Глава 41

Меня вырвало из сна резко, будто током ударило.

Сознание врубилось на полную катушку, сразу, одним болезненным щелчком. И всё, что оно зафиксировало, — адский, режущий свет. Я зажмурилась, но белые пятна уже плясали у меня под веками.

Первым делом — пошевелиться. Сбросить с себя это одеяло, повернуться на бок, уйти от света. Не вышло.

Тело не слушалось.

Я рванула рукой — и ничего. Попыталась дёрнуть ногой — та же пустота. Только тупая, давящая тяжесть везде на конечностях.

Паника ударила в виски горячей и густой волной. Я открыла глаза, заставив их привыкнуть к свету, и медленно, с ужасом, опустила взгляд.

Ремни.

Широкие, чёрные, матовые. Не кожа, не ткань — какой-то мерзкий, упругий полимер. Они были туго затянуты на запястьях, прижимая их к холодной поверхности стола. На предплечьях, выше локтя. На лодыжках. На бёдрах. Я попыталась согнуть руку, хотя бы на сантиметр — и тут же поняла всю бесполезность. Хватка была абсолютной, железной. Это не было просто креплением. Это был капкан.

Дыхание перехватило. Сердце заколотилось где-то в горле, бешено, неровно. Я снова дёрнулась, уже отчаянно, всем телом, пытаясь вырваться, и только больно стянула ремни, ощутив, как они впиваются в кожу ещё сильнее.

Где я? Что происходит? Мысли неслись обрывками, не связываясь в картину. Каюта... сон... и вот это. Этот белый, стерильный ад. Эта тишина, давящая громче любого взрыва.

— Наконец-то ты проснулась. А то мне уже начало становиться скучно.

Голос. Знакомый, ровный. Он прозвучал совсем рядом, и от него по спине пробежали ледяные мурашки. Кай.

Я резко повернула голову — единственное, что ещё могла двигать. Он стоял в нескольких шагах, прислонившись к белой стене, и наблюдал за мной с видом учёного, рассматривающего интересный образец под микроскопом. Ни тени той вежливой, натянутой улыбки, что была на переговорах. Его лицо было пустым, а в глазах — лишь холодный, острый интерес.

— Что... что ты делаешь? — мой голос прозвучал хрипло и испуганно, совсем не так, как я хотела. — Зачем?

Он оттолкнулся от стены и медленно, не спеша, подошёл ко мне. Его шаги были бесшумными по гладкому полу. Он склонился надо мной, и его тень накрыла меня, принеся мнимое облегчение от света. И только сейчас я увидела устройство в его руке.

Оно было похоже на скальпель, но вместо металлического лезвия от его кончика исходило короткое, всего в пару сантиметров, лезвие из чистой энергии. Плазма. Оно не горело ярким огнём, нет. Оно было почти прозрачным, мерцающим, как марево в знойный день, и от него исходил тихий, зловещий свист, а воздух вокруг дрожал и струился, словно над раскалённым асфальтом. От одного его вида в животе всё сжалось в ледяной ком.

— Разве не об этом мы с тобой договорились? — спросил Кай, его голос был тихим, почти интимным, но в нём сквозила опасная, хищная игривость. Он поводил плазменным скальпелем в воздухе в сантиметре от моего лица, и я почувствовала исходящий от него жар, сухой и обжигающий. — Или ты забыла? Я же говорил... если у меня будет хорошее настроение, я расскажу тебе кое-что про метки.

Я ничего не ответила. Я просто лежала и смотрела на него, застывшая в ожидании того, что он скажет или сделает в следующий миг. Он сейчас даже отдалённо не напоминал того человека, которым казался раньше. Именно в эту секунду я по-настоящему начала чувствовать опасность. Даже тогда, когда он напал на нас с Рифтом и Лорой, не было так жутко и беспросветно страшно. Эта холодная, обезличенная комната, эти ремни и его абсолютно пустой, изучающий взгляд вымораживали душу.

— И что же ты молчишь? — спросил он, наклоняясь чуть ближе. — Тебе неинтересно?

Слова с трудом пробивались сквозь ком в горле.

— Интересно, — выдавила я, чувствуя, как дрожит мой голос.

— Отлично, — улыбнулся он. — Знай: всё, что касается этих меток, я ещё не до конца изучил. Но я точно знаю, что вы с Корвелом — не единственные, кого ими наделили. Кто или что это делает — не знаю.

Он медленно прошелся с другой стороны стола, водя кончиком скальпеля по воздуху, будто рисуя невидимые узоры.

— Появляться они начали неизвестно сколько времени назад, но самому старому обладателю, которого мне удалось найти, было семьдесят лет. И он рассказал мне кое-что любопытное. — Кай остановился и посмотрел на меня, оценивая эффект своих слов. — Когда ему было около пяти, произошел колоссальный выброс энергии, который, по его словам, прошелся по всей вселенной. Конечно, почувствовать такое могут лишь единицы, поэтому для большинства это событие осталось незамеченным. Но вот что интересно…

Он снова приблизился, и его тень снова накрыла меня.

