизало жаром, и Элизабет пришлось максимально прогнуться в спине, когда крепкая ладонь с силой надавила на позвоночник.

– Да, девочка, вот так, – произнес он с хрипотцой, – раскройся для меня, дай Габриэлю почувствовать всю твою сладость изнутри.

Граф выпустил хвост и сжал ее шею сзади, пальцы плотно обхватили ее по кругу… сдавили. По коже девушки строем пробежали мурашки, и она до боли закусила губу.

– Да что же это за кусок тролльего дерьма!? – выругался вслух граф, и Элизабет в первые минуты не поняла, что происходит.

Она уже вся размякла в мужских руках. Пульсирующее местечко уже было готово принять в свою тугую влажную глубину большой член графа. Но видимо, что-то пошло не так, и это разозлило Габриэля, так как в следующую секунду ее ягодицу обожгло постыдным шлепком.

– А-а-ах-х, – вырвалось изо рта Элизабет, и следом за ее вздохом в ее пылающую влажную глубину скользнул палец графа.

Эль раздвинула ножки и чуть повела бедрами, пристраиваясь к новым ощущениям внутри.

– Развратная куколка, – просипел в ухо граф и переместил ладонь на горле вперед, прижал затылок девушки к плечу, и в это же самый момент второй палец присоединился к первому в пульсирующую влажность, и они заполнили всю Элизабет до самого основания.

– А-а-а-ах-х! – выдохнула Элизабет, когда граф начал двигать фалангами вверх-вниз, то замедляя, то наращивая темп.

Элизабет лихорадило от подобного напора со стороны графа. Возможно, ей хотелось бы более спокойной ласки, той, которую профессор Рафаэль ей подарил вчера, но этот оглушающий коктейль безумного возбуждения и обжигающей постыдности ударил в голову и хлынул по венам, разнося чувство развратности и испорченности во все уголки ее тела. Когда грубая ласка перешла все границы, и из глаз девушки готовы были вот-вот посыпаться искры взрывного оргазма, внизу вдруг стало неожиданно пусто и глухо. Элизабет все еще не могла прийти в себя и к понимаю того, что произошло что-то неправильное, она продолжала хвать воздух пересохшими губами, когда…

– Что же ты такая узкая крошка… неужто член Рафаэля оказался недостаточно большим, чтобы растянуть тебя, тухлые яйца дракона!

Элизабет вся покрылась красными пятнами. Как он может говорить такие бесстыдные слова?! Возмущению девушки не было придела, и вся ее возбужденность вмиг схлынула, оставляя после себя неприятный осадок в виде липкой испарины на теле.

– Пожалуйста, граф Габриэль, это уже чересчур… – Элизабет не успела договорить, потому как граф подхватил ее под колени и, не особо беспокоясь о том, что девушке будет неудобно и стыдно, поставил перед собой на четвереньки.

– Маги! – выдохнула Элизабет, взмахнув руками в воздухе, и уперлась ладошками в столешницу. – Что вы себе позволяете?! – выдохнула она, и ее попку обжег очередной шлепок.

Элизабет почувствовала себя крайне обескураженно… или… возбужденно?! Внизу живота мгновенно сжался в упругую пружину огненный шар, и когда Габриэль, пальцами раздвинув ее ягодички, подтянул к себя, Элизабет всхлипнула и припала бессильно к столу на локти, чувствуя нарастающую похоть, обжигающую низ живота.

– Граф… – плаксивым голосом проговорила Элизабет и подмахнула бедрами, будто приглашала его заняться уже делом.

В груди девушку разрывали два противоречивых друг другу чувства. С одной стороны она не хотела умирать и дьявольски желала, чтобы ее прямо сейчас трахнул граф, с другой… все эти постыдные действа приводили ее разум в оцепенение. Элизабет чувствовала себя предательницей, развратной девкой, у которой потайное местечко изнывает жаждой почувствовать внутри себя член Габриэля.

– Куколка оказалась нетерпеливой, – грубо усмехнулся граф и ударил каменным членом по местечку, которое разделяло две половинки попы.

