15. Приглашение, от которого невозможно отказаться

Пользуясь своим особым правом поднимать флэткар выше крыш домов, эр Сигбьерн решает показать Этерии столицу Срединной Империи, город Кояш-Кен, с высоты птичьего полета.

Раб Тью никогда не водил флэткары на такой высоте, а потому уступает свое место целителю, а сам остается дома. Этти пересаживается вперед, чтобы оказаться подле лекаря.

Тот, подняв флэт повыше, сразу же начинает знакомить девушку с городом, в котором ей предстоит жить. Возможно — вместе с ним, эром Сигбьерном. Во всяком случае, мужчине этого бы очень хотелось.

— Взгляните на запад, эира Кьергор, — кивает он вперед по направлению движения. — Там находится уже знакомый вам квартал Невольников. Справа, в северной части города, находятся кварталы Охотников, Рыболовов, Кожевенников и Кузнецов. Слева, в южной части города, расположились кварталы Садовников, Мясников и Пекарей. Я назвал вам самые крупные кварталы, расположенные поблизости от центральной части Кояш-кена. Есть кварталы и поменьше.

— А что находится в центральной части? Судя по всему, императорский дворец?

Этти с любопытством смотрит вниз: они как раз пересекли невидимую воздушную границу квартала Ювелиров и теперь флэт неторопливо плывет над величественными беломраморными дворцами, мощеными гранитной брусчаткой дворами и площадями, над зелеными аккуратными садами и парками, в которых виднеются прямые, как стрелы, аллеи.

— Да, эира Этерия. Центральная часть города — главная резиденция Императора Абу Гали Второго. Кстати, вон там, за тисовой рощей, вы можете увидеть императорскую магическую академию, а вон то двухэтажное строение с коричневой крышей и белыми стенами — лечебница, которой я имею честь руководить.

Этти с любопытством рассматривает лечебницу, и эр Сигбьерн даже подводит флэткар ближе и опускает пониже, чтобы его обворожительная спутница могла рассмотреть владения эра целителя как можно лучше.

— Признаю, — замечает Этти, — снаружи лечебница и примыкающие к ней постройки выглядят просторными и аккуратными. И так много места! Даже собственный небольшой парк есть!

Эру Сигбьерну приятна похвала и восхищение девушки: он по праву гордится своим делом и своей лечебницей, в строительство и развитие которой вложил немало сил.

— Надеюсь, эира, однажды вы найдете время побывать в лечебнице и осмотреть ее. Думаю, я сумею вас удивить нашими достижениями.

— Я не отказываюсь, эр Сигбьерн, — вздыхает Этти, — но и обещать, что это произойдет в ближайшее время, не могу.

— Да, я понимаю, — смиренно, с ласковой улыбкой кивает мужчина. — Но я буду ждать и надеяться…

— Сзади! — раздается громкий окрик Хартига, одновременно парень каким-то образом дотягивается до пульта управления флэтом и умудряется мгновенно развернуть летающую повозку на обратный курс и поднять ее на несколько десятков локтей вверх.

Те, кто подбирался к флэту Этерии, теряются и некоторое время продолжают двигаться в прежнем направлении, изумленно поглядывая вверх.

— Так это же Наследник Императора, Агзам, и его друзья и телохранители! — опознает тех, кто остался ниже, эр Сигбьерн. — Они не стали бы причинять нам вреда, — немного неуверенно договаривает он.

— Теперь, когда мы их обнаружили, точно не причинят: внезапно подобраться к нашему флэту они уже не смогут, — Укла сурово смотрит вниз, туда, где улыбаются и размахивают руками молодые люди. Вместе с Наследником их десять человек.

— Эй, Ярвинены! Оставайтесь на месте! — доносится до Этти и ее сопровождающих приказ одного из телохранителей Наследника.

— Мы слышим и повинуемся! — вместо Этерии отвечает эр Сигбьерн и поясняет Этти: — летать над крышами в Кояш-кене запрещено, а тем более — над императорским дворцом, но у меня есть специальное разрешение.

— Вот в чем дело! — с облегчением выдыхает девушка: она-то недоумевала: отчего ее решили задержать.

Летающая повозка Наследника поднимается к повозке Этерии. Телохранители Наследника видят за рулем целителя Сигбьерна и расплываются в улыбках:

— Ах, вот оно что! Эр Сигбьерн! Светлого дня, Гудхьерт. Как вы оказались за рулем флэта, принадлежащего дому Ярвинен?

Эр Сигбьерн принимает почтительный вид, склоняет голову перед Наследником Абу Гали:

— Светлых дней, ваше императорское высочество! Светлых дней, эры! Да, я воспользовался своим правом, чтобы показать наследнице дома Ярвинен главный город Империи — Кояш-кен, и прекрасный и величественный Императорский дворец.

— У дома Ярвинен сменился владелец? Почему я слышу об этом впервые? — Наследник переводит заинтересованный взгляд на Этерию и расплывается в любезной улыбке. — Эр Сигбьерн, представьте мне вашу очаровательную спутницу!