— Первое: после каждого такого всплеска энергии появляются люди с метками. И второе… кто-то, возможно, эту самую энергию и выпускает. Причем в таком количестве. Как бы я хотел узнать, кто это делает… Хотя, возможно, это всего лишь необъяснимое природное явление

Он помолчал, давая мне осознать услышанное.

— Так вот, — продолжил он, и его голос стал тише, интимнее, отчего становилось еще страшнее. — Тридцать лет назад это явление повторилось. И если ты понимаешь, о чем я, то понимаешь, кто появился на свет в тот день.

«Корвел», — пронеслось у меня в голове.

— Корвел, — произнес он. — Тридцать лет назад на свет появился младенец с этой же меткой. И самое интересное — он единственный, кто с ней родился. Получается, он получил её ещё в утробе. А теперь угадай, когда произошел последний, самый свежий всплеск?

У меня похолодело внутри. Неужели…?

— Правильно, — его улыбка стала шире, почти торжествующей. — Совсем недавно. И сразу после этого… появилась ты. С меткой.

Я переваривала этот шокирующий поток информации. Выбросы энергии... Корвел... моё появление… Информация казалась обрывочной, почти бесполезной без понимания сути.

— Я, конечно, удивлена, — проговорила я, стараясь говорить максимально нейтрально, чтобы не разозлить его. — Но, если честно, толком ничего не узнала. Только то, что кто-то или что-то раздаёт эти метки. И всё.

Он улыбнулся. Хищной, растянутой улыбкой, от которой стало физически не по себе.

— Поверь, я всё узнаю. И ты мне в этом поможешь, — заявил он с ледяной уверенностью.

— Ну и как я могу тебе помочь, если сама даже того, что ты сказал, не знала до этой минуты?

— Ты сделаешь свой вклад, — его голос стал сладким и ядовитым. — Как и все, кто встречался мне с метками. Так что ты даже не представляешь, насколько он важен.

Он подошёл вплотную, подняв руку с этим ужасным плазменным скальпелем. Мерцающее лезвие зашипело прямо у моего запястья, над меткой.

— Понимаешь, зачем он мне? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Я лишь молча мотнула головой, не в силах вымолвить ни слова. Ужас парализовал меня.

— Дело в том, что метка эта, хоть и выглядит как обычное пятно, довольно сложно поддаётся изъятию, — начал он с фальшивой задумчивостью, как лектор, объясняющий студентам. — То место и немного области кожи вокруг неё вообще ничем нельзя пробить. Ни одним известным мне инструментом или оружием. Но я нашёл выход.

Он приблизил скальпель, и жар стал невыносимым.

— Плазма... плазма действительно может помочь.

Я с ужасом смотрела на него, окончательно понимая, о чём он ведёт речь.

— Тебе, кстати, повезло, — продолжал он с тем же ужасающим спокойствием. — Например, у того старика метка была на лице. И он сильно кричал, когда я вырезал её для изучения. Но ему повезло больше. Он помер почти сразу после. Другим... другим везло меньше. Чтобы понять, как метка взаимодействует с живым носителем, приходилось проводить опыты. И скажу так, не очень им было приятно.

Меня затрясло. Меня буквально затрясло от ужаса. Он говорил о пытках. О мучительных экспериментах над живыми людьми.

— Тебе же повезло, — его голос прозвучал почти ласково. — У тебя метка в том месте, где её можно изъять, не задев сразу жизненно важных органов. И проводить опыты уже не имеет смысла — основные данные я собрал на предыдущих... добровольцах. Теперь мне нужно лишь забрать её. Саму метку. Для завершения коллекции и для моего... великого дела.

Он наклонился ещё ниже, и его лицо оказалось в сантиметрах от моего.

— Не бойся. Постараюсь быть быстрым. Ведь мне самому интересно, что именно может твоя метка.

Жар от плазменного скальпеля уже прожигал воздух у самой кожи. Я зажмурилась, готовясь к невыносимой боли, к ощущению, что мою плоть сейчас будут резать и выжигать. В горле встал комок, и я издала тихий, беспомощный звук, последнюю попытку протеста.

И в этот миг раздался громкий крик ворвавшегося сюда человека. Голос принадлежал Бону.

— Кай!.. В блоке «Дельта» ЧП!

Явно разозлённый, что его отвлекли, Кай прошипел.

— И что, без меня не можете разобраться? Иди отсюда!

— Просто тот образец… он сбежал…

— Сбежал?! Это невозможно!

— Но…

— Тихо! — он вздохнул и, кажется, даже немного успокоился. — Скажи мне, где Элирия?