– А-а-а-ах-х, – вырвался еще один стон изо рта Элизабет, и она зазывно выпятила вверх попку.

Габриэль провел членом вдоль ее припухших губ, и Элизабет ощутила, как он начал погружаться в нее все глубже и глубже, теперь отступать было некуда. Девушка закусила до боли губу и сосредоточилась на том, как ее влажная глубина заполняется огромным членом.

Элизабет вся распалилась от осознания того, что сзади нее стоит совсем другой, и это настолько порочно и пошло с ее стороны – отдаваться на второй день брату профессора, что она чуть не разрыдалась от того, что в эту самую секунду стала противна сама себе. Но стоило только графу схватить ее за бедра и сжать их с силой, она подчинилась, и на короткое мгновение забылись все перипетии внутри. Граф скользнул так глубоко внутрь, что Элизабет испугалась, что он ее сломает. Но когда его твердые шарики звонко шлепнулись о ее кожу в первый раз, Эль поняла, что она все еще жива и, самое главное, целехонька и невредима. А внизу тем временем разгоралось настоящее неудержимое пламя желания. Элизабет чувствовала, как между ножек становится так влажно, будто там случился всемирный потом.

– Демоны! – прорычал граф за ее спиной. – Если так будет продолжаться, я затрахаю тебя до смерти, куколка!

Элизабет не до конца осознавала то, что говорит граф. В ее голове было так много шума, что рычание графа терялось на его фоне. Когда Габриэль вышел из нее, его член был очень влажным от ее соков, и поэтому он снова вошел в нее на всю длину без труда.

– Маги! – вскрикивала Элизабет, когда снова и снова он входил в ее глубину, и его яйца шлепались об ее кожу, разнося по аудитории громкие хлюпающие звуки.

У Элизабет горела вся промежность от непрекращающегося проникновения огромного члена внутрь ее узкого лона. Она, будто рыбка, выброшенная на берег, хватала ртом воздух, понимая, что уже готова кончить… и кончить сильно.

Когда Элизабет почувствовала, что он, протянув руку, крепко сжал ее грудь, и даже через тонкую ткань блузы почувствовала, насколько горячие его мускулистые пальцы, то задрожала от переполняющего ее желания. Граф вжимался своим сильным тяжелым телом в ее попку и все нетерпеливее и сильнее одной рукой сжимал грудь, перекатывая между пальцами тугие бусины сосков, а второй сжимал тонкую девичью шею, жесткими движениями бедер вдалбливаясь в упругую глубину.

Его животная ярость и сумасшедшая несдержанность держали девушку где-то на грани реальности и безумия. Элизабет начало потряхивать, и ей пришлось вцепиться в его предплечье, чтобы хоть немного ощущать поддержку. Член Габриэля скользил в тугой глубине уверенно и целенаправленно. Он двигался быстро и четко, но всегда замедлялся, прежде чем она собиралась кончить. Элизабет казалось, что он специально мучил ее, хотел продлить этот процесс соития до бесконечности.

Но Элизабет была слишком поглощена процессом, чтобы хоть как-то возразить графу. Все, что она могла делать, так это цепляться за реальность, ускользающую то и дело от ее рассудка. Даже саднящие уже колени никак не мешали упиваться ощущением того, как его толстый член заполняет и растягивает тугую влажность между ног.

А потом в одночасье все закончилось. Свет померк в глазах Элизабет, тело затряслось в судорожных конвульсиях, и она громко, протяжно закричала.

– Да, куколка, вот так. Отдай ее мне… – горячо шипел Габриэль в ухо девушки, вновь с силой сжимая ее горло и вдалбливаясь с яростью в ее лоно.

Элизабет, не могла понять, что с ней творится. Тьма поглощала ее изнутри. Она будто ослепла… вот только от чего?! Этого ей было не понять. Габриэль трахал ее все сильнее и быстрее, и девушке казалось, если он сейчас не кончит, то она сойдет сума. То ли от тьмы, что разлилась внутри ее тела, то ли от оглушающего разум оргазма, который накатил на Элизабет неожиданно, и от переизбытка эмоций ее затошнило, и голова закружилась так сильно, что ей пришлось прильнуть спиной к груди Габриэля, чтобы удержаться на месте.