— Да, ваше императорское высочество. Знакомьтесь, это эира Этерия Кьергор, внучатая племянница безвременно ушедшего к Изначальным эра Ярвинена — и его единственная наследница.

— Рад знакомству, прекрасная эира! — изображает легкий поклон наследник, глядя на Этти в упор и не скрывая своего мужского интереса к ней. — Отчего мы с вами никогда не встречались раньше? Мне казалось, на наших ежегодных императорских балах перебывали все незамужние эиры Империи.

— И я рада встрече с вами, ваше императорское высочество, — Этти покрывается легким румянцем смущения, отчего становится еще обворожительнее. — Я лишь недавно прибыла в Кояш-кен из королевства Шехерлар, и пока что знакома лишь с немногими представителями высшего света Империи.

— Это необходимо исправить в кратчайшие сроки! Ну, надо же! Благородная эира из самого Шехерлара, наследница дома Ярвинен — и до сих пор не представлена ко двору! Когда у нас там ближайший прием? — Агзам оглядывается на одного из своих друзей.

— Через три дня, в честь двадцатилетия правления его императорского Величества Абу Гали, — подсказывает тот.

— Вот! Это будет грандиозное торжество! Я приглашаю вас, эира Кьергор, почтить сей праздник своим присутствием и стать моей личной гостьей!

— Это большая честь для меня, ваше императорское высочество, — кланяется Этти. Она знает: от таких приглашений не отказываются.

— Что ж, пригласительный свиток доставят в ваш дом уже сегодня. Буду с нетерпением ждать новой встречи с вами, эира Кьергор, — наследник Агзам благосклонно кивает девушке и командует своим: — Возвращаемся во дворец. Я хочу поделиться известием о доме Ярвинен со своим отцом.

Флэткар Наследника уходит вниз и мчится ко дворцу. Эр Сигбьерн, отчего-то побледневший, вытирает платочком покрытый испариной лоб.

— Позвольте, эр целитель, дальше флэткар поведу я, — предлагает Укла.

— Да, пожалуйста, — мужчина уступает место телохранительнице Этерии, пересаживается назад, к Хартигу. — Простите, эира Кьергор, — извиняется он перед Этерией, — наследник Агзам несколько непредсказуем, я опасался, что он может приказать арестовать вас, как владелицу флэткара… По моим сведениям, его сегодня не должно быть в Кояш-кене! Видимо, он или отменил поездку, или вернулся из нее раньше, чем планировалось… Я подверг вас напрасной опасности…

— Не стоит так переживать, эр Сигбьерн, — шлет мужчине успокаивающую улыбку Этти. — Ведь все закончилось хорошо.

— К сожалению, интерес Наследника — не лучшее, что могло случиться с вами в этой жизни, эира Этерия, — вздыхает целитель. — И всему виной моя самонадеянность и непредусмотрительность…

— Вижу, вы в расстроенных чувствах, эр Сигбьерн. Может, завершим нашу прогулку и вернемся ко мне? Думаю, чашка тетрайи поможет вам восстановить душевное равновесие…

— Да, эира, благодарю за заботу, — целитель смотрит на свою собеседницу устало и виновато. — Пожалуй, нам действительно лучше вернуться.

— Укла, в особняк, — приказывает телохранительнице Этти, и та уверенно направляет флэт в сторону квартала Ювелиров.

Напоив все еще мрачного и переполненного чувством вины и недовольства целителя тетрайей, Этти провожает его до дверей, прощается, а сама отправляется вместе с рабыней Ульрикой инспектировать домашнее хозяйство и составлять меню на следующие несколько дней.

Этерию тянет заглянуть к аджуру, но она удерживается от этого порыва: если ее присутствие срочно потребуется, Альвадон сам позовет ее. Идти к аджуру по собственной воле Этти сегодня не готова: первый разговор с Кайденом, а затем внезапное знакомство с Наследником отняли у нее слишком много душевных сил.

После ужина, когда Этерия уже собирается переодеться ко сну, в ее комнаты стучится смущенный эльф:

— Брат Кайд хочет видеть хозяйку Этти, — сообщает Альвадон.

— Перехочет! — поджимает губы Этерия и тут же, заметив, как вздрагивает и сжимается от ее резкого тона несчастный Альв, смягчается: — Скажи брату, Альв, что хозяйка Этти придет завтра утром, когда будет время. Пусть он сегодня ест, пьет и отдыхает. Передашь брату мои слова?

— Альв передаст, — кивает эльф. — Кайд будет злиться, — добавляет он озабоченно.

— Ничего, хозяйка Этти не боится злости Кайдена, — немного лукавит перед собой и перед Альвадоном девушка. — А тебя, Альв, Кайд ругать не станет. Так ведь?

— Кайд не обидит Альва, — подтверждает эльф и уходит.

Этерия, наконец, принимает ванну, переодевается в ночную рубашку и, взобравшись на свое ложе, берет на руки малышку Айну, чтобы спеть той колыбельную.

Очередная жаркая, душная, томная южная ночь вступает в свои права.