– Что это за дерьмо?! – утробно пророкотал Габриэль.

Элизабет хотела было открыть глаза, но на нее навалилась такая усталость, что она не только не открыла глаза, но и провалилась в какую-то черную яму.

Вокруг нее все быстро-быстро кружилось, будто она падала куда-то вниз с большой скоростью. Нос и рот закупоривали тугие потоки воздуха, и Элизабет в какой-то миг начала задыхаться от того, что ей в легкие не поступает кислород. Она вскинулась и открыла глаза.

– Что это… кто ты?! – с ужасом выдохнула она, упираясь ладонями в грудь демоническому существу.

Маги Всемогущие! Глаза Элизабет заслезились от того, что пришлось глядеть на это чудовище, она не смогла отгородиться от того потока магического воздействия, что было направленно на нее. Что же происходит? И где Габриэль?

– Отпусти! – хрипло выкрикнула она и, больше не смотря в глаза чудовищу, отвела взгляд в сторону.

В груди сердце забилось невероятно быстро, и Элизабет захотелось в какой-то момент остановить его, чтобы не выпрыгнуло из груди. Оказывается, они больше не были в аудитории, теперь вокруг них была небольшая лесопосадка, а за редкими деревцами просматривались каменные стены. Скорее всего, это горы. Но как они… нет, она, как она попала сюда? Неужто это чудовище, этот монстр похитил ее, но тогда что он сделал с Габриэлем?

Эль попыталась еще раз высвободиться из крепких объятий чудовища, но он сжал ее будто в железных тисках и… о ужас… Элизабет очумела от страха… когда поняла, что между ее ног, которыми она почему то обхватывала демона за талию, творится что-то невообразимое. Она медленно опустила взгляд и заледенела от того, что увидела. Из глаз помимо ее воли брызнули слезы.

– Прошу! Не надо! – сквозь рыдания молила она, но чудовище совсем не слушалось.

Оно крепче сжало ее бедра, и Элизабет почувствовала, как его огромный член уперся в ее пульсирующие лепестки крупной головкой.

Вся недолгая жизнь в эти мгновения пронеслась перед глазами Элизабет. Она из последних сил забилась в руках чудовища, но чуть позже осознала, что этим только сделала хуже. Оно, издав утробный рык, одним быстрым движением прижало ее спиной к шершавому стволу дерева, и Элизабет почувствовала, как из-за этого движения ее кожа на спине содралась.

– А-а-а-а-ай! – вскрикнула девушка и затихла, вперив взгляд за спину чудовища.

То, что происходило сейчас с ней, казалось чем-то ненастоящим, нереальным! По щекам Элизабет продолжали катиться горячие слезы, но больше она не издала ни звука. Ее разум впал в шоковое состояние. Теперь она поняла, что это вовсе не чудовище и не демон, ведь если бы это было так, цветок бы на плече обязательно среагировал на чуждую энергию, но он молчал, да и то, что творилось сейчас с этим самым чудовищем, объясняло многое.

Когда она вновь осмелилась посмотреть в глаза демону, то увидела всполохи золотистых искр в налитых бордовым оттенком радужках. В тот момент Элизабет уверилась в том, что перед ней никто иной как граф Габриэль. Вот только загадка заключалась в том, что с ним творится, и почему вместо дракона она перед собой видит демона.

– Граф, – предприняла она попытку достучаться до Габриэля.

– Нет здесь больше графа, теперь здесь я, – утробный рык огласил округу, и Элизабет рвано выдохнула страхом.

Значит, в какой-то степени она оказалась права.

– Кто ты? Я тебя не знаю, – хрипло прошептала Элизабет, продолжая со всей силы упираться графу в грудь, а он в это самое время пытался пристроить свою твердую головку к преддверию ее складочек, но и здесь Элизабет, насколько могла, сократила все внутренние мышцы, чтобы он не смог проникнуть в ее влажную глубину.

– А тебе и незачем, ты все равно больше не нужна, – звериный оскал изогнул губы графа, и его лицо начало меняться.

Девушку трясло от жути, которую она наблюдала, но ведь она же стихийка, она должна справиться с этим. Должна!

А тем временем тело Габриэля начало как будто трансформироваться, как и его голова. Элизабет закусила губу с внутренней стороны и почувствовала привкус соленой ржавчины.

– Что значит, не нужна!? – стараясь смотреть сквозь монстра, в которого превращался Габриэль, спросила Элизабет.

– А то и значит, – сквозь зубы процедило чудовище, не до конца растеряв человеческую речь, а ведь ему и разговаривать скоро совсем будет неудобно.

Его выдвинувшаяся челюсть просто не позволит монстру издавать членораздельные звуки, и если оно не разорвет Элизабет, когда будет ее трахать, то наверняка сожрет. Это Элизабет поняла по тому плотоядному взгляду, которым на нее сейчас смотрели красно-рыжие глаза.

– Нам нужен был дракон, – рассмеялся монстр, – и благодаря тебе теперь он в Темном Мире, там, где и закончит свою жалкую убогую жизнь, послужив для важного дела, – монстр снова раскатисто рассмеялся, – а тебя, маленькую магичку, я трахну сейчас напоследок, а потом, скорее всего, тебя разорвет на части чешуйчатая рептилия! – утробный смех, больше похожий на рычание, вырвался прежде, чем в глазах Элизабет потемнело от того, что в ее лоно ворвался огромный член дракона.

– Не-е-е-е-е-ет! – вскрикнула она и повисла на лапах чешуйчатой твари.

Но все ожидания Элизабет, что она упадет в обморок, забудется небытием, были растоптаны в пух и прах. Стоило только дракону переместиться в ней, и Элизабет с силой зажмурившись, издала надрывный стон. Она выгнулась в тугую дугу и, вцепившись в мускулистые плечи чудовища, забилась в лихорадке. Где-то далеко в подсознании мелькнула мысль, что чудовище еще оставалось в облике человека, пусть и раздавшегося в размерах и покрывшегося чешуей, но он до сих пор пока человек… Голову Элизабет неожиданно сжало огненным обручем, и мозг обдало дикое необузданное пламя. От внутреннего жара Эль распахнула глаза и тут же встретилась с глазами чудовища. Оно на миг отшатнулось, но было уже поздно. Теперь Элизабет впилась в него пальцами. Подушечки больно царапались о твердые чешуйки, но девушке было не до этого. Ее взгляду предстала совершенно жуткая картина. Монстр с исказившейся от злости мордой пытался сбросить с себя Элизабет. Оторвать от себя, как ненужный нарост, но Элизабет будто приклеилась к нему и, не моргая, смотрела в самую сущность монстра. Смотрела туда, где в черных оковах бился Габриэль, пытаясь высвободиться, а клубы тьмы, овивающее его, лизали бледную кожу, оставляя после себя темные ожоги.

«Вот, значит, что за демонов скрывает в себе этот дракон!?» – пронеслось, словно дуновение легкого ветерка, в голове у Элизабет. И дальше девушка уже не могла контролировать свои поступки, она как будто за собой наблюдала со стороны и не могла управлять своим телом. Ее взгляд опалили яркие всполохи цветка, который обжигающим сиянием опалил ее тело, и кожа засияла, будто радужные переливы самоцветов.

– Ар-р-р-р-р-р-р-ры-ы-ы-ы-ы! – пророкотал демон над головой у Элизабет, когда, закинув морду, посмотрел в небеса. – Тухлая задница тролля, слезь с меня! – взвыло чудовище, но вместо этого Элизабет, словно пиявка, приклеилась к нему теснее.

Она впилась в затылок монстру пальцами и, увернувшись от его когтистых лап, впечаталась своим лбом в его. От этого соприкосновения по телу прокатилась дрожь, сопровождающаяся неприятными покалываниями. Было ли Элизабет больно?! Нет! Она словно надела на себя заклятие, блокирующее боль, но сознательно-то Элизабет прекрасно знала, что это бытовое заклинание не спасет ее от магического воздействия низшего.

– Проклятая тварь, – прошипела она сквозь зубы, не узнавая свой голос, – жаль, что мы и так в твоем мире, и мне тебя уже ниже некуда отправить, – ее губы искривил хищный оскал.

– Мерзкая сука… – прохрипел монстр, и Элизабет в этот момент, не отпуская ни на миг взгляд чудовища, расслабила тугие стенки влажной глубины… насадилась на каменный член так глубоко, что невольно задержала сама дыхание от пронзившей нутро боли.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – взвыл демон, в его глазах загорелась дикая похоть, и бордовые радужки затопили весь белок, делая его взгляд дьявольским.

Демон выпустил свою черную суть из-под контроля, и Элизабет интуитивно почувствовала, что пора действовать. В ее груди и в ладонях уже собралась необходимая магическая энергия. Она жгла и опаляла ее сине-желтым пламенем изнутри. Всепоглощающая, безудержная, та, которую девушка так боялась и прятала ото всех. И вот теперь она поняла, что настал тот момент, когда ее нужно выпустить наружу. Яркая вспышка… и то место, на котором они с монстром стояли вместе, вспыхнуло, обжигая всепожирающим оранжевым пламенем. От столь интенсивной отдачи магического выброса Элизабет на короткий миг потерялась в пространстве. Она ничего не видела вокруг, только мерцание и глаза демона-графа, налитые багряной кровью.

– Тва-а-а-а-а-а-а-арь! – раскрыл в предсмертном крике рот граф, и Элизабет в отчаянии закрыла глаза.

Нет! Нет! Нет! Она не могла убить графа. Драконов невозможно убить огнем. Она это точно знала, потому и выпустила стихийное пламя огня. Но зерно сомнения все же взросло в ней. Этот крик, он настолько был пронзительным! Точно так же перед смертью верещал подопытный зверек…

Неожиданно Элизабет почувствовала холод и, боясь увидеть самое страшное для себя, осторожно приоткрыла один глаз.

– Маги!!! – вскричала Эль, когда перед ней весь бледный и еле стоящий на ногах граф попытался удержаться, чтобы не упасть и не уронить ее. – Габриэль! Отпустите! Отпустите меня!

Она сжала его бедра коленками и уперлась из всех сил в грудь, пытаясь оттолкнуть. Габриэль не стал сопротивляться, он с легкостью разжал объятия, и Элизабет сползла по его торсу, упала на колени к его ногам.

– Тухлая задница тролля! – не открывая глаз, процедил сквозь зубы граф и рухнул рядом с Элизабет на землю.

– Маги! Что же теперь делать?! – Эль с тревогой заглянула в лицо Габриэля, пытаясь понять, насколько пострадал дракон.

– Куколка, дай мне немного прийти в себя, – прохрипел Габриэль, найдя ладонь девушки, сжал ее, – только посиди рядом, никуда не уходи.

– Всевышние! Граф, с вами все хорошо? – плаксивым голосом проговорила Элизабет, и тихо всхлипнув, придвинулась к дракону ближе. – Только не умирайте, прошу вас, – прошептала она ему в ухо.

– Не дождешься, куколка, секс с тобой и мертвого из Нижних Миров поднимет, – вымученная улыбка скользнула на губах графа, от чего у Элизабет сердце сжалось в тугой комок.

– Отдыхайте, граф… – проговорила она, решив последнее замечание Габриэля пропустить мимо ушей.

Дракон уже ничего не ответил на ее слова, и Элизабет, шумно выдохнув, покорно осталась сидеть рядом с графом. Девушка думала о том, что же теперь будет с ними… ведь попав в Нижний Мир, они практически отрезаны от Верхнего, и их очень трудно будет найти, а без посторонней помощи им навряд ли удастся отсюда выбраться.